Постановление от 8 октября 2024 г. по делу № А41-16345/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва 08.10.2024 Дело № А41-16345/20

Резолютивная часть постановления оглашена 2 октября 2024 года. Постановление в полном объеме изготовлено 8 октября 2024 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего – судьи Тарасова Н.Н., судей Зверевой Е.А., Уддиной В.З., при участии в судебном заседании:

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 16.06.2024;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Управляющая организация «Ринтекс» – ФИО3 по доверенности от 04.09.2023;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Управляющая организация «Ринтекс»

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2024

об отказе в признании недействительными сделками договоров оказания юридических и консалтинговых услуг от 09.11.2017 № 16, от 25.10.2018 № 02/10/2018, от 20.12.2018 № 02/12/2018, от 22.01.2019 № 01/01/2019, от 13.02.2019 № 02/02/2019, от 18.03.2019 № 03/03/2019, от 01.04.2019

№ 04/04/2019, от 14.05.2019 № 05/05/2019 и от 19.07.2019 № 07/07/2019, заключенных между должником и индивидуальным предпринимателем ФИО1, а также по перечислению должником в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 денежных средств в общем размере 2 523 985 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая организация «Ринтекс»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 15.04.2021 общество с ограниченной ответственностью «Управляющая организация «Ринтекс» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда Московской области от 03.08.2023 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками договоров оказания юридических и консалтинговых услуг от 09.11.2017 № 16, от 25.10.2018 № 02/10/2018, от 20.12.2018 № 02/12/2018, от 22.01.2019 № 01/01/2019, от 13.02.2019 № 02/02/2019, от 18.03.2019 № 03/03/2019, от 01.04.2019 № 04/04/2019, от 14.05.2019 № 05/05/2019 и от 19.07.2019 № 07/07/2019, заключенных между должником (заказчиком) и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (исполнителем) (далее – предпринимателем), а также по перечислению должником в пользу предпринимателя денежных средств в общем размере 2 523 985 руб., которое определением Арбитражного суда Московской области от 15.04.2024 было удовлетворено.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2024 определение Арбитражного суда Московской области

от 15.04.2024 было отменено, а в удовлетворении заявленных требований было отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить, а определение суда первой инстанции оставить в силе.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель предпринимателя просил суд обжалуемое постановление оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой, конкурсный управляющий должника ссылался на то, что в силу условий оспариваемых соглашений предприниматель обязался оказать должнику юридические услуги по вопросу подготовки документов общих собраний собственников помещений в многоквартирных домах в объеме, услуги по изучению и анализу текущей ситуации в сфере жилищно-коммунального хозяйства (ЖКХ), услуги по консультированию по всем поставленным вопросам, в том числе по вопросам, требующим специальных правовых, технических знаний в рамках проведения общих собраний собственников помещений в многоквартирных домах, предоставление информации доверителю о последних изменениях законодательства в сфере ЖКХ, что согласно актам сдачи-приемки услуг предприниматель в полном объеме выполнил все обязанности по этим договорам, а согласно выписке по счету должника, за период с 10.11.2017 по 19.07.2019 произведена оплата в пользу предпринимателя по договорам в общем размере 2 107 450 руб.

Вместе с тем, просил признать недействительными оспариваемы сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 и 170 ГК РФ.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о направленности совершенных сделок

исключительно на создание видимости наличия договорных правоотношений, в то время как действительной целью являлся вывод средств из конкурсной массы должника в целях причинения имущественного вреда кредиторам должника.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции и отказал в удовлетворении заявленных требований.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

С учетом даты принятия к производству заявления о банкротстве должника (16.03.2020), оспариваемые платежи были совершены в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением гл. III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановления от 23.12.2010 № 63), заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в

течение годичного срока исковой давности, с момента как заявителю стало известно о наличии оснований для оспаривания данной сделки.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен было узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных пунктами 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Исходя из положений пункта 2 статьи 126, статьи 129 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления от 23.12.2010 № 63, а также в пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», моментом возникновения у конкурсного управляющего (исполняющего обязанности конкурсного управляющего) полномочий на оспаривание сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 названного Закона, является дата объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и открытия процедуры конкурсного производства.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях, само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако, при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом, необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том

числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника, запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т. д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т. п.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.201 № 305-ЭС18-2393, для выявления факта совершения оспоримых сделок конкурсному управляющему должника предоставляется разумный срок, после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных сделок недействительными.

