Решение от 10 марта 2023 г. по делу № А19-378/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

664025, г. Иркутск, бульвар Гагарина, д. 70, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, д. 36А, тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-378/2019

« 10 » марта 2023 года.

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 02.03.2023 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Акопян Е.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664009, <...>)

к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664009, <...>)

о взыскании 23 779 792 руб. 55 коп.,


при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, доверенность от 23.01.2021 (удостоверение адвоката);

от ответчика: ФИО3, доверенность №139/16.1д от 06.09.2022 (паспорт); ФИО4, доверенность № 108/16.1д от 08.08.2022;

эксперт ООО «Десоф-Консалтинг» - ФИО5 (паспорт);

эксперт ООО «Регион-Оценка» - ФИО6 (паспорт),

в судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 14 час. 30 мин. 22.02.2023, после перерыва судебное заседание продолжено,

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» (далее – ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», истец) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» (далее – АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК», ответчик) с требованием, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании убытков в размере 23 779 792 руб. 55 коп.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 06.08.2020, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020, иск удовлетворен.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22.01.2021 №Ф02-5831/2020 решение Арбитражного суда Иркутской области от 08.06.2020 по делу № А19-378/2019, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020 по тому же делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Во исполнение указаний суда кассационной инстанции, судом проведена повторная экспертиза, проведение которой поручено эксперту Федерального бюджетного учреждения Иркутская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации – ФИО7.

17.03.2022 поступило заключение эксперта № 893/2-3 от 15.03.2022 составленное экспертом ФИО8.

С учетом выводов суда кассационной инстанции изложенных в постановлении от 22.01.2021 по настоящему делу, а также допущенными нарушениями при производстве повторной экспертизы, определением от 31.05.2022 удовлетворено ходатайство истца о проведении повторной экспертизы, проведение которой поручено комиссии экспертов в составе эксперта ООО «Десоф-Консалтинг» ФИО5 и эксперта ООО «Регион-Оценка» ФИО6.

Представитель истца исковые требования поддержал, представил уточненные вопросы экспертам; представитель ответчика исковые требования не признал.

Представителем истца заданы вопросы экспертам.

Эксперты ответили на вопросы представителя истца.

До рассмотрения дела по существу и принятия решения истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявил об уточнении исковых требований, просил взыскать убытки в размере 20 027 370 руб.

Уточнение исковых требований не противоречит закону, не нарушает права других лиц, поэтому в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает к рассмотрению уточнения истца.


В судебном заседании 22.02.2023 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 15 час. 20 мин. 02.03.2023 в связи с необходимостью дополнительного времени суду для оценки доводов и возражений сторон с учетом данных экспертами пояснений, после перерыва судебное заседание продолжено.

Представитель истца уточненные исковые требования в редакции от 27.02.2023 поддержал, представил письменные пояснения к документу, представленному ответчиком.

Уточнение исковых требований не противоречит закону, не нарушает права других лиц, поэтому в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает к рассмотрению уточнения истца в размере 20 011 370 руб.

Представители ответчика, уточненные исковые требования не признали.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Согласно доводам искового заявления, ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» было ограничено ответчиком в осуществлении следующих видов своей деятельности: доставка бортового питания; наземное обслуживание воздушных судов.

Согласно разделу VI Приложения № 1 к Перечню и правилам формирования тарифов и сборов за обслуживание воздушных судов в аэропортах и воздушном пространстве Российской Федерации», утв. приказом Минтранса России от 17.07.2012 № 241, к наземному обслуживанию относятся в том числе следующие оказываемые истцом услуги:

4.7. обеспечение бортпитанием. Тариф устанавливается за услуги, предоставляемые при обеспечении воздушного судна бортпитанием, включая: прием и выгрузку с борта воздушного судна съемного оборудования и бортовой посуды; их загрузку на транспортные средства, доставку в комплекс (цех) бортпитания и выгрузку; утилизацию отходов и санитарную обработку съемного оборудования и бортовой посуды; погрузку бортпитания на транспортные средства в комплексе (цехе) бортпитания; доставку бортпитания к воздушному судну; передачу и погрузку бортпитания на борт воздушного судна.

4.18.1. обеспечение приема и выпуска воздушных судов (далее также - ВС);

4.18.3. внутренняя уборка ВС;

4.18.5. заправка ВС питьевой водой;

4.18.6. слив питьевой воды из системы ВС;

4.19. предоставление специальных технических и транспортных средств.

Кроме документов, связанных с доставкой бортового питания, в материалы дела истцом представлены два заключенных им договора на оказание услуг по комплексному наземному обслуживанию: комплексный договор на услуги по наземному обслуживанию № Д-012/2017 от 25.03.2017 с ООО «Авиакомпания «Икар»; комплексный договор на услуги по наземному обслуживанию № 04/17-НО от 03.03.2017 с ОАО «Уральские авиалинии». Данные договоры предусматривали оказание истцом следующих услуг, относящихся к наземному обслуживанию: прием/выпуск воздушных судов; установка, уборка, предоставление тех. трапов и стремянок; предоставление - водило буксировочное; заправка питьевой водой ВС; слив воды из воздушных судов.

