Решение от 4 декабря 2019 г. по делу № А45-23294/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г. Новосибирск Дело № А45-23294/2019

Резолютивная часть решения объявлена 27.11.2019 года

Полный текст решения изготовлен 04.12.2019 года


Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Зюзина С.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Краевой А.Г., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью СК «Вектор» к обществу с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» о взыскании 17388238 рублей основного долга и неустойки

при участии в качестве третьих лиц с самостоятельными требованиями

ФИО1 о признании недействительным договоров подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018, заключенных обществом с ограниченной ответственностью СК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор»

и ФИО2 о признании недействительным договора подряда №25092018п-1 от 23.11.2018, заключенного обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор».

при участии в судебном заседании представителей

истца: ФИО3 по доверенности от 20.11.2019, ФИО4 по доверенности от 09.09.2019,

ответчика: ФИО5 – директор,

третьего лица ФИО1: ФИО6 по доверенности от 07.05.2019,



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью СК «Вектор» (ОГРН <***>, далее – истец) обратился с иском к обществу с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» (ОГРН <***>, далее – ответчик) о взыскании 17388238 рублей основного долга и неустойки.

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец уточнил требования, просил взыскать 4289491 рубль основного долга и 1123846,79 рублей неустойки.

Уточненные требованиям приняты судом к рассмотрению.

Определением суда от 26.08.2019 удовлетворено заявление ФИО1 о вступлении в дело в качестве третьего лица с самостоятельным требованием о признании недействительным договоров подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018, заключенных обществом с ограниченной ответственностью СК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор».

Определением суда от 29.10.2019 удовлетворено заявление ФИО2 о вступлении в дело в качестве третьего лица с самостоятельным требованием о признании недействительным договора подряда №25092018п-1 от 23.11.2018, заключенного обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор».

Истец в судебном заседании требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик в судебное заседание иск оспорил по основаниям, изложенным в отзыве.

Третьи лица поддержали свои самостоятельные требования.

Рассмотрев материалы дела, проверив обстоятельства дела в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

Судом установлено, что истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) были подписаны договоры подряда:

- №1/02-В-Г-ГП22-1 от 01.02.2019, по условиям которого подрядчик обязуется выполнить работы по устройству хозяйственно-бытовой канализации, ливневой канализации и наружных тепловых сетей теплотрассы на объекте «Многоквартирный дом №22 со встроенными помещениями общественного назначения, автостоянка, трансформаторная подстанция – 3 этап строительства многоквартирных домов, в том числе со встроенными помещениями общественного назначения» по ул.Большевисткая в Октябрьском районе г.Новосибирска, а заказчик обязуется принять работы и оплатить их стоимость (далее – договор №ГП22);

- №25-08-18-1 от 09.01.2019, по условиям которого подрядчик обязуется выполнить работы по устройству напорной канализации 2d400 до Городской канализационной на объекте «Район железнодорожной станции Расторгуево г.Видное, а заказчик обязуется принять работы и оплатить их стоимость (далее – договор №25);

- № 25092018П-1 от 09.01.2019, по условиям которого подрядчик обязуется выполнить работы по монтажу внеплощадачной сети водопровода В1 от камеры ВК-25 (существующая) до камеры №3 (проектируемая) для нужд водоснабжения на объектах «ЖК «Первый квартал», ЖК «Эко Видное 2.0», ЖК «Видный берег», а заказчик обязуется принять работы и оплатить их стоимость (далее – договор №2018П);

- 51/2018 от 05.12.2018, по условиям которого подрядчик обязуется выполнить работы по устройству внеплощадочных сетей хозяйственно-бытовой канализации на объекте «Жилая застройка переменной этажности мкрн «Купеленка» по адресу Московская область, Ленинский муниципальный район, восточнее д.Ермолина, а заказчик обязуется принять работы и оплатить их стоимость (далее – договор №51).

