Решение от 4 мая 2023 г. по делу № А09-7557/2021

Арбитражный суд Брянской области

241050, г. Брянск, пер. Трудовой, д.6 сайт: www.bryansk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А09-7557/2021
город Брянск
04 мая 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 апреля 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 04 мая 2023 года.

Арбитражный суд Брянской области в составе судьи Макеевой М.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Консул», г.Брянск, в лице участника ООО «Консул» ФИО2, г.Брянск,

к ФИО3, г.Брянск,

о взыскании 5 627 134 руб. 59 коп.

третьи лица: 1) Общество с ограниченной ответственностью «Монтаж-Строй», г.Брянск;

2) Общество с ограниченной ответственностью «МС-Брянск», г.Брянск;

3) Общество с ограниченной ответственностью «Монтаж-Строй Брянск», г.Брянск;

4) ФИО4;

5) ФИО5

при участии в заседании:

от истца: ФИО6 (доверенность от 06.12.2022 32 АБ 2033790);

от ответчика: ФИО7 (доверенность от 09.03.2022 32 АБ 1940123);

от третьих лиц: 1) от ООО «Монтаж-Строй» - ФИО7 (доверенность от 04.04.2022);

2) от ООО «МС-Брянск» - не явился, извещен;

3) от ООО «Монтаж-Строй Брянск» - ФИО7 (доверенность от 25.04.2022);

4) от ФИО4 - не явился, извещен;

5) от ФИО5 - ФИО7 (доверенность от 09.03.2022 32 АБ 1940123);

от ООО «Консул» - ФИО7 (доверенность от 04.04.2022);



установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Консул», г.Брянск, в лице участника ООО «Консул» ФИО2, г.Брянск, обратилось в Арбитражный суд Брянской области с иском к ФИО3, г.Брянск, о взыскании 29 433 488 руб., в том числе 24 800 000 руб. убытков и 4 633 488 руб. упущенной выгоды.

Определением суда от 28.09.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на основании ст.51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Монтаж-Строй», г. Брянск.

Определением суда от 21.04.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на основании ст.51 АПК РФ привлечены Общество с ограниченной ответственностью «МС-Брянск», г.Брянск, Общество с ограниченной ответственностью «Монтаж-Строй Брянск», г.Брянск, ФИО4, ФИО5.

В процессе рассмотрения дела истцом было заявлено ходатайство об изменении предмета иска, в котором он признал погашение задолженности в размере 24 195 000 руб., не согласился с погашением задолженности в размере 605 000 руб. по заявлению о зачете, в связи с чем просил взыскать с ответчика 5 627 134 руб. 59 коп., в том числе 605 000 руб. убытков и 5 022 134 руб. 59 коп. упущенной выгоды. Ходатайство было удовлетворено судом в соответствии со ст. 49 АПК РФ.

Третьи лица - ООО «МС-Брянск» и ФИО4 своих представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом.

Судебное заседание проведено в отсутствие представителей вышеуказанных третьих лиц в порядке, предусмотренном ст. 156 АПК РФ.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные ранее ходатайства об уточнении исковых требований и о назначении по делу судебной экспертизы.

Представитель ответчика и третьих лиц исковые требования не признала по ранее изложенным доводам, возражая против удовлетворения ходатайств истца.

Выслушав доводы представителей участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является участником Общества с ограниченной ответственностью «Консул» (далее по тексту - Общество) с долей в уставном капитале 33,33%. Другими участниками Общества являлись ФИО3 и ФИО5 (до 06.06.2019). 06.06.2019 ФИО5 продал свою долю ФИО4.

Как указывает истец, Общество учреждено 03.06.2013, с 07.08.2015 обязанности единоличного исполнительного органа Общества - директора исполняет ФИО3, являющийся одновременно и главным бухгалтером Общества.

27.07.2017 между ООО «Консул» (Продавец) и ООО «Монтаж-Строй» (Покупатель) заключен договор купли продажи земельного участка с кадастровым номером 32:28:0042404:691 общей площадью 7961 кв.м, расположенный по адресу: <...>. Указанная сделка прошла государственную регистрацию в установленном законом порядке, что подтверждается записью в ЕГРН от 31 июля 2017 г. № 32:28:0042404:691-32/001/2017-6.

По условиям сделки цена земельного участка определена в размере 53 800 000 руб. Оплата по договору купли-продажи должна была быть произведена до 01.08.2018.

На момент подачи иска ООО «Монтаж-Строй» было погашено:

- 10 000 000 руб. в счет зачета по договорам займа от 14.02.2013, 02.07.2013, от 11.07.2013, от 17.07.2013, от 04.07.2013, от 29.11.2013, от 06.11.2015, от 10.12.2015, от 17.12.2015, от 19.10.2015, от 27.11.2015, от 28.12.2015, от 30.06.2015;

- 19 000 000 руб. по договору займа от 27.04.2016.

Таким образом, с учетом частичной оплаты задолженность ООО «Монтаж-Строй» перед ООО «Консул» по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017 на момент обращения истца в суд составила 24 800 000 руб.

