Постановление от 4 июля 2022 г. по делу № А56-26240/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-26240/2020
04 июля 2022 года
г. Санкт-Петербург
/з.9

Резолютивная часть постановления оглашена 27 июня 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме 04 июля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей Будариной Е.В., Бурденкова Д.В.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от ООО «Пешеланский гипсовый завод»: ФИО2, доверенность от 31.01.2022; ФИО3, доверенность от 31.01.20222;

от конкурсного управляющего: ФИО4, доверенность от 30.03.2022;

от ФИО5: ФИО6 доверенность от 13.04.2021; ФИО7, доверенность от 31.03.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-14340/2022, 13АП-14339/2022) общества с ограниченной ответственностью «Пешеланский гипсовый завод», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СтройКомплектДизайн» ФИО8 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.04.2022 по делу № А56-26240/2020/з.9, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СтройКомплектДизайн» ФИО8 о привлечении ФИО5 как контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «СтройКомплектДизайн»,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Пешеланский гипсовый завод» (далее - ООО «ПГЗ») обратилось в Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «СтройКомплектДизайн» (далее – ООО «СКД», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 26.05.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «СКД».

Определением суда от 09.07.2020 (резолютивная часть от 06.07.2020) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО8.

Решением суда от 14.01.2021 (резолютивная часть от 13.01.2021) ООО «СКД» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО8

Конкурсный управляющий ФИО8 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении единственного участника и бывшего руководителя общества ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик) как контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности в размере непогашенных требований кредиторов в сумме 15 699 869,91 руб. и текущих платежей на сумму 390 488,09 руб., а всего на сумму 16 090 358 руб.

Определением от 02.02.2022 суд первой инстанции приостановил производство по делу о банкротстве на основании пункта 13 статьи 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) до принятия судебного акта по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением от 19.04.2022 по настоящему обособленному спору суд в удовлетворении заявления конкурсному управляющему отказал.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО8, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит определение суда от 19.04.2022 отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении предъявленных требований. По мнению подателя жалобы, ФИО5 обязана была обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 01.01.2018. Апеллянт отметил, что был лишен возможности ознакомиться с первичными бухгалтерскими документами, предоставленными ответчиком во исполнение определения суда. Конкурсный управляющий указал, что передача документации должника осуществлялась ответчиком поэтапно и несвоевременно. Податель жалобы считает, что договоры перевозок грузов являются мнимыми сделками. Кроме того, апеллянт настаивает, что ответчиком совершен ряд сделок в адрес аффилированных лиц, которые направлены на вывод активов должника.

В апелляционной жалобе ООО «ПГЗ», ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит определение суда от 19.04.2022 отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления. По мнению апеллянта, судом первой инстанции не учтено, что соглашение о новации не формировало и не создавало новую задолженность, кредитор был вынужден заключить соглашение ввиду невозможности погашения должником обязательств по оплате поставленной продукции. Апеллянт обращает внимание, что задолженность должника перед ООО «ПГЗ» окончательно сформировалась в октябре 2018 года - феврале 2019 года и подтверждена вступившим в законную силу решением Калининского районного суда города Санкт-Петербурга от 25.09.2019 по делу №2-3773/2019, то есть после даты возникновения объективного банкротства должника. Кредитор выразил несогласие с выводом суда о возникновении критического финансового состояния должника в конце 2019 года, полагает, что суд необоснованно отверг доводы конкурсного управляющего о дате возникновения объективного банкротства. Как и конкурсный управляющий, ООО «ПГЗ» указало на невозможность ознакомления с представленными ответчиком документами, а также на мнимость сделок, заключенных с аффилированными лицами.

В судебном заседании представители подателей жалоб настаивали своих доводах, а представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционных жалоб.

Суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства ООО «ПГЗ» об истребовании у ответчика регистров бухгалтерского учета по причине отсутствия правовых оснований для их удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, своих представителей не направили, в связи с чем апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Суд апелляционной инстанции признал апелляционные жалобы не подлежащими удовлетворению в свете следующего.