Фактически указанные договоры являются договорами субподряда, поскольку заключены в целях исполнения договоров подряда, заключенных ответчиком с генеральными подрядчиками на соответствующих объектах:

- договор №ГП22 – в целях исполнения договора №01/02-В-ГП22 от 01.02.2017, заключенного ответчиком (подрядчик) и ООО «Брусника. Строительство. Новосибирск» (генеральный подрядчик);

- договор №25 – в целях исполнения договора №25-08-18 от 05.09.2018, заключенного ответчиком (подрядчик) и ООО «Телсиком групп» (а также от имени ООО «Брусника. Москва» и ООО «Катар», заказчик);

- договор №2018П – в целях исполнения договора №25092018/П от 25.09.2018, заключенного ответчиком (подрядчик) и ООО «Брусника. Москва» (а также от имени ООО «Катар», ООО «Телсиком групп», заказчик);

- договор №51 – в целях исполнения договора №25-08-18 от 05.09.2018, заключенного ответчиком (подрядчик) и ООО «Телсиком групп» (а также от имени ООО «Брусника. Москва» и ООО «Катар», заказчик).

Истец в обоснование требований указал, что работы по всем договорам выполнены в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела актами приемки выполненных работ, подписанными истцом и ответчиком без замечаний и разногласий. Из представленного истцом расчета следует, что задолженность в размере 4289491 рубль сформировалась в результате следующих расчетов по договорам:

- договор № 51/2018. Стоимость выполненных работ согласно актам 4154000 рублей. Оплата произведена путем зачета встречных требований на основании актов зачета от 30.01.2019 на сумму 2 652 000, от 05.02.2019 на сумму 994 100 рублей и от 28.02.2019г. на сумму 7 900 рублей, а также оплачено согласно платежному поручению от 23.01.2019 500 000 рублей. Задолженность отсутствует;

- договор №2018П-1. Стоимость выполненных работ согласно актам 3386509 рублей. Оплата произведена путем зачета встречных требований на основании акта зачета от 28.02.2019 на сумму 2386509 рублей, а также оплачено 1000000 рублей согласно платежному поручению от 25.01.2019. Задолженность отсутствует;

- договору №25. Стоимость выполненных работ согласно актам 9450037,21 рублей. Оплата произведена путем зачета встречных требований на основании актов зачета от 28.02.2019 на сумму 3589 844, 41 рубля и от 28.02.2019 на сумму 3990383,15 рубля. Задолженность 1869809,65 рублей;

- договор №ГП22. Стоимость выполненных работ согласно акту 2850406,89 рублей. Оплата не производилась. Задолженность 2850406,89 рублей.

Согласно указанному расчету истца сумма долга составляет 4289491 рубль.

Ответчик, возражая по иску, указал, что действительно, указанные договоры с истцом были подписаны, а также были подписаны акты приемки выполненных работ. Однако фактически работы выполнял непосредственно сам ответчик и привлеченный им субподрядчик ООО ПСК «Вектор» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Третье лицо ФИО1 заявил самостоятельные требования о признании договоров подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018, заключенных обществом с ограниченной ответственностью СК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор», недействительными.

В этой связи суд полагает целесообразным первоначально рассмотреть требования третьего лица ФИО1 о признании договоров недействительными, поскольку одним из оснований недействительности спорных договоров указано мнимость указанных сделок.

В обоснование заявления о признании договоров подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018, заключенных обществом с ограниченной ответственностью СК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор», недействительными, ФИО1 указал следующее.

ФИО5 на момент заключения спорных договоров являлся директор ответчика, а также его участником с долей уставного капитала в размере 33,34%. Также ФИО5 являлся генеральным директором истца и одновременно его участником. Спорные договоры, как от истца, так и от ответчика, подписаны ФИО5 как единоличным исполнительным органом. Также участниками обществ истца и ответчика являются ФИО1 и ФИО2 В этой связи ФИО1 полагал, что спорные договоры являются сделками с заинтересованностью. Однако в нарушение положений статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение об одобрении сделок с заинтересованностью общим собранием участников как истца, так и ответчика, не проводилось.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65.2. Гражданского кодекса Российской Федерации участники корпорации вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 Гражданского кодекса Российской Федерации или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации. В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых сделок) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

В силу пункта 3 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых сделок) общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) – также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (далее - Постановление № 28), лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, должно доказать наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статей 78 и 81 Закона об акционерных обществах); нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), то есть факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 5 пункт 5 статьи 45 и абзац 5 пункт 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац 5 пункт 6 статьи 79 и абзац 5 пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах).

Согласно пункту 7 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью положения настоящей статьи не применяются к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности.

Судом установлено, что в соответствии с уставами истца и ответчика, а также сведениями в ЕГРЮЛ, основным видом их деятельности является производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха.

