Постановление от 26 февраля 2025 г. по делу № А54-8038/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности

судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу


«

Дело № А54-8038/2023
г.Калуга
27» февраля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена «24» февраля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено «27» февраля 2025 года


Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего                                   Егоровой Т.В.

судей                                                                           Серокуровой У.В.

                                                                           Чудиновой В.А.,


при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Трохачевой Е.В.,

при участии в судебном заседании:

от муниципального унитарного предприятия «Скопинский комплекс водных систем» муниципального образования - городской округ город Скопин Рязанской области: представитель – ФИО1 по доверенности от 01.08.2024;


рассмотрев в открытом судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, кассационную жалобу муниципального унитарного предприятия «Скопинский комплекс водных систем» муниципального образования - городской округ город Скопин Рязанской области в лице конкурсного управляющего ФИО2 на решение Арбитражного суда Рязанской области от 15.08.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2024 по делу №А54-8038/2023

УСТАНОВИЛ:

муниципальное унитарное предприятия «Скопинский комплекс водных систем» муниципального образования - городской округ город Скопин Рязанской области (далее – истец, МУП «СКВС», заявитель) обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к муниципальному казенному предприятию «Скопинские водные системы» муниципального образования - городской округ город Скопин Рязанской области (далее - МКП «СВС», ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в размере 160 198 000 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена администрация муниципального образования - городской округ город Скопин Рязанской области (далее – администрация).

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 15.08.2024, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2024, в удовлетворении исковых требований отказано.

МУП «СКВС» в лице конкурсного управляющего ФИО2 обратилось в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить полностью и принять по делу судебный акт в соответствии с полномочиями суда кассационной инстанции.

В обоснование своей жалобы заявитель указывает, что ответчик осуществлял незаконное владение и пользование спорным имуществом в период с 2020 года по 2022 год, в связи с чем полученная ответчиком прибыль подлежит взысканию в конкурсную массу должника. По мнению заявителя, суд первой инстанции незаконно привлек к участию в деле администрацию не в качестве соответчика, а в качестве третьего лица, не заявляющего самоятельные требования относительно предмета спора, тем самым лишив МУП «СКВС», право которого было нарушено, в том числе незаконными действиями собственника спорного имущества –  администрации на применение им способа защиты в виде взыскания с него убытков в порядке статей 303 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Судами также не дана обязательная, по мнению заявителя, оценка добросовестности МКП «СВС» по использованию незаконно изъятым из хозяйственного ведения истца и переданным ему в оперативное управление имуществом.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме по изложенным в ней основаниям.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Рассмотрев кассационную жалобу, проверив в порядке статей 286, 287 АПК РФ правильность применения судами норм материального права, соблюдение норм процессуального права, при принятии обжалуемых решения и постановления, а также соответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, судебная коллегия не находит правовых оснований для ее удовлетворения в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Рязанской области от 29.10.2019 по делу № А54-8981/2019 принято к производству заявление налогового органа о признании МУП «СКВС» несостоятельным (банкротом). Решением Арбитражного суда Рязанской области от 08.09.2020 по делу № А54-8981/2019 МУП «СКВС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В ходе исполнения своих обязанностей конкурсным управляющим выявлено, что постановлением администрации от 30.12.2011 №972 на праве хозяйственного ведения за МУП «СКВС» закреплено имущество, находящееся в муниципальной казне муниципального образования - городской округ Скопин Рязанской области.

Письмом от 07.02.2019 №39 директор МУП «СКВС» ФИО3 просил администрацию изъять из права хозяйственного ведения имущество МУП «СКВС».

Администрацией постановлениями от 08.02.2019 №83, от 30.04.2019 №257 и №258, от 27.06.2019 №372, от 27.11.2019 №709 прекращено у МУП «СКВС» право хозяйственного ведения на имущество и закреплено на праве оперативного управления за МКП «СВС».

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 14.09.2023 по делу N А54-8981/2019 признаны недействительными сделки, оформленные постановлениями администрации муниципального образования - городской округ город Скопин Рязанской области от 08.02.2019 N 83, от 30.04.2019 N 257, от 30.04.2019 N 258, от 27.06.2019 N 372, от 27.11.2019 N 709, по передаче МКП "СВС" муниципального образования - городской округ города Скопин Рязанской области в оперативное управление имущества. Применены последствия недействительности сделки, с администрации муниципального образования - городской округ город Скопин Рязанской области в конкурсную массу должника взыскана компенсация в размере 4 970 120 руб.

Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024 по делу N А54-8981/2019 указанное определение оставлено без изменения.

Судами установлено, что изъятое имущество являлось активом должника, а действия по безвозмездному изъятию имущества привели к уменьшению имущества, и, как следствие, причинению вреда кредиторам.

Согласно пункту 2 статьи 113 ГК РФ имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

В соответствии с положениями пункта 7 статьи 114 ГК РФ собственник имущества предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения, не отвечает по обязательствам предприятия.

В пункте 1 статьи 20 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (далее – Закон N 161-ФЗ) перечислены полномочия собственника имущества унитарного предприятия, в перечень которых не включено право изымать, а также иным образом распоряжаться находящимся в хозяйственном ведении имуществом.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзацем 3 пункта 5 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее – постановление № 10/22), судам при разрешении споров, связанных с защитой права хозяйственного ведения и права оперативного управления государственных (муниципальных) предприятий и учреждений, следует исходить из того, что, поскольку в федеральном законе, в частности статье 295 ГК РФ, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

Такое право также не предусмотрено нормами действующего Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 235 и пункта 3 статьи 299 ГК РФ государственное предприятие вправе отказаться от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения. Такое право предприятие может реализовать в силу статьи 49 указанного кодекса и статьи 18 Закона № 161-ФЗ лишь при условии, что отказ от имущества не отразится на возможности осуществления деятельности, цели, предмет и виды которой определены уставом, с соблюдением принципа специальной (целевой) правоспособности унитарных предприятий.

В противном случае добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, не допускается в силу положений пункта 3 статьи 18 Закона N 161-ФЗ, который прямо обязывает предприятие распоряжаться своим имуществом только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом.

С учетом положений статьи 295, пункта 2 статьи 296 и пункта 3 статьи 299 ГК РФ изъятие излишнего, неиспользуемого или используемого не по назначению имущества допускается только в отношении имущества, закрепленного за казенным предприятием или учреждением на праве оперативного управления.

В соответствии с пунктом 3 статьи 18 Закона N 161-ФЗ движимым и недвижимым имуществом государственное или муниципальное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом такого предприятия. Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными (пункт 10 постановления № 10/22).

Таким образом, как правильно указали суды, даже при наличии соответствующих писем МУП "СКВС" администрация не вправе была изымать имущество, ранее переданное предприятию на праве хозяйственного ведения.

Истец, считая, что в период с 2020 года по 2022 год ответчиком получена прибыль от использования имущества МУП «СКВС» в размере 160 198 000 руб., в подтверждение чего ссылается на бухгалтерские балансы МКП «СВС» за спорный период, согласно которым размер выручки ответчика составил: за 2020 год - 74 724 000 руб., за 2021 год - 74 050 000 руб., за 2022 год - 78 424 000 руб., при соблюдении претензионного порядка, обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении исковых требований, руководствовались следующим.

Порядок распределения доходов казенного предприятия определяется собственником его имущества (пункт 2 статьи 297 ГК РФ). На основании статьи 42 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ) поступления в виде части прибыли государственных и муниципальных унитарных предприятий, остающейся после уплаты налогов и иных обязательных платежей, относятся к доходам бюджетов от использования имущества, находящегося в государственной или муниципальной собственности, в связи с чем сумма в размере 160 198 000 руб., по мнению судов, не является неосновательным обогащением ответчика, поскольку не является его доходом, исходя из смысла статей 303, 136 ГК РФ.

Апелляционный суд исходил из отсутствия вины ответчика - регионального оператора, поскольку имущество им получено на основании односторонних сделок, оформленных постановлениями администрации муниципального образования - городской округ город Скопин Рязанской области от 08.02.2019 N 83, от 30.04.2019 N 257, от 30.04.2019 N 258, от 27.06.2019 N 372, от 27.11.2019 N 709.

Данные выводы судов основаны на неправильном применении норм материального права и являются ошибочными по следующим основаниям.

