Постановление от 23 ноября 2022 г. по делу № А13-415/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


23 ноября 2022 года

Дело №

А13-415/2015


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Казарян К.Г., Яковец А.В.,

при участии в судебном заседании арбитражного управляющего ФИО1 (паспорт), представителей Федеральной налоговой службы – ФИО2 (доверенность от 02.02.2022), конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Корпорация Вологдалеспром» – ФИО3 (доверенность от 31.12.2021), акционерного общества «Россельхозбанк» – ФИО4 (доверенность от 19.08.2022),

рассмотрев 02.11.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы на определение Арбитражного суда Вологодской области от 01.04.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2022 по делу № А13-415/2015,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 10.06.2015 в отношении открытого акционерного общества «Корпорация Вологдалеспром (далее – Корпорация), введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 15.12.2015 открытое акционерное общество «Корпорация Вологдалеспром» (далее – Корпорация) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО1

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области 23.05.2018 обратилась в суд с жалобой на действия (бездействие) исполняющего обязанности конкурсного управляющего ОАО «Корпорация Вологдалеспром» ФИО1, также просила взыскать с ФИО1 в конкурсную массу ОАО «Корпорация Вологдалеспром» убытки в размере 137 792 330,83 руб.

К участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ», акционерное общество «Россельхозбанк», ФИО5.

Определением от 09.10.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1

Определением от 13.04.2020 ФИО1 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Корпорации.

Определением от 02.07.2020 конкурсным управляющим Корпорации утверждена ФИО6.

Определением от 01.04.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2022, в удовлетворении заявленных ФНС требований отказано.

В кассационной жалобе ФНС указывает на ошибочность выводов судов о недоказанности фактов незаконного поведения управляющего, причинившего убытки должнику и его кредиторам, неверное применение судами норм материального права. Податель кассационной жалобы полагает, что суды не учли доводов, приведённых в обоснование жалобы, просит определение от 01.04.2022 и постановление от 11.07.2022 отменить, удовлетворить заявленные требования в полном объёме.

Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Союз «Межрегиональный центр арбитражных управляющих» и ООО «Страховая компания «Арсеналъ» в отзывах на кассационную жалобу ФНС просили оставить судебные акты без изменения.

АО «Россельхозбанк» в отзыве на кассационную жалобу просило отказать уполномоченному органу в удовлетворении кассационной жалобы в части требования о признании необоснованным перечисление управляющим ФИО1 в пользу АО «Россельхозбанк» денежных средств в размере 207 342,87 руб. за период с 19.12.2016 по 02.06.2017, в остальной части кассационную жалобу удовлетворить.

ФИО1 в отзыве на кассационную жалобу ссылается на ее необоснованность, просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В судебном заседании представитель ФНС поддержал доводы кассационной жалобы, представитель АО «Россельхозбанк» и ФИО1 поддержали позиции, изложенные в отзывах, представитель конкурсного управляющего должником возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Изучив материалы дела, проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

При проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Основополагающим требованием при реализации конкурсным управляющим своих прав и обязанностей, определённых статьями 20.3, 129 Закона о банкротстве, является добросовестность и разумность его действий с учётом интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, на основании принципов порядочности, объективности, компетентности, профессионализма и этичности.

Вместе с тем статьей 60 Закона о банкротстве определена возможность защиты прав и законных интересов кредиторов путём обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав. Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми в вину неправомерными, недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) арбитражного управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности с учётом конкретных обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан осуществлять установленные Законом о банкротстве функции. Следовательно, основной целью деятельности арбитражного управляющего является обеспечение соблюдения законодательства при проведении процедур несостоятельности (банкротства), а неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего, является основанием для привлечения его к ответственности. Интересы должника, кредиторов и общества могут считаться соблюденными при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность арбитражного управляющего при осуществлении процедур, применяемых в деле о банкротстве. Кроме того, требования закона должны неукоснительно выполняться участниками правоотношений. Выполнение арбитражным управляющим своих обязанностей исходя из удобных для него обстоятельств и мотивов не может и не должно входить в противоречие с принципом надлежащего выполнения требований законодательства о банкротстве.