Статьёй 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

При этом пунктом 2 статьи 9 Закона банкротстве закреплено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязательств перед контрагентами.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве определено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом) (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 за 2016 год, утверждённого Президиумом ВС РФ 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечёт отказ в удовлетворении заявления.

В силу пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2015 №307-ЭС15-5270, невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по данному основанию установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Для привлечения контролирующего должника лица к ответственности по исследуемому основанию необходимо представить в материалы дела доказательства того, что после возникновения обстоятельств, подтверждающих возникновение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, должник принял на себя новые обязательства перед кредиторами, которые не были им исполнены, тем самым причинив указанным кредиторам вред.

Как уже приводилось выше, производство по делу о банкротстве ООО «СКД» возбуждено определением суда от 26.05.2020 по заявлению кредитора ООО «ПГЗ».

Согласно отчёту конкурсного управляющего от 14.12.2021 в реестр требований кредиторов включены требования четырёх кредиторов на общую сумму 15 699, 870 тыс. руб.

Согласно позиции конкурсного управляющего, у ФИО5 возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 01.01.2018.

В рассматриваемой ситуации ни кредитор, ни конкурсный управляющий не представили в материалы дела сведений о наличии и размере задолженности, возникшей после возникновения у ответчика обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

В качестве обязательства, возникшего у должника после указанной даты, заявители ссылаются на обязанность должника по выплате процентов за пользование займом в размере 1 226 373, 35 руб.

Кредитор ссылается на то, что задолженность должника перед ООО «ПГЗ» окончательно сформировалась в октябре 2018 года - феврале 2019 года и подтверждена вступившим в законную силу решением Калининского районного суда города Санкт-Петербурга от 25.09.2019 по делу №2-3773/2019.

Вместе с тем, для целей применения к ответчику субсидиарной ответственности по спорному основанию следует учитывать период возникновения обязательства, а не момент принятия соответствующего судебного акта, подтверждающего сей факт.

В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.

Обязательство по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами носит акцессорный характер, а потому его возникновение не может рассматриваться в отрыве от даты формирования основного обязательства.

Как пояснили участники процесса апелляционному суду, иных обязательств у должника после 01.01.2018 не возникло.

Судом первой инстанции верно было отмечено, что у должника отсутствует задолженность по обязательным платежам и выплате заработной платы, общество не привлекалось к ответственности за налоговые правонарушения, в том числе за искажение сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете и в налоговой отчетности.

Обосновывая довод о возникновении объективного банкротства 01.12.2017, управляющий ссылается на заключение ООО АКГ «Русфинэксперт» от 28.03.2022, поименованное как «Заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства», «финансовый анализ».

Суд первой инстанции верно посчитал указанное заключение ненадлежащим доказательством по делу, поскольку оно не отвечает критерию объективности и достоверности.

Как следует из пятого раздела заключения, при анализе финансового положения должника использована только информация о движении денежных средств по его банковским счетам за период с 01.01.2015 по 25.02.2022.

Заявляя о подозрительности денежных операций и сделок должника в 2015-2016 годах, управляющий соответствующую документацию не истребовал и оценщику не предоставлял. Соответствующие документы были предоставлены контролирующим должника лицом по требованию арбитражного суда только 06.04.2022 при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что критическое финансовое положение наступило в конце 2019 года, когда должник оказался не в состоянии исполнять обычные текущие обязательства перед своими кредиторами – индивидуальным предпринимателем ФИО9, осуществлявшей ведение бухгалтерского учета, и ФИО10 по уплате арендной платы.

Как верно указал суд, наличие задолженности перед отдельным кредитором - ООО «ПГЗ» к 01.12.2017 в размере 10 576 168,8 руб. по соглашению о новации от 30.12.2016 №16/12/30-1 не может быть признано безусловным основанием для обращения руководителя должника в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, поскольку, как это следует из выписки по банковским счетам и бухгалтерской отчетности, финансовые затруднения в данный период не носили непреодолимого характера. В частности, общество располагало активами в размере около 17,91 млн. руб., выручка по итогам 2017 года составила 18,358 млн. руб. и при этом осуществлялась безубыточная хозяйственная деятельность.

