Решение от 2 июня 2023 г. по делу № А32-29313/2022

Арбитражный суд Краснодарского края

Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Краснодар Дело № А32-29313/2022

«02» июня 2023 года


Резолютивная часть решения изготовлена 24.05.2023.

Полный текст решения изготовлен 02.06.2023.


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Юрченко Е.С.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бондаревой А.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ООО «Топливные системы» г. Санкт-Петербург (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к ИП ФИО1 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) третье лицо: ООО «Титан-Авто»,

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав

при участии:

участники процесса: не явились, уведомлены,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Топливные системы» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края к ИП ФИО1 (далее – ответчик) с исковым заявлением о взыскании 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 300200, 385850, № 385851, № 394046, № 395070, 1 269 руб. 17 коп. судебных издержек, а также расходов по оплате госпошлины (уточненные исковые требования).

Участники процесса не явились в судебное заседание, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом.

При указанных обстоятельствах спор рассматривается по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в отсутствие сторон по имеющимся материалам дела.

Суд, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, ООО «Топливные системы» является правообладателем товарных знаков «PEKAR», «ПЕКАР», «Надежность в деталях. Поставщик на конвейер», зарегистрированных под № 300200, № 385850, № 385851, № 394046, № 395070 со следующими классами МКТУ: 02, 03, 04, 06, 07, 08, 09, 11, 12,17,20,21,22,27,35,36,37,39,40,42.

20.06.2019 г. в магазине ответчика предлагался к продаже и был реализован товар «Бензонасос 1 шт.».

Факт реализации ответчиком указанного товара подтверждается представленными в материалы дела товарным и кассовым чеками от 20.06.2019 г., спорным товаром, а также видеозаписью процесса реализации товара, произведенной представителем истца.

Как указывает истец, в результате проведения техническими специалистами исследования приобретенного в магазине изделия установлено, что:

- изображения товарного знака, размещенные на боковых и задней стенках короба представленного насоса бензинового модели 701-1106010-01 неизвестного производителя, является тождественными товарному знаку № 385851, принадлежащему ООО «Топливные системы»;

- изображения товарного знака, размещенные на передней стенке и крышке короба и на паспорте представленного насоса бензинового модели 701-1106010-01 неизвестного производителя, являются сходными до степени полного смешения с зарегистрированными товарными знаками № 385851 и № 394046, принадлежащим ООО «Топливные системы», и являются сходными до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком № 395070, принадлежащим ООО «Топливные системы»;

- словесное обозначение, нанесенное на корпусе насоса бензинового модели 701-1106010-01 неизвестного производителя, является сходным до степени полного смешения с зарегистрированным товарным знаком № 300200, принадлежащим ООО «Топливные системы», и является сходным до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком № 385850, принадлежащим ООО «Топливные системы».

Ссылаясь на то, что разрешение на использование товарных знаков № 300200, 385850, № 38585l, № 394046, № 395070 ответчику не предоставлялось, приобретенный товар является контрафактным, истец посчитал действия ответчика по продаже бензонасоса нарушающими его исключительные права.

Неоплата ответчиком в добровольном порядке компенсации за нарушение исключительных прав истца послужила основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

При рассмотрении спора суд руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно статье 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права.

В соответствии со статьей 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно статье 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Истец указывает на сходство до степени смешения между обозначением на товаре и товарным знаком, принадлежащим ему.

В соответствии с пунктом 7.1.2.2 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденных приказом Роспатента от 24.07.2018 № 128 (далее - Руководство), сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 7.1.2.2 Руководства первое впечатление является наиболее важным при определении сходства изобразительных и объемных обозначений, так как именно первое впечатление наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, уже приобретавшими такой товар. Следовательно, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявляет отличие за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития РФ от 20.07.2015 № 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями (п. 75 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 и пункт 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122).

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак (пункт 162 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10).

Проведенным визуальным сравнением обозначения на товаре с товарным знаком, в отношении которого истец истребует защиты, судом установлено его визуальное сходство до степени смешения ввиду очевидности возникающей ассоциации между сравниваемым объектом, графическим изображением и словесным обозначением на приобретенном товаре сходны до степени смешения со спорными товарными знаками, поскольку имеет графическое, семантическое и фонетическое сходство.

Графическое сходство определяется на основании таких признаков как: общее зрительное впечатление, вид рисунка (изображения), шрифт, цвет или цветовое сочетание, схожесть в изображении черт лица, прически, одежды и т.д.

Семантическое сходство определяется на основании подобия заложенных в обозначениях понятий, идей, смыслов.

