Решение от 12 февраля 2024 г. по делу № А12-6833/2023

Арбитражный суд Волгоградской области


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


город Волгоград

«12» февраля 2024 года


Дело № А12-6833/2023

Резолютивная часть решения объявлена 29 января 2024 года.

Решение суда в полном объеме изготовлено 12 февраля 2024 года.


Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Двояновой Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гордиенко А.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «М-групп» (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 18.11.2010, ИНН: <***>) к инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району города Волгограда (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании недействительным решения в части, с привлечением к участию в деле в качестве заинтересованных лиц: общество с ограниченной ответственностью «Спектр» (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 07.11.2014, ИНН: <***>), общество с ограниченной ответственностью «Волга-мед» (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 25.08.2015, ИНН: <***>), общество с ограниченной ответственностью «Сэйв групп» (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 07.11.2012, ИНН: <***>), общество с ограниченной ответственностью «Русна» (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.01.2003, ИНН: <***>)

при участии в судебном заседании:

от заявителя – ФИО1 по доверенности от 09.02.2021,

от налогового органа – ФИО2 по доверенности от 09.01.2024 № 30,

от ООО «Сэйв групп» - ФИО1 по доверенности от 05.06.2023,

иные лица – не явились, извещены,



установил:

Общество с ограниченной ответственностью «М-групп» (далее – заявитель, налогоплательщик, ООО «М-групп») обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением к инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району города Волгограда в котором, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просит решение №10-19/2326 от 29.11.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения с учётом решений УФНС России по Волгоградской области №121 от 17.02.2023, №18-2023/59ск от 18.09.2023 признать недействительным.

К участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Спектр», общество с ограниченной ответственностью «Волга-мед», общество с ограниченной ответственностью «Сэйв групп», общество с ограниченной ответственностью «Русна».

Представитель инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району города Волгограда (далее – Инспекция, налоговый орган, ИФНС России по Центральному району гор. Волгограда) против удовлетворения заявления возражает.

Представитель ООО «Сэйв Групп» поддерживает позицию заявителя.

Как следует из материалов дела, ИФНС России по Центральному району г. Волгограда проведена выездная налоговая проверка ООО «М-групп» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, по результатам которой составлен акт от 27.06.2022 № 10-19/3776.

29 ноября 2022 года по результатам рассмотрения акта и иных материалов налоговой проверки Инспекцией вынесено решение № 10-19/2326 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекс) в виде штрафа в общей сумме 1 339 374 руб. Кроме того, данным решением налогоплательщику доначислены налог на прибыль организаций, налог на имущество организаций, налог на добавленную стоимость (далее – НДС) в общей сумме 14 498 741 руб., начислены пени в общей сумме 5 368 003,05 руб.

Основанием для вынесения указанного решения послужил вывод налогового органа о необоснованном применении заявителем с 4 квартала 2018 года специального режима налогообложения в виде упрощенной системы налогообложения (далее – УСН) в результате разделения полученной выручки на взаимозависимые хозяйственные субъекты ООО «М-групп», ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв Групп» («дробление бизнеса»).

Инспекция пришла к выводу, что налогоплательщик в проверяемом периоде утратил право на применение УСН, в связи с чем, ООО «M-групп» начислены налоги по общей системе налогообложения (НДС, налог на прибыль).

Кроме того, поскольку ООО «M-групп» являлось собственником имущества, расположенного по адресу: г. Волгоград, ул. им маршала ФИО3, 2 на основании представленных проверяемым налогоплательщиком документов налоговым органом произведен расчет среднегодовой стоимости имущества по вышеназванному объекту и исчислены суммы налога на имущество за проверяемый период.

ООО «М-групп», не согласившись с решением Инспекции, обратилось с апелляционной жалобой в вышестоящий налоговый орган – Управление Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (далее - УФНС России по Волгоградской области, Управление).

Решением Управления от 17.02.2023 № 121 решение Инспекции от 29.11.2022 № 10-19/2326 отменено в части доначисления НДС и налога на прибыль, а так же начисления налоговых санкций по которым начислена недоимка и имелась переплата на дату начислений. В остальной части решение Инспекции оставлено без изменения.

В ходе рассмотрения спора в суде налоговым органом представлено решение Управления от 18.09.2023 №18-2023/59ск на проведение технической корректировки в АИС «Налог-3» по уменьшению пени начисленной в период действия моратория с 01.04.2022 по 01.10.2022 по решению от 29.11.2022 №10-19/2326 на сумму 938 129,33 руб.

ООО «М-групп» полагая, что решение Инспекции (с учётом решений Управления по результатам рассмотрения апелляционной жалобы и корректировки пени) является незаконным, нарушает права и охраняемые законом интересы налогоплательщика, обратилось с соответствующим заявлением в арбитражный суд

Исследовав материалы дела, рассмотрев доводы лиц, участвующих в деле, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53), под налоговой выгодой для целей настоящего постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами либо целями делового характера (пункт 3 Постановления N 53).

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (пункт 9 Постановления N 53).

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В силу пункта 7 статьи 3 НК РФ судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.

Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

Вместе с тем, налоговый орган не лишен права приводить доказательства, указывающие на направленность действий налогоплательщика и взаимозависимых с ним лиц в обход установленных налоговым законодательством ограничений в применении специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства.