После принятия судом искового заявления к производству ООО «Монтаж-Строй» погасило оставшуюся задолженность в сумме 24 195 000 руб. платежным поручением №6 от 16.11.2021 (т.1, л.д.74). Однако проценты за пользование чужими денежными средствами на момент подачи иска и на дату уточнения истцом исковых требований (заявление от 10.01.2022) выплачены не были, что, по мнению истца, повлекло причинение убытков Обществу в виде упущенной выгоды.

В обоснование исковых требований истец указывает следующее.

В соответствии со ст.196 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) срок исковой давности по взысканию дебиторской задолженности составляет 3 года. В силу п.2 ст.200 ГК РФ если обязательство имеет срок исполнения, то течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения обязательства. То есть в настоящем случае срок исковой давности истек 02.08.2021 года. Действуя добросовестно и разумно, директор ООО «Консул» ФИО3 должен был понимать, что дебитор может получить защиту против иска о взыскании с него задолженности по договору купли-продажи недвижимого имущества путем применения исковой давности, в связи с чем принять достаточные меры для обращения в суд за защитой прав возглавляемого им юридического лица в пределах срока исковой давности. Однако, после истечения срока оплаты и до настоящего времени ФИО3 не предпринял никаких действий по восстановлению нарушенных прав Общества и не пытался взыскать задолженность ни в претензионном, ни в исковом порядке.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее также - Закон об ООО) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ).

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Закона об ООО).

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (в частности, единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.) обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) (подпункт 5 пункта 2 Постановления N 62).

При этом в пункте 2 Постановления N62 называется ряд обстоятельств, при которых недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора считаются доказанными.

Недобросовестность директора считается доказанной, в частности, если он:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица.

В силу ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может потребовать полного возмещения ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы. которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 6 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать их наличие у юридического лица. По иску о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 № 15201/10).

В п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 22.06.2021) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" указано, что согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В обоснование ущерба и упущенной выгоды истец ссылается на то, что, исходя из бухгалтерского баланса за 2017г. (последний отчетный период, предшествующий дате исполнения обязательств по договору купли-продажи, то есть 01.08.2018) у Общества существовали заемные обязательства (краткосрочные займы) в размере 182 193 000 руб. Согласно бухгалтерскому балансу за 2020г. размер заемных средств (краткосрочные займы) составил 106 218 000 руб. При этом, все займы Обществу предоставлялись на условиях процентных займов, размер которых определялся из ставки рефинансирования Центрального Банка России. Согласно карточке счета 66.02 «Проценты по краткосрочным займам» за январь 2018г. - июль 2021г. проценты по займам составили 29 800 215 руб. 24 коп. Кроме того, за несвоевременный возврат займов Общество должно уплатить пеню в размере 0,1% за каждый день просрочки.

Таким образом. Общество, имеющее обязательства по займам, начисленные проценты по ним, фактически не истребовало свою дебиторскую задолженность в размере 24 800 000 руб., своевременное получение которой могло не только погасить часть собственных заемных обязательств, но и уменьшить размер процентов, подлежащих уплате.

При этом, часть денежных средств по договору купли-продажи поступили лишь в декабре 2018г. и в 2019г.

По мнению истца, совершая сделку купли-продажи земельного участка, директор Общества ФИО3 фактически предоставил ООО «Монтаж-Строй» беспроцентный заем на три года, при наличии у Общества собственных долговых обязательств.

Кроме того, продажа земельного участка является для Общества крупной сделкой, которая требовала одобрения общим собранием участников Общества, однако данного одобрения сделка не получала.

В ходе рассмотрения дела ответчик представил документы, подтверждающие отсутствие задолженности по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017, а именно платежное поручение №6 от 16.11.2021 на сумму 24 195 000 руб., заявление о зачете встречных однородных требований от 31.07.2021 на сумму 605 000 руб., акты сверки взаимных расчетов между ООО «Монтаж-Строй» и ООО «Консул» (т.1, л.д. 71-74).

Истец, признавая погашение задолженности в размере 24 195 000 руб., не согласился с погашением задолженности в размере 605 000 руб. по заявлению о зачете, сославшись на то, что согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" в случаях, предусмотренных статьей 411 ГК РФ, зачет не влечет юридических последствий, на которые он был направлен, в частности, если зачет противоречит условиям договора либо по активному требованию истек срок исковой давности. При истечении срока исковой давности по активному требованию должник по нему, получивший заявление о зачете, не обязан в ответ на него сообщать о пропуске срока исковой давности кредитору (пункт 3 статьи 199 ГК РФ)». Согласно договору денежного займа с процентами от 27.04.2016 между ООО «Монтаж-Строй» - «Займодавец» и ООО «Консул» - «Заемщик», возврат суммы займа в размере 445 000 руб. должен был быть произведен не позднее 26.04.2017. Согласно договору денежного займа с процентами от 30.06.2016 между ООО «Монтаж-Строй» - «Займодавец» и ООО «Консул» - «Заемщик» возврат суммы займа в размере 160 000 рублей должен был быть произведен до 30.06.2017. В соответствии со ст.196 ГК РФ срок исковой давности по взысканию дебиторской задолженности составляет 3 года. В силу п.2 ст.200 ГК РФ если обязательство имеет срок исполнения, то течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения обязательства, то есть в настоящем случае сроки исковой давности истекли по договорам займа 26.04.2020 и 30.06.2020, тогда как заявление о зачете подано 31 июля 2021 г. Таким образом, истец полагает, зачет является недействительной сделкой и не влечет за собой юридических последствий, в связи с чем истец считает не погашенной задолженность по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017. И, следовательно, размер убытков в виде реального ущерба, причиненного ООО «Консул» его директором ФИО3, составляет 605 000 руб.

