Постановление от 3 октября 2024 г. по делу № А40-234860/2021

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

04.10.2024                                                                                 Дело № А40-234860/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 26.09.2024

Полный текст постановления изготовлен 04.10.2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М.,

судей: Коротковой Е.Н., Савиной О.Н.

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, (доверенность от 22.08.2024),

от ФИО3 – ФИО4, (доверенность от 17.05.2022),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2024,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2024

по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТД «Диверсус»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.07.2022 ООО «ТД «Диверсус» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО7

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 939 827,58 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2024, заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено в части, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2024 в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требования в указанной части. В обоснование кассационной жалобы ссылается на допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Судебные акты судов нижестоящих инстанций подлежат проверке судом кассационной инстанции только в обжалуемой части в пределах доводов кассационной жалобы согласно положениям статьи 286 АПК РФ.

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО3 на доводах кассационной жалобы настаивали, просили обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу удовлетворить.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Судом кассационной инстанции отказано в приобщении к материалам дела правовой позиции ФИО3 на кассационную жалобу по причине отсутствия доказательств заблаговременного направления позиции лицам, участвующим в деле, то есть  по причине несоблюдения требований ч. 2 ст. 279 АПК РФ по своевременному направлению участвующим в обособленном споре лицам (разъяснения абз. третьего, четвертого п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции").

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы, в силу следующего.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если оно являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором или членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве содержится презумпция, в соответствии с которой пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), следует, что в случае применения при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпций, связанных с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Так, статьей 9 Закона о банкротстве предусмотрен перечень лиц, на которых распространяется правило пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, а именно: руководитель должника; ликвидационная комиссия должника; собственник имущества должника; лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления № 53).

Исходя из положений статьи 10 ГК РФ руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 Постановлении № 53  при неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника.

При этом, обязанность потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом предусмотрена для лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо для иных контролирующих должника лиц (абзац 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Таким образом, в случае неисполнения руководителем должника обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве действующим законодательством предусмотрена возможность принятия такого решения органом управления, потребовать проведения досрочного заседания, которого может строго определенный круг лиц.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, в трехлетний период, предшествующий принятию заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), контролирующими должника лицами являлись ООО «Диверсус Групп» (38% доли), ФИО3 (20% доли), ФИО1 (15% доли), ФИО6 (7% доли) и ФИО5 (20% доли).

Согласно выписке ЕГРЮЛ в отношении ООО «Управляющая компания Диверсус», ее исполнительным органом являлся ФИО5, участниками  являлись ФИО1 (24,5% доли), ФИО3 (24,5% доли), ООО «Диверсус Групп» (51% доли).

Согласно выписке ЕГРЮЛ в отношении ООО «Диверсус Групп» исполнительным органом являлся ФИО5, участником ФИО5 (100% доли).

Согласно выписке ЕГРЮЛ в отношении ООО «Чайные технологии» исполнительным органом было ООО «Управляющая компания Диверсус», участниками ФИО1 (20% доли), ФИО3 (20% доли) и ФИО5 (60% доли).

Придя к выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе кассатора  - ФИО1 суды исходили из того, что определениями Арбитражного суда города Москвы от 07.07.2023 установлена фактическая и юридическая аффилированность ООО «Чайные технологии», должником и ФИО5, должником и ООО «Диверсус Групп», должником и ООО «Управляющая компания Диверсус», отсутствие экономической целесообразности совершенных сделок, мнимость сделок и заключение договоров займа лишь для вида, в результате которых с расчетного счета должника была выведена сумма более 14 800 000 руб., в связи с чем у кредиторов в результате совершенных сделок была утрачена возможность удовлетворения своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО5, ФИО3 и ФИО1 являются группой лиц с общими экономическими интересами, являются конечными контролирующими должника выгодоприобретателями, которые извлекли существенное преимущество из разработанной ими системы организации предпринимательской деятельности, направленной на перераспределение совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности указанными лицами, объединенными общим экономическим интересом.

Так, судами установлено, что вывод денежных средств происходил в тот период, когда у должника были неисполненные обязательства перед кредитором, в частности решением Арбитражного суда Московской области по делу № А41-44610/2021 с должника взыскана задолженность перед ООО «Сюр», что в последующем позволило кредитору инициировать процедуру банкротства и встать в реестр требований кредиторов, тогда как объем выведенных денежных средств был достаточен для погашения задолженности перед ООО «Сюр».

Контролирующие должника лица принимали ключевые решения с нарушением принципа разумности, в том числе одобряли сделки за счет имущества должника, совершенные на заведомо не выгодных условиях для должника и в ущерб его интересам; систематически извлекали выгоду за счет вывода денежных средств с расчетного счета должника.

Кроме того, согласно отчету арбитражного управляющего выявлены признаки преднамеренного банкротства должника и умышленного вывода активов. Конкурсному управляющему документация должника, в том числе бухгалтерские и  иные финансовые документы не передавались, что существенным образом затруднило  процедуру конкурсного производства.

Заключение вредоностных сделок, вывод денежных средств должника в интересах контролирующих лиц с одновременным игнорированием  необходимости исполнения обязательств перед кредиторами послужило  причиной банкротства организации должника.

Контролирующими лицами должника, коим, в том числе и является кассатор, не могли не знать о том, что у должника имеются не исполненные обязательства перед кредиторами и о цели вывода денежных средств.

При таких обстоятельствах, суды пришли к обоснованному выводу о том, что ФИО1 несет субсидиарную ответственность за не подачу заявления о банкротстве должника и за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие недобросовестных и неразумных действий.

По результатам кассационного рассмотрения суд округа пришел к выводу о том, что суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Доводы кассатора были предметом проверки судов первой и  апелляционной инстанции и им дана надлежащая оценка в связи с чем не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Иная оценка заявителем кассационной жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2024, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2024 по делу № А40-234860/2021 в обжалуемой части  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья                                                                Н.М. Панькова


Судьи:                                                                                                            Е.Н. Короткова


                                                                                                                         О.Н. Савина