Решение от 28 января 2025 г. по делу № А56-47027/2024

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-47027/2024
29 января 2025 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена  16 января 2025 года.

Полный текст решения изготовлен  29 января 2025 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Евдошенко А.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Вертковой И.А.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: Общество с ограниченной ответственностью "Новые Трубные Технологии"

ответчик: Общество с ограниченной ответственностью "Трубы центробежного литья"

о защите исключительных прав на полезную модель по патенту

при участии

от истца: представители ФИО1, ФИО2 (доверенность)

от ответчика: генеральный директор ФИО3 (паспорт, выписка из ЕГРЮЛ), представители ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 (доверенность)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Новые Трубные Технологии" (далее – истец, Общество НТТ) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Трубы центробежного литья" (далее – ответчик, Общество ТЦЛ) о защите исключительных прав с требованием:

- взыскать с ответчика в пользу истца 10 000 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на патент РФ №173495 на полезную модель «Труба стеклопластиковая щитовая для микротоннелирования из армированных термореактивных полимеров, изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей»;

- взыскать с ответчика в пользу истца 10 000 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на патент РФ №210896 на полезную модель «Стеклопластиковая щитовая труба для микротоннелирования, изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей»;

- обязать ответчика прекратить применение, предложение к продаже, продажу и иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей спорной продукции (стеклопластиковые трубы).

В обоснование заявленных требований истец ссылался на неправомерное введение ответчиком в гражданский оборот путем ввоза и реализации на территории Российской Федерации стеклопластиковых труб для микротоннелирования производства «SUBOR BORN SAN, VE TIC. A.S.», изготовленных с использованием патентов на полезную модель №173495 и №210896, в подтверждение чего представил нотариальный протокол осмотра доказательств от 21.04.2023, акт экспертного исследования от 09.04.2024 №7825/20-6-23 об использовании в изделии «Стеклопластиковая труба для микротоннелирования» производства Subor Boru Sanayu Ve Ticaret A.S., имеющем маркировку «OD 1638 Jacking Pipe» SAN, VE TIC. A.S.», каждого признака, содержащегося в независимом пункте формулы полезной модели по патенту №210896. Истец также ссылался на наличие уже разрешенного спора между сторонами, по результатам рассмотрения которого было принято решение Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 28.06.2023 об отказе в удовлетворении возражений Общества ТЦЛ от 14.11.2022 против выдачи патента РФ №173495 на полезную модель, а по результатам оспаривания решения административного органа - решение Суда по интеллектуальным правам от 06.05.2024 по делу №СИП-859/2023,  оставленное без изменения постановлением Президиума  Суда по интеллектуальным правам от 16.09.2024, об отказе в удовлетворении заявленного Обществом ТЦЛ требования о признании недействительным решения Роспатента.