Как указывает истец, такие услуги по наземному обслуживанию ранее никогда истцом не оказывались, планировались к оказанию впервые; истец ранее не получал от них доходов и не нес по ним расходов. Однако необходимые для оказания услуг и получения доходов приготовления истцом были сделаны - заключены договоры, приняты на работу работники.

Согласно доводам истца, он не смог приступить к оказанию услуг по договорам № Д-012/2017 от 25.03.2017, № 04/17-НО от 03.03.2017 исключительно по вине ответчика, создавшего препятствия (изменение пропускного режима, изъятие пропусков, недопуск), что и было констатировано судами при рассмотрении дела № А19-18950/2017.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Возмещение убытков является универсальным способом защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных отношениях независимо от того, предусмотрена ли законом такая возможность применительно к конкретной ситуации или нет. Данная позиция отражена в судебной практике.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует понимать расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 12 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

По правилам статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации основаниями для возложения обязанности по возмещению вреда являются: совершение лицом противоправных действий; наличие вреда; причинная связь между противоправным поведением и причиненным вредом; вина причинителя вреда (в предусмотренных законом случаях ответственность за причинение вреда наступает и при отсутствии вины).

Для наступления гражданско-правовой ответственности суду необходимо установить наличие состава правонарушения, включающего в себя наличие убытков и их размер, противоправность поведения субъекта ответственности, причинную связь между убытками и действиями (бездействием) указанного лица, а также его вину. Требование о привлечении к гражданско-правовой ответственности может быть удовлетворено судом только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

Обстоятельства создания препятствий АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» для осуществления деятельности ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области по делу № А19-18950/2017 от 28.02.2018.

Согласно указанному решению, с 19.03.2017 сотрудниками авиационной безопасности АО «Международный Аэропорт Иркутск» не допущены сотрудники ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» для выполнения работ по обслуживанию воздушных судов ОАО «Авиакомпания «Уральские авиалинии» в связи с чем, ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» невозможно исполнение договора по наземному обслуживанию, заключенного с авиакомпанией.

Фактически действия АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» по не допуску сотрудников ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» для выполнения работ по обслуживанию воздушных судов ОАО «Авиакомпания «Уральские авиалинии» привели к блокированию хозяйственной деятельности ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» и невозможности исполнения своих обязательств по договору с авиакомпанией.

Таким образом, действиями АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» по прекращению отгрузки дизельного топлива, заправки транспортных средств, по недопуску сотрудников ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» для выполнения работ по обслуживанию воздушных судов фактически лишает ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» возможности осуществлять деятельность по доставке бортового питания к воздушным судам, обслуживанию воздушных судов, пассажиров и экипажей, ограничивает ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» доступ на товарный рынок по наземному обслуживанию в аэропорту г. Иркутска.

Также доказательством ограничения доступа ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» на товарный рынок по оказанию услуг но наземному обслуживанию воздушных судов в границах аэропорта г. Иркутск является факт расторжения в одностороннем порядке договора № 15Д-12-0554 от 26.06.2012 о предоставлении рабочего места в информационной системе «СИНХРОН».

Так, между ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЯ АЭРОПОРТОВ» и АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» был заключен договор №15Д-12-0554 от 26.06.2012 о предоставлении рабочего места в информационной системе «СИНХРОН». Пользование системой «СИНХРОН» необходимо ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» для предоставления авиаперевозчикам услуг по заключенным договорам (доставка бортового питания, услуги по обеспечению приема-выпуска ВС, внешний осмотр ВС по прилету и перед вылетом; открытие/закрытие люков тех. отсеков для таможни/границы: установка, уборка, использование тех. Трапов и стремянок; установка/снятие заглушек и чехлов на стоянке), так как позволяет отслеживать прилет/вылет воздушных судов, постоянно иметь актуальную информацию об их передвижении.

Вместе с тем письмом 09.03.2017 № 15Д/0133, руководствуясь пунктом 7.3 договора, предусматривающего право любой из сторон расторгнуть договор в одностороннем порядке, АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» уведомило ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» о расторжении в одностороннем порядке договора №15Д-12-0554 от 26.06.2012 и закрытии доступа к программному обеспечению, что ограничило доступ ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» на рынок услуг наземного обслуживания воздушных судов.

АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК», являясь субъектом естественной монополии, в силу закона занимает доминирующее положение на рынке оказания услуг авиационной безопасности.

При этом деятельность на указанном рынке связана с любой деятельностью, осуществляемой на территории аэропорта г. Иркутска, поскольку услуги по обеспечению бортовым питанием воздушных судов в границах аэропорта г. Иркутска, услуги по обслуживанию воздушного судна, в том числе обеспечение доставки бортового питания, приема и выпуска воздушного судна, не могут быть осуществлены без допуска службой авиационной безопасности Аэропорта к воздушным судам.

Таким образом, АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» имеет возможность оказывать решающее влияние на рынок изготовления бортового питания и на рынок оказания услуг по наземному обслуживанию в границах аэропорта г. Иркутска.