Исходя из положений статьи 115 ГК РФ казенное предприятие представляет собой унитарное предприятие, основанное на праве оперативного управления.

Согласно положениям пункта 2 статьи 17 Закона N 161-ФЗ государственное или муниципальное предприятие (в данном случае и истец и ответчик) ежегодно перечисляет в соответствующий бюджет часть прибыли, остающейся в его распоряжении после уплаты налогов и иных обязательных платежей, в порядке, в размерах и в сроки, которые определяются органами местного самоуправления.

Согласно статье 247 Налогового кодекса Российской Федерации прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, определяемых в соответствии с главой 25 данного кодекса.

В силу статьи 42 БК РФ к числу доходов от использования имущества, находящегося в государственной или муниципальной собственности, относится часть прибыли государственных и муниципальных унитарных предприятий, остающаяся после уплаты налогов и иных обязательных платежей.

Устав казенного предприятия кроме сведений, указанных в пункте 3 настоящей статьи, должен содержать сведения о порядке распределения и использования доходов казенного предприятия (статья 9 Закона N 161-ФЗ).

Таким образом, часть оставшейся прибыли предприятия является его доходом, а в случае получения его в результате незаконного использования чужого имущества потенциально может образовать неосновательное обогащение. Перечисление части прибыли в соответствующий бюджет, по мнению суда округа, могло повлиять лишь на размер неосновательного обогащения (пункт 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 98 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений главы 25 Налогового кодекса Российской Федерации»).

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли. Таким образом, вопрос вины не входит в предмет доказывания по такой категории дел, следовательно, не имеет правового значения.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции считает возможным на основании абзаца 2 пункта 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции" отметить следующее.

В соответствии со статьей 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе и вследствие неосновательного обогащения.

Неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Основным способом защиты прав сторон, исполнивших сделку, является применение последствий ее недействительности.

Однако признание недействительным договора купли-продажи влечет не только обязанность по возврату полученного, но и сохранение первоначального обязательства должника, которое не считается прекращенным. Это означает сохранение для должника всех негативных юридических последствий пребывания в просрочке. Между тем недействительность договора должна воздействовать равным образом и на другую сторону, с тем чтобы сохранить экономический баланс коллидирующих интересов сторон. Этот баланс достигается обязанностью неосновательно получившего имущество кредитора возместить потерпевшему доходы, которые кредитор должен был извлечь из пользования имуществом.

При ином подходе неосновательно обогатившееся лицо, пользуясь чужим имуществом, не имело бы никаких негативных экономических последствий, равно как не было бы экономически стимулировано к скорейшему возврату имущества потерпевшему (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.03.2014 N 18222/13, определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2022 N 305-ЭС22-11906).

Те есть цель пункта 1 статьи 1107 ГК - это не возврат в первоначальное положение, а истребование дохода полученного без правомерного основания, что при его наличии образует самостоятельный юридический состав со своим предметом доказывания и сроками для защиты.

Положение пункта 1 статьи 1107 ГК РФ о том, что неосновательно обогатившееся лицо должно извлечь доходы из имущества потерпевшего, необходимо применять таким образом, чтобы определить, какие доходы в аналогичных обстоятельствах и при подобных условиях обычно извлекаются лицами из такого же имущества.

В соответствии с разъяснениями пункта 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", возможность извлечения и размер доходов от использования ответчиком неосновательно приобретенного имущества должны быть доказаны истцом.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2017 N 305-ЭС15-15704(2) по делу N А40-171891/2014, определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2024 N 305-ЭС23-27921, под доходом по смыслу пункта 1 статьи 1107 ГК РФ понимается чистая прибыль обогатившегося лица, извлеченная из неосновательно сбереженного имущества, то есть полученная им выручка за вычетом расходов, понесенных в целях извлечения конкретного дохода.

В данном случае расчет истца противоречит указанным правилам, поскольку составлен исходя из полученной выручки без связи со спорным имуществом и вычетов расходов, понесенных в целях извлечения конкретного дохода.

Кроме того, как следует из материалов дела, спорное имущество представляет собой объекты холодного водоснабжения муниципального образования.