Ответчик против удовлетворения предъявленных требований возражал по мотивам, изложенным в отзыве, ссылаясь на недоказанность истцом факта нарушения ответчиком исключительных прав на спорные патенты истца; протокол осмотра доказательств от 21.04.2023 является недопустимым доказательством, полученным с нарушением процедуры его осмотра (составлен в отсутствие ответчика); указанные в иске товары (трубы), приобретенные у компании «Субор» на основании контракта от 18.08.2022 №01/08-222, не содержат признаков полезной модели, приведенных в независимых пунктах формул полезных моделей, содержащихся в патентах истца; заявленная истцом сумма компенсации является чрезмерной и не соответствует характеру совершенного нарушения в случае его доказанности истцом. Ответчик оспаривал представленный истцом акт экспертного исследования, составленный специалистами ФБУ «Российский федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве Юстиции РФ» № 7825/20-6-23 от 09.04.2024. Ответчик указал, что к акту не приложены поименованные в нем документы, акт базируется на допущении, что все представленные материалы описывают «Стеклопластиковую трубу для микротоннелирования» производства SUBOR Boru Sanayi Ve Ticaret A.S., которая была использована при строительстве объекта «Второй путь на перегоне Унерчик-Козыла Красноярской железной дороги». Ответчик указал, что документация, анализируемая в акте, относится к трубам разных производителей: истца, компании «СУБОР», ООО «НТТ-Пересвет», к трубам с разной маркировкой, к разному временному периоду (с 2013 по 2024 гг.); из документации следует, что она не описывает одно единственное изделие - «Стеклопластиковая труба для микротоннелирования» производства SUBOR Boru Sanayi Ve Ticaret A.S. Согласно позиции ответчика часть выводов экспертов в акте базируется на искаженном истцом переводе термина «Jaсking», неоправданно сузив его значение до «микротоннелирования». Ответчик указал, что согласно описанию полезной модели по патенту № 210896, слои в продукте имеют разную структуру и количественный и качественный состав; акт не содержит послойного анализа слоев, не учитывает взаимное проникновение материалов на границе слоев, что приводит специалиста к противоречивым выводам. Также ответчик указал, что квалификация экспертов, выполнивших исследование, вызывает сомнения, так как к акту не приложены документы, ее подтверждающие, а три задействованных в исследовании эксперта имеют различную квалификацию (два товароведа, один патентовед), при этом экспертиза не является комплексной, так как все части исследования и выводы сделаны экспертами совместно, то есть имеет комиссионный характер, что требует одинаковой квалификации экспертов; ни один из экспертов, проводивших исследование, не имеет образования в области химии, химический состав исследуемого объекта не определялся, вследствие чего акт исследования не является относимым доказательством в силу иного предмета доказывания по настоящему делу. Ответчик ссылался на то, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства того, что спорная продукция ответчика предназначена для микротоннелирования, что приобретенные ответчиком трубы предназначены не для микротоннелирования, а для вдавливания (pilot pipe jacking), что подтверждается спецификацией, описанием продукции компании «СУБОР», официальным письмом компании «СУБОР» от 20.08.2024, фотографиями прокладки. Ответчик указал, что на объекте «Второй путь на перегоне Унерчик – Козыла Красноярской железной дороги» применялся иной способ бестраншейной прокладки, отличный от микротоннелирования. В обоснование своей позиции ответчик сослался на п. 3.22, 3.23 СП 249.1325800.2016, п. 1.2.1, 1.2.2, 2 Приложения Г СП 249.1325800.2016, что термин “jacking” используется для обозначения всех известных бестраншейных способов прокладки, а для обозначения микротоннелирования как способа прокладки используется термин “microtunneling”. Ответчик указал, что прямой перевод «jacking» как «микротоннелирование», используемый в документах, представленных истцом, является заведомо некорректным, так как на английском языке турецкой компанией используется обобщающий термин для любого вида бестраншейной прокладки трубопроводов, где микротоннелирование является лишь одним из способов такой прокладки. В патентах  №210 896 и №173495 указание на способ применения продукции (для микротоннелирования) является признаком обеих полезных моделей и присутствует в независимых пунктах их формул. По мнению ответчика, если спорная продукция не была предназначена и не применялась для прокладки способом микротоннелирования, использование обеих полезных моделей истца в такой продукции полностью исключено. Ответчик также указал, что согласно независимым пунктам формул обеих полезных моделей необходимый компонент описанных в них продуктов – наличие винилэфирных смол в составе, которые отсутствуют в продукции компания «СУБОР». Независимый пункт формулы патента на полезную модель № 173495 предусматривает в числе признаков обязательное использование в составе продукта «полиэфирных и винилэфирных смол». Независимый пункт формулы патента на полезную модель № 210896 также предусматривает, что продукт содержит «несколько слоев из смеси связующего и волокнистого наполнителя. Ответчик ссылался на то, что в составе продукции компании «СУБОР» используются только полиэфирные смолы, а винилэфирные смолы - отсутствуют. Также ответчик ссылался на то, что продукция компании «СУБОР» и ее аналоги присутствуют на мировом рынке с 2008 года.

В судебном заседании 30.09.2024 истец поддержал заявленные требования в полном объеме, представил на обозрение суда образец стеклокомпозитной трубы для микротоннелирования производства «Subor», закупленной у турецкой компании «СУБОР».