Фонетическое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях, наличие совпадающих букв, слогов и их расположение, а также число слогов, ударение.

Исходя из смысла статей 1229, 1484 и 1487 ГК РФ факт незаконного использования ответчиком принадлежащего истцу товарного знака заключается в его использовании без согласия правообладателя и данное обстоятельство само по себе указывает на контрафактность продукции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. В этом случае товары, этикетки, упаковки товаров являются контрафактными в случае доказанности незаконности размещения товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения. Решение о доказанности также принимает суд.

Истцу в качестве подтверждения факта несанкционированного использования товарного знака достаточно заявить об отсутствии его согласия, а ответчику надлежит доказывать соблюдение им требований законодательства об интеллектуальной собственности и наличие прав на использование объекта.

По общему правилу, заявление об отрицательном факте в силу положений статей 9 и 65 АПК РФ перекладывает на другую сторону обязанность по опровержению утверждения заявителя. В связи с этим, возложение на сторону обязанности подтвердить отрицательный факт недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.

В пункте 75 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 разъясняется, что согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Таким образом, неправомерность действий ответчика предполагается, если им не доказано соблюдение правовых норм, и достаточно лишь заявления истца об отсутствии разрешения на использование объектов интеллектуальной собственности.

Бремя доказывания законности размещения лежит на ответчике, истцу достаточно доказать факт использования ответчиком спорного товарного знака на упаковке и т.д.

С учетом изложенного, ответчик, если им не доказано иное, признается нарушителем авторского права и для него наступает гражданско-правовая ответственность.

Ответчик, если им не доказано иное, признается нарушителем авторского права и для него наступает гражданско-правовая ответственность (соответствует правовой позиции, выраженной в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 11.09.2018 по делу № А32-32077/2017).

Возражая против удовлетворения исковых требований в полном объеме, ответчик заявил о пропуске срока исковой давности.

Рассматривая указанный довод о пропуске срока исковой давности, суд исходит из следующего.

В соответствии с положениями статей 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с положениями статьи 199 ГК РФ, требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В соответствии с положениями статьи 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

Применение судом исковой давности по заявлению стороны в споре направлено на сохранение стабильности гражданского оборота, защищает его участников от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

В соответствии с указанными положениями ГК РФ на требования истца распространяется общий трехлетний срок исковой давности.

Согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и тому подобное), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

По смыслу указанной нормы соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного порядка в срок исковой давности не засчитывается.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2016 № 487-ПЭК16 по делу № А43-25051/2014.

Согласно части 5 статьи 4 АПК РФ в редакции Федерального закона от 02.03.2016 № 47-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» с 01.06.2016 соблюдение претензионного порядка в отношении рассматриваемой категории спора является обязательным.

При этом частью 5 статьи 4 АПК РФ определено, что гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

В соответствии с пунктом 3 статьи 202 ГК РФ, начиная с момента направления претензии, течение срока исковой давности приостанавливается с учетом положений части 5 статьи 4 АПК РФ на тридцать дней.

Согласно пункту 4 статьи 202 ГК РФ со дня прекращения обстоятельства, послужившего основанием приостановления течения срока исковой давности, течение ее срока продолжается. Остающаяся часть срока исковой давности, если она составляет менее шести месяцев, удлиняется до шести месяцев, а если срок исковой давности равен шести месяцам или менее шести месяцев, до срока исковой давности.

В рассматриваемом случае нарушение прав на товарный знак истца определяется с 20.06.2019 г. (даты проведения истцом контрольной закупки).

В рамках досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлена претензия № 113/19 от 16.07.2019 с требованием об оплате суммы компенсации.

Срок исковой давности приостановился на срок фактического соблюдения претензионного порядка (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.10.2018 по делу № 305-ЭС18-8026).

Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 19224232105571 претензионное письмо получено ответчиком 12.08.2019 г.

Таким образом, течение сроков исковой давности фактически приостановилось на 30 календарных дней, а именно с момента фактического получения ответчиком претензии.

Настоящее исковое заявление подано через систему «Мой Арбитр» 20.06.2022 г.

Таким образом, с учетом приостановления срока исковой давности на 30 календарных дней и направления настоящего искового заявления через систему «Мой Арбитр» 20.06.2022 г. судом установлено, что срок исковой давности истцом не пропущен.

Более того, судом учтено, что исковое заявление поступило в суд в электронном виде 20.06.2022 в 17:09.