Более того, поскольку ответственность арбитражного управляющего, установленная статьей 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, размер вреда (убытков) определяется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 1064 данного Кодекса вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце третьем пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несёт ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Основной круг обязанностей конкурсного управляющего определён пунктом 2 статьи 20.3 и пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве. К неисполнению или ненадлежащему исполнению конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей относится невыполнение функций, предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 129 Закона о банкротстве.

Разрешая настоящий обособленный спор, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку в нарушение статьи 65 АПК РФ заявитель не представил доказательств того, что конкурсный управляющий ненадлежащим образом исполнял возложенные на него обязанности, и это повлекло или могло повлечь убытки для должника либо его кредиторов.

Проверив законность определения и апелляционного постановления с учетом и в пределах доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Судом правомерно отклонен довод уполномоченного органа о несвоевременном принятии мер по обращению в суд с заявлением о признании недействительной сделки по увеличению уставного капитала ООО «Великоустюгский леспромхоз».

Как следует из материалов дела, ОАО «Корпорация Вологдалеспром» являлось единственным участником ООО «Великоустюгский леспромхоз» (далее – Леспромхоз, Общество) с долей участия в уставном капитале в размере 100% номинальной стоимостью 10 000 руб.

В процедуре наблюдения (за один день до открытия конкурсного производства) должник, являясь единственным участником Общества, 14.12.2015 принял решение № 4 об увеличении уставного капитала на основании заявления ФИО7 о принятии его в Общество и внесении в качестве вклада в уставный капитал 40 000 руб., о принятии ФИО7 в Общество в качестве участника с определением доли в размере 80% уставного капитала и её номинальной стоимости в сумме 40 000 руб.

В результате увеличения уставного капитала Общества размер долей его участников составил у должника 20%, номинальной стоимостью 10 000 руб., у ФИО7 – 80%, номинальной стоимостью 40 000 руб., размер уставного капитала Леспромхоза после его увеличения составлял 50 000 руб.

Налоговым органом 20.02.2016 осуществлена государственная регистрация указанных изменений, а 24.09.2018 – государственная регистрация изменений состава участников данного юридического лица путём записи о переходе доли ФИО7 к Обществу.

Исполняющая обязанности конкурсного управляющего ФИО1, ссылаясь на неоплату ФИО7 вклада в уставный капитал Общества, 09.10.2018 обратилась в суд с заявлением о признании сделки недействительной.

Уполномоченный орган полагал, что ФИО1, исполняя обязанности конкурсного управляющего ОАО «Корпорация Вологдалеспром», своевременно не приняла меры по обращению с заявлением о признании вышеуказанной сделки по увеличению уставного капитала Общества недействительной, обратившись в суд фактически спустя три года с даты ее утверждения исполняющей обязанности конкурсного управляющего Корпорации.

Определением суда от 16.12.2018, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 15.02.2019 и постановлением кассационной инстанции от 28.06.2019, решение Корпорации от 14.12.2015 № 4 как единственного участника Леспромхоза об увеличении уставного капитала за счет вклада ФИО7 в размере 40 000 руб. признано недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права должника на долю в уставном капитале Общества в размере 100%.

Таким образом, сделка оспорена в пределах срока исковой давности, права Корпорации восстановлены, поэтому действия ФИО1 в данной части не могут быть признаны неразумными, недобросовестными и несоответствующими требованиям закона, нарушения прав и законных интересов кредиторов должника не имеется.

В обоснование жалобы уполномоченный орган также ссылался на несвоевременное перечисление налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) при выплате заработной платы работникам ОАО «Корпорация Вологдалеспром» (НДФЛ не был перечислен одновременно с выплатой заработной платы), указывая, что выплата заработной платы за Корпорацию третьим лицом – ООО «М-Лес» не освобождает должника от своевременного перечисления НДФЛ; НДФЛ за период с января 2015 года по декабрь 2015 года, подлежащий одновременному перечислению в бюджет с выплатой заработной платы, был оплачен лишь в период с 01.06.2016 по 08.11.2018; за период с 15.12.2015 по 16.03.2018 исполняющим обязанности конкурсного управляющего совершены платежи в пользу физических лиц по заработной плате с более поздним календарным сроком образования.

Отклоняя указанные доводы уполномоченного органа, суд первой инстанции указал, что требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов. Достижение указанной цели возлагается на конкурсного управляющего, который осуществляет полномочия руководителя должника и иных его органов управления и действует в пределах, в порядке и на условиях, установленных названным законом.

