Решение от 12 января 2025 г. по делу № А51-8103/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-8103/2023
г. Владивосток
13 января 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 10 января 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 13 января 2025 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Тихомировой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Федоровой А.С., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Азиатско-Тихоокеанские Линии» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 10.04.2013)

к Находкинской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 10.12.2002)

о признании незаконным решений

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1, доверенность от 24.04.2023, паспорт, диплом (онлайн);

от ответчика: ФИО2, доверенность от 27.12.2024, паспорт, диплом (онлайн); ФИО3, доверенность от 25.12.2024 № 04-24/060, паспорт;

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Азиатско-Тихоокеанские Линии» (далее – заявитель, декларант, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Находкинской таможне (далее – ответчик, таможня) о признании незаконными решений от 27.04.2023 по ДТ №10702070/280920/0234321, от 26.04.2023 по ДТ №10702070/300920/0237574.

В обоснование требований представитель общества по тексту заявления указал, что спорные решения повлекли за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены его права и законные интересы в сфере экономической деятельности; считает, что таможенному органу при декларировании товара были представлены все необходимые документы, подтверждающие заявленную обществом таможенную стоимость, соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами»; полагает, что таможенный орган не дал объективной оценки документам и сведениям, представленным декларантом, нарушил порядок выбора метода определения таможенной стоимости и источников ценовой информации, в связи с этим просит признать незаконными решения о внесении изменений (дополнений) в сведения,  указанные в спорных ДТ.

Представитель таможенного органа в письменном отзыве требования общества не признал, указал, что в ходе таможенного контроля по спорным ДТ в результате анализа представленных декларантом документов установлена невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку по итогам сравнительного анализа выявлены значительные расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа; ссылается, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости и формирование структуры таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях.

Данные обстоятельства, по мнению таможенного органа, препятствуют применению первого метода определения таможенной стоимости товаров, в связи с чем, считает, что оспариваемые решения по таможенной стоимости приняты законно и обоснованно, правила выбора метода определения таможенной стоимости и источников ценовой информации не нарушены.

Из материалов дела следует, что в сентябре 2020 года ООО «АТЛ» в таможенный орган поданы ДТ № 10702070/280920/0234321, №10702070/300920/0237574, в которых в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления задекларированы товары – светильники настенные, подвесные из комбинированных материалов различных артикулов, предназначенные для использования с лампами накаливания, производства КНР.

Товар ввезен во исполнение внешнеторгового контракта от 28.08.2020 № APL21, заключенного ООО «АТЛ» (покупатель) с компанией «ZhongShan BoFaan Trade Co., LTD», (продавец).

Таможенная стоимость товаров определена по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Находкинской таможней в отношении ООО «АТЛ» был проведен таможенный контроль в форме проверки документов и сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств по вопросу достоверности сведений, заявленных в ряде таможенных деклараций, в том числе спорных ДТ № 10702070/280920/0234321, №10702070/300920/0237574, и (или) содержащихся в представленных таможенному органу документах, по результатам которого составлен акт проверки документов и сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств от 16.03.2023 №10714000/210/160323/А000022.

В ходе проведенной проверки документов и сведений таможней выявлено и отражено в названном акте проверки, что заявленная, в том числе в спорных ДТ № 10702070/280920/0234321 (товар №1), №10702070/300920/0237574 (товар №1), таможенная стоимость товаров не основана на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, что противоречит требованиям подпункта 2 пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, и в соответствии с требованиями пункта 14 статьи 38, пункта 3 статьи 112 и статьи 315 ТК ЕАЭС является основанием для изменения (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, в части таможенной стоимости товаров и размера исчисленных и. (или) подлежащих уплате таможенных платежей.