На налоговом органе в этом случае лежит бремя доказывания того, что имело место деление по существу единого хозяйствующего субъекта, чья деятельность не отвечает (перестала отвечать) ограничениям, установленным НК РФ.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.07.2017 N 1440-О указано, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.04.2013 N 15570/12 сформулирован ряд критериев, позволяющих отграничить законную оптимизацию структуры бизнеса от дробления бизнеса в целях получения необоснованной налоговой выгоды: самостоятельность выполняемых организациями видов деятельности, невключение их деятельности в единый производственный процесс, отсутствие направленности на достижение общего экономического результата, действительная хозяйственная, экономическая самостоятельность организаций.

Дробление бизнеса рассматривается как способ получения необоснованной налоговой выгоды в том случае, если дробление производится исключительно с целью уменьшения налоговой нагрузки, а не в целях ведения предпринимательской деятельности. В результате искусственного дробления бизнеса налогоплательщиком снижаются налоговые обязательства путем создания ситуации, при которой видимость действий нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика. При этом получение необоснованной налоговой выгоды достигается в результате применения инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, формально соответствующих действующему законодательству.

Как следует из пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ N 53, пункта 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, при оценке обоснованности налоговой выгоды судом могут учитываться такие обстоятельства, как особенности корпоративной структуры (история создания взаимозависимых лиц, причины их реорганизации и др.), практика принятия управленческих решений внутри группы взаимозависимых лиц, использование общих трудовых и производственных ресурсов, особенности гражданско-правовых отношений внутри группы.

При этом следует учитывать, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не может приравниваться к недобросовестности лиц при недоказанности противоправности их поведения (в том числе в целях налогообложения), не является отклонением от обычных условий хозяйствования, не противоречит нормам гражданского законодательства о свободе экономической деятельности. Взаимозависимость как обстоятельство, свидетельствующее о получении необоснованной налоговой выгоды, может иметь правовое значение только тогда, когда такая взаимозависимость используется участниками сделки в целях осуществления согласованных действий, направленных на незаконное занижение налоговой базы.

Выводы налогового органа обоснованы наличием следующих обстоятельств.

Действия перечисленных организаций являются согласованными – учредитель ООО «М-Групп» ФИО4 являлся также учредителем ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Сэйв-Групп». Ведение бухгалтерского учета ООО «М-Групп», ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Сэйв-Групп» осуществлялось одним лицом – ФИО5, которая также являлась учредителем ООО «Сэйв-Групп».

Проверкой установлены факты совместительства работников ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8. ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «М-Групп» в данных сервиса Контур.фокус указывали единый номер телефона.

Отчетность отправлялась с совпадающих IP-адресов.

Общества осуществляли идентичные виды деятельности в области торговли медицинского оборудования и товаров медицинского назначения. В разные периоды времени организации располагались по одним адресам.

По мнению налогового органа, совокупность указанных обстоятельств, свидетельствует о согласованности действий участников группы компаний ООО «М-Групп», об организации расчетов по финансово-хозяйственной деятельности одними лицами с целью контроля и распределения денежных потоков разных хозяйствующих субъектов и о формальном разделении бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды ООО «М-Групп», направленных на минимизацию налоговых обязательств.

При этом, заявитель оспаривает решение налогового органа по основанию отсутствия налоговой экономии, не отрицая при этом факт взаимозависимости ООО «М-групп» и ООО «Сэйв Групп». Налогоплательщик также указывал на ошибки в расчете налоговых обязательств в оспариваемом решении инспекции, и представил контррасчет, в котором отражены относящиеся к проверяемому периоду доходы и расходы, не учтенные налоговым органом при принятии решения.

Суд не может согласиться с выводами налогового органа о том, что в данном случае имело место деление по существу единого хозяйствующего субъекта в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде применения специального налогового режима - УСН.

Так, налоговым органом проведена выездная налоговая проверка заявителя за период 2018-2020 годы.

Инспекций установлено, ООО «М-групп» образовано – 18.11.2010. Юридический адрес регистрации: Волгоград, ул. им маршала ФИО3, 23, оф 1.

Основной вид деятельности - торговля оптовая техникой, оборудованием инструментами, применяемых в медицинских целях.

В проверяемом периоде генеральным директором ООО «М-групп» являлся ФИО4 (с 05.11.2014 по настоящее время).



В период 2018 года, 1-3 кварталы 2019 года ООО «М-Групп» находилось на упрощенной системе налогообложения (доходы-расходы), с 4 квартала 2019 и в 2020 году применяло общую систему налогообложения.

В статье 20 НК РФ установлено, что взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц, а именно: 1) одна организация непосредственно и (или) косвенно участвует в другой организации, и суммарная доля такого участия составляет более 20 процентов. Доля косвенного участия одной организации в другой через последовательность иных организаций определяется в виде произведения долей непосредственного участия организаций этой последовательности одна в другой; 2) одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению; 3) лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого.

Суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 1 данной статьи, если отношения между этими лицами могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг). Если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения (пункт 7 статьи 105.1 Кодекса).

При этом сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение специального налогового режима данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность.

ФИО4 обладает долей в уставном капитале ООО «Сэйв Групп» в размере 65%. Будучи участником ООО «М-Групп», ФИО4 обладает долей 80% уставного капитала этого общества.

Суд соглашается с выводами налогового органа о том, что ООО «М-групп» и ООО «Сэйв Групп» являлись в проверяемый период взаимозависимыми лицами для целей налогообложения в силу пп. 3 п. 2 ст. 105.1 НК РФ, что не оспаривается заявителем и ООО «Сэйв Групп», привлеченным к участию в деле в качестве заинтересованного лица.