По данным Межрайонной ИФНС № 11 по Вологодской области сумма задолженности по текущим налоговым платежам ОАО «Корпорация Вологдалеспром» по состоянию на 15.04.2018 составляла 30 851 666,05 руб., в том числе задолженность второй очереди: по НДФЛ – 218 621,28 руб., по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование, зачисляемым в ПФ РФ, – 5 895 345,37 руб.

НДФЛ как налогового агента, а также страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в ПФ РФ в части основного долга подлежат погашению в режиме второй очереди текущих либо реестровых платежей (в зависимости от периода получения дохода гражданина) одновременно с выплатой заработной платы с учетом правовой позиции, изложенной в пунктах 8 и 14 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016.

Из пояснений представителя ФИО1 и представленных в материалы дела разделов реестра текущих платежей, посвящённых начисленной и выплаченной заработной плате и НДФЛ, судами установлено, что заработная плата работникам Корпорации выплачивалась за счет средств самой Корпорации, а в период отсутствия таких средств за счёт и по инициативе третьего лица – ООО «М-Лес». Указанная информация содержалась в отчетах конкурсного управляющего, регулярно доводилась до сведения кредиторов.

Из раздела реестра по заработной плате следует, что за счёт средств Корпорации заработная плата работникам выплачивалась с декабря 2015 года по февраль 2016 года частично, трем из сорока четырех сотрудников, в марте 2016 года, в феврале – августе 2017 года. За иные периоды времени задолженность перед работниками была погашена ООО «М-Лес» либо не погашена до настоящего времени.

Задолженность по НДФЛ за период с января 2015 года по август 2017 года была исполнена за счёт средств должника в полном объеме в период с 15.07.2015 по 28.04.2018. Долг по НДФЛ образовался за период с сентября 2017 года и первый квартал 2018 года в сумме 278 053 рубля. При этом за вторую половину 2017 года и первый квартал 2018 года по состоянию на 15.04.2018 заработная плата работникам не выплачивалась.

Из указанного следует, что обязанность по уплате НДФЛ не была исполнена должником за те периоды времени, за которые должник не выплачивал сотрудникам заработную плату.

Как следует из отчета конкурсного управляющего, а также сведений, размещенных в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, на 15.04.2018 Корпорация обладала значительным количеством имущества, в целях сохранения которого в первом полугодии 2017 года конкурсным управляющим выплачивалась заработная плата сотрудникам охраны для недопущения увольнения работников.

Выплата текущей заработной платы работникам должника приоритетно перед погашением обязательств по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование отвечает целям и смыслу проводимых процедур банкротства должника с учетом особой природы задолженности по заработной плате и социального значения ее погашения.

Отступление от установленной законом очередности не повлекло негативных последствий, поскольку в последующем (к концу 2018 года) текущие требований второй очереди по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование и НДФЛ были в полном объеме погашены.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии нарушения прав налогового органа вменяемыми в вину ФИО1 действиями в данной части.

Уполномоченный орган также указывал на отражение в отчете о деятельности управляющего недостоверных сведений о работниках должника, неотражении сведений о привлечении четырех сотрудников по гражданско-правовым договорам (ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11), что, по мнению заявителя, нарушает права кредиторов на получение достоверной информации.

Судом установлено и подтверждено материалам дела, что с названными лицами у должника с 01.01.2011 действовал договор № КЛ-11/0077 возмездного оказания услуг, на условиях которого перечисленные лица обеспечивали сохранность имущества должника, находящегося в г. Бабаево Вологодской области.

ФИО1 были проанализированы документы, которыми до банкротства были оформлены отношения сторон, и сделан вывод о том, что данные отношения хоть и оформлены договором услуг, но фактически являются трудовыми. В частности, на это указывали длительный характер отношений сторон, факт подчинения работников определённому режиму работы, наличие у них рабочего места (бригаде охраны было выделено помещение в здании опорной базы ПМК в <...>), договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от 31.07.2015. На этом основании управляющим было принято решение об отнесении задолженности перед указанными лицами ко второй очереди текущих платежей Корпорации.