Поскольку после установленной судом даты новые обязательства у должника не возникли, то у ФИО5 не было обязанности обращаться в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) ранее конца 2019 года.

По мнению апелляционного суда, заключение соглашений о новации от 30.12.2016 №16/12/30-1 и от 27.12.2016 №16/12/27-1 не являлось вынужденным для ООО «ПГЗ», так как в случае если последнее осознавало невозможность исполнения должником обязательств, оно имело возможность расторгнуть договорные отношения с должником и принять меры по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «СКД» несостоятельным (банкротом).

Как пояснил апелляционному суду представитель ответчика, после 01.01.2018 года общество вело активную судебную работу по взысканию дебиторской задолженности, инициировало четырнадцать судебных споров о взыскании с контрагентов задолженности в совокупном размере 11,5 млн. руб., взысканные суммы направлялись на погашение обязательств перед ООО «ПГЗ», в период с 17.01.2017 по 28.02.2019 перечислены денежные средства на общую сумму 18 226 514,10 руб.

При таком положении суд первой инстанции верно констатировал отсутствие совокупности обстоятельств для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьёй 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2).

В абзаце десятом пункта 24 постановления №53 разъяснено, что руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства.

Суд первой инстанции установил, что ответчиком исполнена обязанность по передачи документации должника.

Конкурсный управляющий данный факт не отрицает, при этом указывает, что ответчик в полном объеме передала финансово-хозяйственную документацию должника 18.08.2021, то есть спустя семь месяцев с даты, когда такая обязанность должна была быть исполнена.

Вместе с тем, несвоевременность и периодичность передачи документации не может быть положено в основание для привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку фактически такая обязанность была исполнена.

При этом по заказу временного управляющего проводился анализ финансового состояния должника за период 3-х лет, предшествующих возбуждению производства по делу о банкротстве, а именно с 31.12.2017 по 03.11.2020, а также представлялось заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, анализ сделок.

Кроме того, в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 №855 «Об утверждении Временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства" п. 2 проверка наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства проводятся за период не менее 2 лет, предшествующих возбуждению производства по делу о банкротстве, а также за период проведения процедур банкротства.

В данном же случае ответчик представил документы первичного бухгалтерского учета за период, выходящий за сроки, установленные законодательством (за 4-5 лет до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве).

То обстоятельство, что документы не упорядочены между собой не свидетельствует об их дефектности. Кроме довода об отсутствии регистров бухгалтерского учета за период, выходящий за пределы трехлётнего срока, иных возражений не заявлено.

Конкурсный управляющий не указал, какие конкретно документы не были переданы бывшим руководителем должника и не обосновал, как отсутствие такой документации повлияло на проведение процедур банкротства.

Апелляционный суд также отмечает, что лица, участвующие в деле, имели достаточное количество времени для ознакомления с представленной ответчиком документацией, вплоть до судебного заседания апелляционного суда.

При таком положении суд верно не усмотрел оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за непередачу конкурному управляющему документации.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В силу абзаца первого пункта 23 постановления №53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Исходя из пункта 16 постановления №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В отношении сделок должника с ООО «Аникс» и предпринимателем ФИО9 суд первой инстанции обоснованно указал, что они уже являлись предметом рассмотрения судов двух инстанций по обособленным спорам №А56-26240/2020-з.7, А56-26240/2020-з.8, в связи с чем обстоятельствам по этим сделкам не подлежат повторному исследованию.

Так, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.09.2021 по делу № А56-26240/2020/з.7, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2021 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.03.2022, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника с ООО «Аникс».

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.10.2021 по делу №А56-26240/2020/з.8, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника с ИП ФИО9

Как усматривается из материалов дела, ООО «СКД» пользовалось услугами разных транспортных компаний (в том числе ООО «Лира Балт», ООО «Продимпэкс», ООО «Русмитмипорт»).

Ответчиком предоставлены пояснения в отношении указанных контрагентов.