Налоговый орган полагает, что ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Спектр» также являются взаимозависимыми с ООО «М-групп» ввиду совпадения IP-адресов при отправлении налоговой и бухгалтерской отчетности, идентичности видов деятельности.

Однако совокупность установленных по делу обстоятельств свидетельствует о том, что указанные лица вели самостоятельную хозяйственную деятельность.

Так, ООО «Волга-Мед» зарегистрировано 25.08.2015 года.

В проверяемый период времени ФИО4 являлся участником данного общества только с 01.01.2018 по 05.02.2018.

Заявленный вид деятельности - торговля оптовая техникой, оборудованием и инструментами, применимыми в медицинских целях (с 23.11.2020). Дополнительными видами деятельности значатся: деятельность агентов, специализирующихся на оптовой торговле фармацевтической продукцией, изделиями, применяемыми в медицинских целях, парфюмерными и косметическими товарами, включая мыло, и чистящими средствами; торговля оптовая фармацевтической продукцией; деятельность в области медицины прочая, не включенная в другие группировки (с 2015 года).

В проверяемом периоде за обществом зарегистрировано два транспортных средства.

ООО «Волга-Мед» в 2018 году и 2019 году (до 2 квартала) применяло УСН с объектом налогообложения «доходы, уменьшенные на величину расходов». С 3 кв. 2019 года ООО «Волга-Мед» применяет общую систему налогообложения.

Налоговым органом установлено, что ООО «Волга-Мед» является исполнителем государственных (муниципальных) контрактов на поставку мед. товаров (оборудования): в 2018 г заключено 13 контрактов, в 2019 г заключено 97 контрактов, в 2020 г заключено 33 контракта.

ООО «Волга-Мед» приобретало товары у организаций, которые не являлись поставщиками ООО «М-групп», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв-Групп», и поставляло товары покупателям, которые не являлись покупателями ООО «М-групп», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв Групп».

Так, поставщиками ООО «Волга-Мед» являлись ООО «ТЕРРИТОРИЯ КРАСОТЫ», RENTAX EUROUPE GMBH JULIUS-VOSSELER-STR.104, 22527 HAMBURG, GERMANY, ООО «Корпорация МЕДТРЕЙД», ООО «ДАНЭКСТ», ООО «МЕДЛИБЕРТИ», ООО «ВКО МДПРОМ», ООО «ПРОДЖЕКТ ТРЕЙД», ООО «МТО «СТОРМОВЪ», ООО «МЕДИНКОМ», ООО «ЛЭСП», ООО «БТМ-МММ», ООО «ИНТЕРСИТИ ЛОГИСТИК», ООО «БАНДЕК-МС».

Товар реализовывался в адрес следующих покупателей: Департамент финансов города Москвы ГКУ АЗ (КЗ) ДЗМ, ООО «Т.К.», ГБУЗ «РКБСМП МЗ РСО-АЛАНИЯ», ГБУЗ «ГКБ № 1 им. С.З. Фишера», ООО «ДАР», ГБУЗ ЦГБ, БФ «Память поколений», ФГБУЗ МСЧ № 152 ФМБА РОССИИ, ГБУЗ «МЦРБ», Министерство здравоохранения Карачаево-Черкеской Республики, МЗ РСО-А, ФГБУФКЦВМТ ФМБА РОССИИ, ООО «ДИКСИОН-САМАРА», ФГБУЗ ЦМСЧ № 1 ФМБА РОССИИ, ГБУЗ «ВОККЦ». Приведенный список поставщиков и покупателей не содержит наименований организаций, осуществлявших взаимодействие с заявителем или иными привлеченными к участию в качестве заинтересованных лиц организаций.

ООО «Русна» образовано 01.09.1998.

Заявленный вид деятельности: оптовая торговля фармацевтической продукцией, изделиями, применяемыми в медицинских целях (с 13.08.2021). Дополнительными видами деятельности являются: деятельность в области медицины прочая, не включенная в другие группировки (с 08.11.2018), деятельность агентов, специализирующихся на оптовой торговле фармацевтической продукцией, изделиями, применяемыми в медицинских целях, парфюмерными и косметическими товарами, включая мыло, и чистящими средствами (с 13.08.2021).

Руководители организации: до 13.01.2015 - ФИО9, с 14.01.2015 - ФИО8, с 07.02.2020 - ФИО6.

Учредителями ООО «Русна» являлись: с 04.01.2003 - ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13; с 18.01.2016 - ФИО4 (учредитель ООО «М-групп»), с 18.04.2019 –ФИО6.

В проверяемом периоде ООО «Русна» имело в собственности нежилое здание.

Общество применяло упрощенную систему налогообложения. В 2018 году объектом налогообложения являлись «доходы», в 2019-2020 гг. – «доходы, уменьшенные на величину расходов».

Поставщики и покупатели ООО «Русна» не являлись контрагентами ООО «Волга-Мед», ООО «Спектр», ООО «Сэйв-Групп», ООО «М-Групп».