Вышеизложенное в совокупности указывает, что действия АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» (прекращение предполетного досмотра бортпитания, бортового кухонного оборудования ООО «Панорама+», прекращение допуска сотрудников ООО «Панорама+» в арендуемые помещения, прекращение допуска автотранспорта, используемого для доставки бортового питания, к местам стоянок воздушных судов, ограничения допуска сотрудников ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» до выполнения работ по наземному облуживанию путем отказа в оформлении соответствующих пропусков, расторжение договоров аренды недвижимого имущества и отказа от заключения указанных договоров с ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», прекращение оказания услуги по заправке дизтопливом спецавтотранспорта ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», расторжение в одностороннем порядке договора № 15д-12-0554 от 26.06.2012 и закрытие доступа к программному обеспечению) подтверждают факт злоупотребления АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» своим доминирующим положением, поскольку фактически направлены на ограничение конкуренции на оказание услуг по изготовлению бортпитания для авиакомпаний, а также на ограничение доступа ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» на товарный рынок услуг по наземному обслуживанию, включающий услуги по доставке и загрузке бортпитания, обслуживания воздушных судов в аэропорту г. Иркутска в целях создания благоприятных условий для своей деятельности на рассматриваемых рынках, что является нарушением части 1 и пункта 9 части 1 статьи 10 Федерального закона «О защите конкуренции».

Относительно довода АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» о расторжении договоров аренды недвижимости от 19.02.2016 №№ 15Д-16-0113, 15Д-16-0114 и принудительном выселении ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» по решению суда от 05.07.2017 по делу № А19-9827/2017, суд отмечает, что антимонопольным органом дана оценка совокупности установленных последовательных и взаимосвязанных действия заявителя, а не отдельным ситуациям и именно исходя из данной оценки антимонопольным органом сделан вывод, что в совокупности своей отдельные действия АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» образуют стратегию поведения, имеющую определённую направленность, а именно, создание препятствий доступу ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» на товарный рынок услуг по наземному обслуживанию, включающий услуги по доставке и загрузке бортпитания в воздушные суда, а также оказания услуг по обслуживанию воздушных судов в аэропорту г. Иркутска, в связи с чем суд считает, что оспариваемое заявителем решение Иркутского УФАС от 25.08.2017 № 768 вынесено законно и обоснованно при оценке всех обстоятельств дела.

Таким образом, обстоятельства, связанные с ограничением АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» деятельности ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» подтверждены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области, оставленному без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2018, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 07.08.2018 по делу № А19-18950/2017, имеющими преюдициальное значение для рассматриваемого спора.

Согласно разъяснению пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор должен представить доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Кроме того, лицо, требующее возмещения упущенной выгоды должно доказать реальность получения дохода.

В пункте 14 названного Постановления разъяснено, что по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

В абзаце 4 пункта 5 Постановления ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Таким образом, требование о взыскании убытков, может быть удовлетворено при доказанности факта нарушения стороной обязательств по договору, наличия причинной связи между понесенными убытками и ненадлежащим исполнением обязательств, документальным подтверждением размера убытков, вины лица, нарушившего обязательство, если в соответствии с законом или договором вина является основанием ответственности за причинение убытков.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца проведена судебная финансово-экономическая экспертиза, проведение которой было поручено эксперту-оценщику Общества с ограниченной ответственностью «Русская провинция» – ФИО9.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

– определить сумму дохода (упущенной выгоды) ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», неполученного в связи с ограничением осуществления предпринимательской деятельности в аэропорту города Иркутска в период с 20.03.2017 по 31.08.2018. Под неполученным доходом понимаются доходы от осуществления предпринимательской деятельности ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», которые получило бы Общество, за вычетом расходов на их получение при обычных сравнимых условиях гражданского оборота, если бы ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» осуществляло указанную деятельность без каких-либо препятствий в период с 20.03.2017 по 31.08.2018.

По результатам проведенной экспертизы экспертом составлено заключение, согласно которому, сумма дохода (упущенной выгоды) ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», неполученного в связи с ограничением осуществления предпринимательской деятельности в аэропорту города Иркутска в период с 20.03.2017по 31.08.2018 составляет 24 071 739 руб. 23 коп.

Ответчик, не согласившись с выводами экспертного заключения, представил акт экспертного исследования по заявлению исполняющего обязанности генерального директора АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» П.А. ФИО10 №218/4-6 от 04.03.2020, выполненный экспертом ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России ФИО11

Ответчиком перед экспертом поставлены следующие вопросы:

- какова сумма недополученного дохода (упущенной выгоды) ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» от прекращения предпринимательской деятельности в аэропорту г. Иркутска по доставке бортового питания к воздушным судам, обслуживанию воздушных судов, пассажиров и экипажей в аэропорту г. Иркутска в период с 20.03.2017 по 31.08.2018 ?

- правильно ли определена сумма недополученного дохода (упущенной выгоды) ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» от прекращения осуществления предпринимательской деятельности в аэропорту Иркутска по доставке бортового питания к воздушным судам, обслуживанию воздушных судов, пассажиров и экипажей в аэропорту г. Иркутска в период с 20.03.2017 по 31.08.2018 в экспертном заключении ООО «Русская провинция» №451/19 от 20.01.2020? Если нет, то какие ошибки допущены?