Кроме того, истец указал, что за период неоплаты по договору купли-продажи земельного участка, то есть с 02.08.2018 ООО «Консул» было вынуждено взять займы на общую сумму 31 931 427 руб. 50 коп, в том числе:

- ООО «Монтаж-Строй Брянск» в размере 18 366 011,78 руб.;

- ФИО3 - 6 740 915,72 руб.;

- ФИО4 - 3 000 000 руб.;

- ООО «СпецТехГарант» - 3 824 500 руб.

Все предоставленные займы являются процентными. Размер процентов определяется ставкой рефинансирования Банка России. Проценты по краткосрочным займам» за январь 2018 г. - июль 2021 г. составили 29 800 215 руб. 24 коп. Кроме того, за несвоевременный возврат займов Общество должно уплатить пеню в размере 0,1% за каждый день просрочки, в то время как, совершая сделку купли-продажи земельного участка, директор Общества ФИО3 фактически предоставил ООО «Монтаж-Строй» беспроцентный заем на три года при наличии у Общества собственных долговых обязательств.

Учитывая вышеизложенное, истец заявил ходатайство об изменении предмета иска, в котором он признал погашение задолженности в размере 24 195 000 руб., не согласился с погашением задолженности в размере 605 000 руб. по заявлению о зачете, и просил взыскать с ответчика 5 627 134 руб. 59 коп., в том числе 605 000 руб. убытков в виде реального ущерба и 5 022 134 руб. 59 коп. упущенной выгоды. Ходатайство было удовлетворено судом в соответствии со ст.49 АПК РФ.

Возражая против исковых требований, ответчик указал, что определяя действительную цель обращения ФИО2 от имени Общества с иском в суд и проверяя соответствие правовых последствий удовлетворения заявленного требования интересам общества, необходимо учитывать следующее.

Исковое требование заявлено участником ФИО2 от имени ООО «Консул» к его директору ФИО3 по причине не истребования им дебиторской задолженности с ООО «Монтаж-Строй».

ООО «Консул» создано 03.06.2013 и в соответствии с выписками из ЕГРЮЛ участниками данного общества являются:

- ФИО2 - 33,33 %

- ФИО3 - 66.97 % (с учетом приобретения 27.01.2022 у ФИО4 33,33%).

ООО «Монтаж -Строй» создано 19.02.2007 и в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ участниками данного общества также являются:

- ФИО2 - 33,33 %

- ФИО3 - 66.97 % (с учетом приобретения 27.01.2022 у ФИО4 33,33%).

Как полагает ответчик, ФИО2 умышленно не раскрывается полная картина финансовой обоснованности действий руководителя и хозяйственных связей между обществами и другими его участниками, руководителями.

С учетом положений пункта 1 статьи 50 ГК РФ и Уставов указанных выше Обществ, извлечение прибыли является главным критерием при определении интересов каждого из них.

Учитывая требования законодательства Закона об ООО, не только единоличный исполнительный орган, но и все участники общества, включая ФИО2, исходя из принципов разумности, добросовестности, обоснованности и соответствия главной своей цели - получение максимальных финансовых показателей, в равной степени несут ответственность за принятые решения и осуществляемые действия. При этом, необходимо учитывать, что единоличный исполнительный орган, осуществляющий управленческие функции в обществе, безусловно связан с одобренной собственниками стратегией деятельности общества.

По мнению ответчика, абсолютно очевидно, что в связи с аффилированностью вышеуказанных лиц действия и решения участников обществ, их руководителей по вопросам осуществления обществами хозяйственной деятельности являлись согласованными между собой и принимались в целях извлечения прибыли каждым из обществ в рамках действующего законодательства, сохранения их нормальной жизнеспособности, недопущения возможности возникновения признаков их неплатежеспособности, без угрозы причинения ущерба любому из них.

ООО «Консул» являлось собственником земельного участка площадью 7961 кв.м с кадастровым номером 32:28:0042404:691, расположенного по адресу: <...> с разрешенным использованием: под многоэтажную жилую застройку.

Для извлечения прибыли, используя данный актив общества, необходимо было осуществить строительство на данном земельном участке, ввести его в эксплуатацию, достичь цель инвестирования, а также погасить кредиторскую задолженность.

В целях достижения указанной цели участниками обществ, имеющими фактически равные доли в их уставных капиталах (ФИО2 - 33,3%, ФИО3 - 33,34%, ФИО5 - 33,33%), было принято совместное решение о том, что строительство объекта на вышеуказанном земельном участке будет осуществляться создаваемым дочерним обществом, а земельный участок будет внесен основным обществом в качестве вклада в его уставной капитал, в качестве которого выступит ООО «Монтаж-Строй».