Между ООО «СКД» и ООО «Продимпэкс» был заключен договор об организации транспортных услуг № 15\2015 от 02.03.2015, в рамках которого ООО «Продимпэкс» в 2016 году были оказаны услуги на сумму 324 250 руб., что подтверждается универсальными передаточными документами (том дела 1, листы 190 - 193, 196 – 200; том дела 4. листы 53-57).

Услуги ООО «Продимпэкс» были оплачены должником в полном объеме, что подтверждается соответствующим актом сверки от 31.03.2016 (том дела 1, лист 194).

При этом ответчик пояснил, что оплата в сумме 429 000 руб. произведена в связи с наличием задолженности на начало периода согласно сверке.

Между ООО «СКД» и ООО «Русмитимпорт» заключён договор на организацию транспортных услуг № 10\2016 от 14.03.2016, по которому ООО «Русмитимпорт» в 2016 году оказало услуги по организации транспортных услуг на сумму 7 248 120 руб., и в 2017 году – на сумму 325 000 руб.

Оплаты произведены ООО «СКД» в полном объёме, что подтверждается актом сверки (приложение к возражениям ответчика от 12.04.2022, том дела 1, лист 249).

Акты об оказанных услугах и счета-фактуры также представлены ответчиком в материалы дела (том дела 1, листы 283-294).

Между ООО «СКД» и ООО «Лира Балт» заключён договор на организацию транспортно-экспедиторских услуг №ТУ-15 от 25.03.2016, в соответствии с которым ООО «Лира Балт» в 2016 году предоставило услуги по организации транспортно-экспедиторских услуг на сумму 3 904 930 руб., оплаты произведены полностью, что подтверждается актом сверки от 30.06.2016.

Договор, акты-ведомости, счета-фактуры, акт сверки представлены ответчиком в материалы дела (приложение 2 к возражениям ответчика от 12.04.2022, том дела 1, лист 249).

ООО «Продимпэкс», ООО «Русмитимпорт» и «Лира Балт» являлись перевозчиком материалов, отгружаемых кредитором - ООО «ПГЗ» должнику, что также следует из содержания УПД (отправление груза из Нижегородской обл., п. Пешелань).

Выражая сомнение в отношении реальности взаимоотношений должника с перечисленными организациями, ООО «ПГЗ» не опровергло содержание предоставленных ответчиком и факт отгрузки товара в указанные в них даты, прежде всего, своего товара, приобретённого должником.

Одновременно кредитор подтвердил, что вывоз полученного от него товара осуществлялся силами самого должника.

В случае если указанные лица действовали не от имени должника, с которым у кредитора имелись договорные отношения, то общество не дало пояснений о том, на каких основаниях товар со складов ООО «ПГЗ» отгружался названным выше лицам.

Касаемо сделок с ООО «Макситрейд» в период с 13.07.2017 по 31.01.2019 на общую сумму 522 587,70 руб. суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что они носили реальный гражданско-правовой характер, и, несмотря на аффилированность сторон, не выходили за границы обычной хозяйственной деятельности.

В частности, как указал ответчик, между сторонами заключен договор поставки №001 на поставку строительных материалов от 14.03.2012 и договор поставки №02-СТР/2017 от 30.12.2016, в рамках которых ООО «МаксиТрейд» и ООО «СКД» производили взаимные поставки товаров для дальнейшего ведения коммерческой деятельности по продаже данного товара и извлечения прибыли.

Денежные средства в общей сумме 522 587, 70 руб. были направлены должником в пользу ООО «МаксиТрейд» либо в счет расчетов по договорам за поставленный товар, либо в качестве возврата излишне полученных ранее денежных средств, что подтверждается представленными платежными поручениями №235 от 13.07.2017 на сумму 74197, 57 руб., №314 от 15.09.2017 на сумму 7500 руб., №343 от 16.10.2017 на сумму 3189, 20 руб., №393 от 06.12.2017 на сумму 114 570, 80 руб., №82 от 15.05.2018 на сумму 3 167, 26 руб., №166 от 12.12.2018 на сумму 150 000 руб., №169 от 17.12.2018 на сумму 1 640, 47 руб., №5 от 31.01.2019 на сумму 168 322, 40 руб. (приложение к возражениям ответчика, том дела 1, лист 9).