В частности, таможенный орган указал, что:

-  печать продавца - компании «ZhongShan BoFaan Trade Co., LTD» в контракте, приложениях к нему, инвойсах, приведенная на рис. 4 в акте проверки, в соответствии с разъяснениями ФТС России не соответствует требованиям статьи 14 «Положения Госсовета КНР о печатях государственных учреждений, предприятий и бюджетных организаций», утвержденного Постановлением Госсовета КНР от 10.10.1999 № 25, и, исходя из изображения оттиска печати, сделан вывод, что компания не могла быть зарегистрирована на территории материкового Китая (несмотря на указанный в контракте адрес на территории материкового Китая), но могла быть учреждена на территории Специального административного района Китая Гонконг (САР Гонконг);

- при таможенном декларировании обществом таможенные декларации страны отправления (КНР) не представлялись. Экспортные декларации были запрошены в ходе проведения таможенного контроля, однако в своем ответе на запрос таможни общество сообщило, что предоставить экспортные декларации не имеет возможности, поскольку предоставление данного документа не предусмотрено условиями контракта; в связи со спецификой работы таможенных органов покупатель при заключении контракта с продавцом обращался к последнему, однако продавец отказал покупателю во внесении данного положения в условия контракта. Таможня пришла к выводу о недостоверности сведений о переписке с продавцом (сообщение от 10.09.2020 на имя менеджера Crystal Wei,  электронный  адрес  не  содержит  информацию  о  компании-продавце), представленных обществом, поскольку в ней обсуждался вопрос о возможном представлении экспортных деклараций, а не о внесении изменений в условия контракта с включением положения о представлении экспортных деклараций, а в ответе от 10.09.2020 (имеется ссылка на компанию «ZhongShan BoFaan Trade Co., LTD»), Crystal Wei сообщает, что компания не представляет такой документ, поскольку изложенное является коммерческой тайной;

- у общества отсутствуют оригиналы контракта и инвойсов, на запрос таможни о представлении оригиналов документов OOО «АТЛ» пояснило, что оригиналы контрактов, инвойсов представить не имеет возможности, в современной ситуации оригиналы не оправлялись, сделки заключались посредством электронной почты и отправкой сканированных копий;

- представленные при декларировании сканированные копии прайс – листов изготовлены продавцом (имеется вставленная компьютерным способом печать и подпись на ней продавца), а не производителем товара, не содержат изображений, весовых характеристик, подробного описания товара, по существу копируют сведения инвойса и не содержат публичную оферту.

По результатам проверки таможней 26.04.2023 и   27.04.2023 приняты решения о внесении изменений (дополнений) в сведения в ДТ № 10702070/280920/0234321, №10702070/300920/0237574, в части сведений о таможенной стоимости товаров и размера исчисленных и (или) подлежащих уплате таможенных платежей.

Не согласившись с решениями таможни от 26.04.2023 и  от  27.04.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в указанных ДТ, считая, что все необходимые документы были представлены таможне и данные решения повлекли возложение на декларанта необоснованного и излишнего финансового бремени в виде дополнительно начисленных таможенных платежей, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемых решений, суд пришел к выводу о необходимости отказать в удовлетворении заявленных требований ввиду следующего.

Рассматривая спор по существу, суд установил, что в силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 32 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014, вступил в силу 01.01.2015) в Евразийском экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Евразийского экономического союза, а также в соответствии с положениями указанного Договора.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1)   отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2)    продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3)    никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4)     покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств – членов (пункт 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, пункт 2 статьи 4 Соглашения от 25.01.2008).

Как разъяснено в пункте 23 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», исходя из пункта 7 статьи 310 ТК ЕАЭС принятие таможенной стоимости, иных сведений, имеющих значение для исчисления таможенных платежей и заявленных декларантом при ввозе товара, либо их изменение по результатам таможенного контроля, начатого до выпуска товаров, не исключает права таможенных органов на проведение таможенного контроля после выпуска товаров.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

На основании пункта 7 статьи 310 ТК ЕАЭС таможенный контроль проводится в период нахождения товаров под таможенным контролем, определяемый в   соответствии со статьей 14 настоящего Кодекса. После наступления обстоятельств, указанных в пунктах 7-15 статьи 14 настоящего Кодекса, таможенный контроль может проводиться до истечения 3 лет со дня наступления таких обстоятельств.