Также в своем отзыве на иск ответчик указал, что спорный бензонасос был приобретен у третьего лица - ООО «Титан-Авто» с предоставлением сертификата соответствия спорного товара.

Согласно материалам дела, в обоснование легальности происхождения спорного товара ответчиком представлена товарная накладная от 15.05.2019 г. и сертификат соответствия № 0342991.

При исследовании представленных ответчиком документов судом установлено, что товарная накладная от 15.05.2019 г. подписана только со стороны ответчика, со стороны ООО «Титан-Авто» подпись уполномоченного лица отсутствует.

Суд определением от 27.09.2022 предлагал ответчику представить доказательства приобретения спорного бензонасоса у ООО «Титан-Авто», однако в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиком данные документы не представлены.

По ходатайству ответчика судом определением от 23.01.2023 г. привлечено ООО «Титан-Авто» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определениями от 23.01.2023 г. и 05.04.2023 г. суд предлагал третьему лицу представить правовую позицию по спору, однако какие-либо документы ООО «Титан-Авто» не представлено.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

На основании вышеуказанных обстоятельств ответчик не подтвердил документально наличие правоотношений с ООО «Титан-Авто» по поставке спорного бензонасоса, в связи с чем доводы ответчика в данной части подлежат отклонению как документально подтвержденные.

Более того, в своих возражениях на отзыв, поступивших в суд 03.11.2022, истец пояснил, что каких – либо взаимоотношений с ООО «Титан-Авто» у истца не имеется и никогда не имелось.

Доводы ответчика о правомерности использования объектов исключительных прав истца при реализации продукции ввиду наличия сертификатов соответствия не подтверждены документально.

Ссылка ответчика на сертификаты соответствия, которые, по его мнению, подтверждают отсутствие нарушений прав третьих лиц при реализации товара, не соответствует действительности, поскольку сертификат соответствия не подтверждает лицензионный характер товара.

Согласно части 2 статьи 25 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании» сертификат соответствия подтверждает соответствие продукции требованиям технических регламентов.

Органы, осуществляющие сертификацию, не проверяют товар на соблюдение законодательства об интеллектуальной собственности, поэтому приложенные копии сертификатов не являются доказательством того, что реализуемый ответчиком товар является лицензионным.

Аналогичная правовая позиция содержится в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 12.10.2022 № С01-1569/2022 по делу № А07-9627/2021, постановлении Суда по интеллектуальным правам от 04.05.2023 № С01-577/2023 по делу № А53-18318/2022.

Доказательств наличия у ответчика права на использование товарных знаков либо исчерпания права истца в соответствии со статьей 1487 ГК РФ в отношении товара, реализованного ответчиком, в материалы дела не представлено.

У суда отсутствуют основания сомневаться в заявлении истца о неправомерном использовании его интеллектуальной собственности, так как такое заявление соотносится с отсутствием на спорном товаре сведений о правообладателе и других установленных законом сведений (производитель, импортер, состав и т.д.).

Проведя анализ представленной истцом спорной видеозаписи, судом сделан вывод о продаже ответчиком именно спорного товара, а никакого иного, что показывает покадровое ее исследование.

На протяжении видеофиксации отображена оферта, то есть предложение контрафактного товара продавцом как в речевом выражении, непосредственно продажу товара, о чем свидетельствует расположение спорного товара на кассе, взаиморасчет за нее и дальнейшее обозрение. При этом следует учесть, что в таком исполнении, в котором спорный товар отображен на видео, лицензионный продукт не производится, следовательно, предлагаемый к покупке и проданный ответчиком товар является контрафактным, а факт его предложения к продаже - доказанным.

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 ГК РФ и корреспондирует часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств (ст.ст. 12, 14 ГК РФ, ч. 2 ст. 64 АПК РФ). Ответчик не представил доказательств того, что зафиксированная на видеозаписи реализация товара осуществлялась не в его торговой точке.

На основании пункта 8 Правил продажи товаров по образцам, утвержденным постановлением Правительства РФ от 21.07.1997 года № 918, демонстрация образцов товаров в месте продажи признается публичной офертой независимо от того, указаны ли существенные условия договора, за исключением случаев, когда продавец явно определил, что товары не предназначены для продажи.

Таким образом, из представленной видеозаписи отчетливо следуют два самостоятельных события, свидетельствующих о продаже контрафактного товара представителю истца. В виде публичной оферты, в том числе обращенной непосредственно к покупателю о покупке контрафактного спорного товара; в виде дальнейшего состоявшегося заключения договора-купли продажи в рамках которого контрафактный спорный товар был передан представителю истца, которым, в свою очередь, данный товар был оплачен.