В материалах дела также имеется акт сверки взаимных расчетов, согласно которому задолженность ООО «МаксиТрейд» перед ООО «СКД» по договору №145-М/12/14 от 18.12.2014 составляет 17 359, 50 руб. Указанная задолженность погашена ООО «МаксиТрейд» в полном объеме платежным поручением № 2 от 18.01.2017 (приложение к письменной позиции ответчика (том 1, лист дела 249).

В отношении ООО «Мистерия» ООО «СКД» реализовало товары по товарным накладным от 30.04.2016 № 364 на сумму 301 724 руб.; от 27.05.2016 №587 на сумму 13 365 руб.; от 31.05.2016 №615 на сумму 2 200 руб.; от 31.05.2016 №616 на сумму 11 780 руб.; от 03.06.2016 № 638 на сумму 50 681,30 руб.; от 10.06.2016 №687 на сумму 97 155 руб.; от 28.06.2016 №795 на сумму 302 180 руб.; от 29.06.2016 №800 на сумму 281 159,50 руб.; от 30.06.2016 №813 на сумму 111 800 руб.; от 13.07.2016 №921 на сумму 479,12 руб.; от 15.07.2016 №949 на сумму 50 000 руб.; от 28.09.2016 №1294 на сумму 1 935,62 руб.; от 30.09.2016 №1299 на сумму 473,80 руб.

Всего ООО «СКД» произвело отгрузок в ООО «Мистерия» на общую сумму 1 224 933, 34 руб., в том числе НДС 18%.

Денежные средства со стороны ООО «Мистерия» перечислены не были.

Между ООО «СКД» и ООО «Автотранс» 22.12.2015 подписан договор на организацию транспортно-экспедиторских услуг № 2ТР.

Услуги оказаны в полном объёме по актам 03.05.2016 №15 на сумму 76 000 руб.; от 04.05.2016 №19 на сумму 160 000 руб.; от 04.05.2016 №21 на сумму 155 000 руб.; от 04.05.2016 №22 на сумму 76 000 руб.; от 04.05.2016 №25 на сумму 75 800 руб.; от 04.05.2016 №26 на сумму 51 300 руб.; от 05.05.2016 №29 на сумму 80 000 руб.; от 05.05.2016 №30 на сумму 54 150 руб.; от 05.05.2016 №32 на сумму 56 050 руб.; от 06.05.2016 №36 на сумму 51 300 руб.; от 06.05.2016 №37 на сумму 52 250 руб.; от 07.05.2016 №40 на сумму 57 000 руб.; от 07.05.2016 №43 на сумму 57 000 руб.; от 10.05.2016 №48 на сумму 72 200 руб.; от 10.05.2016 №49 на сумму 71 250 руб.; от 11.05.2016 №54 на сумму 106 000 руб. (частично на сумму 79633,34), а также по счетам-фактурам 03.05.2016 №15; от 04.05.2016 №19; от 04.05.2016 №21; от 04.05.2016 №22; от 04.05.2016 №25; от 04.05.2016 №26; от 05.05.2016 №29; от 05.05.2016 №30; от 05.05.2016 №32; от 06.05.2016 №36; от 06.05.2016 №37; от 07.05.2016 №40; от 07.05.2016 №43; от 10.05.2016 №48; от 10.05.2016 №49; от 11.05.2016 №54 (частично).

Таким образом, всего по указанным актам оказано услуг на сумму 1 224 933,34 руб., включая НДС 18%. ООО «СКД» оплату за полученные услуги не произвело.

30.09.2016 ООО «СКД», ООО «Мистерия», ООО «Автотранс» заключили договор о переводе долга, согласно которому задолженность ООО «СКД» перед ООО «Автотранс» оплачивает ООО «Мистерия» на сумму 1 224 933,34 руб., задолженность ООО «Мистерия» перед ООО «СКД» зачитывается в качестве оплаты за перевод долга.