Ответчик не признал исковые требования ни по праву, ни по размеру.

В судебном заседании 25.11.2024 истец поддержал заявленные требования, представил дополнительные документы.

Ответчик представил дополнение к отзыву.

Для ознакомления с дополнительными материалами по делу судебное заседание отложено.

В судебном заседании 23.12.2024 истец представил пояснения по размеру исковых требований, возражения на дополнения к отзыву, указав, что документами подтверждается факт экспертного исследования в акте от 09.04.2024 №7825/20-6-23 именно образца трубы, поставляемого ответчиком, а также факт использования в образце данной продукции защищаемых патентов истца.

Ответчик представил письменные пояснения по существу спора, просил назначить по делу судебную экспертизу.

В судебном заседании 16.01.2025 истец поддержал заявленные требования, представил возражения на письменные объяснения ответчика.

Ответчик поддержал возражения против иска, представил уточненное ходатайство о назначении по делу судебной патентно-технической экспертизы по вопросам содержания в продукции, поставленной компанией  Subor Boru Sanayu Ve Ticaret A.S. ответчику по контракту №01/08-2022 от 18.08.2022, каждого признака полезной модели, приведенного в независимом пункте содержащейся в каждом патенте №173495 и №210896 формулы полезной модели; установления качественно-количественного химического состава образца продукции «труба стеклопластиковая», поставленной компанией  Subor Boru Sanayu Ve Ticaret A.S. ответчику по контракту №01/08-2022 от 18.08.2022, а также количества содержащихся в образце продукции слоев?

Истец возражал в отношении ходатайства ответчика о назначении по делу судебной экспертизы, ссылаясь на достаточность представленных им доказательств, свидетельствующих о нарушении ответчиком исключительных прав на полезные модели истца путем использования их в поставляемой ответчиком спорной продукции.

По смыслу статей 71, 82, 159 АПК РФ вопрос о необходимости проведения экспертизы находится в компетенции суда, разрешающего спор по существу и действующим арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрена обязанность суда удовлетворять все ходатайства, заявленные лицами, участвующими в деле. В частности, ходатайства о назначении судебной экспертизы суд рассматривает с учетом процессуального поведения и позиции сторон, а также целесообразности проведения такой экспертизы.

Рассмотрев ходатайство ответчика, суд, с учетом имеющихся доказательств по делу и мнения истца, выражающего несогласие с проведением экспертизы, приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

С учетом совокупности исследованных по делу обстоятельств применительно к предмету настоящего спора, суд полагает возможным рассмотреть дело в настоящем судебном заседании по имеющимся материалам дела.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав и оценив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Истец является правообладателем исключительных прав на полезные модели, охраняемые следующими патентами:

№1734954 «Труба стеклопластиковая щитовая для микротоннелирования из армированных термореактивных полимеров, изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей», дата приоритета 21.12.2016,

№210896 «Стеклопластиковая щитовая труба для микротоннелирования, изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей», дата приоритета 15.02.2022.

Истцу стало известно о том, что ответчик в 2023 году осуществил ввоз на территорию Российской Федерации трубной продукции - стеклопластиковых труб для микротоннелирования и ввел данную продукцию в гражданский оборот с использованием патентов истца на полезные модели №173495 и №210896, что является нарушением ответчиком исключительных прав истца на спорные патенты.

Касательно обстоятельств, связанных с ввозом спорной продукции на территорию Российской Федерации и введением ее в гражданский оборот, истец указал следующее.

В июле 2022 года истец узнал о планируемом со стороны ответчика ввозе стеклокомпозитных труб для микротоннелирования и уведомил ответчика письмом № б/н от 14.07.2022 о том, что является правообладателем патентов на материалы и оборудование, применяемые при строительстве объектов коммунальной, дорожной и транспортной инфраструктуры на территории Российской Федерации, в том числе: патент РФ на полезную модель РФ 173 495 «Труба стеклопластиковая щитовая для микротоннелирования из армированных термореактивных полимеров, изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей».