При первоначальном рассмотрении дела, суд отклонил ссылку ответчика на выводы заключения эксперта ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России ФИО11 №218/4-6 от 04.03.2020, как на надлежащее доказательство размера недополученного дохода (упущенной выгоды), поскольку из разъяснений пункта 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22.01.2021 №Ф02-5831/2020 решение Арбитражного суда Иркутской области от 08.06.2020 по делу №А19-378/2019, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020 по тому же делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа указал, что при наличии существенных противоречий в указанных экспертных заключениях и существенной разнице в сумме определенных данными заключениями размера упущенной выгоды (24 071 739 руб. 23 коп. согласно заключению от 20.01.2020 № 451/19 и 238 168 руб. 35 коп. согласно заключению №218/4-6 от 04.03.2020), суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении повторной экспертизы по делу для определения размера упущенной выгоды с целью устранения существенных различий между сторонами в определении суммы упущенной выгоды.

Вместе с тем, в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Между тем, как следует из объяснений ответчика, заключение от № 218/4-6 от 04.03.2020 составлено с целью опровержения выводов экспертизы, проведенной по данному делу, а потому имеет отношение к настоящему делу. Требования к оформлению такого заключения, фактически представляющему собой мотивированные объяснения стороны относительно дефектов судебной экспертизы, законом не установлены, а следовательно, оно неправомерно признано судом недопустимым доказательством.

Не приняв указанный документ во внимание, суд лишил сторону возможности доказать свои возражения в части размера упущенной выгоды и обоснованности его возражений по иску. В этой связи нельзя признать правомерным и отказ суда в проведении повторной экспертизы.

Таким образом, сужение круга допустимых по делу доказательств, в случае недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта, а также в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта, при наличия у сторон спора по вопросу определения размера упущенной выгоды, и наличии существенных расхождений между ними в сумме упущенной выгоды, не соответствует требованиям процессуального законодательства и могло повлиять на результат разрешения спора по существу.

Во исполнение указаний суда кассационной инстанции, судом проведена повторная экспертиза, проведение которой поручено эксперту Федерального бюджетного учреждения Иркутская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации – ФИО7.

17.03.2022 поступило заключение эксперта № 893/2-3 от 15.03.2022 составленное экспертом ФИО8.

С учетом выводов суда кассационной инстанции изложенных в постановлении от 22.01.2021 по настоящему делу, а также допущенными нарушениями при производстве повторной экспертизы, определением от 31.05.2022 удовлетворено ходатайство истца о проведении повторной судебной финансово-экономической экспертизы, проведение которой поручено комиссии экспертов в составе эксперта ООО «Десоф-Консалтинг» ФИО5 и эксперта ООО «Регион-Оценка» ФИО6.

На разрешение экспертов поставлен следующий вопрос:

– определить сумму дохода (упущенной выгоды) ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», неполученного в связи с ограничением осуществления предпринимательской деятельности в аэропорту города Иркутска в период с 20.03.2017 по 31.08.2018. Под неполученным доходом понимаются доходы от осуществления предпринимательской деятельности ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», которые получило бы Общество, за вычетом расходов на их получение при обычных сравнимых условиях гражданского оборота, если бы ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» осуществляло указанную деятельность без каких-либо препятствий в период с 20.03.2017 по 31.08.2018.

18.01.2023 от экспертов ООО «Десоф-Консалтинг», ООО «Регион-Оценка» нарочно через канцелярию суда поступили экспертные заключения.

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта №10-Э/23 от 17.01.2023 по делу №А19-378/2019, выполненное экспертом ООО «Регион-Оценка» ФИО6, сумма дохода (упущенной выгоды) ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», неполученного в связи с ограничением осуществления предпринимательской деятельности в аэропорту города Иркутска в период с 20.03.2017 по 31.08.2018; неполученный доход - доходы от осуществления предпринимательской деятельности ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», которые получило бы Общество, за вычетом расходов на их получение при обычных сравнимых условиях гражданского оборота, если бы ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» осуществляло указанную деятельность без каких-либо препятствий в период с 20.03.2017 по 31.08.2018 составляет 22 923 167 руб. (20 027 370 руб. – с учетом уточнения экспертом сделанных выводов).

02.02.2023 нарочно через канцелярию суда от эксперта ООО «Регион-Оценка» ФИО6 поступило заключение эксперта №10-1-Э/23 от 31.01.2023, в котором со ссылкой на техническую ошибку при первоначальном расчете, эксперт пришла к выводу о размере упущенной выгоды – 20 027 370 руб.

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта от 16.01.2023 по делу №А19-378/2019, выполненное экспертом ООО «Десоф-Консалтинг» ФИО5, сумма дохода (упущенной выгоды) ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», неполученного в связи с ограничением осуществления предпринимательской деятельности в аэропорту города Иркутска в период с 20.03.2017 по 31.08.2018 (под неполученным доходом понимаются доходы от осуществления предпринимательской деятельности ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», которые получило бы Общество, за вычетом расходов на их получение при обычных сравнимых условиях гражданского оборота, если бы ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» осуществляло указанную деятельность без каких-либо препятствий в период с 20.03.2017 по 31.08.2018), составляет: 2 803 926 руб.

В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

При этом в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (часть 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Заявлений о проведении дополнительной или повторной экспертизы от сторон не последовало.

Если экспертиза поручена нескольким экспертам, давшим отдельные заключения, мотивы согласия или несогласия с ними должны быть приведены в судебном решении отдельно по каждому заключению (пункт 7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении»).