Решение о включении в штат Корпорации таких работников не принималось. По этой причине ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 не были указаны в таблице отчета управляющего «сведения о работниках должника». Поскольку договор с ними был заключён не управляющим, а задолго до процедуры банкротства, то в таблице отчета управляющего «сведения о лицах, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности» они также не были отражены.

Вместе с тем суд пришел к выводу, что право уполномоченного органа на получение информации о таких лицах и наличии задолженности Корпорации перед ними нарушено не было, поскольку информация и сведения по процедуре банкротства должника могут доводиться до участников дела не только в форме отчёта управляющего, но и путём представления первичных документов, которые были представлены уполномоченному органу, он ознакомился с ними, что подтверждается письмом управляющего от 14.07.2017 в адрес подателя жалобы с отметкой представителя уполномоченного органа об ознакомлении.

Таким образом, сведения о начислении указанным лицам вознаграждения всегда содержались в реестре текущих платежей.

Правильным является вывод суда о том, что указанное свидетельствует о соблюдении исполняющей обязанности конкурсного управляющего ФИО1 прав кредиторов на получение информации о процедуре банкротства должника, намеренное недобросовестное поведение с ее стороны и нарушение требований Закона о банкротстве не доказано.

Доводы заявителя о необоснованном сохранении штатных единиц и привлечении работников по трудовым договорам в период конкурсного производства, завышении заработной платы бухгалтера и юрисконсульта также правомерно отклонены судами.

Обоснованность сохранения в штате Корпорации специалиста по финансам и экономике ФИО12, а также работников службы охраны – ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 ранее уже являлась предметом рассмотрения арбитражных судов по жалобе АО «Россельхозбанк» (далее – Банк).

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 03.06.2018, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2018, установлено, что оспариваемые действия управляющего соответствовали целям процедуры банкротства и не привели к увеличению текущих расходов в процедуре банкротства.

Сохранение в штате должности заместителя начальника службы экономической безопасности, которую занимал ФИО20, было обусловлено значительным количеством имущества должника, наличием трёх постов охраны данного имущества, находящихся в различных частях Вологодской области (Великоустюгский район, Бабаевский район, Чагодощенский район), подчинённых непосредственно ФИО20, который осуществлял взаимодействие с правоохранительным органами по вопросам проникновения третьих лиц на территории должника, занимался поиском имущества должника – места нахождения транспорта и техники, осуществлял поиск ключей и документов от нее.

Кроме того, при сохранении ФИО20 в штате должника управляющей было принято решение об уменьшении должностного оклада работника с 18 000 руб. до 9 000 руб. Данный факт подтверждается дополнительным соглашением от 01.04.2016 к трудовому договору с работником.

Вывод суда в определении от 03.06.2018 об обоснованности сохранения службы охраны должника свидетельствует об обоснованности сохранения в штате и лица, организовывавшего работу данной службы, контролировавшего её деятельность.

Поскольку судом при рассмотрении жалобы Банка было установлено, что сохранение в Корпорации 10 штатных единиц было осуществлено в целях процедуры банкротства должника, то оснований перезаключения с ними гражданско-правовых договоров у конкурсного управляющего не имелось.

Уполномоченный орган также указывал на сокрытие информации о заключенных трудовых договорах в конкурсном производстве, непринятию мер по оспариванию необоснованно завышенной заработной платы в отношении 24 сотрудников, принятых в процедуре наблюдения.

Судом установлено, что на дату сдачи отчетности (в начале 2016 года) ФИО1 не располагала документами по личному составу должника, в связи с чем не могла их проверить. Документы по личному составу должника ФИО1 получила от бывшего руководства только в сентябре 2016 года, что подтверждается актом от 22.09.2016. В процессе принятия и обработки документов по личному составу Корпорации ФИО1 был проведён анализ, по результатам которого установлено, что документация по личному составу сотрудников, указанных уполномоченным органом, отсутствует – нет ни трудовых книжек, ни трудовых договоров, ни личных карточек, ни табелей учёта рабочего времени.

Таким образом, ФИО1 не скрывала информацию о заключении трудовых договоров и не могла ее скрыть ввиду отсутствия документов.

Управляющая не включала заработную плату, начисленную этим лицам, в состав текущих платежей должника, выплат им не производила, что следует из реестра текущих платежей, приняла меры для корректировки форм отчётности, что не противоречит обычному порядку действий хозяйствующих субъектов

Следовательно, правильным является вывод суда о том, что факт нарушений, на которые указывал уполномоченный орган, со стороны ФИО1 отсутствует.