Также истец указал, что введение в гражданский оборот, в том числе ввоз на территорию Российской Федерации продукции, изготовленной с применением патентов истца, без заключения соответствующих лицензионных соглашений является распространением контрафактной продукции.

От турецкого производителя - компании «SUBOR BORN SAN, VE TIC. A.S.» истец в порядке ответа на адвокатский запрос получил письмо от 30.10.2023, согласно которому в период с августа 2022 г. по февраль 2023 г. от ответчика были получены 3 различных заказа на стеклокомпозитные трубы для микротоннелирования со следующей спецификацией - внешний диаметр 1638 мм, номинальное давление 1 бар, давление 80000 Н/кв.м. Продукция поставлялась компании на условиях EXW.

Ответчик в ноябре 2022 года направил в Палату по патентным спорам Федеральной службы по интеллектуальной собственности (далее - Роспатент) возражение против выдачи патента РФ № 173495, утверждая, что полезная модель не удовлетворяла условиям патентоспособности «промышленная применимость» и «новизна».

Решением Роспатента от 28.06.2023 в удовлетворении возражений ответчика от 14.11.2022 против выдачи патента РФ №173495 на полезную модель отказано.

Несогласившись с решением административного органа ответчик обжаловал его в судебном порядке, решением Суда по интеллектуальным правам от 06.05.2024 по делу №СИП-859/2023, оставленным без изменения постановлением Президиума  Суда по интеллектуальным правам от 16.09.2024, в удовлетворении заявленного ответчиком требования о признании недействительным решения Роспатента от 28.06.2023 отказано.

05.04.2023 на Объекте РЖД «Второй путь на перегоне Унерчик-Козыла Красноярской железной дороги», дочерней организацией истца - ООО «НТТ-Пересвет» была обнаружена продукция, ввезенная на территорию Российской Федерации ответчиком, в подтверждение чего истцом представлен заверенный в нотариальном порядке (Протокол осмотра доказательств от 21.04.2023) отчет, содержащий фотографии стеклопластиковых труб для микротоннелирования производства СУБОР OD 1638 Jacking Pipe, складированных на указанном строительном объекте, которые подтверждают наличие конкретной маркировки на трубах и нахождение данной спорной продукции на Объекте РЖД «Второй путь на перегоне Унерчик-Козыла Красноярской железной дороги».

С учетом заключенного между истцом (покупателем) и турецкой компанией «Субор» (поставщиком) контракта №S/NTT-04-2023 от 26.04.2023, данный поставщик по просьбе истца передал ему по акту приема-передачи от 08.02.2024 образец товара поставщика-изготовителя, который был вырезан из стеклопластиковой трубы для микротоннелирования со следующей номенклатурой: OD 1638 Jacking pipe, WT2206984P00, DD-1638 PN-1 SN-80000, ISO 10467, L-6000, STO 76255760-001-2009, FJP 16380180-0600 ANSE. Кроме того, компания «СУБОР» предоставила истцу Каталог продукции, материалы по входному контролю сырьевых материалов от 15.04.2023.

Указанный образец продукции передан истцом в рамках заключенного с ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России договора №7825/20-6-23 от 28.12.2023 на проведение экспертного исследования, по результатам которого был составлен соответствующий акт №7825/20-6-23 от 09.04.2024, согласно которому в изделии «Стеклопластиковая труба для микротоннелирования» производства Subor Boru Sanayu Ve Ticaret A.S. с маркировкой «OD 1638 Jacking Pipe» SAN, VE TIC. A.S.», использован каждый признак, содержащийся в независимом пункте формулы полезной модели по патенту №210896.

Исходя из анализа имеющихся в распоряжении истца документов, в том числе фотографий с Объекта (Протокол осмотра доказательств), каталога «СУБОР», протоколов испытаний в отношении образца трубы для микротоннелирования «СУБОР», акта экспертного исследования №7825/20-6-23 от 09.04.2024 об использовании в продукции патента №210896, а также с учетом состоявшихся актов Суда по интеллектуальным правам и Роспатента по вопросу оспаривания ответчиком правовой охраны в отношении патента РФ №173495, истец пришел к выводу об использовании ответчиком во ввезенной им на территорию Российской Федерации продукции (стеклопластиковых трубах для микротоннелирования) патентов истца.

