Постановление от 1 марта 2023 г. по делу № А40-58526/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

01.03.2023

Дело № А40-58526/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 27.02.2023

Полный текст постановления изготовлен 01.03.2023


Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Зверевой Е.А.

судей Зеньковой Е.Л., Дербенева А.А.

при участии в судебном заседании

-от ФИО1-ФИО2-дов. от 09.03.2022

-от арбитражного управляющего ФИО3-лично, паспорт

-от к/у АО АК Банк в лице ГК АСВ - ФИО4- дов. от 05.09.2022

рассмотрев 27.02.2023 в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО "Леокам Проект"

на определение от 18.07.2022

Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 25.11.2022

Девятого арбитражного апелляционного суда

о признании ничтожным договора хранения № 04/15-01 от 01.06.2019,

заключенного между ООО "Леокам Проект" и Сардаряном Андраником

Ромиковичем

о признании несостоятельным (банкротом) ООО "Леокам Проект"



УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о банкротстве ООО "Леокам Проект" определением Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2022, признан ничтожным договор хранения № 04/15-01 от 01.06.2019, заключенный между действующим от имени общества "Леокам Проект" ФИО3 и ФИО1, как прикрывающий арендные отношения, где арендодателем является общество "Леокам Проект", применены последствия недействительности сделок, признана отсутствующей обязанность общества "Леокам Проект" по оплате вознаграждения за хранение по договору, применены к договору правила о договоре аренды.

Не согласившись с судебными актами, конкурсный управляющий должником обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, указав на несогласие с выводами судов о применении норм права, как несоответствующих фактическим обстоятельствам дела.

В заседании суда заявитель кассационной жалобы уточнил

До начала судебного заседания в материалы дела поступил отзыв на кассационную жалобу от конкурсного управляющего АО «АК Банк» с просьбой отказать в удовлетворении кассационной жалобы, оставив в силе определение и постановление, как законные и обоснованные.

Возражения конкурсного управляющего АО «АктивКапитал Банк» о неизвестности позиции действующего конкурсного управляющего - правопреемника ФИО3 не является основанием для лишения права последнего на доступ к правосудию.

Необходимой гарантией права на судебную защиту и права на справедливое судебное разбирательство, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, служит равно предоставляемый сторонам доступ к правосудию, включая реальную возможность довести свою позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда (Постановления Конституционного Суда РФ) от 14.02.2000 № 2-П, от 17.11.2005 № 11-П, от 06.04.2006 № 3-П, от 25.03.2008 № 6-П и др .).

В судебном заседании арбитражный управляющий ФИО3, представитель ФИО1 настаивали на доводах кассационной жалобы, представитель конкурсного управляющего АО «АК Банк» против кассационной жалобы возражал.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами, а также усматривается из материалов дела, ФИО3 с ФИО1 (хранитель) заключен договор хранения № 04/15-01 от 01.06.2019, согласно тексту которого имеющиеся у должника транспортные средства и самоходные машины (28 единиц) переданы на хранение ФИО1

Признавая спорную сделку мнимой, суды пришли к выводу о притворном характере сделки, поскольку ее стороны преследовали цель передачи имущества должника в пользование для извлечения дохода, скрытого от конкурсной массы должника и его кредиторов (ст. ст. 168, 170 ГК РФ).

При этом суды нижестоящих инстанций приняли во внимание то, что в материалы дела представлены достаточные доказательства того, что транспортные средства и техника, якобы находящиеся на хранении, фактически эксплуатируются, задействованы в строительной деятельности, перемещаются, постоянного места хранения не имеют, при том, что со стороны ФИО3 не предпринято каких-либо действий по расторжению Договора хранения после сообщения Банка о фактической эксплуатации техники.