В рамках реализации решений участников вышеуказанных обществ 27.07.2017 между ООО «Консул» и ООО «Монтаж-Строй» был заключен договор купли-продажи земельного участка площадью 7961 кв.м с кадастровым номером 32:28:0042404:691 по цене 53 800 000,00 руб., 31.07.2017 осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на земельный участок, номер регистрации 32:28:0042404:691-32/001/2017- 6.

В целях документального подтверждения согласованного всеми участниками плана осуществления дальнейшей коммерческой деятельности, учитывающего, в том числе, создание дочернего предприятия и внесение земельного участка в качестве вклада в его уставный капитал, 07.08.2017 было созвано внеочередное общее собрание участников ООО «Монтаж-Строй».

В соответствии с протоколом № 8 от 07.08.2017 все участники общества, в том числе ФИО2, единогласно приняли решение о вступлении в состав учредителей ООО «МС-Брянск» (дочернее общество) и определили в качестве способа подтверждения принятого решения, а также состава участников, присутствовавших при его принятии, - подписание протокола всеми участниками собрания.

08.08.2017 ООО «Монтаж-Строй» приняло решение № 1 о создании дочерней организации со 100% участием в ее уставном капитале - ООО «МС-Брянск». Размер уставного капитала дочерней организации составил 53 637 000 рублей и был оплачен путем внесения в уставный капитал земельного участка с кадастровым номером №32:28:0042404:691 общей площадью 7961,0 кв.м, в свое время приобретенного и проданного ООО «Консул» за плату.

ООО «Монтаж-Строй» частично произвел оплату стоимости приобретенного у ООО «Консул» земельного участка: 28.12.2017 - 10 000 000 руб., 25.04.2018 - 2 000 000 руб., 16.11.2021 - 24 195 000 руб. Денежная сумма в размере 17 000 000 руб. была внесена за ООО «МонтажСтрой» третьим лицом - ООО «Монтаж-Строй Брянск» в счет исполнения его заемных обязательств перед ООО «Монтаж-Строй» (платежные поручения № 869 от 09.11.2018, №260 от 06.12.2018, № 525 от 28.12.2018№ 571 от 28.02.2019, № 743 от 20.03.2019, № 439 от 20.05.2019, № 280 от 05.02.2019, № 984 от 08.04.2019, финансовые поручения к ним). Денежная сумма в размере 605 000 руб. по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017 была погашена 31.07.2021 путем зачета встречных однородных требований между ООО «Консул» и ООО «Монтаж-Строй».

В указанной ситуации все участники общества, включая ФИО2, принимали равное участие в планировании хозяйственной деятельности обществ, исходя из принципов разумности, добросовестности, обоснованности и достижения главной своей цели - получение максимальных финансовых показателей, а потому и в равной степени все участники ответственны за принятые решения. При этом, необходимо учитывать, что единоличный исполнительный орган, осуществляющий управленческие функции в обществе, безусловно связан с одобренной собственниками стратегией деятельности общества.

Исходя из данных обстоятельств, ответчик полагает, что оснований ставить под сомнение осведомленность ФИО2 о финансовом состоянии как ООО «Консул», так и ООО «Монтаж-Строй», а также о возможностях и перспективах Общества своевременно и в полном объеме рассчитаться по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017, не имеется, в ином случае это свидетельствовало бы, как минимум, о неразумности действий самого ФИО2 при принятии им собственных решений в отношении Общества.

В указанной ситуации возникшие негативные последствия только лишь в виде просрочки оплаты стоимости земельного участка явилось следствием обычного предпринимательского риска, поскольку совершенная сделка по купле-продаже, как часть финансового плана деятельности обществ, была одобрена его участниками, в том числе ФИО2

Кроме того, в период просрочки оплаты выкупной стоимости земельного участка в целях недопущения признаков неплатежеспособности ООО «Консул» и обеспечения его нормальной хозяйственной деятельности участники Общества, выступающие от своего имени в лице, в том числе, ФИО3 и ФИО4, а также ООО «Монтаж-Строй Брянск» (участник 100% и директор - ФИО5) инвестировали в его деятельность путем предоставления заемных денежных средств на общую сумму более 40 млн. руб.

Как указывает ответчик, истец будучи таким же равноправным участником Общества, в отличие от ответчика, в деятельность Общества, интересы которого он пытается защитить, денежных средств не вкладывал, более того, исходя из многочисленных судебных исков об истребовании документов о финансово-хозяйственной деятельности для ознакомления на протяжении нескольких лет вовсе не интересовался жизнью общества, рассчитывая только лишь на получение дивидендов от своего вклада (33,3% уставного капитала номинальной стоимостью - 3 330 рублей).

Таким образом, с учетом общего размера инвестирования в Общество, просрочка оплаты цены по договору купли-продажи не являлась единственной причиной заимствования денежных средств. Ввиду достигнутых договоренностей в силу общности целей деятельности требования к ООО «Консул» об уплате процентов за пользование заемными денежными средствами, в том числе 29 800 215,24 руб., не заявлялись.

Общая сумма процентов по ст.395 ГК РФ за период просрочки оплаты ООО «Монтаж-Строй» (с 02.08.2018 по 15.11.2021) в счет оплаты цены по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017 в размере 24 195 000 руб. составила 5 022 134,59 руб. Срок исковой давности по взысканию процентов в рамках ст. 395 ГК РФ не истек.