Предметом всех спорных договоров является выполнение работ по устройству систем канализации и водоснабжения.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что оспариваемые ФИО1 сделки по смыслу вышеизложенных положений закона и по своим правовым последствиям не являются для ООО ПСК «Вектор» и ООО СК «Вектор» сделками с заинтересованностью, ввиду чего согласия ФИО1 как участника обществ на совершение данных сделок не требовалось.

Также ФИО1 было указано, что спорные договоры являются мнимыми сделками, поскольку были заключены только для создания видимости подрядных правоотношений, поскольку при их заключении предполагалось, что фактически работы будет выполнять ответчик.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что спорные договоры были заключены в период корпоративного конфликта между участниками обществ истца и ответчика.

Из представленных нотариально удостоверенных заявлений ФИО1 и ФИО5 следует, что 21.01.2019 они заявили о выходе из состава участников ООО СК «Вектор». Этими же заявлениями они подтвердили, что ими получена действительная стоимость их доли денежными средствами.

Также судом установлено, что в производстве Арбитражного суда Новосибирской области находится дело №А45-19975/2019 по иску ФИО1 в интересах общества с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» (истец по настоящему делу) к обществу с ограниченной ответственностью СК «Вектор» (ответчик по настоящему делу) при участии в качестве третьих лиц, не заявляющие самостоятельных требований, относительно предмета спора ФИО5 и ФИО2, о признании недействительными договоров купли-продажи № 1/2019-т от 24.01.2019, № 3/2019-т от 25.01.2019, акта о зачете встречных однородных требований от 30.01.2019, применений последствий недействительности сделок.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 25.10.2019 по делу №А45-19975/2019 в удовлетворении иска отказано. Решение вступило в законную силу.

В соответствии со статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные судом при рассмотрении дела №А45-19975/2019, имеют при рассмотрении настоящего спора преюдициальное значение.

Судом при рассмотрении дела №А45-19975/2019 установлено, что участники ООО ПСК «Вектор» - ФИО1, ФИО5 и ФИО2 решили поровну поделить доли участников и вернуть ФИО2 его долю в обществе путем заключения договоров купли-продажи техники и транспортных средств с ООО СК «Вектор». Данное обстоятельство установлено судом из объяснений ФИО1 оперуполномоченному отделения №6 ОЭБиПК УМВД России по г. Новосибирску от 17.04.2019, а также из пояснений, данных ФИО2 в ходе судебного разбирательства.

Ответчик в судебном заседании пояснил, что ранее (до возникновения корпоративного конфликта) истцом (заемщик) и ответчиком (займодавец) были заключены договоры займа, по условиям которых ответчик передал истцу денежные средства для приобретения строительной техники и транспортных средств с целью их дальнейшего использования в деятельности истца и ответчика. После возникновения конфликта ФИО1, ФИО5 и ФИО2 приняли решение о распределении долей. При этом было принято решение о том, что возврат средств по договорам займа от СК «Вектор» в ПСК «Вектор» будет оформлен путем зачета встречных требований СК «Вектор» к ПСК «Вектор» по оплате выполненных работ по спорным договорам.



Также судом установлено, что в производстве Арбитражного суда Новосибирской области находится дело №А45-29787/2019 по иску общества с ограниченной ответственность ПСК «Вектор» в лице ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, относительно предмета спора ФИО5 и ФИО1, о признании недействительными договоров купли-продажи транспортного средства: № 50/2018 -т от 05.12.2018, №49/2018-т от 05.12.2018, № 48/2018 -т от 05.12.2018.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 24.10.2019 по делу №А45-29787/2019 в удовлетворении иска отказано. Решение вступило в законную силу.

В соответствии со статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные судом при рассмотрении дела №А45-29787/2019, имеют при рассмотрении настоящего спора преюдициальное значение.

Судом при рассмотрении дела №А45-29787/2019 установлено, что оспариваемые договоры купли-продажи транспортных средств между истцом и ответчиком являются сделками по распределению долей участников ООО ПСК «Вектор» и совершены были по согласию всех участников общества.

Истцом в обоснование требований представлены акты зачета встречных требований и акты сверки взаимных расчетов.

Согласно акту зачета от 30.01.2019 ООО ПСК «Вектор» и ООО СК «Вектор» стороны подтверждают, что:

- по состоянию на 30.01.2019 ООО ПСК «Вектор» должно ООО СК «Вектор» за выполненные работы по договору подряда №51/2018 от 05.12.2018 денежные средства в размере 4 154 000 рублей, в том числе НДС 18%;

- по состоянию на 30.01.2019 ООО СК «Вектор» должно ООО ПСК «Вектор» денежные средства в размере 2 652 000 рублей, в том числе НДС по следующему обязательству: задолженность за транспортное средство по договору №1/2019-т купли-продажи транспортного средства в сумме 1 652 000 рублей, в том числе НДС 20%; задолженность за транспортное средство по договору №3/2019-т купли-продажи транспортного средства в сумме 1 000 000 рублей, в том числе НДС 20%.