Исследовав выводы экспертов по судебной комиссионной экспертизе, судом установлено, что эксперты не пришли к единому мнению и представили суду различные выводы относительно суммы неполученного истцом дохода.

Оценивая представленные заключения по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд соглашается с выводами, изложенными в заключении от 16.01.2023 по делу №А19-378/2019, выполненное экспертом ООО «Десоф-Консалтинг» ФИО5 и, соответственно, не принимает выводы, изложенные в заключении эксперта №10-Э/23 от 17.01.2023 (№10-1-Э/23 от 31.01.2023) по делу №А19-378/2019, выполненное экспертом ООО «Регион-Оценка» ФИО6

Так, в силу статьи 8 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», действие которого распространяется и на судебно-экспертную деятельность лиц, не являющихся государственными судебными экспертами, эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Так, экспертом ФИО6 был определен размер (доля) расходов (42,49%), необходимых для осуществления деятельности по доставке бортового питания. При этом, данный расчет ставится под сомнение поскольку расчет не имеет документального обоснования, учет на предприятии истца не предусматривает раздельного учета, что подтверждается учетной политикой общества, вместе с тем, эксперт разделил расходы не имея на то документального основания.

Помимо этого, на странице 21 сказано, что исследование происходило следующим образом: определялся процент доходов от оказания услуг (выполнения работ) по доставке бортового питания от общего дохода за период с марта 2016 года по март 2017 года.

На странице 22 в таблице «Расчет среднего процента доходов ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» от оказания услуг по доставке бортового питания относительно всех доходов предприятия» приведены значения доходов от оказания услуг (выполненных работ) по доставке бортового питания. Однако, по тексту настоящего заключения эксперта отсутствуют расчеты вышеуказанных доходов или иная информация, подтверждающая данные суммарные значения.

Данные факты указывают на то, что размер расходов определен вероятностно, а, соответственно, неверно и недостоверно.

Отчетность истца (как ранее сдаваемая, так сдаваемая после снятия ограничений) не имела раздельного учета, а сдавалась едино; первоначальный расчет эксперта не включает амортизационных отчислений (это прямо противоречит требованиям части 2 статьи 253 Налогового кодекса Российской Федерации, и ПБУ «Расходы организации» №10/99, утвержденные приказом Министерства финансов РФ №33н от 6.05.1999, так как суммы начисленной амортизации подлежат включению в сумму расходов); расчет эксперта не включает расходов на ремонт здания по адресу ФИО12, 13, что прямо противоречит требованиям части 1 статьи 253 Налогового кодекса Российской Федерации, так как расходы на ремонт основных средств, подлежат включению в сумму расходов.

Кроме того, суд приходит к выводам, что расчет эксперта ФИО6 не соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным документам по следующим основаниям.

На странице 18, в таблице «Величина предполагаемых доходов ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» услуг, работ от осуществления деятельности по обслуживанию и бортовому питанию воздушных судов для ОАО Авиакомпания «Икар» за период с 20.03.2017 по 31.08.2018» в расчете в столбце «Доставка бортового питания на воздушные судна» учтены 3 рейса за март 2017 года, однако услуги по доставке бортового питания были приостановлены с 18.04.2017, следовательно данные за март 2017 года не должны учитываться при расчете величины предполагаемых доходов.

На странице 17 в таблице «Количество рейсов воздушных судов ОАО Авиакомпания «Икар», с которыми ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» заключены договоры, за период с 20.03.2017 по 31.08.2018» указано количество рейсов за сентябрь 2017 года - 14, в том числе: борт В-767-300 - 13 рейсов, борт В-737-800 - 1 рейс.

Согласно договору, заключенному между ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» и ОАО «Авиакомпания «Икар», стоимость услуг по доставке бортового питания составляет 12 000 руб. для борта В-767-300, и 8 000 руб. для борта В-737-800.

При этом на странице 18, в таблице «Величина предполагаемых доходов ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» услуг, работ от осуществления деятельности по обслуживанию и бортовому питанию воздушных судов для ОАО Авиакомпания «Икар» за период с 20.03.2017 по 31.08.2018», все рейсы за сентябрь 2017 года учтены с ценой услуги 12 000 руб. (вместо 13 рейсов В-767-300 с ценой услуги 12 000 руб. и 1 рейса В-737-800 с ценой услуги 8 000 руб.).

На странице 15 сказано: «При определении предполагаемых доходов от услуг по доставке бортового питания и наземному обслуживанию ООО «Авиакомпания «Икар» исключались рейсы без пассажиров (указанные в Отчетах по обслуживанию рейсов).

На странице 17 в таблице «Количество рейсов воздушных судов ОАО Авиакомпания «Икар», с которыми ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» заключены договоры, за период с 20.03.2017 по 31.08.2018» указано количество рейсов за ноябрь 2017 года - 3, в том числе: без пассажиров 1 рейс, с пассажирами 2 рейса.