По мнению ответчика, в указанной ситуации предъявление ФИО2 требования к ФИО3 о взыскании убытков за не взыскание долга с ООО «Монтаж-Строй» в размере неоплаченных процентов со ссылкой на неразумность и недобросовестность ответчика является не обоснованным.

Право требования уплаты процентов сохраняется за лицом в пределах 3-годичного срока исковой давности, применительно к настоящему спору такие сроки не истекли, о чем свидетельствуют документы об оплате основного долга, акты сверки взаимных расчетов и иные представленные в материалы дела документы.

Истец не обосновал, почему действия единоличного исполнительного органа являются недобросовестными и неразумными, поскольку:

- предъявление требования о взыскании процентов относится к вопросам текущей деятельности Общества, решение которых отнесено к компетенции единоличного исполнительного органа, именно он с учетом экономической целесообразности и достижения максимального финансового эффекта принимает решение, в какое именно время в течение 3-годичного срока исковой давности данное требование ему лучше предъявить и предъявлять ли вообще, учитывая взаимосвязь всех обществ через состав их участников. На данное решение оказывают влияние многие факторы, в том числе возможность сохранения партнерских отношений с инвесторами, возможность взаиморасчетов с контрагентами, имеющих встречные требования, иными предусмотренными законом способами, предоставление отсрочки уплаты процентов по заемным обязательствам и т.д.

- до настоящего времени Общество не лишено возможности предъявить требования об их уплате к ООО «Монтаж-Строй»;

- ответчик до настоящего времени не представил в материалы дела доказательства того, что не предъявление требований о взыскании процентов уже повлекло за собой негативные последствия для Общества в виде причиненного ущерба, такие как - невозможность взыскания, например, в связи с ликвидацией или банкротством ООО «Монтаж-Строй» и др.

В указанной ситуации отсутствует, как минимум, одно из обязательных условий (основания возмещения убытков) - сам факт понесенного ущерба, что исключает применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков.

Иной подход свидетельствовал бы о возможности бесконтрольного вмешательства в текущую деятельность Общества, отсутствие необходимости взыскания сумм задолженности с действительных должников Общества путем предъявления в любое по усмотрению участника общества время и вне зависимости от наличия причиненного ущерба требований непосредственно к директору хозяйственного обществ о взыскании долгов в виде убытков.

Кроме того, говоря о добросовестности истца, ответчик полагает, что требования должны быть обоснованы не только с точки зрения правовых норм, предусматривающих избранный способ защиты права, наличия факта долга перед обществом, в чьих интересах выступает участник, но и с точки зрения правовых последствий удовлетворения данного требования.

Как указал сам истец в своем заявлении (абз. 6 стр. 2 письменных пояснений истца на отзыв ответчика от 09.11.21), исходя из принципа недопустимости неосновательного обогащения можно сделать два вывода: 1) возмещение убытков директором прекращает право юридического лица потребовать возмещения этих убытков с иных лиц, непосредственно его причинивших (работников, контрагентов); 2) у директора, возместившего убытки юридического лица, возникает право регресса к непосредственному причинителю вреда.

В случае удовлетворения заявленных требований в размере 5 022 134,59 руб. упущенной выгоды в размере, равной сумме процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленной на сумму дебиторской задолженности в размере 24 800 000 руб. за период с 02.08.2018 по 15.11.2021, у ФИО3 возникает право регрессного требования указанных денежных средств с ООО «Монтаж-Строй», доля участия в котором у ФИО2 является идентичной.

Неоспоримость возможности предъявления данного требования обусловлена, в том числе, действующими сроками исковой давности по его предъявлению даже со стороны основного кредитора.

Вместе с тем, разрушая партнерские взаимовыгодные условия, предъявление указанного требования спровоцирует и предъявление денежных требований к самому ООО «Консул» о возврате предоставленных обществу сумм займов, процентов и др. При таких обстоятельствах подлежит установлению то обстоятельство, в чем заключается истинная цель заявленного иска.

Вышеизложенные доводы ответчика, по его мнению, свидетельствуют о том, что целью участника ФИО2 вовсе не является защита имущественных интересов Общества: действуя от имени Общества, он фактически пытается обойти и исключить тем самым предусмотренный законом способ защиты права - непосредственного предъявления требования о взыскании долга с ООО «Монтаж-Строй», в котором он является таким же участником, полностью тем самым переложив всю ответственность за ранее принятые решения и последствия предпринимательского риска на ФИО3 Как полагает ответчик, действительная цель истца - это попытка взыскать денежные средства с другого участника Общества, который одновременно является и его руководителем, в силу сложившегося конфликта между физическими лицами, освободить тем самым ООО «Монтаж-Строй» от кредиторской задолженности перед ООО «Консул» за счет ФИО3 и рассчитывать на получение дивидендов в ООО «Монтаж-Строй» в большем размере.

Как указывает ответчик, ФИО2 умышленно не раскрывается полная картина финансовой обоснованности действий руководителя и хозяйственных связей между обществами и другими его участниками.

Назначение субъективного права состоит в предоставлении уполномоченному субъекту юридически гарантированной возможности удовлетворять потребности, не нарушая при этом интересов других лиц, общества и государства.

