Постановление от 26 декабря 2019 г. по делу № А57-2917/2018

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-2917/2018
г. Саратов
26 декабря 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена «19» декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен «26» декабря 2019 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Макарихиной Л.А., Самохваловой А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 21 октября 2019 года по делу №А57-2917/2018 (судья Чернышева О.А)

по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

в рамках дела, возбужденного по заявлению кредитора – Аверкина Юрия Алексеевича

о признании должника ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН <***>, 410053, <...>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании представителя арбитражного управляющего ФИО3 ФИО5, действующего на основании доверенности от 11 ноября 2019 года,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 21 июня 2018 года в отношении ФИО2 (далее - ФИО2, должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО3, член Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» №113(6351) от 30 июня 2018 года.

В Арбитражный суд Саратовской области обратился финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительным договора купли-продажи от 01 декабря 2015 года, заключенного между ФИО2 и ФИО6 (далее - Карпович - И.Л.), взыскании с ФИО6 в конкурсную массу должника денежных средств в размере рыночной стоимости имущества

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21 октября 2019 года в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 ФИО7 отказано.

Не согласившись с определением суда, финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда и удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что спорной сделкой причинен вред кредиторам ФИО2. Кроме того, судом первой инстанции не приняты во внимание результаты судебно-оценочной экспертизы.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 23 ноября 2019 года, что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы лица, участвующего в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 01 декабря 2015 года ФИО2 по договору купли-продажи продал квартиру (площадь 50,9 кв. м., этаж 2, адрес объекта: <...>; кадастровый номер: 64:39:020304:62) ФИО6. Цена продаваемого имущества по договору купли-продажи составила 200 000 (двести тысяч) рублей. Цена, указанная в данном договоре купли-продажи, является существенно заниженной.

Данный факт подтверждается выпиской с официального сайта Росреестра, кадастровая стоимость квартиры (площадь 50,9 кв. м., этаж 2, адрес объекта: <...>; кадастровый номер: 64:39:020304:62) составляет 122 686 (сто двадцать две тысячи шестьсот восемьсот шесть) рублей.

Финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 полагая, что договор купли-продажи от 01 декабря 2015 года, заключенный между ФИО2 и ФИО6, заключен со злоупотреблением права по цене ниже рыночной стоимости, по которой совершаются подобные сделки, при отсутствии информации, что денежные средства сторонами передавались, а также что ФИО2 путем заключения договора купли-продажи квартиры от 01 декабря 2015 года намеренно ухудшил свое материальное положение, что явно не соответствует принципам добросовестности и разумности, обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции считает позицию суда первой инстанции правомерной и обоснованной.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе (статья 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьей 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, а также неравноценность встречного исполнения обязательств контрагентом должника.

Спорная сделка совершена 01 декабря 2015 года, производство по делу возбуждено 20 февраля 2018 года, следовательно, данная сделка не может быть оспорена по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание дату принятия заявления о признании должника банкротом к производству – 20 февраля 2018, и дату совершения сделки – 01 декабря 2015 года, можно сделать вывод, что сделка совершена должником в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Разъяснения порядка применения указанной статьи даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Так, в пунктах 5 - 7, 9 названного постановления разъяснено, что в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В рассматриваемом случае финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 не доказал факт того, что на дату совершения оспариваемой сделки должник имел признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, а также того, что финансовое состояние должника, заведомо не позволяло произвести расчеты с кредиторами.

В суде апелляционной инстанции представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО3 в обосновании признаков неплатежеспособности указывает на наличие задолженности по транспортному налогу по состоянию на 26 ноября 2013 года 1169 руб., пени 144,90 руб., на 12 ноября 2014 года в размере 8245 руб., пени 208,43 руб., на 23 ноября 2015 года в размере 964,64 руб. пени 1 227,89 руб..

Вместе с тем, задолженность по транспортному налогу являлась несущественной и не могла повлечь неплатежеспособность должника. Кроме того, задолженность по транспортному налогу несоизмерима со стоимостью имущества должника.

При решении вопроса о том, что должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Доказательств заинтересованности ФИО6 по отношению к должнику в период заключения спорной сделки не представлено.

Доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО6 знала или могла знать о наличии признаков недостаточности средств для удовлетворения требований кредиторов финансовым управляющим не представлено.

В связи с чем, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствие оснований для признания договора купли-продажи недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий также ссылался на признание договора купли-продажи недействительным на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу абзаца 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно абз. 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Вместе с тем доказательств, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом сторонами при осуществлении оспариваемой сделки, в материалах дела отсутствуют.

Финансовым управляющим должника не доказано, что заключение 01 декабря 2015 года сделки по продаже квартиры каким-то образом причинило вред кредиторам ФИО2

Согласно заключению эксперта от 13 августа 2019 года № 48, рыночная стоимость спорного имущества на 01 декабря 2015 года составляет 1 036 275 руб.