Все лица, работающие в процедуре банкротства Корпорации, не относятся к привлечённым специалистам, а являются штатными работниками должника.

Девять работников, указанных уполномоченным органом, были либо наняты предыдущим руководством должника, либо приняты управляющей в порядке замещения вакантной должности в штате Корпорации.

Уполномоченным органом не доказано также, что Корпорация не обязана вести бухгалтерский и налоговый учёт, сдавать отчётность, а также, что объем бухгалтерской работы, обязанностей юрисконсульта позволяет управляющей выполнять её лично.

Из изложенного следует, что уполномоченным органом не доказано необоснованное завышение заработной платы бухгалтера и юрисконсульта.

Судом правомерно признан несостоятельным довод заявителя о необоснованном сохранении в штате должника должности ФИО12, заинтересованного по отношению к ОАО «Корпорация Вологдалеспром» и входящего в состав контролирующих должника лиц (члена Совета директоров и владельца 23,21% акций ОАО «Корпорация Вологдалеспром»).

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 03.06.2018, оставленным без изменения постановлениями Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2018, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.12.2018, признаны правомерными действия управляющего по сохранению в штате должника должности данного сотрудника.

Согласно документам по личному составу Корпорации (соглашение от 01.06.2013) размер оклада ФИО12 составлял 76 000 руб. С 01.04.2016 должность ФИО12 была переименована в «специалист по финансам и экономике» в связи с изменением функционала работника, размер должностного оклада уменьшен до 50 000 рублей.

ФИО12 не является акционером должника с мая 2015 года, что следует из информации, поступившей в материалы дела от реестродержателя Корпорации – АО «Регистраторское общество «Статус» (в материалах дела о субсидиарной ответственности).

Суд первой инстанции правомерно согласился с доводами ФИО1, что сохранение должности ФИО12 соответствовало интересам проведения процедуры банкротства должника, поскольку из числа всех работников должника, продолжавших деятельность в конкурсном производстве, ФИО12 был единственным специалистом в области лесной промышленности.

Доказательств обратного уполномоченный орган не представил и не доказал.

Довод уполномоченного органа о превышении лимитов на оплату услуг привлеченных специалистов несостоятелен в силу того, что все лица, перечисленные уполномоченным органом в жалобе, штатные работники Корпорации (штатные единицы существовали до банкротства и были сохранены в конкурсном производстве).

Положение о лимитах на оплату их услуг не распространяется.

В обоснование жалобы уполномоченный орган указывал на причинение убытков необоснованным перечислением денежных средств в пользу АО «Россельхозбанк» в размере 207 342, 87 руб.

Согласно выписке Банка о движении денежных средств по расчетному счету должника № 40702810312000013374 за период с 19.12.2016 по 02.06.2017 исполняющая обязанности конкурсного управляющего ФИО1 перечислила денежные средства АО «Россельхозбанк» от аренды заложенного имущества в размере 207 342,87 руб.

В рамках настоящего дела арбитражным судом рассматривался вопрос о наличии правовых оснований для погашения требований Банка к должнику за счёт части дохода от аренды. Определением суда от 03.06.2018 по делу № А13-415/2015 установлено, что указанное право у Банка отсутствует.

На этом основании письмом от 20.06.2018 ФИО1 потребовала от Банка возврата перечисленной суммы, о чем в адрес последнего 12.07.2018 было направлено уведомление о намерении осуществить зачёт встречных требований, удержав названную выше сумму из выручки от продажи предметов залогов АО «Россельхозбанк».

Данный зачёт был осуществлён 20.08.2018, 207 342,86 руб. были удержаны из 80%, причитающихся Банку из выручки от продажи экскаватора, 2008 года выпуска, государственный регистрационный знак <***> обществу с ограниченной ответственностью «Северодвинец-лес», в материалы дела представлена копия уведомления о зачёте.

Таким образом, платежи от аренды в пользу Банка не причинили должнику и его кредиторам убытков, неразумность и недобросовестность в действиях ФИО1 не установлена.

Довод уполномоченного органа о необеспечении должной сохранности транспортного средства LEXUS LS 430, указанного в инвентаризационной описи, также не мог быть признан обоснованным.

Пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника, принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

Сведения о результатах инвентаризации имущества должника опубликованы конкурсным управляющим на сайте ЕФРСБ 25.04.2016, согласно которым, транспортное средство LEXUS LS 430, 2000 года выпуска, рыночной стоимостью 348 969 руб. включено в конкурсную массу должника. Ответственным лицом за сохранность обнаруженных основных средств указана ФИО1 как исполняющая обязанности конкурсного управляющего должника.

В материалы дела представлены доказательства, подтверждающие, что автомобиль не был утрачен. Указанное следует из договора с ООО «Бизнес Экспресс» от 22.06.2018 об оказании услуг автостоянки по размещению автомобиля, договора купли-продажи от 27.11.2018, акта приёма-передачи к нему от 04.12.2018, сообщения с сайта ЕФРСБ от 27.11.2018, 28.11.2018 о результатах торгов и заключении договора с их победителем.

Таким образом, нарушения прав кредиторов не имеется.

Суд округа отклоняет довод уполномоченного органа о неотражении в отчёте о деятельности управляющего в процедуре банкротства Корпорации информации о договорах купли-продажи лесоматериалов.

Уполномоченный орган указывает, что согласно банковской выписке ОАО «Корпорация Вологдалеспром» в период конкурсного производства производились расчеты за лесоматериалы, в том числе с ООО «ВЛК», ООО «Стандарт», ООО «Корпорация Вологдалеспром», ООО «САМАНД».

Тем самым, заявитель ссылается, что нарушены его права как кредитора на доступ к информации в процедуре.

Вместе с тем типовая форма отчёта о ходе конкурсного производства не подразумевает раздела, в котором отражалась бы информация о продаже продукции банкрота. При этом с данной информацией кредиторы и уполномоченный орган могли ознакомиться, поскольку к отчетам о деятельности прилагались первичные документы.

Довод уполномоченного органа о причинении должнику и(или) кредиторам убытков посредством заключения договоров купли-продажи древесины на нерыночных условиях, заключении сделок по реализации лесоматериалов в форме договоров поставки вместо заключения договоров подряда и поставки с возложением на покупателей дополнительных обязанностей, также не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

При этом представленный уполномоченным органом расчет в подтверждение заявленных требований о взыскании убытков, как разница между суммой, поступившей от индивидуальных предпринимателей на счета четырех организаций от перепроданных лесоматериалов и суммой, поступившей на счета должника от их продажи этим организациям, является необоснованным в силу следующих обстоятельств.

В определении от 26.03.2018 № 310-ЭС18-1421 Верховный Суд Российской Федерации указал, что, требуя привлечения руководителя к ответственности в форме убытков, истец должен доказать возможность реализации имущества по более высокой цене с учетом производственной необходимости, сложившихся коммерческих связей и спроса на продукцию.

Согласно доводам уполномоченного органа конкурсный управляющий ФИО1 заключила договоры купли-продажи древесины на нерыночных условиях, чем причинила убытки должнику и(или) кредиторам. В соответствии с договорами поставки поставщик обязуется выступать агентом по поиску подрядчиков на выполнение работ по рубке леса на условиях, что стоимость работ не будет более 30 руб. с одного срубленного кубометра, а также поставщик обязуется уплачивать арендные платежи. Следовательно, доводы конкурсного управляющего ФИО1 о том, что цена на лесопродукцию низкая из-за включения в ее стоимость дополнительных расходов по поиску подрядчиков по рубке леса и иных расходов по лесовосстановлению, уполномоченный орган полагает необоснованными.

Судом установлено, что с 13.02.2017, то есть с конца очередного лесозаготовительного периода, который приходится на осенне-зимнее время, в конкурсной массе Корпорации находятся правомочия из договоров аренды лесных участков № 02-02-16/86-2008, № 02-02-16/85-2008, № 02-02-16/87-2008 от 15.08.2008 и 18.08.2008.

По условиям договоров аренды Корпорация обязана разрабатывать и исполнять проект освоения лесов, то есть вести лесозаготовку, в противном случае договоры аренды подлежат расторжению в связи с неисполнением арендатором принятых на себя обязательств (раздел VI договоров аренды).