В течение такого срока конкурсный управляющий, в том числе должен принять меры к получению документов, отражающих экономическую деятельность предприятия, на основании полученных документов провести анализ финансового состояния должника, по итогам которого подготовить заключение о финансовом состоянии должника, о наличии или отсутствии оснований для оспаривания сделок, если иной срок не доказан сторонами.

В настоящем случае, отметил суд, определением Арбитражного суда Московской области от 24.08.2020 в отношении должника была введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4

Решением Арбитражного суда Московской области от 15.04.2021 должник был признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда Московской области от 20.09.2021 ФИО4 был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.01.2022 производство по настоящему делу было прекращено в связи с отсутствием кандидатуры арбитражного управляющего.

Постановлением Десятого апелляционного арбитражного суда от 22.03.2022 определение Арбитражного суда Московской области от 27.01.2022 было отменено, а вопрос о прекращении процедуры банкротства был направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела определением Арбитражного суда Московской области от 04.04.2023 конкурсным управляющим должника был утвержден ФИО6

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 04.04.2023 было отменено, а дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Московской области от 03.08.2023 суд утвердил конкурсным управляющим должника ФИО5

Таким образом, констатировал суд, в период с 20.09.2021 по 02.08.2023 у должника отсутствовал конкурсный управляющий, который осуществлял процедуру конкурсного производства в соответствии с Законом о банкротстве.

Однако, доводы конкурсного управляющего должника о том, что срок исковой давности не мог продолжаться в периоды отсутствия конкурсного управляющего, как субъекта, который имеет право действовать от имени должника, подлежат отклонению, поскольку законодательство связывает начало течения срока исковой давности, прежде всего, с моментом, когда первый уполномоченный на оспаривание сделок арбитражный управляющий должен был, то есть имел реальную возможность, узнать о сделке и о нарушении этой сделкой прав кредиторов.

При обжаловании вновь утвержденным конкурсным управляющим должником сделок должника период отсутствия утвержденного судом конкурсного управляющего при течении срока исковой давности учитывается (не исключается) и не может влиять на содержание права контрагента должника

(ответчика) по оспариваемой сделке защититься от судебного оспаривания сделки ссылкой на истечение срока исковой давности, за исключением ситуации, когда объективная невозможность предъявления требования о признании сделки недействительной возникла по обстоятельствам, за которые отвечает сам контрагент.

Таким образом, периоды отсутствия арбитражного управляющего не влияют на определение начала течения срока исковой давности, не приостанавливают и не прерывают его течение.

Исходя из изложенного, заявителем, обратившимся в суд 02.11.2023, пропущен годичный срок на оспаривание сделок должника по специальным основаниям Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Признавая договоры и произведенные платежи по ним недействительными на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств реального исполнения сделок и, как следствие, отсутствия оснований для выплат в пользу предпринимателя.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела, такая сделка может быть признана

недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановления от 23.06.2015 № 25)).

В пункте 10 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону.

Согласно разъяснениям высшей судебной инстанции приведенным в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановления от 30.04.2009 № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки

(их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Таких обстоятельств в настоящем случае судом апелляционной инстанции установлено не было.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

В этой связи, заинтересованной стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки.

В пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Таким образом, по смыслу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ и, с учетом приведенной выше правовой позиции высшей судебной инстанции, для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку.

Судом апелляционной инстанции было установлено, что предприниматель готовил документы в электронной форме как до проведения общих собраний собственников МКД (в том числе проекты уведомлений, бюллетеней для голосования участников собрания (по каждому собранию в количестве более 600 экземпляров по количеству собственников - участников собраний МКД), так и после (протоколы общих собраний, а также проекты договоров управления

МКД), что личного присутствия ответчика как на собраниях собственников, так и в офисе должника не предполагало.