При этом на странице 18, в таблице «Величина предполагаемых доходов ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» услуг, работ от осуществления деятельности по обслуживанию и бортовому питанию воздушных судов для ОАО Авиакомпания «Икар» за период с 20.03.2017 по 31.08.2018», за ноябрь 2017 года учтено 3 рейса, в том числе и 1 рейс без пассажиров, который не должен был быть включен в расчет

Таким образом, экспертное заключение эксперта ФИО6 содержит ряд существенных ошибок, которые в итоге повлияли на размер определенной упущенной выгоды, что, в свою очередь, ставит под сомнение как сам расчет, так и выводы, сделанные экспертом в экспертном заключении.

Кроме того, что при производстве экспертизы экспертом ФИО6 было допущено нарушение, выразившееся в представлении 02.02.2023 нового экспертного заключения №10-1-Э/23 от 31.01.2023.

Согласно сопроводительному письму (№29 от 31.01.2023) экспертом ФИО6 была выявлена техническая ошибка, которая повлияла на расчеты и итоговые выводы.

Вместе с тем, экспертом при расчете сумм доходов ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», необходимых для оказания услуг по доставке бортового питания расчет эксперта от 17.01.2023 не включает амортизационных отчислений (это прямо противоречит требованиям части 2 статьи 253 Налогового кодекса Российской Федерации, и ПБУ «Расходы организации» №10/99, утвержденные приказом Министерства финансов РФ №33н от 6.05.1999, так как суммы начисленной амортизации подлежат включению в сумму расходов), тогда как в экспертном заключении от 31.01.2023 появляется такая строка как «амортизация ОС» согласно которой, итоговое значение амортизации равно 2 303 655 руб. 82 коп. (страница 22 экспертных заключений).

Соответственно, не включив в расчет сумм доходов ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», необходимых для оказания услуг по доставке бортового питания, был произведен неверный расчет общехозяйственных расходов, который в новом заключении в абсолютном выражении составил 9 296 464 руб. 48 коп., а в процентном - 54,49%, по отношению к расчету в заключении от 17.01.2023 – 6 992 808 руб. 66 коп. и 42,49% соответственно.

Учитывая, что экспертом ФИО6 был произведен неверный расчет общехозяйственных расходов, то соответственно итоговое значение размера упущенной выгоды также было установлено экспертом не верно.

Так согласно заключению от 17.01.2023, размер упущенной выгоды был определен в сумме 22 923 167 руб. а согласно заключению от 31.01.2023 размер упущенной выгоды был определен в сумме 20 027 370 руб. (страница 27 экспертных заключений), что почти на 3 миллиона руб. меньше.

Таким образом, не включение в расчет амортизационных отчислений не может считаться технической ошибкой.

Следовательно, внесение изменений в ранее представленное экспертом ФИО6 заключение, указывает на его явные недостатки.

При этом, внесение экспертом ФИО6 в данное ей заключение изменений, в том числе в расчёт суммы расходов, привели к иным выводам.

В силу части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 24.06.2021 № 1228-О указал, что статья 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также процедуры проверки судебных актов являются гарантиями прав участвующих в деле лиц в случае назначения судом экспертизы по делу.

Статья 4 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» предусматривает, что государственная судебно-экспертная деятельность основывается на принципах законности, соблюдения прав и свобод человека и гражданина, прав юридического лица, а также независимости эксперта, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники.

Учитывая изложенное, при производстве судебной экспертизы не допускается внесение изменений по существу в экспертное заключение. Сам факт наличия ошибок в экспертном заключении является достаточным основанием для сомнения в обоснованности выводов эксперта.

Указанная позиция подтверждается Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 08.02.2022 № Ф02-7174/2021 по делу № А19-12266/2020.

Таким образом, суд критически относится к заключению эксперта ФИО6, составленному по итогам проведения судебной экспертизы. Экспертное заключение содержит противоречивые выводы, расчеты произведены без учета существенных фактов, отраженных в представленных эксперту документах, фактически поставленные перед экспертом задачи не выполнены.

Исходя из положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое оценивается арбитражным судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, соответствия способов получения доказательств требованиям закона.

Заключение, составленное экспертом ООО «Десоф-Консалтинг» ФИО5, соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно позиции эксперта ФИО5 упущенная выгода - это потери дохода с учетом расходов, произошедшие вследствие нарушения прав правообладателя, при этом размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести для извлечения данного дохода, то упущенная выгода исчисляется в денежном выражении как недополученная прибыль.

Доля расходов по обычной деятельности в выручке определялась на основании Отчета о финансовых результатах за январь-декабрь 2016 года и составила 0,92.

Для подтверждения тенденции экспертом также были проанализированы данные по соотношению расходов по обычной деятельности к выручке за 2015 год, доля расходов по обычной деятельности в выручке определялась на основании Отчета о финансовых результатах за январь-декабрь 2015 год, и составила 0,93; данные по соотношению расходов по обычной деятельности к выручке за период, предшествующий периоду, в котором были нарушены права ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» (с марта 2016 года по март 2017 года), доля расходов в выручке определялась на основании документов, подтверждающих доходы и расходы ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» за период с марта 2016 года по март 2017 год, и составила 0,93.

В качестве источника информации для расчета величины расходов экспертом были использованы данные Отчета о финансовых результатах за январь-декабрь 2016 года, поскольку эта информация является официальной и отражает фактически полученные доходы и понесенные расходы за период, предшествующий периоду, в котором были нарушены права ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ».

ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» не ведет раздельный по видам деятельности учет расходов, о чем свидетельствует Учетная политика ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ», что не позволяет однозначно определить состав расходов и их величину, по видам деятельности по доставке бортпитания и оказанию услуг по наземному обслуживанию воздушных судов.

Анализируя информацию по понесенным за период с марта 2016 года по март 2017 года расходам, было выявлено, что часть расходов облагаются НДС, а часть - не облагается НДС.

При этом ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» является плательщиком НДС, следовательно, для корректного определения финансового результата необходимо учесть особенности учета НДС.

При формировании бухгалтерской отчетности за 2016 года, бухгалтером ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» был проведен учет НДС в рамках правил ведения бухгалтерского учета.

Именно этот факт и послужил основанием для принятия в качестве величины, определяющей расходы, соотношение расходов по обычной деятельности к выручке по данным Отчета о финансовых результатах за январь-декабрь 2016 года.

Эксперту не были представлены запрошенные им оборотно-сальдовые ведомости по счету 44.01. за 2016 год, что не позволяет однозначно определить конечный перечень расходов. Информация, представленная в отчетах по карточкам счетов 90 и 91, и данные представленных счетов-фактур, имеют расхождение по наименованиям, что подтверждает мнение эксперта о том, что расходы представлены не в полном объеме.

Подтверждением вывода эксперта о возможности использовать в качестве источника информации для расчета величины расходов данные Отчета о финансовых результатах за январь-декабрь 2016 года, является тот факт, что доля расходов в выручке, определенная за период с марта 2016 года по март 2017 года, составляет 0,93, что сопоставимо с данными, полученными из Отчета о финансовых результатах за январь-декабрь 2016 года, при этом расходы были учтены по фактическим данным. На основании вышеперечисленных аргументов, для расчета величины расходов были использованы данные Отчета о финансовых результатах за январь-декабрь 2016 года.

Оценить прямые и постоянные затраты применительно к отдельным договорам, связанным непосредственно с элементами упущенной выгоды, не представляется возможным по следующим основаниям.

Истцом осуществляются виды деятельности, облагаемые и необлагаемые НДС.

Пунктом 4 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации установлена обязанность плательщика НДС вести раздельный учет операций, подлежащих налогообложению, и операций, не подлежащих налогообложению (освобождаемых от налогообложения) в соответствии с положениями статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации.

Кроме того, налогоплательщик обязан вести раздельный учет сумм НДС по приобретенным товарам (работам, услугам, имущественным правам), в том числе основным средствам и нематериальным активам, используемым для осуществления как облагаемых налогом, так и не подлежащих налогообложению (освобожденных от налогообложения) операций (абзац пятый пункта 4 статьи 170 Налогового кодекса Российской Федерации).

Нормами главы 21 Налогового кодекса Российской Федерации методология раздельного учета не определена, поэтому он ведется в порядке, установленном принятой налогоплательщиком учетной политикой для целей налогообложения (письма Минфина России от 22.03.2018 № 03-07-11/18232, от 20.11.2017 № 03-07-11/76412, от 03.07.2017 № 03-07-11/41701, ФНС России от 22.03.2011 №KE-4-3/4475 (п. 1)).

Общие принципы учета сумм НДС, предъявленных налогоплательщику поставщиками, установлены для таких случаев пунктами 2 и 4 статьи 170 Налогового кодекса Российской Федерации (письма Минфина России от 08.08.2017 №03-07-14/50620, от 17.02.2016 №03-07-11/8741):

- если приобретаемые товары, работы, услуги используются в операциях, не облагаемых НДС, то суммы НДС учитываются в их стоимости;

если товары, работы, услуги используются в налогооблагаемых операциях, то суммы НДС по ним принимаются к вычету в общем порядке в соответствии со статьей 172 Налогового кодекса Российской Федерации;

- если же приобретаемые товары, работы, услуги используются как в облагаемых, так и не подлежащих налогообложению операциях, НДС распределяется между ними. «Входной» НДС принимается к вычету либо учитывается в стоимости товары, работы, услуги в той пропорции, в которой они используются для производства и (или) реализации товары, работы, услуги, операции по реализации которых подлежат налогообложению (освобождены от налогообложения). Порядок определения указанной пропорции разрабатывается налогоплательщиком самостоятельно с учетом особенностей, установленных пунктом 4.1 статьи 170 Налогового кодекса Российской Федерации, и утверждается в учетной политике.

Представленная учетная политика ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» не содержит описание методики раздельного учета учет операций, подлежащих налогообложению, и операций, не подлежащих налогообложению (освобождаемых от налогообложения), а также раздельного учета сумм НДС по приобретенным товарам (работам, услугам, имущественным правам), включая порядок определения пропорции для распределения сумм «входного» НДС в части приобретаемых товаров, работ, услуг, которые используются как в облагаемых, так и не подлежащих налогообложению операциях. Данное ограничение не позволяет эксперту провести корректные расчеты прямых и постоянных расходов при прогнозном расчете упущенной выгоды на основании представленных Истцом первичных документов, подтверждающих фактически понесенные затраты до момента введения ограничений, не представлено.

Каких-либо нарушений экспертом ООО «Десоф-Консалтинг» ФИО5, требований проведения экспертизы, установленных положениями процессуального законодательства и законодательства о судебно-экспертной деятельности, судом не установлено.