Пунктами 1, 2 статьи 324 ТК ЕАЭС предусмотрено, что проверка таможенных, иных документов и (или) сведений - форма таможенного контроля, заключающаяся в проверке: таможенной декларации; иных таможенных документов, за исключением документов, составляемых таможенными органами; документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации; иных документов, представленных таможенному органу в соответствии с настоящим Кодексом; сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенному органу документах; иных сведений, представленных таможенному органу или полученных им в соответствии с настоящим Кодексом или законодательством государств-членов.

Проверка таможенных, иных документов и (или) сведений проводится в целях проверки достоверности сведений, правильности заполнения и (или) оформления документов, соблюдения условий использования товаров в соответствии с таможенной процедурой, соблюдения ограничений по пользованию и (или) распоряжению товарами в связи с применением льгот по уплате таможенных пошлин, налогов, соблюдения порядка и условий использования товаров, которые установлены в отношении отдельных категорий товаров, не подлежащих в соответствии с настоящим Кодексом помещению под таможенные процедуры, а также в иных целях обеспечения соблюдения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов о таможенном регулировании.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 326 ТК ЕАЭС при проведении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, либо в иных случаях применения данной формы таможенного контроля таможенный орган вправе запрашивать и получать документы и (или) сведения, необходимые для проведения таможенного контроля, в соответствии со статьей 340 настоящего Кодекса

По результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, таможенным органом принимаются решения в соответствии с настоящим Кодексом, а по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в иных случаях - в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

По правилам пункта 3 статьи 108 ТК ЕАЭС внесение изменений и дополнений в таможенную декларацию после выпуска товаров допускается в случаях и порядке, которые определяются решением Комиссии таможенного союза.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.

Согласно пункту 21 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии» (далее - Порядок №289), внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по форме согласно приложению № 1.

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа, принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка).

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» предусмотрено, что при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Пунктом 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42, определено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, признаками недостоверного определения таможенной стоимости товаров являются, в частности, следующие обстоятельства:

а) выявление несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость ввозимых товаров и содержащихся в одном документе, иным сведениям, содержащимся в том же документе, а также сведениям, содержащимся в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, сведениям, полученным из информационных систем таможенных органов, и (или) информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия таможенных органов и государственных органов (организаций) государств-членов, и (или) из других источников, имеющихся в распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, сведениям, полученным другими способами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, входящими в право ЕАЭС, и (или) законодательством государств-членов;

б) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза;

в) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, определенной в соответствии с информацией о биржевых котировках, биржевых индексах, ценах аукционов, информацией из ценовых каталогов;

г) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой компонентов (в том числе сырьевых), из которых произведены (состоят) ввозимые товары;

д) наличие взаимосвязи продавца и покупателя ввозимых товаров в сочетании с более низкой ценой ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, продажа и покупка которых осуществлялись независимыми продавцом и покупателем;

е) наличие оснований полагать, что структура таможенной стоимости ввозимых товаров не соблюдена (например, к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, не добавлены либо добавлены не в полном объеме лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров, расходы на страхование и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 45 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 - 44 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость таких товаров определяется исходя из принципов и положений главы 5 ТК ЕАЭС на основе сведений, имеющихся на таможенной территории Союза.

Изучив представленные документы, таможенный орган выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении, что подтверждается материалами дела, а также нашло отражение в акте проверки.

Таможней  установлено,  что  средняя  цена  светильников,  классифицируемых  кодом 9405 10 910 9 ТН ВЭД ЕАЭС по  ДТ №10702070/280920/0234321 составила  4,31 долл.США/шт. (2,32 долл.США/кг), по ДТ № 10702070/300920/0237574 – 1,79 долл.США/шт. (2,37 долл.США/кг), цены   на  внутреннем  рынке на  аналогичных товар значительно  отличаются в  большую сторону.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой после выпуска товаров.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 49), таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью.

