Постановление от 28 апреля 2022 г. по делу № А56-36849/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ


28 апреля 2022 года

Дело №

А56-36849/2019



Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Боровой А.А., Воробьевой Ю.В.,

при участии конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Мастер» ФИО1, ФИО2, от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 08.11.2021),

рассмотрев 25.04.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.11.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022 по делу № А56-36849/2019/сд.4,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.08.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Мастер», адрес: 192012, Санкт-Петербург, 2-й Рабфаковский пер., д. 18, лит. Ч, пом. 6Н, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 17.08.2019 № 147.

Решением от 20.03.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО5

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 01.08.2020 № 136.

Определением от 17.07.2020 конкурсным управляющим Общества утверждена ФИО1.

Конкурсный управляющий обратилась в суд с заявлением о признании недействительными заключенных между Обществом и ФИО3 договоров залога от 10.09.2016 № 1-10/09-01, № 2-10/09-01, № 3-10/09-01, № 4-10/09-01 и применении последствий недействительности сделок, а именно признании отсутствующим обременения в виде ипотеки на следующие объекты недвижимости:

- земельный участок площадью 11617 кв.м, расположенный по адресу: Ленинградская обл., Волховский муниципальный р-н, Кисельнинское сельское поселение, с кадастровым номером 47:10:0115001:7;

- земельный участок площадью 1386 кв.м, расположенный по адресу: Ленинградская обл., Волховский р-н, Кисельнинское сельское поселение, ориентир - дер. Кисельня, с кадастровым номером 47:10:0115001:29;

- сооружение площадью 962,7 кв.м, расположенное по адресу: Ленинградская обл., Волховский р-н, Кисельнинское сельское поселение, <...> в районе д. 5, с кадастровым номером 47:10:0115001:28;

- здание площадью 7248 кв.м, расположенное по адресу: Ленинградская обл., Волховский р-н, Кисельнинское сельское поселение, <...>, с кадастровым номером 47:10:0115001:28.

Конкурсный управляющий также просила погасить регистрационные записи об ипотеке № 47:10:0115001:7-47/010/2018-1, № 47:10:0115001;29-47/010/2018-2, № 47:10:0115001:28-47/010/2018-1, № 47:10:0000000:10904-47/010/2018-1.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий конкурсного кредитора ФИО2 – ФИО6.

Определением от 24.11.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022, заявление удовлетворено.

В кассационной жалобе ФИО3 просит определение от 24.11.2021 и постановление от 03.02.2022 отменить, дело направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что судами неправильно распределено бремя доказывания отсутствия заинтересованности, в результате чего сделан неверный вывод о заинтересованности ответчика по отношению к должнику; вывод судов об обеспечении договорами залога несуществующего обязательства по договору займа не соответствует обстоятельствам дела и представленным доказательствам; судами применены не подлежащие применению нормы материального права, а именно положения статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Податель жалобы считает, что суды сделали необоснованный вывод о выходе оспариваемой сделки за пределы действия диспозиции статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и наличии в оспариваемой сделке признаков недействительности по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.

Податель жалобы полагает, что судом первой инстанции допущено нарушение норм процессуального права, а именно статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), предусматривающей право лица, участвующего в деле, знакомиться с доказательствами, представленными другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного разбирательства.

Податель жалобы считает, что дело подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции с указанием на необходимость документального подтверждения фактов внесения (отсутствия внесения) полученных генеральным директором ФИО2 денежных средств на расчетный счет Общества, подлинности чека-ордера о внесении денежных средств, наличия (отсутствия) признаков неплатежеспособности у должника на момент заключения оспариваемой сделки и информированности о ней, а также наличия (отсутствия) аффилированности ответчика.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просила определение от 24.11.2021 и постановление от 03.02.2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержала кассационную жалобу, конкурсный управляющий и ФИО2 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, 10.09.2016 между ФИО3 (залогодержатель) и Обществом (залогодатель) заключены договоры залога имущественных прав № 1-10/09-01, № 2-10/09-01, № 3-10/09-01, № 4-10/09-01.

Названные договоры заключены в обеспечение исполнения денежного обязательства Общества перед ФИО3 на сумму 10 000 000 руб. по договору займа от 10.09.2016 № 10/09-01-3 (пункты 1.3 договоров от 10.09.2016 № 1-10/09-01, № 2-10/09-01, № 3-10/09-01 и № 4-10/09-01).

В соответствии с обозначенными договорами обременение в виде ипотеки установлено в отношении земельных участков с кадастровыми номерами 47:10:0115001:7, 47:10:0115001:29, а также дорожного покрытия с кадастровыми номерами 47:10:0115001:28 и 47:10:0115001:28 (пункты 1.1 договоров от 10.09.2016 № 1-10/09-01, № 2-10/09-01, № 3-10/09-01 и № 4-10/09-01 соответственно).

Согласно пункту 1.2 договора от 10.09.2016 № 10/09-01-3 возврат займа осуществляется равными платежами по 2 000 000 руб. по графику: 15.11.2016, 15.12.2016, 15.01.2017, 15.02.2017 и 15.02.2017.

При этом регистрация договоров залога от 10.09.2016 произведена спустя более двух лет (01.11.2018).

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий в качестве правового обоснования оспаривания сделок изначально ссылалась на статьи 10, 168, 170 ГК РФ, в ходе судебного разбирательства уточнила, что также имеются основания для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по статье 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем удовлетворил заявленные требования, признал оспариваемые договоры недействительными, применил последствия недействительности сделок.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, посчитал их законными и обоснованными.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Судами установлено, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества возбуждено 15.05.2019, оспариваемые договоры залога совершены 01.11.2018 (дата регистрации), то есть в течение года до возбуждения дела о банкротстве, и могут быть оспорены как по специальным, так и общим основаниям.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При этом закрепленные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции не исключают прямого доказывания обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по этому основанию. В частности, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4)).