Таким образом, ООО «Мистерия» погасило задолженность перед ООО «СКД», что подтверждается актом сверки (том дела 1, лист 249).

В этой связи, апелляционная инстанция поддерживает позицию суда о том, что данные сделки совершены в обычной хозяйственной деятельности, основания для признания их недействительными отсутствуют.

Касаемо цепочки сделок с ООО «Мистерия 2» при рассмотрении настоящего обособленного спора установлено следующее.

ООО «СКД» реализовало обществу «Мистерия 2» товары по товарной накладной № 365 от 30.04.2016 на сумму 269 550 руб., в т.ч. НДС 18%.

Денежные средства ООО «Мистерия 2» за поставленный товар перечислены не были.

Вместе с тем, 22.12.2015 между ООО «СКД» и ООО «Автотранс» подписан договор на организацию транспортно-экспедиторских услуг № 2ТР.

Услуги оказаны в полном объеме, что подтверждается актами от 11.05.2016 №54 на сумму 106 000 руб. (частично на сумму 26 366,66); от 11.05.2016 №56 на сумму 72 200 руб.; от 11.05.2016 №59 на сумму 74 100 руб.; от 12.05.2016 №61 на сумму 71 250 руб.; от 12.05.2016 №63 на сумму 72 200 руб. (частично на сумму 25 633,34); и счетов-фактур от 11.05.2016 № 54; от 11.05.2016 № 56; от 11.05.2016 № 59; от 12.05.2016 №61; от 12.05.2016 №63.

Как указал ответчик, всего по указанным актам оказано услуг на сумму 269 550 руб., в т.ч. НДС 18%. ООО «СКД» оплату за оказанные услуги не произвел.

30.09.2016 ООО «СКД», ООО «Мистерия 2», ООО «Автотранс» подписали договор о переводе долга, по которому задолженность ООО «СКД» перед ООО «Автотранс» оплачивает ООО «Мистерия 2» на сумму 269 550 руб., задолженность ООО «Мистерия 2» перед ООО «СКД» зачитывается в качестве оплаты за перевод долга.

Таким образом, ООО «Мистерия 2» погасило задолженность перед ООО «СКД», что подтверждается актом сверки (том дела 1, лист 279).

Как верно отметил суд первой инстанции, ответчиком предоставлены документальные объяснения в отношении операций с контрагентами ООО «Продипэкс», ООО «ФОБОС-Групп», ООО «Русмитимпорт», ООО «Лира Балт», ООО «Инвест», ООО «Мегастройтранзит», ООО «Синт-Плюс», АО «ССК», опровергающие утверждения о неосмотрительности и недобросовестности.

Соответствующие документы в достаточной мере подтверждают действительность первичных документов.

Ввиду их малозначительности, исходя из масштабов деятельности должника, количества многочисленных получателей платежей, обширности временного периода совершения, отдалённости во времени от предположительной даты объективного банкротства и возбуждения дела о несостоятельности оснований, расценивать платежи должника за 2015-2017 годы как находящиеся в причинной связи с наступлением банкротства общества либо усугубившие его финансовое положение не имеется.

Поименованные конкурсным управляющим и кредитором платежи в пользу заинтересованных применительно к статье 19 Закона о банкротстве лиц и контрагентов, которые в 2019-2020 годах были ликвидированы либо в отношении которых были внесены записи о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ, как каждое в отдельности, так и в совокупности не могут служить условиями субсидиарной ответственности за неудовлетворение требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод подателя жалобы ООО «ПГЗ» о том, что ответчиком не были приняты достаточные меры для целей взыскания дебиторской задолженности с контрагента – ООО «Мегастройтранзит» в рамках арбитражных дел №А56-39449/2017 и №А56-33180/2020 (по иску к руководителю ООО «Мегастройтранзит» ФИО11 о привлечении к ответственности), так как документальное подтверждение того, что именно невзыскание этой задолженности повлекло банкротство должника или существенно ухудшило его экономическое положение, отсутствует. Доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ФИО11 как руководителя и тем, что долг ООО «Мегастройтранзит» перед ООО «СКД» не был погашен, не представлено.