В свою очередь, лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорным поставкам, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

Как следует из материалов дела, цена, количество, наименование товара и артикулов в инвойсе и упаковочном листе № APL21/01 от 09.09.2020 и в приложении № 1 от 04.09.2020 к контракту соответствуют сведениям, заявленным в ДТ № 10702070/280920/0234321. Стоимость товара в соответствии с инвойсом № APL21/01 от 09.09.2020 составляет 17893,87 долларов США. Оплата за товар по инвойсу № APL21/01 от 09.09.2020 размере 17893.87 доллара США произведена обществом платежным документом № 138. Заявление на перевод оформлено с указанием реквизитов продавца и банка продавца, соответствующих пункту 12 Контракта.

Судом установлено, что цена, количество, наименование товара и артикулов в инвойсе и упаковочном листе APL21/02 от 17.09.2020 и в приложении APL21/02 от 11.09.2020 к контракту соответствуют сведениям, заявленным в ДТ №10702070/300920/0237574. Стоимость товара в соответствии с инвойсом № APL21/02 от 17.09.2020 составляет 26424,84 долларов США.

Вместе с тем, при проверке соответствия данных по товару, указанному в гр. 31 товара № 1 ДТ № 10702070/300920/0237574, и в коммерческих документах (инвойс № APL21/02 от 17.09.2020 и приложение № APL21/02 от 11.09.2020 к контракту) таможенным органом выявлены следующие несоответствия:

-   в ДТ светильники артикул 9272D/2 указаны в количестве 500 шт., в коммерческих документах (включая представленных при декларировании) - 270 шт.;

-   в коммерческих документах имеются светильники с артикулом B-9272D/2 в количестве 200 шт., в ДТ они не указаны.

Таким образом, суд соглашается с выводом таможни о том, что указанное в гр. 31 товара № 1 ДТ итоговое количество товара (14606 шт.) не соответствует общему количеству товара, указанному по каждому артикулу (14636 шт.), но соответствует количеству, указанному в инвойсе (14606 шт.). Вместе с тем, в гр. 31 товара № 1 ДТ отсутствует товар с артикулом B-9272D/2 в количестве 200 шт., указанный в коммерческих документах.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что фактическое количество и, соответственно, цена задекларированного товара № 1 не соответствует указанному в коммерческих документах.

Стоимость товара по ДТ №10702070/300920/0237574 в соответствии с инвойсом № APL21/02 от 17.09.2020 составляет 26424,84 долларов США.

В соответствии с данными банка оплата за товар по инвойсу размере 26424,84 доллара США произведена Обществом авансовым платежом (код ВО 11100) 07.10.2020 платежным документом № 136. Заявление на перевод оформлено с указанием реквизитов продавца и банка продавца, соответствующих пункту 12 Контракта.

В соответствии с полученными таможней в ходе проверки документами товар был реализован ООО «АТЛ» на территории РФ ИП ФИО4 в соответствии с договором купли - продажи от 03.07.2020 № АТЛ030720 и универсальным передаточным документом от 16.10.2020 № 256 (со ссылкой на ДТ № 10702070/300920/0237574). Иных документов проверяемым лицом не представлено. Вместе с тем, количество светильников, указанное в инвойсе и универсальном передаточном документе, не соответствует между собой по следующим артикулам:

-артикул 220/3: в инвойсе - 160 шт., в УПД от 16.10.2020 № 256 - 80 шт.;

-артикул 7345С/3: в инвойсе - 88 шт., в УПД от 16.10.2020 № 256- 12 шт.

Карточка бухгалтерского счета 41 подтверждает поступление (операция от 16.10.2020) по указанной ДТ светильников по данной ДТ в количестве 88 шт.

С  учетом изложенного, а также оплаты товара авансовым платежом,  вывод таможенного органа о том, что представленные обществом  документы не подтверждают заявленную цену товара, а также его таможенную стоимость, суд считает правомерным.