В силу пунктов 1, 4 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

По общему правилу, предусмотренному пунктом 1 статьи 131 Закона о банкротстве, все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Из имущества должника, которое составляет конкурсную массу, исключаются имущество, изъятое из оборота, а также иное предусмотренное законом имущество (п. 2 ст. 131 Закона о банкротстве).

При этом вовлеченность отдельных объектов коммунальной инфраструктуры в гражданский оборот имеет специальное регулирование. Так, оборотоспособность объектов систем холодного водоснабжения и водоотведения определена в части 1 статьи 9 Федерального закона от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", согласно которой отчуждение объектов централизованных систем холодного водоснабжения и (или) водоотведения, нецентрализованных систем холодного водоснабжения, находящихся в государственной или муниципальной собственности, в частную собственность, а равно и передача указанных объектов и прав пользования ими в залог, внесение указанных объектов и прав пользования ими в уставный капитал субъектов хозяйственной деятельности не допускаются.

Как отмечено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019 (вопрос N 2 раздела "Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике"), названный закон является специальным по отношению к Закону о банкротстве, поэтому поименованные в нем объекты не подлежат реализации в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве, и возвращаются в собственность соответствующего публично-правового образования, не обремененными правом хозяйственного ведения.

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 132 Закона о банкротстве при наличии в составе имущества должника имущества, изъятого из оборота, конкурсный управляющий уведомляет об этом собственника изъятого из оборота имущества. Собственник имущества, изъятого из оборота, принимает от конкурсного управляющего это имущество или закрепляет его за другими лицами не позднее чем через шесть месяцев, с даты получения уведомления от конкурсного управляющего.

Возврат этих объектов свободными от прав третьих лиц не должен осуществляться без компенсации со стороны их собственника, обеспечивающей баланс публичных и частных интересов. Заинтересованные лица, в частности арбитражный управляющий, вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, с требованием к собственнику имущества о компенсации уменьшения конкурсной массы в связи с прекращением права хозяйственного ведения с учетом того, что социальное предназначение данных объектов является таким обременением, которое снижает их рыночную стоимость (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.05.2000 N 8-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 640-О и от 28.05.2013 N 875-О).

Согласно выводам Президиума Верховного Суда Российской Федерации (Вопрос N 2 Обзора судебной практики ВС РФ N 3 (2019), утвержденного 27.11.2019) компенсация за возврат таких объектов собственнику муниципального имущества, находящегося на праве хозяйственного ведения, должна производиться за счет соответствующего муниципального образования.

В силу пункта 3 резолютивной части и пункта 8 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16.05.2000 N 8-П впредь до разработки в законодательном порядке механизма определения размера и порядка выплаты компенсации за переданное в муниципальную собственность имущества обязанность по определению размера компенсации возлагается на суды и другие правоприменительные органы в целях обеспечения гарантий, предусмотренных в статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

В заявлении об оспаривании сделок в рамках дела № А54-8981/2019 о несостоятельности (банкротстве) должника конкурсный управляющий в качестве применения последствий недействительности сделки просил суд взыскать с администрации именно компенсацию, ссылаясь на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.05.2000 N 8-П.

Принимая во внимание, что спорное имущество передано муниципальному образованию, суды при рассмотрении требования конкурсного управляющего о признании сделок по его изъятию из хозяйственного ведения недействительными в деле о банкротстве № А54-8981/2019, взыскали с администрации муниципального образования - городской округ города Скопин Рязанской области в конкурсную массу МУП "СКВС" компенсацию в размере 4 970 120 руб.

Из пункта 1 статьи 1107 ГК РФ усматривается, что неосновательно обогатившееся лицо, в частности, обязано возместить все доходы, которые оно должно было извлечь из имущества потерпевшего, с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательном обогащении, в связи с чем необходимо установить момент осведомленности ответчика об основаниях недействительности сделки.

Схожее правовое регулирование содержится и в статье 303 ГК РФ, на которую ссылается заявитель, согласно которой при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения; от добросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

В данном случае основанием для использования ответчиком объектами холодного водоснабжения муниципального образования являлись односторонние сделки, для совершения которых в силу статьи 154 ГК РФ, пунктов 1, 2 статьи 299 ГК РФ  необходимо и достаточно выражения воли одной стороны (собственника имущества).