Если субъективное право осуществляется в противоречии с назначением, происходит конфликт между интересами общества и конкретного лица.

По смыслу ст. 10 ГК РФ злоупотребление правом, т.е. осуществление субъективного права в противоречии с его назначением, имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки норме, предоставляющей ему соответствующее право, не соотносит поведение с интересами общества и государства, не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. К одному из них относится материальный вред, который подразумевает всякое умаление материального блага (в частности, уменьшение или утрату дохода, необходимость новых расходов).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Указанная позиция отражена в позиции ВС РФ (например, Определение Верховного Суда РФ от 03.02.2015 N 32-КГ14-17 (Судебная коллегия по гражданским делам), Определение Верховного Суда РФ от 14.06.2016 N 52-КГ16-4 (Судебная коллегия по гражданским делам), Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 01.12.2015 N 4-КГ15-54 и др.).

Судебная защита права осуществляется исходя из принципов разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54, Постановление Президиума ВАС РФ от 14.11.2006 N 8259/06 по делу N А40-38670/04-63-424 Президиума ВАС РФ от 02.04.2013 N 15187/12 по делу N А42-5522/2011 Постановление Президиума ВАС РФ от 21.05.2013 N 17388/12 по делу N А60-49183/2011 Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2021 N 51-КГ20-12-К8, 2-5/2018 и др.).

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 1, 4, 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", суд может отказать в удовлетворении иска, если его предъявление вызвано недобросовестными действиями самого истца или с намерением причинить вред ответчику.

Таким образом, непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

При этом, формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.

Изложенные выше фактические обстоятельства о наличии не только хозяйственных, но и корпоративных связей между ООО «Консул» и ООО «Монтаж-Строй», личное участие представителя истца, как участника Общества, в определении общей стратегии финансово-хозяйственной деятельности обществ, выступающих по отношению друг к другу одновременно и должником и кредитором, свидетельствуют о явном злоупотреблении своим правом со стороны ФИО2, подавшего иск от имени ООО «Консул», что, по мнению ответчика, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Выражая свое несогласие по существу заявленных требований, ответчик также просил принять во внимание следующее.

Как было отмечено ранее, в силу статьи 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества несет перед обществом ответственность за убытки, причиненные обществу, его виновными действиями (бездействием), если иные правовые основания и размер ответственности не установлены федеральными законами; единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов управления юридического лица" (далее - Постановление N 62), в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

в данном случае директор ФИО3 не действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами юридического лица, доказательств обратного в материалы дела не представлено;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

директор ФИО3. не скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица, не предоставлял недостоверную информацию, доказательств обратного в материалы дела не представлено;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

подпункт не применим к спорным правоотношениям;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

ФИО3 не удерживал(ет) и не уклонялся(ет) от передачи документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Не взыскание в более ранние сроки процентов за просрочку оплаты цены договора купли-продажи, в том числе, до полного погашения сумм основного долга, не противоречило интересам Общества, не причиняет и не причинило ущерб Обществу ввиду действующих сроков исковой давности для взыскания сумм данных процентов.

Таким образом, в действиях ФИО3 отсутствуют признаки недобросовестности и неразумности, как одних из обязательных составляющих для взыскания убытков с руководителя общества.

Кроме того, говоря об отсутствии оснований для взыскания убытков с ФИО3, необходимо учитывать следующее.

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В соответствии с частью 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно разъяснениям абзаца третьего пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него законодательством, (п.5 ст.10, п.3 ст. 53 ГК РФ).

Как указал Пленум ВАС РФ в пункте 1 вышеуказанного постановления, арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Как уже ранее отмечал ответчик, сделка по купле-продаже имущества была заключена с целью создания дочернего общества с наделением ее активом - земельным участком. Все участники Общества, которыми являются истец и ответчик, не исключали факт несвоевременной оплаты выкупной стоимости, поскольку это соотносилось с возможным предпринимательским риском, однако данная сделка была заключена по действительной рыночной стоимости, оплата ею цены произведена в полном объеме, ущерба обществу ее заключением не принесено, все выявленные последствия несвоевременной оплаты не выходят за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. В указанной ситуации действия ФИО3 как руководителя общества имели свой экономический смысл, они отвечали принятым участниками Общества решений и той цели, которую преследовало Общество в рамках своей хозяйственной деятельности.

Данные обстоятельства являются существенными, без исследования которых будет нарушаться принципы законности, равноправия и состязательности судебного процесса статьи 6, 8, 9 АПК РФ, п. 17 Обзора судебной практики Верховного суда РФ № 3 (2021), утв. Президиумом ВС РФ от 10.11.2021), без которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности.

Как указывал в своем отзыве и письменных возражениях ответчик, попытка истца со ссылкой на пункт 8 Постановления Пленума ВАС РФ вменить в качестве убытков суммы процентов за пользование чужими денежными средствами является не обоснованной и, как минимум, преждевременной.

Действительно пункт 8 указанного Постановления не связывает возможность взыскания убытков с директора с возможностью возмещения имущественных потерь иными способами защиты права.