При таких условиях метод определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами не может быть применим.

Довод общества о том, что иностранная компания зарегистрирована в 2016 году, а впоследствии могла изменить юридический адрес или место нахождения, что не влияет на правоотношения сторон по контракту в рамках рассматриваемых ДТ, судом отклоняется в силу следующего.

Письмом от 31 июля 2020 № 7488 представителем ФТС России в КНР в ФТС направлены сведения о некоторых вопросах нормативно-правового регулирования внешней торговли в КНР.

Разъяснения ФТС России подтверждают выводы таможни, что представленная в документах печать продавца - компании «ZhongShan BoFan Trade Co.,LTD», не соответствует требованиям статьи 14 «Положения Госсовета КНР о печатях государственных учреждений, предприятий и бюджетных организаций», утвержденного Постановлением Госсовета КНР от 10.10.1999 № 25, и что компания могла быть учреждена на территории Специального административного района Китая Гонконг (далее САР Гонконг).

Печать Продавца - компании «ZhongShan BoFan Trade Co.,LTD»,имеющаяся на контракте, приложениях № 1 от 04.09.2020, №APL21/02 от11.09.2020 к контракту и инвойсах № APL21/01 от 09.09.2020, №APL21/02 от 17.09.2020, не соответствует требованиям законодательства КНР к печатям предприятий.         

Информация об открытых официальных источниках – Государственном центре регистрации компаний САР Гонконг (электронный адрес: www.icris.cr.gov.hk/csci/) представлена в разъяснении ФТС России письмом от 14.05.2018 № 16-31/27458 в рамках реализации ФТС России статьи 4 Закона о таможенном регулировании.

Согласно полученным данным таможенным органом установлено, что компания «ZhongShan BoFan Trade Co.,LTD» зарегистрирована в Государственном регистре компаний САР Гонконг 25.09.2020, соответственно позже даты заключения контракта: 28.08.2020).

Помимо этого, выявленное на этапе таможенного контроля отклонение заявленной таможенной стоимости не было объяснено декларантом, поскольку последний не представил экспортные декларации по спорным ДТ.

Указание заявителя на отказ инопартнера представить экспортные декларации, как не предусмотренные контрактом в качестве документа, сопровождающего товар, суд, исходя из разъяснений пункта 12 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 № 49, оценивает критически, тем более, что из сообщения от 10.09.2020 инопартнера не следует, что у последнего отсутствует возможность по запросу данного документа и направлению его покупателю.

Суд  принимает  во внимание,  что сообщение от 10.09.2020 на имя Crystal Wei поступило от имени директора  ООО «АТЛ» ФИО5,  который на указанную дату не являлся руководителем, переписка велась до регистрации иностранного партнера на территории Гонконга, контракт от имени компании ZhongShan BoFan Trade Co., LTD подписан директором HOU XINMIN, в то время как переписка по вопросу представления экспортной декларации велась с иным лицом (Crystal Wei).

 Суд отмечает, что за время осуществления внешнеэкономической деятельности по контракту декларант не был лишен возможности по принятию мер на включение в текст контракта дополнительных условий, связанных с представлением необходимых документов, подтверждающих данные о таможенном оформлении товаров в стране отправления, учитывая низкую стоимость ввозимого товара.

При этом экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

В этой связи следует признать, что сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, как отражающие результаты контроля государственных органов страны вывоза.

Кроме того, сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.

Соответственно, непредставление обществом декларации страны отправления не позволило таможне проанализировать сведения о стоимости декларируемого товара в стране отправления и не позволило уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны происхождения и отправления товаров.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у таможенного органа в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по спорным ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с результатами декларирования в стране вывоза.

Соответственно, представление обществом пояснений о невозможности в ходе проверки представить экспортные декларации не свидетельствует о предоставлении доказательств, подтверждающих приобретение товара по цене, сформированной в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, и существовавшей в условиях внешнеторгового оборота в период ввоза спорных товаров для неограниченного круга лиц.