Представленное ФИО5 экспертное заключение является ясным и полным, выводы не являются противоречивыми, какие-либо сомнения в обоснованности заключения эксперта у суда отсутствуют, следовательно, оно является допустимым доказательством по делу.

В соответствии с частями 2, 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Так, в соответствии с формой 2 - Отчет о финансовых результатах - в разделе «Доходы и расходы по обычным видам деятельности» Прибыль от продаж: за 2013 год составила: 586 000 руб.; за 2014 год - 6 722 000 руб.; за 2015 год - 4 254 000 руб.; за 2016 год - 3 714 000 руб.; за 2017 год - 7 476 000 руб..

При этом чистая прибыль составила: за 2013 год - 334 000 руб; за 2014 год – 504 000 руб.; за 2015 год - 2 392 000 руб.; за 2016 год - 258 000 руб.

Исходя из данных о чистой прибыли, очевидно, что размер прибыли организации за предшествующие годы колеблется от 258 000 руб. до 2 392 000 руб.

В связи с чем, вывод истца о том, что он мог получить прибыль в размере равном 22 923 167 руб., не обоснован и не подтвержден данными бухгалтерской (финансовой) отчетности.

В соответствии с данными, отраженными в бухгалтерской (финансовой) отчетности истца за предшествующий период деятельности (2013-2017 годы) ни в один из годов истец не выходил на сумму прибыли, равную (или близкую) сумме, определенной экспертом ФИО6 даже несмотря на то, что в бухгалтерской (финансовой) отчетности истца указана прибыль от всех видов деятельности организации.

На основании изложенного, оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию денежные средства в размере 2 803 926 руб. в качестве возмещения убытков.

Рассмотрев вопрос о распределении судебных расходов, связанных с оплатой услуг эксперта, оказанных в рамках проведения судебной оценочной экспертизы, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Статьей 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей с депозитного счета арбитражного суда.

Как усматривается из материалов дела, стоимость услуг эксперта по проведению судебной оценочной экспертизы, порученной эксперту-оценщику ООО «Русская провинция» – ФИО9, составила 85 000 руб., что подтверждается представленным в материалы дела счетом № 4 от 20.01.2020.

Платежным поручением № 879 от 20.08.2019 истец перечислил на депозитный счет Арбитражного суда Иркутской области денежные средства в счет оплаты услуг эксперта в сумме 85 000 руб.

Стоимость услуг эксперта ООО «Регион-Оценка» ФИО6 определена в сумме 110 000 руб.

Платежным поручением № 490 от 26.04.2022 истец перечислил на депозитный счет Арбитражного суда Иркутской области денежные средства в счет оплаты услуг эксперта в сумме 110 000 руб.

Частью 6 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что неоплаченные или не полностью оплаченные расходы на проведение экспертизы подлежат взысканию в пользу эксперта или государственного судебно-экспертного учреждения с лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Таким образом, из приведенных положений закона следует, что выплата вознаграждения эксперту не ставится в зависимость от того кто из сторон обязался оплатить стоимость экспертизы. Эксперту выплачивается вознаграждение за проведение экспертизы, а также возмещаются расходы, связанные с ее проведением.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Исковые требования ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» являются обоснованными в сумме 2 803 926 руб., что составляет 14,01% от заявленных требований.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что понесенные истцом расходы, связанные с проведением экспертизы в размере 195 000 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований в сумме 27 319 руб. 50 коп. (195 000 руб. * 14,01%).

Разрешая вопрос о распределении расходов по оплате государственной пошлины, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» при обращении в суд была оплачена государственная пошлина в размере 2 040 руб., что подтверждается платежным поручением № 563 от 21.12.2018.

Согласно расчету суда, произведенному в соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, при цене иска 20 011 370 руб. уплате подлежит государственная пошлина в размере 123 057 руб.

Таким образом, на АО «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» возлагаются расходы по оплате государственной пошлины в размере 17 240 руб. 29 коп. (123 057 руб. * 14,01%) , остальная часть государственной пошлины в размере 105 816 руб. 71 коп. (123 057 руб. – 17 240 руб. 29 коп.) относится на ООО «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» в связи с необоснованно заявленной частью суммы исковых требований, в удовлетворении которой судом отказано.

Следовательно, с учетом положений абзаца 2 части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина в размере 285 руб. 80 коп. (2 040 руб. * 14,01%) подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, государственная пошлина в размере 16 954 руб. 49 коп. (17 240 руб. 29 коп – 285 руб. 80 коп.) подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета, государственная пошлина в размере 104 062 руб. 51 коп. (105 816 руб. 71 коп. – 1 754 руб. 20 коп., где 1 754 руб. 20 коп. разница между уплаченной и подлежащей возмещению ответчиком в пользу истца государственной пошлиной) подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» убытки в размере 2 803 926 руб., а также расходы на проведение судебных экспертиз в размере 27 319 руб. 50 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 285 руб. 80 коп., всего 2 831 531 руб. 30 коп.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ ИРКУТСК» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 16 954 руб. 49 коп.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОБЕСПЕЧЕНИЕ АЭРОПОРТОВ» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 104 062 руб. 51 коп.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня его принятия.


Судья: Е.Г. Акопян