Постановление от 27 января 2025 г. по делу № А13-22413/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


28 января 2025 года

Дело №

А13-22413/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Казарян К.Г., Кравченко Т.В.,

при участии  от ФИО1 представителя ФИО2  (доверенность от 10.10.2023),  от ФИО3 представителя ФИО2  (доверенность от 11.06.2024),  от ФИО4 представителя ФИО2  (доверенность от 28.05.2023),

рассмотрев 20.01.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Конфидэнс Банк» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 23.07.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2024 по делу № А13-22413/2019,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области от 10.12.2019 принято к производству заявление ФИО5 о признании общества с ограниченной ответственностью «Стандарт»,  адрес: 160000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве должника.

Решением суда от 04.03.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Конкурсный управляющий ФИО6 22.08.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО1 на основании пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника; взыскать с ФИО1 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности  по данному основанию 209 477 765 руб. 48 коп.

Заявитель также просил привлечь ФИО1, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  в связи с непередачей  конкурсному управляющему документации должника; взыскать с ФИО1, ФИО3 и ФИО4 солидарно 209 477 765 руб. 48 коп.

Определением суда первой инстанции от 23.07.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2024 определение  от 23.07.2024 оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе общество с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Конфидэнс Банк», адрес: 156013, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Банк), в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»  просит отменить определение от 23.07.2024 и постановление от 09.10.2024, направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на  несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций  фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам; полагает, что в материалах настоящего обособленного спора имеются достаточные доказательства, подтверждающие наличие у ответчиков статуса контролирующих должника лиц.

Как полагает Банк, суды первой и апелляционной инстанций ошибочно не установили наличие предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  оснований для привлечения ФИО1, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с непередачей  конкурсному управляющему документации должника; полагает, что имеются основания для привлечения ФИО1, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества за бездействие, явившееся причиной банкротства должника.

По мнению подателя жалобы, материалами настоящего обособленного спора подтверждается наличие предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

В представленном  в электронном виде отзыве ФИО1, ФИО3 и ФИО4 считают обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1, одновременно представляющий интересы ФИО3 и ФИО4, возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия  в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела,  Общество создано в результате  преобразования закрытого акционерного общества и зарегистрировано в качестве юридического лица в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 22.08.2014, основным видом его деятельности является розничная торговля скобяными изделиями, лакокрасочными материалами и стеклом в специализированных магазинах.

С 08.09.2016 по 19.02.2018 обязанности единоличного исполнительного органа Общества исполнял ФИО4, с 20.02.2018 по 09.01.2019 – ФИО1

С 10.01.2019 по  04.03.2020 обязанности единоличного исполнительного органа Общества исполняло закрытое акционерное общество «Палитра» (ОГРН <***>), которое с 06.12.2018 являлось единственным участником должника.

ЗАО «Палитра» 28.02.2020 прекратило деятельность в связи с исключением его из ЕГРЮЛ по причине наличия в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2021 по настоящему делу установлено, что внеочередным общим собранием акционеров ЗАО «Палитра» 13.09.2018 приняты решения: об освобождении ФИО7 с 24.09.2018 от занимаемой должности генерального директора ЗАО «Палитра»; о передаче полномочий единоличного исполнительного органа (генерального директора) ЗАО «Палитра» с 25.09.2018 управляющей организации, об утверждении в качестве управляющей организации общества с ограниченной ответственностью «Строй Темп» (ОГРН <***>).

Согласно приказу от 24.09.2018 № 7 полномочия генерального директора ЗАО «Палитра»  ФИО7 прекращены.

В ЕГРЮЛ  19.04.2019 внесены сведения о недостоверности записи  о ФИО7 как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени ЗАО «Палитра».

По договору купли-продажи от 26.10.2016 акции ЗАО «Палитра» в количестве 100 штук проданы бывшим акционером ФИО8 ФИО3

Ссылаясь на перечисленные обстоятельства, конкурсный управляющий полагал, что ФИО4, ФИО1 и ФИО3 являются контролирующими Общество  лицами.

Наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурный управляющий ФИО6 связывает с неисполнением ответчиком обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, которая, по мнению управляющего, возникла у ФИО1 с 28.11.2018 – даты образования  у Общества просроченной задолженности по договорам на открытие кредитной линии от 27.03.2018 № 018/2018-00-КЛ и от 30.01.2018 № 004/2018-00-КЛ, заключенным с Банком, а также по кредитному договору от 15.11.2017, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Аксонбанк».