Согласно материалам дела обществом при декларировании были представлены  копии прайс-листов, изготовленные продавцом, а не производителем товаров, по существу  копирующие сведения  инвойса, не  содержащие публичную оферту.

Представленный прайс-лист содержит сведения только о ввезенном  товаре, содержащаяся в нем цена не является свободной, сформирована  под влиянием отдельных условий индивидуального характера, связанных  с  продажей товаров конкретному покупателю. Указанное не позволяет рассматривать его в качестве документа, подтверждающего заявленную  стоимость, поскольку не позволяет установить факт формирования цены в  свободных рыночных условиях.

Исходя  из  изложенного, при отсутствии экспортных деклараций страны вывоза товара, прайс-лист для конкретного покупателя не подтверждает уровень цены на товар в стране вывоза.

Ссылка общества на то, что у него отсутствует возможность  требовать прайс-лист завода-изготовителя продукции у продавца,  указанный документ не является коммерческим и не позволяет установить  факт формирования  цены, судом отклоняется.

Получение покупателем от продавца на стадии согласования поставки товара информации в отношении поставляемого продукта, его  цене, составе, характеристиках, материале изготовления является  обычаем  делового оборота, соответствует принципам разумности и  добросовестности участников сделки, отсутствие у покупателя  необходимой информации о товаре противоречит деловым  обыкновениями и нарушает баланс интересов сторон заключаемого контракта.

Суд отклоняет довод заявителя о том, что непредставление при проведении дополнительной проверки оригиналов контракта с приложениями, инвойсами не свидетельствует о том, что декларантом были заявлены недостоверные сведения о стоимости товаров, поскольку отсутствие оригиналов контракта с приложениями противоречит условиям самого контракта.

Согласно пункту 5.2 контракта все изменения и дополнения к настоящему контакту действительны лишь в случае, если они оформлены в письменном виде и подписаны уполномоченными представителями сторон.

Пунктом 11.10 контракта предусмотрено, что дополнительные соглашения к настоящему договору, а также иные документы, имеющие значение для его исполнения, изменения или прекращения, должны быть подписаны уполномоченным лицом каждой из Сторон. Подпись должна быть выполнена собственноручно или в виде факсимильной копии (оттиска). Подпись уполномоченного лица должна быть заверена печатью Стороны.

При этом применимое право, установленное пунктом 9.2 контракта -право Российской Федерации.

Заявитель, ссылаясь на статью 160 ГК РФ, не принимает во внимание, что письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ,, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю.

При этом использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Пунктом 4 статьи 11 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и положениями Федеральный закон от 06.04.2011 № 63-ФЗ "Об электронной подписи" обмен электронными сообщениями рассматривается как обмен документами при наличии электронной подписи.

Принимая во внимание отсутствие в контракте, его приложении и иных документах электронных подписей сторон, суд соглашается с выводом таможни о том, что рассматривать контракт, приложения и иные документы в качестве документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, не представляется возможным.


С учетом изложенного суд считает, что сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Делая указанный вывод, суд также отмечает, что письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров на территорию ЕАЭС по цене, превышающей указанную декларантом стоимость товара, последним подготовлены не были.

Какой-либо информации, позволяющей определить стоимостные характеристики спорного товара, исходя из его качеств, внешнего вида и коммерческой привлекательности, представленные обществом пояснения на запрос таможни, а равно коммерческие документы по спорной поставке не содержат.

Между тем, предполагая добросовестность продавца и разумность покупателя, намеренных продать/купить товары и совершающих все необходимые подготовительные действия и предварительные согласования, направленные на предстоящую поставку товаров, доведение поставщиком/продавцом до сведения покупателя и запрос покупателя от поставщика/продавца информации о предполагаемых к продаже товаров, является обычаем делового оборота и соответствует принципам разумности и добросовестности участников внешнеэкономической деятельности. Этим же принципам соответствует получение покупателем от продавца/поставщика на стадии согласования в отношении интересующего товара информации о цене, о физических характеристиках, качестве, составе материала.