Вместе с тем, из анализа судебной практики применения норм действующего законодательства, включая ту, на которую имеются ссылки в заявленном иске, следует, что обязательным подлежит установление самого факта наличия у юридического лица имущественных потерь на момент предъявления иска о возмещения убытков.

В ситуациях, схожих с рассматриваемыми правоотношениями, о праве на предъявление иска о взыскании убытков с руководителя общества и основаниях для его удовлетворения можно было бы говорить только по истечении сроков исковой давности по взысканию задолженности с ООО «Монтаж-Строй» (Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 27.12.2019 № Ф01-7526/2019 по делу № А79-63/2014, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 22.04.2016 № Ф09-797/16 по делу № А60-932/2015 и др.).

Впоследствии в ходе рассмотрения дела ответчик представил платежное поручение №1 от 10.02.2023, согласно которому ООО «Монтаж-Строй» перечислило ООО «Консул» 5 642 889 руб. 99 коп. с назначением платежа: «Проценты за просрочку оплаты по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017» (т.3, л.д. 7). Согласно расчету ответчика период просрочки с 01.08.2018 по 16.11.2021 (т.3, л.д. 41-42).

В уточненном исковом заявлении истец указал, что данное обстоятельство (уплата указанных процентов покупателем земельного участка) не означает, что у ООО «Консул» не возникли убытки в результате отсутствия мер со стороны ООО «Консул» по истребованию дебиторской задолженности в полном объеме (основного долга, процентов за пользование чужими денежными средствами в связи с просрочкой уплаты основного долга) с покупателя ООО «Монтаж-Строй» из-за нарушения последним обязательств по договору купли-продажи от 27.07.2017. Длительное бездействие директора по взысканию дебиторской задолженности негативно повлияло на финансово-экономическое состояние ООО «Консул» (в частности, возникновение задолженности перед иными контрагентами).

В целях исследования показателей финансового состояния и финансово-экономической деятельности ООО «Консул» в связи с длительным неисполнением (частичным исполнением) покупателем ООО «Монтаж-Строй» обязательств по оплате земельного участка, бездействием директора продавца ООО «Консул» по взысканию дебиторской задолженности, в целях определения наличия убытков, их размера истцом было заявлено ходатайство о назначении финансово-экономической экспертизы, а также ходатайство об уточнении исковых требований.

В ходатайстве об уточнении исковых требований истец поддержал ранее заявленные требования о взыскании убытков в размере 605 000 руб. (ввиду ничтожности зачета), указав, что точный размер иных убытков может быть определен по результатам экспертизы, в связи с чем до результатов экспертизы поддерживает требования о взыскании убытков в размере 5 022 134 руб. 59 коп.

Ходатайство истца об уточнении исковых требований отклонено судом по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

При подаче иска истцом заявлялось требование о взыскании 29 433 488 руб., в том числе 24 800 000 руб. убытков в виде реального ущерба в размере задолженности ООО «Монтаж-Строй» перед ООО «Консул» по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017 и 4 633 488 руб. упущенной выгоды в размере процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму указанной задолженности. В процессе рассмотрения дела истцом было заявлено ходатайство об изменении предмета иска, в котором он признал погашение задолженности в размере 24 195 000 руб., не согласился с погашением задолженности в размере 605 000 руб. по заявлению о зачете, в связи с чем просил взыскать с ответчика 5 627 134 руб. 59 коп., в том числе 605 000 руб. убытков в размере оставшейся не погашенной, по мнению истца, задолженности ООО «Монтаж-Строй» перед ООО «Консул» по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017 и 5 022 134 руб. 59 коп. упущенной выгоды в размере процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму ранее образовавшейся задолженности. Ходатайство было удовлетворено судом в соответствии со ст. 49 АПК РФ.

Требование о взыскании каких-либо иных убытков истцом не заявлялось и является новым требованием, в связи с чем ходатайство истца в указанной части удовлетворению не подлежит как противоречащее ч.1 ст.49 АПК РФ.

Как правомерно указывает ответчик, с учетом отсутствия задолженности по основному долгу и по оплате процентов истцом не представлено обоснование нарушенного права Общества и его участника ФИО2, заявление ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы направлено на получение новых доказательств с целью установить иные правовые основания (новые фактические обстоятельства) для заявления новых требований к ответчику, что является злоупотреблением процессуальными правами со стороны истца. Фактическое отсутствие в настоящее время предмета спора (убытков, заявленных ко взысканию в исковом заявлении, с учетом ранее принятого судом уточнения) исключает наличие вопросов, связанных с ним и требующих специальных знаний. Поставленные перед экспертами вопросы не связаны с заявленными исковыми требованиями, рассматриваемыми судом в рамках настоящего дела, и не будут иметь правового значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку будут связаны с иными фактическими обстоятельствами (основанием) и материально-правовыми требованиями (предметом).

Отказ в удовлетворении ходатайства истца об уточнении исковых требований не лишает его права обратиться в Арбитражный суд Брянской области с самостоятельным иском к ответчику о взыскании иных убытков, не являвшихся предметом рассмотрения в рамках настоящего дела.

С учетом вышеизложенного определением суда ходатайство истца о назначении по делу судебной экспертизы отклонено.