В позиции апеллянтов по сделкам по приобретению – реализации офисной мебели, техники и иных основных средств в период с 17.08.2016 по 06.04.2017 установлено, что ООО «СКД» не приобретало основных средств. Соответствующие товары реализованы сторонним организациям, некоторые из них (офисная мебель, техника) были приобретены для собственных нужд и учтены как малоценные предметы согласно ПБУ 6/01, всего товаров на общую сумму 387 928, 44 руб. по товарным накладным №77 от 17.08.2016, №00-003 от 10.01.2017, №00-011 от 12.01.2017, №00-015 от 16.01.2017, №С3СПСС003015 от 05.03.2017, № 17040602 от 06.04.2017.

Поступившие офисные шкафы (3 шт.) по товарной накладной № 77 от 17.08.2016, копировальный аппарат (1 шт.) по товарной накладной №00-003 от 10.01.2017 введены в эксплуатацию и списаны на затраты согласно нормам действующего законодательства и в активах предприятия не отражаются. По истечении естественного физического износа, пришедшие в негодность малоценные предметы были утилизированы. Поступившие стол письменный (1 шт.), тумба для оргтехники (3 шт.), вешалки-плечики (20 шт.), светильник настольный (1 шт.), компьютерное кресло (3 шт.), стул офисный (10 шт.) по товарной накладной №00-011 от 12.01.2017, шредер HSM 80.2-5.8 (2 шт.), светильник настольный (5 шт.), стол письменный (2 шт.), компьютерное кресло (3 шт.) по товарной накладной №00-015 от 16.01.2017 были введены в эксплуатацию и списаны на затраты.

В период наблюдения ООО «СКД» было продано по рыночной стоимости часть указанных выше товаров ООО «Деливери» по товарной накладной №7 от 30.09.2020. Оплата ООО «Деливери» произведена в адрес ООО «СКД» платёжным поручением №48 от 29.10.2020 в сумме 111 660 руб., включая НДС 20%.

Оригиналы документов направлены конкурсному управляющему, что подтверждается чеком Почты России РПО ED178640962RU, описью и отчётом об отслеживании отправления от 05.04.2021.

Поступивший товар по товарной накладной №С3СПСС003015 от 05.03.2017 реализован обществу «МаксиТрейд» по товарной накладной № 37 от 30.03.2017, счёту-фактуре №37 от 30.03.2017. Оплата за товар произведена ООО «МаксиТрейд» в адрес ООО «СКД» платёжным поручением № 85 от 12.05.2017.

Оригиналы документов направлены конкурсному управляющему, что подтверждается чеком Почты России РПО 19103652338564, описью и отчётом об отслеживании отправления от 16.01.2021.

Поступивший товар по товарной накладной №17040602 от 06.04.2017 реализован обществу «СПб Гарант Строй» по товарной накладной №155 от 22.08.2017. Оплата за товар произведена ООО «СПб Гарант Строй» в адрес ООО «СКД» п/п № 23 от 21.08.2017.

Оригиналы документов направлены конкурсному управляющему, что подтверждается чеком Почты России РПО 19103658309582, описью и отчётом об отслеживании отправления от 17.08.2021.

Имеющиеся в распоряжении ФИО5 малоценные предметы ООО «СКД» переданы конкурсному управляющему, что подтверждается актом приема-передачи МБП от 18.03.2021.

Проанализировав всё выше изложенное, суд первой инстанции правомерно признал отсутствие обстоятельств, свидетельствующих об отклонении поведения ответчика от требований разумности, добросовестности, при организации финансово-хозяйственной деятельности должника.

Следовательно, отказав конкурсному управляющему в предъявленных притязаниях, суд первой инстанции вынес законный и обоснованный судебный акт, оснований, включая процессуальных, для отмены которого апелляционный суд не выявил.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.04.2022 по делу № А56-26240/2020/з.9 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Н.А. Морозова

Судьи


Е.В. Бударина

Д.В. Бурденков