Отсутствие у покупателя такой информации о товаре и названных согласований противоречит устоявшимся в международной торговле деловым обыкновениям и нарушает баланс интересов потенциальных сторон будущей поставки, а равно противоречит сведениям таможенного органа, отраженным в оспариваемом решении, относительно публичной информации о продаже однородных товаров по цене, значительно отличающейся от стоимости товаров, согласованной сторонами сделки при заключении спорного Контракта.

В этой связи таможня обоснованно в порядке ТК ЕАЭС приняла решения об отказе декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума ВС РФ № 49 при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Вместе с тем при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.

В пункте 14 постановления Пленума ВС РФ № 49 указано на то, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 ТК ЕАЭС вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

Таким образом, вопреки позиции заявителя, в связи с наличием у таможенного органа объективных сомнений в достоверности заявленных сведений и документальной подтвержденности таможенной стоимости товаров по спорным ДТ ввиду отсутствия сведений о надлежащем подписанте коммерческих документов сделки, отсутствия доказательств согласования сторонами сделки условий оплаты и подтверждения факта такой оплаты за товар в согласованном размере, а также невозможности сопоставить заявленный уровень стоимости товара с результатами его декларирования в стране вывоза, суд приходит к выводу о том, что обществом не представлены доказательства правомерности определения таможенной стоимости товаров по первому методу.

Исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 ТК ЕАЭС вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и раскрыты декларантом на данной стадии таможенного контроля.

По правилам пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Согласно пункту 1 статьи 45 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 - 44 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость таких товаров определяется исходя из принципов и положений главы 5 ТК ЕАЭС на основе сведений, имеющихся на таможенной территории Союза.

Пунктом 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» разъяснено, что в соответствии с пунктом 3 статьи 40 Кодекса последующие методы таможенной оценки используются, в частности, при отсутствии достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, необходимой для осуществления дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, предусмотренных данной статьей.

Как установлено судом, таможенная стоимость задекларированного в спорных ДТ товара определена резервным методом определения таможенной  стоимости с  гибким  использованием метода  по стоимости  сделки с однородными товарами, исходя из принципов и положений главы 5 ТК ЕАЭС на основе сведений, имеющихся на таможенной территории ЕАЭС.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорным ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости был выбран таможней последовательно.

Метод 2 не применим, так как отсутствует информация, отвечающая требованиям статьи 41 ТК ЕАЭС. Метод 3 не применим, так как отсутствует информация,  отвечающая требованиям  статьи 42 ТК ЕАЭС  (отсутствует информация об идентичных и однородных товарах в терминах статьи 37 ТК ЕАЭС, в том числе заявленных производителей, товарных знаков, проданных на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве в тот же или в соответствующий ему период времени). Метод 4 не применим, так как отсутствует информация, отвечающая требованиям статьи 43 ТК ЕАЭС. Метод 5 не применим, так как так как отсутствует информация, отвечающая требованиям статьи 44 ТК ЕАЭС.

Пунктом 1 статьи 45 ТК ЕАЭС установлено, что в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 - 44 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость таких товаров определяется исходя из принципов и положений главы 5 ТК ЕАЭС на основе сведений, имеющихся на таможенной территории Союза.

В соответствии с пунктом 2 статьи 45 ТК ЕАЭС методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии с настоящей статьей, являются теми же, что и предусмотренные, статьями 39 и 41 - 44 ТК ЕАЭС, однако при определении таможенной стоимости в соответствии с настоящей статьей допускается гибкость при их применении. В частности, допускается следующее:

- для определения таможенной стоимости оцениваемых товаров за основу может быть принята стоимость сделки с идентичными или однородными товарами, произведенными в иной стране, чем страна, в которой были произведены оцениваемые товары;

- при определении таможенной стоимости оцениваемых товаров на основе стоимости сделки с идентичными или однородными товарами допускается разумное отклонение от установленных соответственно статьями 41 и 42 настоящего Кодекса требований о том, что идентичные оцениваемым или однородные с оцениваемыми товары должны быть проданы для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезены на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - это товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.

