Постановление от 13 октября 2023 г. по делу № А29-14217/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А29-14217/2019

13 октября 2023 года


Резолютивная часть постановления объявлена 09.10.2023.

Постановление в полном объеме изготовлено 13.10.2023.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Прытковой В.П.


в отсутствие участвующих в деле лиц


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1


на определение Арбитражного суда Республики Коми от 30.09.2022 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023

по делу № А29-14217/2019


по заявлению конкурсного управляющего

общества с ограниченной ответственностью «УсинскГеоНефть»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

ФИО2

о признании сделок должника недействительными

и о применении последствий их недействительности,


третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, –

финансовый управляющий ФИО3 –

ФИО4,


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «УсинскГеоНефть» (далее – ООО «УсинскГеоНефть», Общество; должник) его конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными сделок по выплате Обществом по платежным поручениям от 07.03.2017 № 341 и от 16.03.2017 № 402 ФИО3 дивидендов в сумме 12 000 000 рублей и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Безрука В.А. в конкурсную массу должника 12 000 000 рублей.

Заявление конкурсного управляющего основано на пункте 2 статьи 16.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано совершением спорной сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции определением от 30.09.2022, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023, удовлетворил заявленные требования и признал выплату ФИО3 дивидендов в сумме 12 000 000 рублей недействительной сделкой, применив последствия ее недействительности в виде взыскания с Безрука В.А. 12 000 000 рублей в конкурсную массу Общества.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1, как контролирующее должника лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности по его обязательствам, обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 30.09.2022 и постановление от 16.01.2023 и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на отсутствие у должника на момент выплаты дивидендов признаков неплатежеспособности.

Как отмечает заявитель жалобы, по условиям договора на оказание услуг от 08.02.2016 № 21/16 Общество обязалось оплачивать оказанные индивидуальным предпринимателем ФИО5 (далее – Предприниматель) услуги не ранее 60 и не позднее 90 календарных дней с момента выставления исполнителем счета-фактуры. По мнению заявителя, суды необоснованно признали доказанным наличие у должника на момент совершения спорной сделки признаков неплатежеспособности, не проверив момент возникновения у Общества задолженности перед Предпринимателем. Вместе с тем по состоянию на даты, предшествующие перечислению дивидендов, для оплаты по договору были выставлены счета-фактуры от 31.01.2017, 28.02.2017, 31.03.2017 и 30.04.2017, то есть на момент совершения сделок у должника отсутствовали неисполненные обязательства перед Предпринимателем, так как срок их исполнения не истек; решением Арбитражного суда Республики Коми от 01.06.2020 по делу № А29-15707/2019 о взыскании задолженности по договору на оказание услуг от 08.02.2016 № 21/16 установлено, что в марте 2017 года Общество также осуществляло оплату выставленных Предпринимателем счетов. Кроме того, в период выплаты дивидендов у Общества отсутствовали признаки банкротства, предусмотренные статьей 3 Закона о банкротстве; должник не прекращал расчетов и с иными кредиторами, что свидетельствует о недоказанности причинения спорными выплатами вреда их имущественным интересам.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми от 30.09.2022 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Республики Коми определением от 08.11.2019 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «УсинскГеоНефть»; определением от 05.02.2021 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; решением от 09.06.2021 признал Общество несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство, утвердив конкурсным управляющим ФИО2

В ходе проведения процедуры конкурсного производства конкурсный управляющий ФИО2 выявил факт выплаты Обществом по платежным поручениям от 07.03.2017 № 341 и от 16.03.2017 № 402 ФИО3 дивидендов в сумме 12 000 000 рублей за 2015 год.

Посчитав выплаты ФИО3 дивидендов совершенными в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий ФИО2 оспорил законность данных сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В данном случае спорные перечисления дивидендов совершены 07.03.2017 и 16.03.2017 – в течение трех лет до принятия судом заявления о признании должника банкротом (08.11.2019), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, для признания выплаты дивидендов недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежит доказыванию совокупность таких обстоятельств, как совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, причинение в результате ее совершения такого вреда и осведомленность об этом другой стороны сделки.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что ФИО3 являлся мажоритарным учредителем (участником) ООО «УсинскГеоНефть» с долей участия в его уставном капитале в размере 76 процентов; на момент выплаты ФИО3 дивидендов у Общества имелись неисполненные денежные обязательства перед Предпринимателем, требования которого впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника; период формирования у должника перед Предпринимателем задолженности по договору на оказание услуг от 08.02.2016 № 21/16 – с марта 2017 года по апрель 2019 года.

Заключив, что на момент совершения спорной сделки Общество обладало признаками неплатежеспособности, суды, наряду с приведенными обстоятельствами, приняли во внимание выполненный временным управляющим анализ финансового состояния должника, согласно которому, начиная с 01.01.2017, ООО «УсинскГеоНефть» находилось в тяжелом финансовом положении, на достаточно низком уровне платежеспособности. Вместе с тем презумпция недостаточности у должника денежных средств ответчиком не опровергнута.

При этом заявитель кассационной жалобы ошибочно отождествляет момент возникновения у должника признаков неплатежеспособности с наличием признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, что противоречит разъяснениям, приведенным в абзаце пятом пункта 6 Постановления № 63.

Более того, Верховный Суд Российской Федерации (определения от 12.03.2019 № 05-ЭС17-11710 (4), от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861 (4), от 30.05.2019 № 305-ЭС19-924 (1,2)) неоднократно высказывал правовую позицию, в соответствии с которой недоказанность факта наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Заявитель может доказать наличие обстоятельств, которые в своей совокупности будут указывать на целенаправленные действия по выводу активов из имущественной сферы должника, то есть наличие достаточных оснований для квалификации действий сторон как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки подозрительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу положений абзаца третьего пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» на момент совершения сделок ФИО3, как мажоритарный участник ООО «УсинскГеоНефть», являлся заинтересованным (аффилированным) по отношению к должнику лицом.

Признав сделку по перечислению дивидендов ФИО3 причинившей вред имущественным правам кредиторов, суды исходили из того, что в результате такой выплаты произошло уменьшение ликвидных активов (денежных средств) Общества, за счет которых могли быть удовлетворены требования независимых кредиторов.

При таких условиях, исходя из установленной в пункте 7 Постановления № 63 презумпции, ФИО3, как заинтересованное по отношению к должнику лицо, не мог не знать о его реальном финансовом состоянии на момент выплаты дивидендов, об отсутствия у Общества активов, достаточных для погашения задолженности, включенной впоследствии в реестр требований кредиторов, и, следовательно, был осведомлен о противоправной цели сделок, выразившейся в уменьшении размера имущества (денежных средств) Общества на выплаченную сумму.

Таким образом, суды установили все юридически значимые обстоятельства для квалификации выплаты должником ФИО3 дивидендов в сумме 12 000 000 рублей в качестве сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, и для признания такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя жалобы свидетельствуют о несогласии с установленными по спору фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами обеих инстанций полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 30.09.2022 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023 по делу № А29-14217/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


Е.В. Елисеева




Судьи


С.В. Ионычева


В.П. Прыткова