Претензионными письмами № 5-214 от 20.06.2023, № 5-275 от 31.07.2023, № 556-5/23-10 от 27.12.2023 истец уведомлял ответчика о нарушении им патентов РФ на полезную модель №173495 и №210896.

Однако требования истца, изложенные в претензионных письмах, оставлены ответчиком без удовлетворения.

Ссылался на неправомерное введение ответчиком в гражданский оборот путем ввоза и реализации на территории Российской Федерации стеклопластиковых труб для микротоннелирования производства «SUBOR BORN SAN, VE TIC. A.S.», изготовленных с использованием полезных моделей, охраняемых патентами №173495 и №210896, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности (статья 1233), если кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующий результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности (в том числе его использование способами, предусмотренными кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1358 ГК РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктами 2 и 3 указанной статьи.

В силу пункта 2 статьи 1358 ГК РФ, использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности:

1) ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец;

2) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, полученного непосредственно запатентованным способом. Если продукт, получаемый запатентованным способом, является новым, идентичный продукт считается полученным путем использования запатентованного способа, поскольку не доказано иное;

3) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении устройства, при функционировании (эксплуатации) которого в соответствии с его назначением автоматически осуществляется запатентованный способ;

4) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, предназначенного для его применения в соответствии с назначением, указанным в формуле изобретения, при охране изобретения в виде применения продукта по определенному назначению;

5) осуществление способа, в котором используется изобретение, в том числе путем применения этого способа.

Полезная модель признается использованной в продукте, если продукт содержит каждый признак полезной модели, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы полезной модели. При установлении использования изобретения или полезной модели толкование формулы изобретения или полезной модели осуществляется в соответствии с пунктом 2 статьи 1354 ГК РФ (пункт 3 той же статьи).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1354 ГК РФ охрана интеллектуальных прав на изобретение или полезную модель предоставляется на основании патента в объеме, определяемом содержащейся в патенте формулой изобретения или соответственно полезной модели. Для толкования формулы изобретения и формулы полезной модели могут использоваться описание и чертежи (пункт 2 статьи 1375 и пункт 2 статьи 1376).

Исходя из предмета и оснований настоящего иска, истец должен доказать факт принадлежности ему исключительного права на полезную модель и факт нарушения ответчиком этого права, а ответчик - представить доказательства того, что его действия не нарушили исключительное право истца на полезную модель.

Факт принадлежности истцу исключительных прав на полезные модели, охраняемые патентами №1734954, №210896, документально подтвержден.

В подтверждение факта использования в изделии «Стеклопластиковая труба для микротоннелирования» производства Subor Boru Sanayu Ve Ticaret A.S. каждого признака, содержащегося в независимом пункте формулы полезной модели по патенту №210896, в материалы дела представлен акт экспертного исследования от 09.04.2024 №7825/20-6-23.

Однако представленный истцом акт от 09.04.2024 №7825/20-6-23 судом не принимается в качестве безусловного доказательства факта нарушения ответчиком исключительных прав, в том числе на полезную модель по патенту №210896, поскольку указанный акт составлен в одностороннем порядке по инициативе и документам самого истца.

Заключение досудебного исследования является иным доказательством, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 АПК РФ оценивается судом наравне с другими представленными доказательствами.

В акте исследуется не образец конкретной трубы ответчика, использованной при строительстве объекта «Второй путь на перегоне Унерчик-Козыла Красноярской железной дороги», а совокупность документации, описывающей целый ряд продуктов самого истца, компании «СУБОР» и третьих лиц. В предоставленной на исследование документации не следует вывод о том, что она описывает одно единственное изделие - «Стеклопластиковая труба для микротоннелирования», производства Subor Boru Sanayi Ve Ticaret A.S., учитывая упоминание о трубах разных производителей (истца, компании «СУБОР», ООО «НТТ-Пересвет») с разной маркировкой и разным временным периодом (с 2013 по 2024 гг.). Таким образом, отсутствует связь объекта исследования и продукции ответчика.