Так, покупателями ООО «Русна» выступали МЗ РСО-А, ГБУЗ «ГДП № 2», ГУЗ «ДПК № 31», ГУЗ «ДКП № 15», ГБУЗ «КДГБ», ГУЗ «ДП № 16», ГКБ № 67, ООО «Оборудование для нейрофизиологии и функциональной диагностики», ГБУЗ «Среднеахтубинская ЦБР», ГБУЗ «Городищенская ЦБР», ГБУЗ «МГДБ», ГУЗ «ДП № 6», ГБУЗ «ЦБР Суровикинского муниципального района», ГУЗ «Поликлиника № 30», ГБУЗ «Котельниковская ЦРБ», ГБУЗ «Быковская ЦРБ», ГБУЗ «Нехаевская ЦРБ».

Поставщиками ООО «Русна» выступали АО «ИНТЕЛМЕД», МБУЗ «ГБСМП» г. Таганрога, ООО «БИОХИММЕД», ООО «МЕДТЕХНИКА», ООО «АЭРОЛАЙФ», ООО «ЦЕТУС», ООО «КОМПАНИЯ НЕО», ГАУ «МЕДИЦИНСКАЯ ТЕХНИКА АЛАНИИ».

Налоговым органом установлено, что ООО «Русна» является исполнителем государственных (муниципальных) контрактов на поставку мед. товаров (оборудования): в 2019 г. заключено 33 контракта, в 2020 г. заключено 55 контрактов.

ООО «Спектр» зарегистрировано 07.11.2014 года.

Основной вид деятельности - торговля оптовая фармацевтической продукцией (с 07.11.2014).

ООО «Спектр» в проверяемом периоде применяло УСН с объектом налогообложения «доходы», уменьшенные на величину расходов.

Руководителем и единственным участником общества являлась ФИО14, которая была допрошена в качестве свидетеля. Её показания не подтверждают доводов налогового органа о том, что она и ООО «Русна» являются лицами, подконтрольным заявителю. ФИО14 в своих показаниях подробно объяснила, как самостоятельно осуществляла деятельность, участвуя в электронных торгах.

При этом, ФИО4 никогда не являлся участником ООО «Спектр» или его руководителем.

Согласно пояснениям заявителя и свидетельским показаниям ФИО14, общество специализировалось на поставках медицинских товаров для гемодиализа, которые приобретались у ЗАО «Фрезениус СП». Поставка происходила в адрес медицинских учреждений, оказывающих медицинскую помощь больным с нарушением функции почек, то есть в ГБУЗ «ВОУНЦ» и ГУЗ «КБСМП № 15».

Как установлено налоговым органом, ООО «Спектр» является исполнителем государственных (муниципальных) контрактов на поставку мед. товаров (оборудования): в 2018 г заключено 2 контракта, 2019 г заключено 9 контрактов, в 2020г заключено 12 контрактов.

Контрагентами ООО «М-Групп» являлись АО «НИЦИМБИО», ГУЗ «Клиническая поликлиника № 28», ГБУЗ «ГКБ № 3», ГУЗ КП № 1, ГУЗ «Поликлиника № 4», ГУЗ «Поликлиника № 2», ГБУЗ «Палласовская ЦРБ», МУФ СО, ГКУ СО «Самараформация», которые не выступали поставщиками или покупателями других организаций, определяемых налоговым органом как участников схемы.

В ходе проверки налоговым органом проанализированы хозяйственные взаимоотношения ООО «М-Групп», ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв Групп».

На стр. 32-43 оспариваемого решения налоговый орган приводит сведения о заключенных между заявителем и заинтересованными лицами сделках, в том числе договорах поставок и займов (в том числе и беспроцентных).

Как следует из решения инспекции (и отзыва на заявление), проверкой установлено, что все заемные денежные средства возвращены, и поставленные товары оплачены, то есть расчеты происходили в действительности. В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что участники хозяйственных отношений не несли расходов друг за друга, а заключенные ими сделки носили реальный характер.

Тем самым довод налогового органа о формальных отношениях ООО «М-Групп», ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв Групп» опровергается полученной в ходе проверки информацией.

Довод налогового органа о вовлечении в деятельность группы компаний новых лиц и сопутствующем снижении доходов опровергается приведенными в оспариваемом решении инспекции сведениями.

В таблице № 95 на стр. 135 решения налогового органа, отражено, что снижение доходов ООО «М-групп» произошло в 2014 и 2015 годах, с 2011 по 2013 годы, и с 2016 по 2018 годы, выручка последовательно росла, независимо от участия иных лиц в хозяйственном обороте рынка медицинских товаров.

Так, в 2016 году заявителем были получены доходы 64 млн. руб., в 2017 году 74 млн. руб., в 2018 – 117 млн. руб., что не соответствует утверждению в отзыве налогового органа об уменьшении выручки.

Согласно пункту 4 статьи 346.13 Налогового кодекса (в редакции, действовавшей в проверенный период), если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 настоящего Кодекса, превысили 150 млн рублей и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4 статьи 346.12 и пунктом 3 статьи 346.14 настоящего Кодекса, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

Суд отмечает, что в 2013, 2014, 2015, 2016 годах совокупный доход ООО «М-Групп», ООО «Сэйв Групп» и ООО «Спектр» превышал предусмотренный п. 4 ст. 346.12 НК РФ предельный размер доходов, позволяющий применение УСН, что отражено в таблице № 95 на стр. 135 решения инспекции. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что данному превышению была дана единообразная оценка по результатам контрольных мероприятий, проведенных за соответствующие налоговые периоды.

Согласно ст. 54.1 НК РФ, недопустимо уменьшение налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни и направленность совершаемых сделок исключительно на уклонение от уплаты налогов.

Предпринимательская деятельность ООО «М-Групп», ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв Групп» не носила формальный (технический) характер.