Суды предположили, что отсутствие в договоре сведений о месте хранения транспортных средств и специализированной техники; информации, позволяющей определить, что у ФИО1 имеются площади, позволяющие осуществлять хранение транспортных средств, отвечающие требованиям противопожарной безопасности, установленных для подземных/наземных автостоянок, и обеспечению сохранности, о техническом состояние транспортных средств на момент их приема на хранение, стоимости объектов хранения; наличие условий об оплате хранения в конце срока действия договора в совокупности с отсутствием согласия Банка как залогового кредитора на передачу объектов залога на хранение ФИО1 указывают на мнимый характер сделки.

Судебная коллегия находит выводы судов обеих инстанций преждевременными.

Суд первой инстанции, отразив в судебном акте возражения ФИО3, тем не менее, не дал им надлежащей правовой оценки.

Суд апелляционной инстанции указанный недостаток не устранил.

Принимая во внимание указанное выводы судов не могут быть признаны обоснованными.

В рассматриваемом случае спор возник относительно действительности договора хранения имущества - транспортных средств и специализированной техники (самоходных машин) в количестве, в том числе 26 единиц, которое находится в залоге у АО «АктивКапитал Банк».

В силу пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Конкурсный управляющий обязан принимать меры по обеспечению сохранности имущество должника (абзац шестой пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Для признания сделки мнимой на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что каждая из ее сторон действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности, поскольку все стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла.

Порочность воли каждой из ее сторон является обязательным условием для признания сделки мнимой. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей каждой стороны сделки устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Исходя из смысла ст. 886 Гражданского кодекса Российской Федерации место хранения не является существенным условием договора хранения.

Таким образом, отсутствие сведений о месте хранения в договоре не указывает на наличие какого-либо дефекта.

Тем не менее, заслуживает дополнительного внимания довод жалобы о том, что как Банку, так и иным кредиторам представлена информация о месте нахождении имущества. Указанные обстоятельства подтверждаются ссылкой самого Банка на место хранения имущества в заявлении (стр. 4, 5), а также актом осмотра предмета залога от 29.09.2021, подписанным представителем ГК «АСВ».

При этом, Банк во время осмотров места хранения не выдвигал каких-либо замечаний относительно характеристик мест хранения.

Информация о месте хранении имущества Должника была не раз представлена на собраниях кредиторов ООО «Леокам Проект», а также представлена в суд в качестве приложений к отчету конкурсного управляющего. О знании места хранения свидетельствует также ссылка Банка в заявлении об оспаривании договора хранения.

Наличие условий об оплате хранения в конце срока действия договора, который не определен, также в силу положений гражданского законодательства о договоре хранения не свидетельствует о пороках воли у контрагентов, так как, в соответствии с пунктом 2 статьи 889 Гражданского кодекса Российской Федерации в том случае, когда срок хранения договором не предусмотрен и не может быть определен исходя из его условий, хранитель обязан хранить вещь до востребования ее поклажедателем.

В этой связи суды должным образом не оценили довод ФИО3 о том, что расходы по хранению являются текущими (ст. 5 Закона о банкротстве) и оплачиваются при поступлении денежных средств, которые на момент заключения договора на счете Должника отсутствовали.

Иные условия привели бы к тому, что на стороне ООО «Леокам Проект» возникли бы обязательства за нарушение сроков оплаты по договору хранения, а также к возникновению у хранителя права расторгнуть договор хранения или удерживать имущество, переданное на хранение (ст. 359 ГК РФ) или обратить на него взыскание на основании ст. 360 ГК РФ.

В связи с этим выводы судов о том, что указание в договоре хранения условия об оплате хранения по его окончанию каким-либо образом искажает волю контрагентов по договору аренды, являются преждевременными.

Кроме того, того необоснованным являются суждения обеих инстанций о том, что само по себе подписание договора хранения с физическим лицом применительно к обстоятельствам настоящего спора может каким-либо образом подменить волю обеих сторон договора хранения.

