Постановление от 30 июля 2024 г. по делу № А60-177/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3830/20

Екатеринбург

30 июля 2024 г.


Дело № А60-177/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 22 июля 2024 г.


Постановление изготовлено в полном объеме 30 июля 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Оденцовой Ю.А., Савицкой К.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2024 по делу № А60-177/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 29.05.2024, предъявлено удостоверение адвоката).


ФИО1 (далее – ФИО1, кредитор) в рамках дела о банкротстве ФИО3 (далее – ФИО3, должник) 15.11.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора ссуды (займа) от 23.03.2016 и дополнительного соглашения от 14.10.2021 № 5, заключенных между должником, его супругом ФИО4 (супруг должницы) и ФИО5 (далее – ответчик).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2024, в удовлетворении заявленных требований полностью отказано.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Уральского округа, ФИО1 просит отменить определение суда первой инстанции от 06.03.2024 и постановление апелляционного суда от 21.05.2024 и принять по обособленному спору новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель кассационной жалобы настаивает на том, что спорные заемные обязательства являются общими обязательствами супругов Б-ных, что подтверждается постановлением суда апелляционной инстанции. Как полагает податель жалобы, ФИО3, подписав дополнительное соглашение к договору займа, стала солидарным должником по заемным обязательствам ФИО4 По мнению заявителя жалобы, совместными действиями ФИО3, ФИО4 и ФИО5 через представителя ФИО6 причинен имущественный вред интересам кредиторов должника, наличествует сговор ФИО5 и супругов Б-ных. Податель жалобы обращает внимание на то, что вступившим в законную силу судебными актами подтвержден факт злоупотребления семьей Б-ных своими правами, в том числе суды признали факт уменьшения конкурсной массы должника с участием представителя ФИО6 При вынесении обжалуемых судебных актов судами обеих инстанций не учтено, что должник не раскрыла перед управляющим сведения о наличии кредиторской задолженности перед ФИО5, дополнительное соглашение № 5 к договору займа подписано самим должником в процедуре реализации имущества гражданина-должника. Податель жалобы считает, что вопрос о недействительности/действительности оспариваемых соглашений должен быть разрешен с учетом положений законодательства Чешской Республики, кроме того суда общей юрисдикции не исследовав вопрос о действительности соглашения с учетом положений банкротного законодательства. ФИО1 настаивает на том, что в действиях супругов Б-ных имели признаки злоупотребления правом. Как полагает заявитель кассационной жалобы, дополнительное соглашение к договору займа подписано с целью увеличения срока исковой давности. ФИО1 утверждает, что ФИО5 намеревается обратиться в арбитражный суд с требованием о включении его требований в реестре требований кредиторов ФИО3 Судами обеих инстанций неверно распределено бремя доказывания между участниками спора, ошибочно возложив обязанность по доказыванию безденежности по договору займа на кредитора.

Заявитель кассационной жалобы обращает внимание на допущенные судами процессуальные нарушения, так суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте не привел положения законодательства, на основании которых отказал в признании оспариваемой сделки недействительной. При этом суд первой инстанции не рассмотрел ходатайства об истребовании подлинных договора займа и дополнительного соглашения.


Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами обеих инстанций, между ФИО5 (займодавец) и супругом должника ФИО4 (заемщик) 23.03.2016 заключен договор ссуды (займа) (далее – договор займа) по условиям которого заимодавец передал заемщику в долг денежные средства на общую сумму 852 000 чешских крон, в том числе: 15.03.2016 в размере 250 000 чешских крон, 16.03.2016 в размере 250 000 чешских крон, 17.03.2016 в размере 250 000 чешских крон, 18.03.2016 в размере 102 000 чешских крон/, с условием уплаты процентов за пользование заемными денежными средствами а размере 20% годовых, а заемщик принял на себя обязательства возвратить сумму займа и уплатить причитающиеся проценты за пользование заемными денежными средствами в порядке и сроки, установленные договором в срок до 23.09.2016.

Факт передачи денежных средств в качестве займа подтверждается расписками от 15.03.2016, от 16.03.2016, от 18.03.2016 о получении заемщиком денежных средств на общую сумму 852 000 чешских крон.

Впоследствии, сторонами договора займа подписано дополнительное соглашение от 14.10.2021 № 5 (далее – дополнительное соглашение), по которому срок возврата займа и процентов за пользование заемными денежными средствами продлен до 31.07.2022 на тех же условиях. Дополнительное соглашение завизировано собственноручно ФИО4, дано согласие на продление срока возврата займа, с признанием долга и утверждением того, что полученные им денежные средства были потрачены на нужды семьи.

Как уже ранее указывалось, решением Арбитражного суда Свердловской области от 08.04.2019 по делу № А60-177/2019 ФИО3 признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее введена процедуры реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7

Ссылаясь на то, что договор займа и дополнительное соглашение являются недействительными сделками на основании статьей 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170, 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании вышеуказанных сделок недействительными.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По смыслу пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением данного Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Суды обеих инстанций установили, что договор займа и дополнительное соглашение совершены 23.03.2016 и 14.10.2021, соответственно, сделки могут быть оспорены как по общим основаниям гражданского законодательства предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и по специальным основаниям Закона о банкротстве, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом 18.02.2019, оспариваемые кредитором сделки совершены 23.03.2016 и 14.10.2021, то есть в пределах срока подозрительности, установленный пунктом 2 статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств:

сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки такой вред был причинен;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63)).