В этой связи суд приходит к выводу, что в результате совершения оплат по спорным договорам подряда и договорам купли-продажи транспортных средств, оплата по которым в значительной части была совершена путем зачета встречных требований, взаимные обязательства ПСК «Вектор» и СК «Вектор» должны были прекратиться.

Тем самым участники общества согласованно определили порядок взаимодействия, при котором путем создания фиктивного документооборота они распределяли между собой доли в уставном капитале ООО СК «Вектор» и ПСК «Вектор». После перераспределения долей в указанных обществах единственным участником ООО ПСК «Вектор» является ФИО7, а единственным участником ООО СК «Вектор» является ФИО2 Указанные обстоятельства подтверждаются актуальными сведениями ЕГРЮЛ.

Следовательно, ФИО1, ФИО5 и ФИО2 произвели перераспределение долей обществ истца и ответчика между собой. При этом доказательств того, что кому-либо из указанных участников производилась выплата действительной доли в любой форме, суду не представлено.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что фактически спорные договоры подряда были направлены на создание фиктивной задолженности ответчика перед истцом, погашение которой производилось путем зачета встречных требований и оплаты денежных средств в счет оплаты действительной стоимости долей участников ООО ПСК «Вектор» и ООО СК «Вектор» при их перераспределении в результате корпоративного конфликта.

Данное обстоятельство также подтверждается тем, что при рассмотрении дела истцом не представлено достаточных и допустимых доказательств выполнения работ по спорным договорам подряда. Ответчик напротив представил доказательства фактического выполнения работ.

В частности, ответчиком представлены акты освидетельствования скрытых работ, подписанные представителями ответчика, генерального подрядчика и заказчика по каждому из договоров подряда. Согласно указанным актам лицом, выполнившим работы, является ответчик ООО ПСК «Вектор». От имени ответчика акты подписаны его работниками ФИО8 и ФИО9

Также ответчиком представлена деловая переписка между ООО ПСК «Вектор» и генеральными подрядчиками ООО «Брусника. Строительство. Новосибирск», ООО «Брусника. Москва», ООО «Катар» и ООО «Телсиком групп», непосредственно связанная с выполнением работ.

В соответствии с определением суда об истребовании доказательств ООО «Брусника.Строительство.Новосибирск», ООО «Телсиком групп», ООО «Бруниска. Специализированный застройщик» (ранее ООО «Бруниска. Москва») представили пояснения, согласно которым работы по договорам №01/02-В-ГП22 от 01.02.2017, №25-08-18 от 05.09.2018, №25092018/П от 25.09.2018 и №25-08-18 от 05.09.2018 выполнялись непосредственно ООО ПСК «Вектор». Одновременно с пояснениями указанные лица представили свои экземпляры актов освидетельствования скрытых работ, где в качестве исполнителя работ указан ответчик ООО ПСК «Вектор». Также были представлены приказы о назначении лиц, ответственных за производство работ. Указанные приказы изданы ООО ПСК «Вектор».

Ответчиком представлены платежные ведомости и расходные кассовые ордера об оплате заработной платы своим работникам, в том числе ФИО8 и ФИО9, которые являлись лицами, ответственными за производство работ согласно указанным ранее приказам.

Также ответчиком представлены трудовые договоры с работниками, приказы о приеме на работу, о направлении в командировку, маршрутные квитанции о проезде работников в командировку, авансовые отчеты работников, сведения о застрахованных лицах (работниках).

Фактическое выполнение работ непосредственно ответчиком также подтверждается представленными в материалы дела доказательствами приобретения материалов и услуг, необходимых для выполнения работ. Так ответчиком представлены доказательства оказания ему ООО ТК «ЯН» транспортных услуг по перевозке строительной техники из г.Новосибирска в Московскую область и обратно, а также оплаты данных транспортных услуг.

Совокупность представленных ответчиком доказательств не вызывает сомнений в реальности хозяйственных операций, осуществляемых ООО ПСК «Вектор» при исполнении работ, являющихся предметом спорных договоров.