Однако на дату совершения сделки – 01 декабря 2015 года кредиторов у ФИО2 не имелось, исполнительных производств не имелось. Все обстоятельства по формированию задолженности перед кредиторами, на которые указывает финансовый управляющий в своем заявлении, возникли значительно позднее даты сделки 01 декабря 2015 года.

17 января 2017 года вступило в силу решение Фрунзенского районного суда г. Саратова по делу №2-969/2016 о признании недействительной сделки по продаже квартиры, расположенной по адресу: <...>), между ФИО2 и ФИО4 22 августа 2017 года вступило в силу решение Октябрьского районного суда г. Саратова, согласно которому с ФИО2 в пользу ФИО4 взысканы денежные средства в размере 990000 рублей, переданные по договору, а также проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18 января 2017 года по 22 марта 2017 года в сумме 17358 рублей 90 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 13237 рублей.

Только после этого ФИО4 стал кредитором по отношению к ФИО2

Доводы апелляционной жалобы о том, что задолженность ФИО2 перед ФИО8 возникла с 24 сентября 2015 года сразу после продажи квартиры, является несостоятельной, поскольку оспоримая сделка является недействительной с момента признания ее недействительной судом, а не с момента заключения договора. С момента заключения и до вынесения решения суда такой договор является действительным, и, таким образом, задолженность ФИО2 перед ФИО8 возникла именно после вступления в законную силу решения Фрунзенского районного суда г. Саратова от 21 сентября 2016 года по делу №А2-969/16.

Кроме того, поскольку данная сделка оспаривалась сторонами во Фрунзенском районном суд г. Саратова и иных вышестоящих инстанциях, то у сторон имелась правовая неопределенность в исходе судебного разбирательства и следовательно только вступления судебного акта Фрунзенского районного суда г. Саратова в законную силу, стороны могли реально оценить все обстоятельства спора и его правовые последствия, установить признаки банкротства должника.

Кроме того, финансовым управляющим не доказан тот факт, что покупатель ФИО6 знала о возможном желании продавца причинить вред интересам кредиторов. ФИО6 заинтересованным лицом по отношению к ФИО2 не является, ФИО6 не знала и не должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника совершаемой сделкой, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что отчужденное по оспариваемой в настоящем обособленном споре сделки имущество должника, ранее было им же приобретено у ответчика по спору – ФИО6

Так, 18 сентября 2015 года между ФИО6 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, кадастровый номер 64:39:020304:62, площадью 50,9 кв.м, расположенной на 2 этаже, по адресу: <...> за 200 000 руб..

В связи с тем, что в процессе владения и эксплуатации спорной квартиры в течении трех месяцев, ее потребительские свойства не устроили ФИО2, у ФИО2 возникло желание расторгнуть договор купли-продажи от 18 сентября 2015 года. В связи с чем, 01 декабря 2015 года сторонами был заключен договор купли-продажи от 01 декабря 2015 года между ФИО6 и ФИО2, то есть фактически сторонами была совершена «обратная» сделка со спорным имуществом.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в данном случае между сторонами достигнуто соглашение о цене сделки, которая как в договоре купли-продажи от 18 сентября 2015 года, так и в договоре от 01 декабря 2015 года составила 200 000 руб. Условия договора в части цены сделки основаны на принципе свободы договора. С учетом того, что на момент совершения сделки у ФИО2 отсутствовали признаки неплатежеспособности, отсутствовали кредитора, то стороны сделки могли заключить договора по любой цене.

При этом, судом апелляционной инстанции отмечается, что из общедоступных источников стороны сделки могли получить информацию о кадастровой стоимости спорной квартиры на момент совершения сделок с ней в размере составляет 122 686 (сто двадцать две тысячи шестьсот восемьсот шесть) рублей, что ниже стоимости квартиры указанной в спорном договоре.

Иная (рыночная) стоимость спорной квартиры была установлена лишь после проведения соответствующей оценочной экспертизы в рамках настоящего обособленного спора.

Сам по себе факт продажи имущества по цене ниже его рыночной стоимости не является основанием для признания сделки недействительной по правилам положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как установлено апелляционным судом, в период между приобретением спорной квартиры ФИО9 у ФИО6, то есть в период с 18 сентября 2015 года и до совершения «обратной» сделки и продажи спорной квартиры ФИО9 в пользу ФИО6 01 декабря 2015 года, имущественное положение должника - ФИО2 не изменилось, новых обязательств ни перед кем не возникло, а следовательно отчуждение спорного имущества не могло причинить вреда несуществующим кредиторам должника.

Доказательств наличия у ФИО2 умысла на причинение вреда кредиторам и совершения сделки по отчуждению имущества, с целью избежать обращения на него взыскания, в материалы дела не представлено.

Доводы подателя апелляционной жалобы отклоняются судом апелляционной инстанции как основанные на неверном толковании норм материального права.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что по рассматриваемому обособленному спору судом первой инстанции вынесено законное и обоснованное определение, оснований для отмены либо изменения которого не имеется. Выводы суда по данному спору основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 21 октября 2019 года по делу №А57-2917/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий О.В. Грабко

Судьи Л.А. Макарихина

А.Ю. Самохвалова