Таким образом, в рамках настоящего дела судом рассмотрены требования истца о взыскании с ответчика 5 627 134 руб. 59 коп., в том числе 605 000 руб. убытков в размере оставшейся не погашенной, по мнению истца, задолженности ООО «Монтаж-Строй» перед ООО «Консул» по договору купли-продажи земельного участка от 27.07.2017 и 5 022 134 руб. 59 коп. упущенной выгоды в размере процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму ранее образовавшейся задолженности.

Доводы истца о пропущенных сроках исковой давности по требованиям о взыскании процентов, а также сумм основного долга по договорам займа на общую сумму 605 000 руб. являются не обоснованными, основаны на неправильном применении норм материального права, требования, основанные на данных доводах, не преследуют цели защиты прав и интересов Общества.

Так, в соответствии со ст. 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 22.06.2021) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Истец, признавая погашение задолженности в размере 24 195 000 рублей, не согласен с погашением задолженности в размере 605 000 руб. по соглашению о зачете, говоря о недействительности данной сделки ввиду ее совершения после истечения срока давности по активным требованиям.

Вместе с тем, истец не учел положения пункта 2 ст. 206 ГК РФ, в соответствии с которыми по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме.

Как уже ранее было отмечено со ссылкой на Постановление Пленума Верховного суда РФ от 11.06.2020 № 6, подписание сторонами акта взаимных расчетов относится к действиям, свидетельствующим о признании долга.

В материалы дела были представлены, помимо соглашения о зачете встречных однородных требований от 31.07.2021, акты сверки взаимных расчетов, подписанные сторонами, от 31.12.2018, 31.12.2020, что свидетельствовало о совершении сделки по зачету встречных требований в пределах срока исковой давности.

В данном случае активное требование – это требование лица, которое осуществляет зачет, - ООО «Монтаж-Строй». Его обязательства считаются прекращенными с момента наступления срока исполнения обязательства, который наступил позднее (т.е. с 01.08.2018). По активному требованию имелись акты сверки, в связи с чем срок исковой давности по данному требованию не истек.

По указанным выше основаниям ссылки истца на положения ст.411 ГК РФ являются несостоятельными.

В указанной ситуации, учитывая погашение имеющих встречный характер обязательств между Обществами, доля участия в которых ФИО2 составляет 33,33%, попытка восстановить действительность долга за Обществом, в интересах и в защиту которого обратился ФИО2, ставит под сомнение действительность цели обращения ФИО2 в суд с иском - подобные действия нельзя признать добросовестными и разумными по отношению к Обществу.

Исходя из пункта 14 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2016 №25 по смыслу ст.15 ГК РФ упущенная выгода это убытки в виде неполученного дохода, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Для взыскания упущенной выгоды дополнительно следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер; истец должен доказать, что допущенное должником нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду.

Как ранее было отмечено ответчиком, препятствий для взыскания процентов с ООО «Монтаж-Строй» не имелось, что исключало состав упущенной выгоды. Более того, покупатель не уклонялся от оплаты по договору купли-продажи, признавая наличие задолженности.

Кроме того, как установлено судом, после принятия судом искового заявления к производству ООО «Монтаж-Строй» полностью погасило задолженность по договору купли-продажи земельного участка, а также начисленные по правилам ст.395 ГК РФ проценты за пользование чужими денежными средствами. В подтверждение данных обстоятельств в материалы дела были представлены документы, указанные выше, в том числе платежные поручения. Дополнительно в материалы дела ответчиком были представлены акты сверки между ООО «Консул» и ООО «Монтаж-Строй» по договору купли-продажи от 27.07.2017 за период с 27.07.2017 по 18.04.2023, из которых следует, что задолженность по основному долгу и по процентам отсутствует.

Таким образом, с учетом вышеизложенного исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Консул» в лице участника ООО «Консул» ФИО2 к ФИО3 о взыскании 5 627 134 руб. 59 коп. убытков являются необоснованными и удовлетворению не подлежат в связи с непредставлением истцом в нарушение ст.65 АПК РФ в рамках настоящего дела доказательств факта причинения Обществу убытков действиями (или бездействием) ответчика.

Иные доводы участвующих в деле лиц не имеют существенного значения при разрешении настоящего спора.

При подаче иска истцом было уплачено 170 167 руб. государственной пошлины (от первоначально заявленных исковых требований). При цене иска, равной 5 627 134 руб. 59 коп., государственная пошлина составляет 51 136 руб.

Согласно п.п.1 п.1 ст.333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты государственной пошлины в большем размере, чем это предусмотрено настоящей главой.

В соответствии с ч.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со ст.110 АПК РФ относятся на истца, в связи с чем истцу подлежит возврату из федерального бюджета 119 031 руб. государственной пошлины, уплаченной согласно чеку-ордеру ПАО Сбербанк Брянское отделение 8605/296 от 24.08.2021, как излишне уплаченной.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Консул» в лице участника ООО «Консул» ФИО2 к ФИО3 о взыскании 5 627 134 руб. 59 коп. убытков оставить без удовлетворения.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета 119 031 руб. государственной пошлины, уплаченной согласно чеку-ордеру ПАО Сбербанк Брянское отделение 8605/296 от 24.08.2021.

Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Двадцатый арбитражный апелляционный суд в г.Туле. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Брянской области.



Судья Макеева М.В.