Истец в подтверждение факта выполнения работ представил доказательства того, что с февраля 2019 года в его штате числятся работники. Однако доказательств направления данных работников в Московскую область в командировку для производства работ, истцом не представлено, равно как не представлено доказательств оплаты заработной платы указанным работником в период производства спорных работ.

Также истцом не представлено достаточных и достоверных доказательств несения расходов в связи с выполнением работ (расходы на ГСМ для техники, командировочные расходы, приобретение материалов для производства работ), равно как не представлено доказательств участия истца в составлении исполнительной документации по результатам производства работ.

При этом генеральные заказчики по договорам, для исполнения которых были заключены спорные договоры, указали именно на ответчика и его работников как лиц, непосредственно выполнявших работы и находившихся на строительных площадках.

Оценивая представленные истцом доказательства выполнения работ, суд приходит к выводу, что они не отражают всей целостности и непрерывности процесса хозяйственной деятельности общества при исполнении договоров подряда, отражая только его отдельные незначительные производственные этапы, которые не позволяют сделать вывод о фактическом выполнении работ именно истцом.

Напротив, представленные ответчиком доказательства взаимосвязаны между собой и подтверждают все этапы производственного процесса, возникающей при производстве работ.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что фактически работы выполнялись ответчиком без привлечения истца в качестве субподрядчика.

Учитывая данное обстоятельство, суд приходит к выводу, что истцом и ответчиком спорные договоры подряда, а также акты приемки выполненных работ к ним, были подписаны только для того, чтобы реализовать свои намерения по перераспределению доли в ООО ПСК «Вектор» путем создания фиктивного документооборота и несуществующих обязательств друг перед другом с последующим их прекращением путем зачета встречных требований.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, является ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В этой связи суд приходит к выводу, что заключенные истцом и ответчиком договоры подряда являются притворными сделками, поскольку фактически прикрывали сделку между участниками обществ ООО ПСК «Вектор» и СК «Вектор» по перераспределению долей в уставных капиталах указанных обществ.

Притворная сделка является ничтожной.

На основании изложенного суд полагает, что требования ФИО1 о признании недействительным договоров подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018, заключенных обществом с ограниченной ответственностью СК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор», являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судом установлено, что стороны создав фиктивный документооборот для создания реальности притворной сделки, подписали акты сверки взаимных расчетов и акты зачета взаимных требований, согласно которым происходила оплата стоимости работ в рамках притворных сделок.

ФИО1 в качестве последствий недействительности сделок заявлено об аннулировании задолженности ответчика перед истцом.

Поскольку судом установлено, что договоры подряда являются притворными сделками и работы фактически истцом не выполнялись, основания для получения оплаты стоимости работ по спорным договорам подряда у истца отсутствуют.

В этой связи суд полагает требования о применении последствий недействительных сделок обоснованным и подлежащим удовлетворению путем признания задолженности ответчика перед истцом по договорам подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018 отсутствующей.

Также при рассмотрении дела судом было принято к производству заявление ФИО2 о признании недействительным договора подряда №25092018п-1 от 23.11.2018, заключенного обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор».

В соответствии с пунктом 1 статьи 65.2. Гражданского кодекса Российской Федерации участники корпорации вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 Гражданского кодекса Российской Федерации или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Судом установлено, что ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>, заказчик) и ООО ПСК «Векор» (ИНН <***>, подрядчик) заключен договор подряда №25092018п-1 от 23.11.2018, по условиям которого подрядчик обязуется выполнить работы по монтажу внеплощадачной сети водопровода В1 от камеры ВК-25 (существующая) до камеры №3 (проектируемая) для нужд водоснабжения на объектах «ЖК «Первый квартал», ЖК «Эко Видное 2.0», ЖК «Видный берег», а заказчик обязуется принять работы и оплатить их стоимость.

В обоснование требований ФИО2 указал, что данный договор является сделкой с заинтересованностью, а также мнимо сделкой.

Судом установлено, что ФИО2 является участником ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>) с долей участия 33,33%. Иными участниками общества являются ФИО5 с долей участия 33,34% и ФИО1. с долей участия 33,33%.

Директором ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>) является ФИО5

Участниками ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>) являются ФИО5 и ФИО1 с долями участия 50% каждый. Директором ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>) является ФИО5

ФИО2 ссылается, что в нарушение статьи 45 Закона об ООО извещение о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованного участника ООО ПСК «Вектор» ФИО2 не осуществлялось, одобрение сделки с заинтересованностью общим собранием участников общества не получено.