Как следует из материалов дела, объектом исследования являлся образец продукции, полученный истцом у компании «СУБОР», тогда как сама продукция ответчика, используемая им в хозяйственной деятельности, на исследование не предоставлялась, и в материалах дела отсутствует.

Фрагмент выпила трубы был получен истцом от компании «СУБОР» позднее согласно акту от 08.02.2024, и исследовался экспертами в акте экспертного исследования исключительно визуально, без анализа тождественности химического состава фрагмента и соответствующих признаков независимого пункта формулы полезной модели по патенту № 210896. Исследование образца проведено без анализа его физико-химического состава, качественный, количественный состав образца, структура слоев не исследовались, из акта и документов экспертного учреждения сведения о наличии у специалистов соответствующей квалификации (специальных знаний) в этой области отсутствуют. 

Ответчик представил доказательства приобретения товаров у компании «СУБОР» («SUBOR BORU SANAYI VE TICARET A.S.») на основании контракта 01/08-2022 от 18.08.2022, предметом которого являлось производство и поставка труб из стеклопластика (GRP) в рамках проекта под названием «Россия OD1638 Проект прокола».

Согласно пункту 5.1 контракта «СУБОР» производит трубы в соответствии со стандартами ISO 10467 и ISO 25780.

Пунктом 5.3 контракта предусмотрено, что для производства должны использоваться терефталевая и/или ортофталевая полиэфирная смола типа ЕРS1, стекло Е и кварцевый песок.

В силу пункта 5.3 контракта длины и допуски стеклопластиковых труб и фитингов должны соответствовать стандарту ISO 10467.

Международный стандарт ISO 10467 «Пластиковые трубопроводные системы для напорной и безнапорной канализации и дренажа – Армированные стекловолокном термореактивные пластики (GRP) на основе ненасыщенных полиэфирных смол» (дата публикации 01.02.2004) зарегистрирован Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии ФГУП «СТАНДАРТИНФОРМ», номер регистрации: 5756/ISO, дата регистрации: 30.09.2011.

Международный стандарт ISO 25780 «Системы пластмассовых трубопроводов для напорной и безнапорной подачи воды, ирригации, дренажа или канализации — Трубопроводы из армированных стекловолокном термореактопластов (GRP) на основе ненасыщенных полиэфирных смол (UP) — Трубы с гибкими соединениями, предназначенные для установки с использованием методов вдавливания» опубликован 15.05.2011.

Объективных доказательств того, что приобретенная ответчиком у компании «СУБОР» продукция изготовлена с использованием патентов на полезную модель 173495 и 210 896, а равно доказательств того, что исследуемый в акте фрагмент изделия был получен из продукции ответчика, в том числе соответствует изделию, которое приобреталось у компании «СУБОР» по контракту №01/08-2022 от 18.08.2022 и использовалось при строительстве объекта «Второй путь на перегоне Унерчик-Козыла Красноярской железной дороги», не представлено.

Протокол осмотра доказательств от 21.04.2023, которым удостоверены фотографии, направленные истцу представителем дочерней фирмы истца ООО «НТТ-Пересвет», не является доказательством принадлежности имущества определенному лицу, а подтверждает лишь наличие переписки с указанием на изделие, которое не подвергалось какому-либо исследованию. Протокол осмотра составлен без вызова и участия ответчика, что является нарушением ФЗ «Основ законодательства о нотариате» и п. 211, 2.12 «Методических рекомендаций по обеспечению доказательств нотариусами» (утв. решением Правления ФНП, протокол от 26.06.2023 N 10/23). Безотлагательные действия по удостоверению определенной информации совершаются нотариусом в случаях, когда доказательство может быть сокрыто, модифицировано либо уничтожено или если эта информация содержится в сети Интернет. В остальных случаях для процедуры обеспечения доказательств требуется  уведомление всех заинтересованных сторон.