На протяжении всего рассмотрения обособленного спора, ФИО3 ссылался на то, что в данном случае не требовалось получения специальных лицензий или разрешений. То обстоятельство, что договор хранения заключен с физическим лицом, не означает, что конкурсный управляющий при выборе хранителя не убедился в возможности последнего исполнить обязательства по хранению.

Данная позиция также не получила надлежащей правовой оценки в судебных актах ни первой, ни апелляционной инстанций.

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует проверить и дать правовую оценку доводу ФИО3 о недоказанности доводов Банка об ухудшении технического состояния имущества, переданного на хранение.

Давая оценку указанному доводу арбитражного управляющего, суду первой инстанции следует ответить на вопрос, каким образом даже такое ухудшение, если таковое имело место быть, может привести к выводу о мнимом характере договора, учитывая, что статья 891 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет обязанность хранителя принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи.

При отсутствии в договоре условий о таких мерах или неполноте этих условий хранитель должен принять для сохранения вещи также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства, в том числе свойствам переданной на хранение вещи, если только необходимость принятия этих мер не исключена договором (п. 1).

Хранитель, во всяком случае, должен принять для сохранения переданной ему вещи меры, обязательность которых предусмотрена законом, иными правовыми актами (п. 2).

Относительно мнения судов о том, что транспортные средства и техника, находящиеся на хранении, фактически эксплуатируются, задействованы в строительной деятельности, перемещаются при попустительстве со стороны ФИО3, который не предпринимает каких-либо действий по расторжению договора хранения после сообщения Банка о фактической эксплуатации техники, то такое мнение судов следует признать преждевременным.

Следует дополнительно проверить довод кассационной жалобы о том, что конкурсный управляющий обратился от имени Должника с иском к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения по фактам использования техники. Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.11.2022 по делу № А40- 100472/2022 иск Должника к ФИО1 удовлетворен в полном объеме, суд взыскал с ФИО1 в пользу ООО «Леокам Проект» 2 166 156 руб.

Параллельно с изложенным конкурсный управляющий предпринимал самостоятельные попытки по поиску новых хранителей.

Ранее представители Банка выражали намерение о принятии имущества на собственное хранение.

Конкурсный управляющий направлял в адрес Банка запрос о готовности принять на хранение залоговое имущество. Вместе с тем, Банк ответил, что принять на хранение не готов, несмотря на то, что является залоговым кредитором, который в наибольшей степени заинтересован в обеспечении сохранности предмета залога.

Если указанные обстоятельства соответствуют действительности, то позиция судов о мнимом характере сделки является преждевременной.

В соответствии со статьями 901, 902 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 Кодекса. Убытки, причиненные, поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 Кодекса, если законом или договором хранения не предусмотрено иное.

Согласно статье 393 Кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска.

Таким образом, отсутствие в договоре хранения информации о стоимости объектов хранения, что не позволяет определить размер ответственности, также само по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки.

Суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что в данном случае сложилась ситуация, когда суды, отразив возражения конкурсного управляющего ФИО3 в судебных актах, ссылавшегося на реальный характер сделки, уклонились от правовой оценки таковых, по существу, оставили его позицию без судебной оценки.

В рассматриваемой ситуации, исходя из доводов заявителя, суды обязаны были проверить позицию конкурсного управляющего ФИО3, помимо прочего ссылавшегося на судебные акты по другим делам, которые вынесены в связи со спорным договором.

Согласно части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу, что обжалуемые акты подлежат отмене, поскольку суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон.

При новом рассмотрении спора судам следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Учитывая, что кассационная жалоба арбитражного управляющего удовлетворена, действовавшего от имени должника-банкрота, то применительно к положениям ст. 110 АПК РФ, отсутствие доказательств уплаты государственной пошлины заявителем кассационной жалобы не является основанием для прекращения производства по кассационной жалобе.


Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд








ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2022 по делу № А40-58526/2019 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Е.А. Зверева

Судьи Е.Л. Зенькова

А.А. Дербенев