В связи с чем суд первой инстанции согласился с доводом конкурсного управляющего ФИО1 о том, что деятельность по лесозаготовке и продаже лесоматериалов для Корпорации в первую очередь является условием сохранения актива в конкурсной массе для последующей продажи, вопрос получения дохода от данной деятельности является второстепенным.

Данный вывод обусловлен тем, что полноценный бизнес вести в состоянии банкротства невозможно. Банкрот не является надежным контрагентом, с которым третьи лица стремятся вступать в гражданские правоотношения, что затрудняет получение высокого дохода от деятельности должника в процедуре конкурсного производства. Хозяйственная деятельность должника в этот период в большей степени обусловлена целью обеспечения сохранности имущества нежели получения выручки.

В соответствии с п.2 ст.129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий в числе прочего обязан принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

Конкурсный управляющий вправе распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом (п.3 ст.129 Закона о банкротстве).

Доводы заявителя не свидетельствуют о возможности должника самостоятельно осуществлять лесозаготовку в соответствии с условиями, определенными в вышеуказанных договорах аренды лесных участков, или заключить договоры реализации древесины на более выгодных условиях.

По причине отсутствия физических и материальных средств Корпорация не имеет возможности самостоятельно осуществлять лесозаготовку, в связи с чем на основании договоров подряда для лесозаготовки должником привлекаются подрядчики. Лесоматериалы реализуются на основании договоров поставки, условия которых являются специфичными, отличаются от условий, при которых в обычных обстоятельствах заключаются подобные сделки.

Договоры подряда, заключаемые Корпорацией, являются типовыми, включая условие о стоимости подрядных работ в размере 30 руб. за 1 куб.м. лесоматериалов (прямые затраты). Затраты по оплате подрядных работ являются обязанностью покупателя.

Кроме обязанностей по оплате приемки товара в рассматриваемом случае покупатель должен осуществить поиск подрядчиков на лесозаготовку, исполнить требования в области освоения лесов, созданию лесной инфраструктуры на участках, соблюдению лесохозяйственных требований при заготовке древесины, правил ухода за лесами, санитарной и пожарной безопасности, осуществлению санитарно-оздоровительных мероприятий, лесовосстановлению, уходу за лесом, осуществлению расчистки участков, иных платежей, необходимых для соблюдения лесного законодательства.

Таким образом, покупатель лесоматериалов Корпорации несет дополнительные расходы.

В подтверждение размера таких расходов в материалы дела представлена копия запроса ФИО1 в адрес общества «САМАНД» от 29.04.2019 и копии ответа общества «САМАНД» на указанный запрос от 14.05.2019 с калькуляцией затрат.

Судами установлено, что ФИО1 приняла все возможные меры для реализации лесоматериалов должника по наиболее выгодной цене.

Поскольку лесные участки Корпорации находятся в Бабаевском районе Вологодской области, в июне 2017 года ФИО1 обращалась в крупнейшее предприятие области лесозаготовки этого района – публичное акционерное общество «Бабаевский леспромхоз» с предложением о покупке лесоматериалов Корпорации по цене 80 руб. за 1 куб. м на приведенных выше условиях, что подтверждается письмом от 29.06.2017. В ответ на это обращение ПАО «Бабаевский леспромхоз» письмом от 28.07.2017 сообщило об отсутствии возможности закупать древесину на предложенных управляющим условиях и по цене за 80 руб. за 1 куб. м.

Также ФИО21 направляла предложения о заключении договоров поставки лесозаготовителям – индивидуальным предпринимателям, ведущим деятельность в Бабаевском районе Вологодской области; принимала меры для установления средних рыночных цен на лесоматериалы в Вологодской области.

В июле 2017 года для этих целей в адрес территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Вологодской области направлялся соответствующий запрос. Письмом от 03.08.2017 исх. № 123/ОГ Вологдастат сообщил, что информацией о рыночных ценах на еловые и сосновые хлысты, лесоматериалы лиственных пород для использования в круглом виде по городу Вологде и Вологодской области не располагает.

Кроме того, для получения объективной информации о том, по какой цене третьи лица готовы закупать лесоматериалы Корпорации ФИО1 была привлечена ФИО22, размещавшая в период с декабря 2017 года по февраль 2018 года соответствующие объявления в газете «Городок+» и принимавшая звонки от заинтересованных лиц.