Полагая, что оспариваемые сделки являются сделками, совершенными с заинтересованностью, в ущерб интересам ФИО2 и ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>), в связи с чем являются недействительными сделками, ФИО2 обратился с настоящим требованием в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых сделок) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

В силу пункта 3 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых сделок) общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (далее - Постановление № 28), лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, должно доказать наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статей 78 и 81 Закона об акционерных обществах); нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), то есть факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 5 пункт 5 статьи 45 и абзац 5 пункт 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац 5 пункт 6 статьи 79 и абзац 5 пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах).

В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Судом установлено, что оспариваемые ФИО2 сделки по смыслу вышеизложенных положений закона по своим правовым последствиям не являются для ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>) сделками с заинтересованностью, ввиду чего согласия ФИО2 на совершение данных сделок не требовалось.

ФИО5 и ФИО1 как участники ООО ПСК «Вектор» одобрили совершаемые сделки.

Кроме того, материалами дела подтверждается, что ФИО1, как участники ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>), одобрил совершаемые сделки, свое одобрение указанные лица подтвердили в судебном заседании.

Критерии сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, закреплены в пункте 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, при этом в соответствии с абзацем 3 пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по другим основаниям.

Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого соглашения) сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Обязательным условием признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации является наличие ущерба для интересов представляемого.

В абзаце четвертом пункта 93 Постановления № 25 сказано, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Таким образом, истец должен доказать либо факт того, что ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>) в лице генерального директора ФИО5 знало о явном ущербе для общества в момент совершения оспариваемых сделок; либо наличие сговора ФИО5 и ФИО1 на совершение указанных сделок. ФИО2 в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации соответствующих доказательств не представлено.

Кроме того, для совершения оспариваемых сделок, фактически, было получено одобрение, как минимум, двоих участников ООО ПСК «Вектор» (ИНН <***>), что является достаточным для совершения оспариваемых сделок.

В силу положений пункта 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам.

Также суд принимает во внимание, что ответчиком были представлены доказательства исполнения договора подряда №25092018п-1 от 23.11.2018, в том числе акты приемки выполненных работ и доказательства частичной оплаты стоимости работ на сумму 10679600 рублей.

Также суд учитывает, что фактически ФИО2 на момент предъявления требования о признании договора подряда №25092018п-1 от 23.11.2018 недействительным не является участником ПСК «Вектор» (ИНН <***>) и ООО ПСК «Векор» (ИНН <***>). Заявленное требование направлено на то, что опорочить доводы ответчика о том, что работы по договорам подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018 выполнялись непосредственно ответчиком с привлечением иного лица, чем СК «Вектор». В этой связи суд приходит к выводу, что данный договор не нарушает прав и законные интересы ФИО2, особенно с учетом того обстоятельства, что судом установлены обстоятельства притворности договорам подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018. При этом само по себе признание договора недействительным не является достаточным основанием для того, чтобы изменить выводы суда о притворности договоров подряда.

В этой свиязи суд полагает, что требования ФИО2 о признании недействительным договора подряда №25092018п-1 от 23.11.2018, заключенного обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор», удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы подлежат распределению по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

в удовлетворении требований общества с ограниченной ответственностью СК «Вектор» к обществу с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» о взыскании 4289491 рублей основного долга и 1123846,79 рублей неустойки отказать.

В удовлетворении требований ФИО2 о признании недействительным договора подряда №25092018п-1 от 23.11.2018, заключенного обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор», отказать.

Требования ФИО1 удовлетворить, признать договоры подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018 между обществом с ограниченной ответственностью СК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор», недействительными.

Применить последствия недействительности договоров подряда №01/02-ГП22-1 от 01.02.2019, №25-08-18-1 от 09.01.2019, №25092018П-1 от 09.01.2019, №51/2018 от 05.12.2018 между обществом с ограниченной ответственностью СК «Вектор» и обществом с ограниченной ответственностью «ПСК» в виде признания задолженности общества с ограниченной ответственностью ПСК «Вектор» (ОГРН <***>) перед обществом с ограниченной ответственностью СК «Вектор» по указанным договорам отсутствующей.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью СК «Вектор» из федерального бюджета 59874 рубля государственной пошлины. Выдать справку.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Седьмой Арбитражный апелляционный суд.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.


Судья С.Г. Зюзин