Согласно пункту 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837, признаками фактической аффилированности могут быть совпадения в фамилии и отчестве, иные совпадения, которые не могут быть объяснены обычной случайностью или иными рациональными объяснениями.

ФИО3 по существу не опровергла позицию конкурсного управляющего об аффилированности, основанную на совокупности следующих обстоятельств: в период с 23.06.2005 по 18.10.2019 участником Общества с долей в размере 271/531 (51%) в уставном капитале являлся ФИО7, который с 08.10.1988 состоит в браке с ФИО8, родившейся ДД.ММ.ГГГГ, предположительно, дочерью ФИО3

Коль скоро в данном случае конкурсный управляющий представил доводы и доказательства, которые могут свидетельствовать о наличии аффилированности сторон, именно ФИО3 должна была оспорить означенное обстоятельство. Между тем из материалов дела не следует, что последняя оспорила доводы о возможной аффилированности с должником и заявила об отсутствии родственных связей, нахождения лиц в браке и иных обстоятельств аффилированности.

По состоянию на 31.12.2018 активы Общества составляли 187 690 000 руб., кредиторская задолженность - 195 750 000 руб. На момент совершения оспариваемых договоров у должника имелась задолженность перед открытым акционерным обществом «Российские железные дороги» в размере 63 089 950 руб. (подтверждена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.10.2018 по делу № А56-84832/2018), обществом с ограниченной ответственностью «Балтийская строительная компания» в размере 740 891,62 руб. (подтверждена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.05.2019 по делу № А56-131032/2018).

Судами установлено, что в подтверждение факта передачи должником ответчику суммы займа ФИО3 представила суду первой инстанции копию квитанции к приходному кассовому ордеру от 10.09.2016 № 313 на сумму 10 000 000 руб. Оригиналы данной квитанции, договора займа и спорных договоров залога обозревались судом в судебном заседании 13.04.2021 и были возвращены представителю ответчика. Приобщить оригиналы указанных документов к материалам дела представитель ответчика отказался. Оригинал квитанции приходного кассового ордера суду не представлен. Из пояснений представителя ответчика следует, что указанный документ находится в материалах проверки КУСП № 3792 в УМВД России по Невскому району Санкт-Петербурга. Каких-либо доказательств в подтверждение данного довода ответчик суду не представила.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. (абзац третий пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В ходе судебного разбирательства в материалы дела не представлено бесспорных и достоверных доказательств, надлежащим образом подтверждающих передачу денежных средств Обществу, а также тот факт, что имущественное положение заимодавца позволяло ей предоставить займы в размере, указанном в договоре.

Суды пришли к выводу о том, что представленные договор займа от 07.10.2005 между ФИО3 и ФИО9, договор купли-продажи ФИО9 квартиры от 08.02.2016 и акт от 23.04.2016 о погашении ФИО9 займа перед ФИО3 не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств наличия у ответчика финансовой возможности. При этом судами принято во внимание, что договор займа с Обществом был заключен ответчиком через 5 месяцев после получения указанной в акте суммы, доказательства размещения указанной в акте суммы на расчетных счетах ответчика и снятия в день или накануне заключения сделки в суд не представлены. Таким образом, наличие у ФИО3 финансовой возможности 10.09.2016 передать Обществу 10 000 000 руб. представленными в суд доказательствами не подтверждено.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся и дополнительно представленные в материалы дела доказательства, суд установил, что копия квитанции к приходному кассовому ордеру от 10.09.2016 № 313 на сумму 10 000 000 руб. не подтверждает обстоятельства внесения денежных средств в кассу Общества в отсутствие фактического отражения поступления денежных средств в хозяйственной документации общества, а также расходования указанных денежных средств должником.

Кроме того, судом первой инстанции учтены длительное (более трех лет) невостребование суммы займа со стороны ответчика, необращение с заявлением о включении обеспеченного залогом требования в реестр требований кредиторов должника, что также, по мнению суда, свидетельствует об отсутствии обязательства должника перед ответчиком по договору займа.

Вопреки доводам жалобы, выписки с расчетных счетов Общества представлены суду в электронном виде в качестве приложения к ходатайству, представленному финансовым управляющим через систему «Мой арбитр» 04.11.2021.

На основании исследования и оценки имеющихся в деле доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о недоказанности факта предоставления займа должнику в заявленном размере и, следовательно, мнимости договора займа по причине его безденежности.

Согласно пункту 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В данном случае в отсутствие доказанности надлежащими, достаточными и достоверными доказательствами факта выдачи должнику займа залог не может обеспечивать несуществующее обязательство, в связи с чем суды обоснованно признали договоры залога от 10.09.2016 недействительными, установив при этом все признаки недействительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьями 10 и 168 ГК РФ.

Последствия недействительности сделки применены судами с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно которой в качестве последствия недействительности договора залога может быть заявлен иск о применении последствий недействительности договора залога в виде снятия (прекращения) соответствующего обременения, о чем прямо указывается в судебном акте.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют. Указанные доводы направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой фактических обстоятельств дела не может служить основанием для отмены обжалованных судебных актов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.11.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022 по делу № А56-36849/2019/сд.4 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.



Председательствующий


А.А. Чернышева


Судьи


А.А. Боровая

Ю.В. Воробьева