Приказом от 28.01.20119 № 44/пр «Об утверждении требований к оформлению протоколов общих собраний собственников помещений в МКД и порядка направления подлинников решений и протоколов общих собраний собственников помещений в МКД в уполномоченные органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, осуществляющие государственный жилищный надзор» были утверждены требования, в силу которых, протокол общего собрания составляется в письменной форме в сроки, установленные общим собранием, но не позднее чем 10 календарных дней с даты проведения общего собрания.

Протоколы общих собраний участников МКД изготавливались предпринимателем в установленный срок на основании результатов голосования, что делает возможным их подготовку удаленно.

Таким образом, для подсчета голосов, составления протокола общего собрания собственников, подготовки документов в ГЖИ МО личное присутствие предпринимателя на собраниях собственников МКД объективно не требовалось.

Более того, после очной части собрания переходили в заочную часть.

На данном этапе предприниматель осуществлял принятые на себя обязательства по договорам оказания услуг.

Предприниматель не являлся участником таких собраний в силу своего процессуального статуса – он не являлся должностным лицом должника либо собственником помещений в МКД.

При этом, сам факт оказания услуг (составление протоколов собраний) предпринимателем конкурсным управляющим не опровергнут, о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не заявлено.

Также конкурсный управляющий не оспаривает факт проведения собраний собственников помещений в МКД, направление документов по итогам собраний в ГЖИ МО и их размещение в системе ГИС ЖКХ.

При таких обстоятельствах, сам по себе факт подписания акта об оказании услуг до проведения собрания не свидетельствует о невозможности продолжения оказания услуг предпринимателем, в том числе подсчета голосов, подготовки протокола собрания собственников МКД по итогам собрания, проекта договора управления МКД (на основании решения собрания), равно как и том, что предприниматель указанные услуги не оказывал.

Доказательств подготовки указанных документов иными лицами, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, конкурсным управляющим не представлено.

Так, в материалах дела отсутствует штатное расписание или иной документ, подтверждающий наличие у должника сотрудников, выполняющих функции по проведению общих собраний собственников МКД.

Сотрудники должника осуществляли обслуживание многоквартирных домов (более 70), штат специалистов в размере 211 человек составлял по 3 человека технических специалистов в расчете на один дом.

Ссылки конкурс ого управляющего должника на то, что в период с 2017 по 2020 годы должником были заключены многочисленные договоры с другими организациями, оказывающими юридические и консалтинговые услуги, а также о наличии у должника штата юристов, которые выполняли аналогичные с предпринимателем функции, противоречат представленным конкурсным управляющим доказательствам.

Так, договоры с обществом с ограниченной ответственностью «Леарт» от 06.08.2019 № 257 ЮЛ/И-РУО и от 18.07.2019 № 228 А/УО были заключены после исполнения оспариваемых договоров, а их предметом является взыскание дебиторской задолженности с указанием конкретных судебных дел, а не организация и проведение общих собраний собственников МКД.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции о том, что договоры оказания услуг, заключенные между должником и предпринимателем, являлись мнимыми, а платежи совершены без предоставления встречного исполнения должнику,

то есть стороны не стремились создать соответствующие сделке правовые последствия.

В связи с изложенными обстоятельствами оспариваемые сделки не могут быть признаны недействительными на основании статей 10, 168 и статьи 170 ГК РФ.

Установленный судом первой инстанции факт аффилированности предпринимателя и ФИО7, который в периоды с 29.07.2016 по 22.05.2018 и с 11.04.2019 по 15.04.2021 являлся руководителем должника, в данном случае не имеет правового значения, поскольку не влияет на выводы о реальности оспариваемых договоров и совершенных по ним платежей.

При этом, большая часть договоров оказания услуг была подписана от лица должника иным генеральным директором - ФИО8

Ссылка конкурсного управляющего должника на постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.08.2023 по настоящему делу, которым были оставлены без изменения судебные акты судов первой и апелляционной инстанций о признании недействительными сделок должника, совершенных с индивидуальным предпринимателем ФИО9, подлежит отклонению, поскольку указанные судебные акты были приняты при иных фактических обстоятельствах дела.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Нарушения, допущенные судом первой инстанции были устранены судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное

свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2024 по делу № А41-16345/20 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Н.Н. Тарасов

Судьи: Е.А. Зверева

В.З. Уддина