Протоколы испытаний № КПА22-33326 от 28.09.2023, № КПА22-33327 от 28.09.2023, которые упоминаются в акте экспертного исследования, составлены за полгода до получения истцом указанного образца (08.02.2024), что создает неопределенность в вопросе происхождения образцов, которые были представлены истцом для соответствующих испытаний. В обоих протоколах, составленных испытательной лабораторией «Качество Продукции» ООО «НЦСС», приведены результаты испытаний на соответствие ГОСТ Р 50962-96 (Группа Л26. Государственный стандарт Российской Федерации. Посуда и изделия хозяйственного назначения из пластмасс), который не распространяется на изделия истца - труба стеклопластиковая щитовая для микротоннелирования труба производителя ООО «НТТ», изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей, произведенная согласно патенту на полезную модель №210896, и «Стеклопластиковая труба для микротоннелирования» производства Subor Boru Sanayi Ve Ticaret A.S. Письмо испытательной лаборатории №33327 от 29.11.2024 о технической ошибке в части ссылки на ГОСТ Р 50962-96 не устраняет неточности в области применения нормативно-технических требований, на соответствие которым проведены испытания.

Доводы истца о том, что переданная компанией «Субор» истцу стеклопластиковая труба, являющаяся объектом исследования, имеет аналогичную номенклатуру (OD 1638 Jacking pipe, WT2206984POO, DD-1638 PN-1 SN-80000, ISO 10467, L-6000, STO 76255760-001-2009, FJP 16380180-0600 ANSE) с трубой, обнаруженной на объекте «Второй путь на перегоне Унерчик-Козыла Красноярской железной дороги», не презюмируют принадлежность данной продукции ответчику, и не свидетельствуют ни о доказанности факта соответствия данных изделий, ни о доказанности факта принадлежности спорного изделия ответчику и введения его в гражданский оборот последним.

Факт подачи возражения в Роспатент и оспаривание решения Роспатента в судебном порядке также не означает, что ответчиком ввезена продукция, нарушающая патентные права истца, поскольку предметом разбирательства в Роспатенте и Суде по интеллектуальным правам являлось оспаривание оснований для выдачи патента №173495 на полезную модель истца  (несоответствие полезной модели условию патентоспособности «новизна»).

Патент № 173495 «Труба стеклопластиковая щитовая для микротоннелирования из армированных термореактивных полимеров, изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей» действует со следующей формулой: «Труба стеклопластиковая щитовая для микротоннелирования из армированных термореактивных полимеров, изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей, содержащая несколько слоев из смеси связующего и волокнистого наполнителя, взятых в различных соотношениях, отличающаяся тем, что содержит слой армирующих наполнителей, пропитанных связующим материалом на основе ненасыщенных полиэфирных и винилэфирных смол в растворе с ускорителем и отвердителем, при этом труба содержит фрезерованные и обработанные торцы под соединительную муфту».

Патент на полезную модель № 210896 «Стеклопластиковая щитовая труба для микротоннелирования, изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей» действует со следующей формулой: «Стеклопластиковая щитовая труба для микротоннелирования, изготовленная методом непрерывной намотки армирующих наполнителей, характеризующаяся тем, что выполнена из армированных термореактивных полимеров, изготовлена методом непрерывной намотки армирующих наполнителей, содержит несколько слоев из смеси связующего и волокнистого наполнителя, содержит обработанные торцы под соединительную муфту, отличающаяся тем, что содержит пять слоев, состоящих из армирующих наполнителей, дисперсного наполнителя и связующего, взятых в различных соотношениях, а обработанные торцы под соединительную муфту содержат по меньшей мере три слоя».

Роспатент и Суд по интеллектуальным правам указывали, что спорная полезная модель отличается от противопоставленных Обществом ТЦЛ технических решений следующими признаками: труба изготовлена методом непрерывной намотки армирующих наполнителей (признак 1); труба содержит слой армирующих наполнителей, пропитанных связующим материалом на основе ненасыщенных полиэфирных и винилэфирных смол в растворе с ускорителем и отвердителем (признак 2).