Каждая из организаций реально осуществляла экономическую деятельность, имела свой штат сотрудников, свои материальные ресурсы для осуществления деятельности, осуществляла прием сотрудников на работу, самостоятельно несла расходы, а так же осуществляла управление деятельностью, что подтверждается имеющимися в материалах справками формы 2-НДФЛ, выписками о движении денежных средств по расчетным счетам заявителя и заинтересованных лиц.

В решении налогового органа отражено, что у ООО «Волга-Мед» в 2018 году было 3 сотрудника, в 2019 и в 2020 годах – 9 человек.

У ООО «Русна» в 2018 году имелось 3 работника, в 2019 – 2 работника, в 2020 – 3 работника.

В ООО «Спектр» в 2018 году работали 2 сотрудника, в 2019 – 4, в 2020 – 5 .

В ООО «Сэйв Групп» в 2018 году работали 4 человека, в 2019 и 2020 - 3 человека.

Ни один из допрошенных налоговым органом работников, либо бывших работников заявителя и заинтересованных лиц не указывал на формальный переход на работу от одного предпринимателя к другому.

Все допрошенные работники показали, что работодатели принимали их на работу лично, лично выплачивали заработную плату, и они понимали, у кого работают.

Никто из работников ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв Групп» не показал, что руководство их деятельностью, какие-либо указания по работе им давал ФИО4 как руководитель единого предприятия.

Суд также так же отмечает следующее.

Дробление бизнеса рассматривается как способ получения необоснованной налоговой выгоды, если производится исключительно для уменьшения налоговой нагрузки, а не в целях ведения предпринимательской деятельности.

В силу пункта 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики.

В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности достоверны.

Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.07.2017 №1440-О отмечал, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

Данная правовая позиция неоднократно подтверждалась Конституционным Судом Российской Федерации применительно к уплате различных налогов и сборов (постановление от 3 июня 2014 года № 17-П, определение от 7 июня 2011 года № 805-О-О и др.). В постановлении от 16 июля 2004 года № 14-П Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что в силу конституционного требования о необходимости уплаты только законно установленных налогов и сборов во взаимосвязи с предписаниями статей 15 и 18 Конституции Российской Федерации механизм налогообложения должен не только обеспечивать полноту и своевременность взимания налогов и сборов с обязанных лиц, но и одновременно - надлежащий правовой характер деятельности уполномоченных органов и должностных лиц, связанной с изъятием средств налогообложения.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 № 305- ЭС21-18005 следует, что подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях, указанные в пунктах 2 - 4 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ, которым часть первая НК РФ дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика.

Положения статьи 54.1 Кодекса направлены на противодействие налоговым злоупотреблениям и получению необоснованной налоговой выгоды за счет причинения ущерба бюджетам публично-правовых образований в результате неуплаты сумм обязательных платежей, которые должны были быть уплачены, если бы злоупотреблений не было.

Таким образом, основанием для признания налоговой выгоды необоснованной является выявление по результатам налогового контроля налоговой экономии, полученной в результате злоупотреблений со стороны налогоплательщика.

При этом выявление необоснованной налоговой выгоды не предполагает определения налоговой обязанности в относительно более высоком размере, что по сути означало бы применение санкции, а может служить основанием для доначисления суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, таким образом, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, то есть в таком случае необходимо проведение налоговой реконструкции (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 № 309-ЭС20-23981, от 05.04.2018 № 305-КГ17- 20231, от 06.03.2018 № 304-КГ17-8961, от 30.09.2019 № 307-ЭС19-8085, от 28.10.2019 №305-ЭС19-9789 и др.).

При рассмотрении инспекцией материалов проверки и возражений, а также апелляционной жалобы вышестоящим налоговым органом доводы налогоплательщика о фактическом отсутствии налоговой экономии надлежащей правовой оценки не получили.

Так, налоговым органом в оспариваемом решении отражено, что проверяемым налогоплательщиком невозможно применение УСН с 4 квартала 2018 года, в связи с чем, с начала указанного периода и до конца 2020 года подлежат консолидации доходы и расходы ООО «М-Групп», ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв Групп», полученные и понесенные в проверяемый период с начисление налогов по общей системе налогообложения.

Вывод налогового органа о невозможности применения ООО «М-групп» специального налогового режима в виде УСН в проверяемом периоде не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды без определения налоговых обязательств с учетом доходов, общих расходов и налоговых вычетов всех налогоплательщиков - ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв Групп», и без зачета всех уплаченных (перечисленных) в бюджет сумм.

ООО «Сэйв Групп» образовано 07.11.2012, юридический адрес: Волгоград, ул. 10-й дивизии НКВД, 1А. Заявленный вид деятельности: оптовая торговля фармацевтической продукцией, изделиями, применяемыми в медицинских целях.

Руководителем организации является ФИО5.

ООО «Сэйв Групп» в проверяемом периоде применяет УСН с объектом налогообложения «доходы, уменьшенные на величину расходов».

Как установлено налоговым органом, ООО «Сэйв Групп» с даты образования до 2018 года осуществляло деятельность по реализации медицинских товаров. С 2019 года на дату окончания проверяемого периода ООО «Сэйв Групп» осуществляло иной вид экономической деятельности.