С учетом требований пунктов 2 и 5 статьи 45 ТК ЕАЭС для определения таможенной стоимости проверяемого товара принята стоимость однородных товаров, произведенных в КНР, иного производителя, на тех же условиях поставки:

- для определения таможенной стоимости товара № 1 ДТ №.10702070/280920/0234321 (светильники настенные, потолочные, из комбинированных материалов, предназначенные для использования с лампами накаливания, итого кол-во 4136 шт., вес брутто 10096,5 кг, вес нетто 7 681,27 кг) принята стоимость однородных товаров, произведенных в КНР, иного производителя, ввезенных с разумным отклонением от требований по периоду ввоза задекларированных под товаром № 2 ДТ №10013160/040620/0280184;

- для определения таможенной стоимости товара № 1 ДТ №10702070/300920/0237574 (светильники настенные, потолочные под лампы накаливания, итого кол-во 14606 шт., вес брутто 14902,2 кг, вес нетто 11 045,1 кг) принята стоимость однородных товаров, произведенных в КНР, иного производителя, ввезенных в тот же или в соответствующий ему период времени, задекларированных товаром №1 ДТ №10013160/140420/0194662.

При  выборе источников для определения таможенной стоимости спорного товара таможня, при отсутствии возможности сравнения спорных товаров и товаров, данные о которых имелись на территории ЕАЭС, исходила из: производства товара в КНР, ввоза на тех же  условиях поставки, что и спорный товар, с учетом отсутствия данных о  физических параметрах спорного товара в качестве источника выбирался товар, классифицированный тем же кодом ТН ВЭД ЕАЭС,  близкий  по  весовым  характеристикам к спорному, товар ввезен в тот же или в соответствующий период времени, товары, проданные на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары, в качестве источника  не принимался товар с минимальной таможенной стоимостью. Таможенным органом подбирался товар, удовлетворяющий  требованиям о минимальных отклонениях: по весу партии товара, весу одной единицы товара, количеству единиц  ввезенного товара.

С учётом изложенного, оценив описание товара в источниках ценовой информации, страну происхождения, коммерческий уровень и условия поставки, суд не находит нарушений со стороны таможни, поскольку примененные таможней при выборе источников ценовой информации принципы не противоречат положениям статьи 45 ТК ЕАЭС, пункта 6 Правил.

Мнение заявителя о том, что при выборе источника таможенный орган был обязан принять во внимание технические характеристики товара, репутацию и товарный знак, суд признаёт ошибочным, поскольку ни при декларировании, ни в ходе проверки какие-либо документы о характеристиках и подробном описании товара, декларант таможенному органу не представил.

Доводы заявителя относительно ИТС, судом отклоняются как не имеющие правового значения, поскольку однородный товар выбирался   исходя их положений статей 37, 42, главы 5 ТК ЕАЭС, решения Коллегии ЕАЭС от 06.08.2019 № 138.

Необходимость применения самой низкой из определенных  таможней стоимостей в соответствии со статьями 41, 42 ТК ЕАЭС не  соответствует резервному методу определения стоимости спорного  товара.

Таким образом, проверка соблюдения принципов выбора источников ценовой информации, использованных таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорным ДТ показала, что метод определения таможенной стоимости был выбран таможней последовательно, а выбранные источники ценовой информации сопоставимы по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорной декларации.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что решения от 27.04.2023 по ДТ №10702070/280920/0234321, от 26.04.2023 по ДТ №10702070/300920/0237574, приняты таможней при наличии к тому правовых оснований с правильным применением таможенного законодательства, в связи с чем заявленное обществом требование является необоснованным и удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу положений статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся судом на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

            Судья                                                                                      Тихомирова Н.А.