При этом при доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления № 63).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства, изучив доводы и возражения лиц, участвующих в обособленном споре, руководствуясь положениями статьей 807, 808, 812 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 за 2015 год, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, согласно которым в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили следующее.

Ранее ФИО5 обратился в Невьянский городской суд Свердловской области с требованием о взыскании с ФИО4 задолженности по договору займа на сумму 2 095 920 руб., решением от 28.12.2022 которого требования ФИО5 удовлетворены с ФИО4 взыскана задолженность по договору займа в сумме 2 095 920 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 18 680 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 11.04.2023 апелляционная жалоба ФИО1 на решение Невьянского районного суда Свердловской области от 28.12.2022 оставлена без рассмотрения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 17.08.2023 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 11.04.2023 отменено, кассационная жалоба ФИО1 удовлетворена; дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 05.10.2023 по делу № 33-15753/2023 суд перешел к рассмотрению гражданского дела по иску ФИО5 к ФИО4 о взыскании задолженности по договору займа по правилам в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 23.11.2023 по делу № 33-15753/2023 (УИД 66RS0038-01-2022-001519-25) решение Невьянского районного суда Свердловской области от 28.12.2022 отменено; с ФИО4 в пользу ФИО5 взыскано 2 095 920 руб. задолженности по договору займа от 23.03.2016, а также 18 680 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

В ходе рассмотрения спора в суде общей юрисдикции исследовался вопрос о реальности передачи ФИО5 бывшему супругу должника ФИО4 денежных средств в качестве займов, а также об источнике возникновения денежных средств у займодавца, так, проанализировав сведения о состоянии индивидуальных лицевых счетов застрахованных лиц ФИО8 (отец), ФИО9 (мать), ФИО10 (тетя), расписки от указанных лиц, согласно которым они предоставляют ФИО5 право распоряжаться сбережениями и доходами по его усмотрению, в том числе выдавать их в качестве сбережений, а также приняв во внимание общий доход названных лиц за 2015 и 2016 года, суд общей юрисдикции заключил, что между бывшим супругом должника ФИО4 и ФИО5 сложились заемные правоотношения, наличие финансовой возможности предоставить заем на указанную сумму подтверждено представленными в материалы дела доказательствами.

С учетом изложенного, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что действия сторон оспариваемой сделки не могут быть квалифицированы как направленные на создание искусственной задолженности, в связи с чем не привел к нарушению прав и законных интересов кредиторов должника, в том числе ФИО1

Обращение ФИО1 в арбитражный суд с заявлением об оспаривании договора ссуды (займа) от 23.03.2016 и дополнительного соглашения от 14.10.2021 № 5, по сути, свидетельствует о попытке преодоления вступившего в законную силу решения в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) супруги заемщика ФИО3

Однако такой порядок пересмотра вступивших в законную силу судебных актов ни нормами Закона о банкротстве, ни норма Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не предусмотрен.

При изложенных обстоятельствах, исследовав представленные в материалы дела документы, оценив доводы и возражения участвующих в деле лиц, приняв во внимание, что оспариваемый договор займа и дополнительное соглашение в действительности были заключены и исполнялись, материалами дела подтвержден факт передачи ФИО5 заемных денежных средств ФИО4, при наличии финансового возможности предоставить бывшему супругу должника денежные средства в качестве займа, что подтверждается вступившим в законную силу судебным актом, в отсутствии доказательств заинтересованности ФИО5 и семьи Б-ных (наличие родственных или свойственных связей), суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоюдному выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих факт причинения имущественного вреда правам кредиторов должника, в том числе ФИО1, об отсутствии в рассматриваемом случае совокупности всех необходимых и достаточных доказательств, которые могут является основанием для признания оспариваемых кредитором сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем отказали в удовлетворении заявленных кредитором требований.

Суды первой и апелляционной инстанций также не усмотрели оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве, заключив, что спорные сделки не направлены на погашение обязательств самого должника, следовательно, не подпадают под признаки сделок с предпочтением в отношении отдельного кредитора. Кроме того, договор займа заключен за пределами периода подозрительности, предусмотренного статьей 61.3 Закона о банкротстве.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа пришел к выводу, что суды нижестоящих инстанций в полном объеме исследовали и оценили все приведенные сторонами доводы и возражения и представленные ими доказательства, верно установили имеющие существенное значение для спора фактические обстоятельства, дали им мотивированную правовую оценку, на основании которой пришли к обоснованным выводам об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Повторное заявление возражений, аналогичных тем, что ранее был заявлены в судей общей юрисдикции со ссылкой на специфику процедуры банкротства подлежит отклонению.

Судом общей юрисдикции при рассмотрении жалобы кредитора был расширен (по сравнению с обычным исковым производством) круг подлежащих установлению обстоятельств, в частности в предмет доказывания включено наличие у займодавца финансовой возможности предоставить заем на указанную сумму. Несогласие с ранее данной судами оценкой обстоятельств само по себе не может явиться основанием для повторного изучения обстоятельств спора иным судом.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием для отмены или изменения судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2024 по делу № А60-177/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий С.Н. Соловцов



Судьи Ю.А. Оденцова



К.А. Савицкая