Инспекцией установлено, что из анализа банковской выписки о движении денежных средств ООО «Сэйв Групп» за 2018-2020 гг. прослеживается поступление денежных средств за поставку медицинских товаров в 4 квартале 2018 года от ГБУЗ «ВОУНЦ» (12 992 тыс. руб.), приобретенных у ЗАО «Фрезениус СП» (указанный поставщик также является поставщиком ООО «М-групп», ООО «Волга-Мед, ООО «Спектр»). С января 2019 года по 31.12.2020 ООО «Сэйв Групп» получает доходы от сдачи в аренду помещений арендаторам АО «ИВЦ ЖКХ И ТЭК», ООО «ЕЦВ», ООО «Тета дата солюшнс».

Как следует из материалов дела, ООО «Сэйв Групп» приобрело недвижимое имущество (здание бывшего санатория-профилактория, расположенного по адресу ул. Циолковского, д. 9) у МУП «Метроэлектротранс» за 83 039 250 руб. по договору купли-продажи объекта муниципального имущества № 01-05/146-17 от 29.05.2017 г., произвело его ремонт, что привело к увеличению его стоимости до 106 557 446,20 рублей (стр. 30 оспариваемого решения).

Стоимость приобретения имущества и его ремонта налоговым органом не оспаривается, равно, как и уплата НДС в составе стоимости этого имущества и его ремонта.

Также инспекция не оспаривает факт ввода в эксплуатацию имущества в 4 квартале 2018 года и постановке его в декабре 2018 года на учет в качестве основного средства.

В соответствии с п. 1 ст. 172 НК РФ, налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 настоящего Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих исчисление сумм налога налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 настоящего Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно п. 1.1 ст. 172 НК РФ, налоговые вычеты, предусмотренные пунктом 2 статьи 171 настоящего Кодекса, могут быть заявлены в налоговых периодах в пределах трех лет после принятия на учет приобретенных налогоплательщиком на территории Российской Федерации товаров (работ, услуг), имущественных прав или товаров, ввезенных им на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией.

В соответствии с п. 1 ст. 256 НК РФ, амортизируемым имуществом в целях настоящей главы признаются имущество, результаты интеллектуальной деятельности и иные объекты интеллектуальной собственности, которые находятся у налогоплательщика на праве собственности (если иное не предусмотрено настоящей главой) и используются им для извлечения дохода. Амортизируемым имуществом признаются имущество, результаты интеллектуальной деятельности и иные объекты интеллектуальной собственности со сроком полезного использования более 12 месяцев и первоначальной стоимостью более 100 000 рублей.

Таким образом, в формируемых по результатам проверки расчетах налоговых обязательств следовало учесть в составе затрат амортизационные отчисления, связанные с приобретением участником группы компаний ООО «Сэйв Групп» имущества стоимостью 106 557 446,20 рублей, а также при определении суммы подлежащего уплате в бюджет НДС - налоговые вычеты в размере 13 524 133 рублей.

Судом отклоняется довод налогового органа, приведенный в письменных пояснениях, о том, что сам по себе факт взаимозависимости ООО «М-Групп» и ООО «Сэйв Групп» не может являться обстоятельством для консолидации доходов и расходов различных субъектов экономической деятельности.

В течение 2018,2019, 2020 годов, в последующих периодах до 28.03.2023, ФИО4 являлся единоличным исполнительным органом ООО «Сэйв Групп».

До настоящего времени ФИО4 обладает долей в уставном капитале ООО «Сэйв Групп» в размере 65%, то есть продолжает осуществлять корпоративное управление обществом. Доказательств обратного налоговым органом суду не представлено.

Будучи участником ООО «М-Групп», ФИО4 обладает долей 80% уставного капитала этого общества.

В соответствии с пп. 3 п. 2 ст. 105.1 НК РФ, взаимозависимыми лицами признаются организации в случае, если одно и то же лицо прямо и (или) косвенно участвует в этих организациях и доля такого участия в каждой организации составляет более 25 процентов.

Таким образом, налогоплательщик и ООО «Сэйв групп» взаимозависимы. Установленные в ходе проверки налоговым органом признаки единого руководства деятельностью обеих организаций – общее руководство, единая транспортная служба, нахождение по одному адресу не могут избирательно распространяться на отдельные периоды существования юридических лиц по выбору налогового органа в зависимости от времени получения доходов и несения расходов, влияющих на размер налоговой базы. Такой подход непоследователен, противоречит принципу справедливости налогообложения, и свидетельствует об избирательном применении норм налогового закона.

Согласно имеющимся в деле материалам проверки, выпискам из ЕГРЮЛ, признаки взаимозависимости ООО «Сэйв Групп» и ООО «М-Групп», и их единого управления в 2018, 2019, 2020 годах не претерпели изменений.

При этом в 2018 года часть расходов, связанных с эксплуатацией здания (коммунальные расходы, охрана и прочее) учтена налоговым органом.

В связи с чем, по мнению суда, исключение из расчетов показателей деятельности ООО «Сэйв Групп» за 2019 и 2020 годы произведено налоговым органом без учета фактических обстоятельств и в ущерб правам проверяемого лица, что привело к формированию неверного и несправедливого расчета налоговых обязательств.

Представленный заявителем расчет проверен судом и признан верным.

Налоговый орган не привел доводов и доказательств, опровергающих его правильность.

Так, с учетом в составе затрат в соответствии со ст. 259 НК РФ суммы амортизации, и, в соответствии со ст. 171, 172 НК РФ, налоговых вычетов по приобретенному на основании договора № 01-05/146-17 от 29.05.2017 имуществу, в также выплаченных дивидендов «Волга-Мед», ООО «Спектр», ООО «Русна», по результатам проверки вопреки произведенным инспекциях начисления определяется отрицательное значение, то есть сумма переплаты. Таким образом, у заявителя не формируется налоговая экономия.