В соответствии со статьей 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. Продавцом в отношениях с потребителями, приобретающими товары в торговой сети, является организация или индивидуальный предприниматель, реализующие товары потребителям по договору купли-продажи.

Согласно пункту 2.1 статьи 2 Федерального закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт» организации и индивидуальные предприниматели, являющиеся налогоплательщиками единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности, при осуществлении видов предпринимательской деятельности, установленных п. 2 ст. 346.26 Налогового кодекса Российской Федерации, и индивидуальные предприниматели, являющиеся налогоплательщиками, применяющими патентную систему налогообложения, при осуществлении видов предпринимательской деятельности, в отношении которых законами субъектов Российской Федерации предусмотрено применение патентной системы налогообложения, и не подпадающие под действие п. 2 и 3 настоящей статьи, могут осуществлять наличные денежные расчеты и (или) расчеты с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники при условии выдачи по требованию покупателя (клиента) документа (товарного чека, квитанции или другого документа, подтверждающего прием денежных средств за соответствующий товар (работу, услугу).

Указанный документ выдается в момент оплаты товара (работы, услуги) и должен содержать следующие сведения:

- наименование документа;

- порядковый номер документа, дату его выдачи;

- наименование для организации (фамилия, имя, отчество – для индивидуального предпринимателя);

- идентификационный номер налогоплательщика, присвоенный организации (индивидуальному предпринимателю), выдавшей (выдавшему) документ;

- наименование и количество оплачиваемых приобретенных товаров (выполненных работ, оказанных услуг);

- сумму оплаты, осуществляемой наличными денежными средствами и (или) с использованием платежной карты, в рублях;

- должность, фамилию и инициалы лица, выдавшего документ, и его личную подпись.

Как указано выше, в материалы дела представлены товарный и кассовый чеки от 20.06.2019 г. на сумму 760 руб., подтверждающий факт реализации товара ответчиком.

Данные о продавце, содержащиеся в товарном чеке, совпадают с данными ответчика, указанными в выписке из ЕГРИП, представленной в материалы дела истцом.

Ходатайств о фальсификации представленного в материалы дела кассового чека ответчиком в установленном порядке не заявлено. Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Требования истца состоят во взыскании с ответчика 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 300200, 385850, № 38585l, № 394046, № 395070.

При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика, суд руководствуется следующим.

В силу с пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно статье 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Пленума № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подп. 1, 2 и 3 ст. 1301, подп.1, 2 и 3 ст. 1311, подп. 1 и 2 ст. 14061, подп. 1 и 2 п. 4 ст. 1515, подп. 1 и 2 п. 2 ст. 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Рассматривая дела о взыскании компенсации суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац 2 пункта 3 статьи 1252).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела документы и доказательства, суд приходит к выводу об обоснованности размера предъявленной истцом к взысканию компенсации.

Мотивированного документально-обоснованного ходатайства о снижении компенсации ответчиком не заявлено.

При таких обстоятельствах, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация в размере 50 000 руб. за нарушение исключительных имущественных прав за незаконное использование товарных знаков № 300200, 385850, № 38585l, № 394046, № 395070.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании с ответчика 760 руб. расходов по оплате товара, 509 руб. 53 коп. почтовых расходов.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В подтверждение расходов на приобретение спорного товара истцом представлены кассовые и товарные чеки от 20.06.2019 г., содержащей соответствующие реквизиты ответчика.

Несение почтовых расходов подтверждено кассовым чеком от 18.07.2019 г. на сумму 231 руб. 36 коп. и кассовым чеком от 20.06.2022 г. на сумму 278 руб. 17 коп.

Статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, отнесены денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Расходы на приобретение товара в размере 760 руб. и почтовые расходы в размере 509 руб. 53 коп. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Вышеназванные расходы непосредственно связаны с рассмотрением настоящего дела, необходимы, обоснованы и подтверждены документально.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) в пользу ООО «Топливные системы» г. Санкт-Петербург (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) 50 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительного права на товарные знаки № 300200, 385850, № 38585l, № 394046, № 395070, 760 руб. 00 коп. расходов на приобретение товара, 509 руб. 53 коп. почтовых расходов, а также 2 000 руб. 00 коп. расходов по уплате госпошлины.

Возвратить ООО «Топливные системы» г. Санкт-Петербург (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 000 руб. 00 коп., уплаченную по платежному поручению № 888068 от 20.06.2022.

Данное решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья Е.С. Юрченко