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего пояснил, что осведомленность ответчика об основаниях недействительности сделки наступила не ранее 2023 года (определение Арбитражного суда Рязанской области от 14.09.2023 по делу N А54-8981/2019 о признании сделок недействительными по заявлению конкурсного управляющего от 02.06.2021)).

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 08.09.2020 по делу № А54-8981/2019 МУП «СКВС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

С даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия. Как завершающая стадия банкротства, непосредственно направленная на соразмерное удовлетворение требований кредиторов, последствия введения данной стадии отражают ее специфику и необходимость в аккумуляции конкурсной массы, обращении конкурсной массы в денежные средства и возможной ликвидации правоспособности юридического лица.

Следовательно, на момент осведомленности ответчика об основаниях недействительности сделки объекты водоснабжения уже должны были быть переданы собственнику - соответствующему публично-правовому образованию, не обремененные правом хозяйственного ведения, что исключает истребуемое неосновательное обогащение.

В исключение общих правил, предусмотренных пунктом 1 статьи 131 Закона о банкротстве, наличие у должника имущества, которое в силу своей социальной значимости в конкурсную массу не включается, означает, что у конкурсного управляющего отсутствует возможность его продажи посредством торгов и лишает кредиторов права рассчитывать на соблюдение их имущественных интересов за счет спорного имущества.

Предусмотренные последствия недействительности сделок в данном случае в виде взыскания компенсации судами применены, что сторонами не оспаривается.

Доводы, заявителя о том, что суд первой инстанции незаконно привлек к участию в деле администрацию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора,  а не в качестве соответчика, лишив МУП «СКВС» права на применение им способа защиты в виде взыскания с собственника убытков в порядке статей 303 и 305 ГК РФ, не может быть принят судом округа в основание для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку в силу статей 41 и 46 АПК РФ МУП «СКВС» не было лишено возможности заявить ходатайство о привлечении администрации в качестве соответчика.

В силу части 5 статьи 46 АПК РФ и части 2 статьи 47 АПК РФ привлечение дополнительных ответчиков может осуществляться только с согласия истца.

Согласно части 6 статьи 46 АПК РФ арбитражный суд первой инстанции по своей инициативе привлекает второго ответчика к участию в деле в качестве соответчика, только если федеральным законом предусмотрено обязательное участие в деле другого лица в качестве ответчика, а также по делам, вытекающим из административных и иных публичных правоотношений. На практике такое привлечение ответчика по инициативе суда также допускается, если в силу особенностей спорного правоотношения разрешение спора без участия второго ответчика невозможно.

Настоящее дело не относится к таким случаям.

Формирование правовой позиции, заявление возражений относительно правовой позиции оппонента и процессуальная активность участника арбитражного процесса является правом лица, участвующего в деле, однако отсутствие реализации данных процессуальных прав, равно как и иные формы процессуального бездействия в отсутствие уважительных причин такого бездействия, влекут неблагоприятные последствия для такого лица, поскольку арбитражный суд не только гарантирует сторонам равноправие, но и обеспечивает состязательность процесса в силу требований статьи 9 АПК РФ.

Заявитель не лишен права на судебную защиту в порядке статей 15, 53, 294, 299 ГК РФ, статей 10, 61.11, 61.14 Закона о банкротстве при доказанности совокупности условий для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника лиц, чьи действия привели к появлению у контролируемого предприятия признаков объективного банкротства, а также причинили вред имущественным правам кредиторов.

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, неправильное применение судами норм материального права не повлекло принятия неправильных судебных актов, нарушений норм процессуального права при принятии обжалуемых решения и постановления не выявлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Иные, приведенные в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о допущенных судами первой и апелляционной инстанций существенных нарушениях норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела. Убедительных аргументов, основанных на доказательной базе и позволяющих отменить или изменить оспариваемые решение и  постановление, кассационная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 15.08.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2024 по делу №А54-8038/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу муниципального унитарного предприятия «Скопинский комплекс водных систем» муниципального образования - городской округ город Скопин Рязанской области в лице конкурсного управляющего ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий двух месяцев.


Председательствующий                                                             Т.В. Егорова


Судьи                                                                                 У.В. Серокурова


        В.А. Чудинова