Поскольку более выгодные предложения о заключении договоров поставки отсутствовали, а обязанность по освоению лесов для Корпорации никто не отменял, то договоры были заключены по наибольшей из предложенных цен.

При этом цены реализации лесопродукции должника превышали средние цены продажи аналогичных лесоматериалов на аукционах Территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Вологодской области, в подтверждение чего в дело представлена копия протокола № 2 о проведении открытого аукциона от 22.11.2018.

Для правильного разрешения настоящего обособленного спора в данной части была проведена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости товара – лесоматериалов хвойных и лиственных пород (хлысты) в делянках в Вологодской области (западные районы) за 1 куб. м (100 куб. м, 1 000 куб. м) в 2016, 2017 и 2018 годах, проведение которой поручено эксперту закрытого акционерного общества «Вологодский центр правовой информатизации» ФИО23.

Согласно заключению эксперта от 01.10.2019 № 25-10/2019 стоимость 1 куб. м лесоматериалов с учетом затрат на заготовку в 2016 году составляла 117 руб. 66 коп., в 2017 году – 116 руб. 99 коп., в 2018 году – 107 руб. 98 коп.

В 2016 году в процедуре банкротства Корпорации реализация лесоматериалов управляющим не осуществлялась, поскольку право аренды лесных участков был возвращено в конкурсную массу должника только в феврале 2017 года.

В 2017 году цена 1 куб. м лесоматериалов Корпорации по условиям договоров поставки составляла 80 руб., в 2018 году – 85 руб.

Заготовка лесопродукции осуществлялась третьими лицами на основании договоров подряда, которые являются типовыми, включая условие о стоимости подрядных работ в размере 30 руб. за 1 куб. м. лесоматериалов (прямые затраты).

С учетом прямых затрат на заготовку стоимость лесоматериалов Корпорации в 2107 году составляла 110 руб. за 1 куб. м (80 + 30), в 2018 году – 115 руб. (85 + 30), то есть была на уровне определенных экспертом цен.

Таким образом, в отсутствие доказательств причинения действиями (бездействием) конкурсного управляющего ущерба должнику или его кредиторам также не имеется правовых оснований для привлечения арбитражного управляющего к ответственности в виде взыскания убытков.

Довод уполномоченного органа о ненадлежащем проведении конкурсным управляющим инвентаризации имущества должника правомерно признан судами несостоятельным, поскольку не подтвержден установленными судами обстоятельствами и материалами дела.

Как правильно указано в обжалуемых судебных актах, материалы дела не содержат надлежащих доказательств немотивированного бездействия управляющего либо совершения им грубых умышленных действий, направленных на нарушение процедуры банкротства в отношении должника, в связи с чем арбитражным судом обоснованно отказано в удовлетворении заявленных требований.

Доводы, приведённые подателем кассационной жалобы, не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций.

В соответствии с частью 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Частью 4 той же статьи предусмотрено, что каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ доказательства, представленные в материалы обособленного спора, суд не усмотрел существенных нарушений конкурсным управляющим исполнения, возложенных на него обязанностей в рамках процедуры конкурсного производства, нарушения прав и законных интересов должника и его кредиторов, а также норм Закона о банкротстве, поэтому обоснованно отказал в удовлетворении заявленных Федеральной налоговой службой требований.

Довод уполномоченного органа о неправомерном распределении расходов на проведение экспертизы суд кассационной инстанции находит необоснованным.

Согласно части 5.1 статьи 110 АПК РФ судебные издержки, понесенные третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора и участвовавшими в деле на стороне, в пользу которой принят судебный акт по делу, могут быть возмещены им, если их фактическое поведение как участников судебного процесса способствовало принятию данного судебного акта.

В настоящем случае судебный акт был принят в пользу ответчика в рамках обособленного спора по заявлению уполномоченного органа. Правовая позиция Банка не повлияла на принятие обжалуемого судебного акта.

Иные доводы кассатора направлены на переоценку доказательств, представленных в материалы обособленного спора и сделанных судами выводов, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда округа. Оценка судом доказательств, отличная от их оценки заявителем кассационной жалобы, как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствует о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

Учитывая названные обстоятельства, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 01.04.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2022 по делу № А13-415/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу Федеральной налоговой службы – без удовлетворения.



Председательствующий


Е.В. Зарочинцева


Судьи


К.Г. Казарян

А.В. Яковец