Судом принимается во внимание, что за 2018-2020 годы ООО «Волга-Мед», ООО «Русна», ООО «Спектр», ООО «Сэйв-Групп» перечислено в бюджет налога на прибыль, УСН, НДС в общем размере более 106 млн. руб., в том числе: ООО «М-Групп» - более 20 млн. руб., в том числе УСН, налог на прибыль, НДС; ООО «Волга-Мед» - более 72 млн. руб., в том числе УСН, налог на прибыль, НДС; ООО «Русна» - более 1, 8 млн. руб. (УСН); ООО «Спектр» - более 10 млн. руб. (УСН); ООО «Сэйв Групп» - 448 145 руб. (УСН).

Как указывает заявитель, группой компаний были выплачены дивиденды участникам, с которых удержан и перечислен в бюджет НДФЛ в общем размере более 16 млн. руб. Размер произведенных платежей налоговым органом не оспаривается.

Суд отмечает, что инспекцией не опровергнуты доводы заявителя о методологических ошибках в расчетах инспекции в таблице 106 (стр. 154 решения), где не учтены затраты на сумму 2 101 890,34 рублей.

В частности, не учтены в затратах:

товарная накладная 3512668259, счет фактура 1200075086 от 24.09.2018 ЗАО «Фрезениус СП» на сумму 565 443,75 - товар был оприходован 25.09.2018 (находился на складе и реализован в 4 кв. 2018, накладная 11 от 04.10.2018 (не учтена налоговым органом);

товарная накладная 3512719844, счет фактура 1200075315 от 28.09.2018 ЗАО «Фрезениус СП» на сумму 3 146 814,58 - товар был оприходован 01.10.2018 (реализован в 4 кв. 2018 накл. 12 от 01.10.2018 на сумму 4 883 440,14 ГБУЗ ВОУНЦ).

В затратах ошибочно учтена:

товарная накладная 3513476236, счет фактура 1200083283 от 25.12.2018 ЗАО «Фрезениус СП» на сумму 1 614 278,56 товар был оприходован 26.12.2018 (находился на складе и не был реализован в 4 кв. 2018)

Установленный законодательством о налогах и сборах порядок должен обеспечивать надлежащую реализацию прав и законных интересов налогоплательщиков в правовом государстве, что предполагает обязанность руководителя (заместителя руководителя) налогового органа провести всестороннюю и объективную проверку обстоятельств, влияющих на вывод о наличии недоимки (суммы налога, не уплаченной срок), не ограничиваясь содержанием налоговой декларации, установить действительный размер налоговой обязанности, в том числе при разумном содействии налогоплательщика - с учетом сведений и документов, представленных им с возражениями на акт налоговой проверки и в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки в соответствии с пунктом 6 статьи 100, пунктом 4 статьи 101 Налогового кодекса.

Иное бы не отвечало вытекающему из пункта 2 статьи 22 Налогового кодекса принципу добросовестности налогового администрирования, не допускающему создание формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону (определения Верховного Суда Российской Федерации от 16.02.2018 № 302-КГ17-16602, от 03.08.2018 № 305-КГ18-4557, от 30.09.2019 № 305-ЭС19-9969), и отказ в осуществлении прав налогоплательщиков только по формальным основаниям, не связанным с существом реализуемого права, по мотивам, обусловленным лишь удобством налогового администрирования (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.03.2019 № 301-КГ18-20421, от 28.02.2020 № 309-ЭС19-21200, от 15.05.2020 № 304-ЭС20-1243).

Таким образом, при оценке законности доначисления налогов по результатам налоговой проверки значение имеет правильность определения недоимки налоговым органом, исходя из обстоятельств, которые были установлены в ходе налоговой проверки и давали основания для уменьшения суммы налога, а также обстоятельств, которые могли быть установлены при добросовестном исполнении своих обязанностей должностными лицами налогового органа и содействии налогоплательщика в их установлении.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 06.07.2010 № 17152/09 и от 21.06.2011 № 1/11 также определил, что задачей налогового контроля является установление объективного размера налогового обязательства.

Суд, исследовав установленные по делу обстоятельства в их совокупности, пришел к выводу об отсутствии налоговой экономии, и о недоказанности налоговым органом факта создания заявителем схемы «дробление бизнеса» при отсутствии деловой цели. Сам факт наличия родственных отношений о фиктивности хозяйственных отношений не свидетельствует.

Согласно пункту 1 статьи 346.11 НК РФ упрощенная система налогообложения применяется организациями и индивидуальными предпринимателями наряду с иными режимами налогообложения, предусмотренными законодательством Российской Федерации о налогах и сборах. На основании пункта 1 статьи 346.12 НК РФ плательщиками единого налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, признаются организации и индивидуальные предприниматели, перешедшие на упрощенную систему налогообложения и применяющие ее в порядке, установленном главой 26.2 НК РФ.

В силу пункта 2 статьи 346.11 НК РФ применение упрощенной системы налогообложения организациями и индивидуальными предпринимателями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций (за исключением налога, уплачиваемого с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренными пунктами 3 и 4 статьи 284 НК РФ), налога на имущество организаций. Организации и индивидуальные предприниматели, применяющие упрощенную систему налогообложения, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, за исключением налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в соответствии с НК РФ при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, а также налога на добавленную стоимость, уплачиваемого в соответствии со статьей 174.1 НК РФ.