Занимаемая Обществом НТТ позиция при рассмотрении возражений Общества ТЦЛ в Роспатенте сводилась к существенности признака 2, в частности Общество НТТ поясняло, что указанный признак «слой армирующих наполнителей, пропитанных связующим материалом на основе ненасыщенных полиэфирных и винилэфирных смол» обеспечивает повышение физико-механических свойств трубы по патенту №173495 за счет надежной связи между слоями композита и исключения расслоения за счет адгезионных свойств связующего и сквозной пропитки армирующих компонентов в слоях и слоев между собой связующим материалом внутри стенки трубы. В случае непрерывной намотки винилэфирные и полиэфирные смолы единовременно подаются в зону подачи сырья, а затем одновременно отверждаются за счет применения ускорителя и отвердителя.

Состав трубы, соответствующей патенту на полезную модель № 173495, содержит смесь ненасыщенных полиэфирных и винилэфирных смол, тогда как исходя из контракта, заключенного между Обществм ТЦЛ и компанией Субор, химический состав трубы иной.

Общество ТЦЛ при рассмотрении возражений в Роспатенте и оспаривании решения Роспатента в Суде по интеллектуальным правам, признавало факт изготовления собственных изделий, в отношении которых Общество НТТ имеет претензии в связи с использованием в указанных изделиях патентов. В свою очередь, Общество НТТ признавало, что трубы, изготовленные методом непрерывной намотки армирующих наполнителей, превосходят по своим физико-химическим свойствам трубы, изготовленные Обществом ТЦЛ центробежным литьем. При этом, судом сделан вывод о недоказанности того обстоятельства, что вся совокупность существенных признаков патента № 173495 присуща (повторяет) технические решения для производства труб Общества ТЦЛ, которые были известны задолго до даты регистрации патента Обществом НТТ.  

Таким образом, из представленных документов, в том числе акта экспертного исследования от 09.04.2024 №7825/20-6-23, протокола осмотра доказательств от 21.04.2023, а также принятых по вопросу об оспаривании правовой охраны патента судебных актов и решения Роспатента, не следует вывода о доказанности факта использования в продукции ответчика полезных моделей истца, как в силу одностороннего характера заключения, отсутствия необходимой методологии исследования и квалификации специалистов в области анализа физико-химического состава изделия, так и недоказанности принадлежности ответчику продукции, образец которой подвергался экспертному исследованию, учитывая, что невозможность проведения непосредственного исследования продукции, в которой, как полагал истец, используется полезная модель, была обусловлена фактическим применением изделия в ходе выполнения работ на объекте заказчика.

Из представленных истцом документов и объяснений не следует, что в указанной продукции используется каждый признак полезной модели, приведенный в независимом пункте формулы полезной модели по патенту № 173495 истца. Судебные акты по делам А40-119319/2021 и СИП-859/2023, на которые ссылался истец, не содержат установленных фактов, подтверждающих обратное. Оснований считать, что приобретенный у компании «СУБОР» образец трубы, предоставленный на экспертное исследование, является изделием, введенным в гражданский оборот ответчиком в рамках контракта №01/08-2022 от 18.08.2022, не имеется.

В силу требований статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (пункт 2 статьи 9 АПК РФ), истец не представил доказательств того, что указанные в иске товары изготовлены по той же самой технологии, что и товары истца, описанные в патентах. При этом, истец возражал против назначения судебной экспертизы, а совокупность представленных ответчиком доказательств свидетельствовала о необоснованности предположения истца о нарушении его патентных прав.

Оценив фактические обстоятельства, связанные с действиями сторон, исследовав представленные в материалы дела документы по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о недоказанности факта использования ответчиком полезной модели истца по спорным патентам №210896 и №173495, и как следствие, - факта нарушения ответчиком исключительных прав истца, в связи с чем, заявленные требования подлежат отклонению, с отнесением расходов по оплате госпошлины на истца на основании статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

В иске отказать.


Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.


Судья                                                                                                   Евдошенко А.П.