Суд признает обоснованными доводы заявителя о том, что наличие у налогоплательщика и общества в некоторых случаях общих покупателей и поставщиков обусловлен спецификой сферой деятельности, что не является нарушением законодательства РФ.

Принятие управленческих и бухгалтерских решений одними и теми же лицами налогоплательщика и обществ само по себе не может свидетельствовать об отсутствии экономической самостоятельности у общества и взаимозависимых лиц. При этом налоговый орган не учитывает использование различных материально-технических ресурсов взаимозависимыми лицами. Вышеуказанные лица вели самостоятельную деятельность, являлись исполнителями государственных (муниципальных) контрактов на поставку медицинских товаров (оборудования).

При этом доказательств того, что выполнение обязательств по контрактам, заключенных с заказчиками, носило формальный характер, не имело действительного экономического смысла, а было направлено на получение необоснованной налоговой выгоды с целью сохранения права на применение упрощенной системы налогообложения и уменьшения объема налоговых обязательств посредством перераспределения полученных доходов на взаимозависимую организацию налоговым органом не представлено.

Бухгалтерская и налоговая отчетность в отношении каждого отдельно взятого хозяйствующего субъекта представлялась с учетом их реальных финансово-хозяйственных показателей и налогового бремени, относящихся к их фактической экономической деятельности, что налоговым органом не опровергнуто.

Суд признает обоснованными доводы общества о том, что налоговый орган не представил доказательств по обстоятельствам, перечисленным в п.5 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, которые бы прямо свидетельствовали о направленности действий обществ на незаконную оптимизацию налогообложения посредством применения специальных налоговых режимов. Напротив, представленные документы свидетельствуют, общества имели самостоятельные деловые цели; с момента своего образования, то есть задолго до спорного налогового периода, находились в сфере контроля как налогового органа, так и иных контролирующих государственных органов, осуществляли свои права и обязанности в соответствии с приобретенным статусом хозяйствующего субъекта.

Субъекты договорных отношений вправе самостоятельно определять свою экономическую политику, цену реализации товаров (работ, услуг), исходя из соотношения спроса и предложения на рынке.

Действующее законодательство не содержит ограничений для физических лиц относительно количества юридических лиц, учредителями которых они могут являться, не содержит запрета на совершение хозяйственных операций между организациями, в состав участников которых они входят. Указанные обстоятельства, равно как и нахождение таких хозяйствующих субъектов на одной территории, не подтверждают отсутствие у них разумной деловой цели при совершении ими хозяйственных операций. Каждый из них удовлетворяет признакам самостоятельных субъектов предпринимательской деятельности, установленным применительно к физическим и юридическим лицам в ст. ст. 23, 48 ГК РФ. Каждый в рамках НК РФ по своему усмотрению имеет право применять упрощенные специальные режимы налогообложения, которые имеют своей сутью поддержку некрупного предпринимательства. Выводы налогового органа о том, что, заявитель создал с взаимозависимыми лицами схему, направленную на получение необоснованной налоговой, не преследуя при этом экономических (деловых) целей, носят предположительный характер, не основаны на материалах дела.

При этом обоснованность получения налоговой выгоды не может быть поставлена в зависимость от способов привлечения капитала для осуществления экономической деятельности (использование собственных, заемных средств, эмиссия ценных бумаг, увеличение уставного капитала и т.п.) или от эффективности (прибыльности) использования капитала.

Судом установлено, что налоговый орган не доказал получение ООО «М-групп» необоснованной налоговый выгоды в проверяемом периоде, а так же не установил объективный размер налогового обязательства налогоплательщика.

В силу части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение о признании его незаконным (недействительным).

Таким образом, исследовав материалы дела, проанализировав собранные по делу доказательства и доводы сторон в совокупности, суд приходит к выводу, что налоговым органом в ходе проверки не было собрано достаточно достоверных доказательств в подтверждение заявленных доводов о недобросовестности заявителя и направленности его умысла на получение необоснованной налоговой выгоды.

Напротив, в обоснование своей позиции инспекций положила противоречивые доказательства, ссылалась на неполно исследованные обстоятельства.

Иные доводы инспекции об обоснованности доначисления ООО «М-групп» налогов также не свидетельствуют.

Выявленная судом неполнота проведенной налоговой проверки не может быть восполнена в рамках судебного разбирательства.

Доводы налогоплательщика об отсутствии в его действиях умысла на получение необоснованной налоговой выгоды налоговым органом в нарушение ст. ст. 65, 200 АПК РФ должным образом не опровергнуты.

При таких обстоятельствах суд полагает, что решение ИФНС России по Центральному району г. Волгограда в оспариваемой части подлежит признанию недействительным.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ с учетом удовлетворения требований заявителя с Инспекции в пользу заявителя подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

В соответствии с ч. 1 чт. 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 201 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

признать недействительным, не соответствующим Налоговому кодексу Российской Федерации решение инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Волгограда от 29.11.2022 №10-19/2326 в части, не отмененной решением Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области №121 от 17.02.2023, с учётом решения Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области от 18.09.2023 № 18-2023/59ск.

Обязать инспекцию Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Волгограда устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «М-групп».

Взыскать с инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Волгограда в пользу общества с ограниченной ответственностью «М-групп» расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья Т.В. Двоянова