Конкурсный управляющий ФИО6 также  полагал, что имеются предусмотренные подпунктом  2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основания для привлечения ФИО4, ФИО1 и ФИО3  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с тем, что документы Общества конкурсному управляющему не были переданы, что привело к затруднению в формировании конкурсной массы должника.

С учетом того, что согласно представленной ФИО3 справке об операциях по лицевому счету принадлежавшие ей  акции ЗАО «Палитра» проданы ею по договорам купли-продажи от 22.08.2018,  от  19.09.2018 и  с сентября 2018 года она не является акционером ЗАО «Палитра», суд первой инстанции отклонил доводы управляющего о том, что ФИО3 являлась контролирующим должника лицом.

Предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества суд первой инстанции не установил, равно как и  предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  оснований  для привлечения ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Кроме того, суд первой инстанции признал обоснованными заявления ответчиков о пропуске заявителем срока исковой давности, в связи с чем определением от 23.07.2024 отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 09.10.2024 апелляционный суд оставил определение от 23.07.2024 без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе и в  возражениях относительно указанной жалобы,  Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В обоснование требований о привлечении ФИО4, ФИО1 и ФИО3  к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества конкурсный управляющий ФИО6 сослался на то, что  перечисленные лица, контролировавшие должника, не обеспечили передачу документов Общества конкурсному управляющему, что привело к затруднению в формировании конкурсной массы должника, в связи с чем полагал, что имеются предусмотренные подпунктом  2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 данной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование доводов относительно наличия у ФИО3  статуса контролирующего Общество лица конкурсный управляющий ФИО6 сослался на то, что по договору купли-продажи от 26.10.2016 ФИО3 приобрела акции ЗАО «Палитра» в количестве 100 штук, таким образом, являлась единственным акционером ЗАО «Палитра», которое, в свою очередь, с 06.12.2018 являлось единственным участником должника.

Как установлено судом первой инстанции, по договорам купли-продажи от 22.08.2018 и  от  19.09.2018 ФИО3 продала  принадлежавшие ей  акции ЗАО «Палитра», таким образом, с сентября 2018 года она не является акционером ЗАО «Палитра».

Принимая во внимание указанное обстоятельство, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, отклонил доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО3 являлась контролирующим должника лицом.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11  Закона о банкротстве  пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Пунктом 4 статьи  61.11 Закона о банкротстве установлено, что положения подпункта 2 пункта 2 данной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно  пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Из материалов дела следует, что Общество признано несостоятельным (банкротом) решением суда от 04.03.2020.

 Как установлено судом первой инстанции, ФИО4 исполнял обязанности единоличного исполнительного органа Общества с 08.09.2016 по 19.02.2018, ФИО1 – с 20.02.2018 по 09.01.2019; с 10.01.2019 по  04.03.2020 обязанности единоличного исполнительного органа Общества исполняло ЗАО «Палитра».

Так как установленную пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность по  передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей несло ЗАО «Палитра», исполнявшее обязанности единоличного исполнительного органа Общества на дату открытия  в отношении должника конкурного производства  и утверждения конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, об отсутствии предусмотренных  подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  оснований  для привлечения ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Наличие предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурный управляющий ФИО6 связывает с неисполнением ответчиком обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, которая, по мнению управляющего, возникла у ФИО1 с 28.11.2018.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

 органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве  заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1  этой  статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве  возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с пунктом 1 данной статьи  равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016,  в  предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возникновение у ФИО1 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника  с 28.11.2018 конкурсный управляющий связывает с образованием у Общества просроченной задолженности по договорам на открытие кредитной линии от 27.03.2018 № 018/2018-00-КЛ и от 30.01.2018 № 004/2018-00-КЛ, заключенным с Банком, а также по кредитному договору от 15.11.2017, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Аксонбанк».

Как установлено судом первой инстанции, цели привлечения Обществом кредитных средств не выходили за рамки обычной хозяйственной деятельности должника, кредитные договоры заключались для пополнения оборотных средств Общества, при этом общий объем оборотов значительно превышал суммы выданных кредитов; по состоянию на 31.12.2017 активы Общества составляли 210 397 000 руб., выручка – 647 451 000 руб., чистая прибыль – 737 000 руб., при этом исполнение кредитных обязательств Общества обеспечивалось залогом.

Отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим ФИО6  требований в указанной  части, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, исходил из того, что управляющим не представлено  достаточных доказательств, позволяющих сделать вывод о  возникновении у Общества признаков объективного банкротства на указанную управляющим дату, а также доказательств, подтверждающих наличие у должника обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 59 Постановления  № 53,  предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что какой-либо из кредиторов узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к ответственности до того, как об этом объективно могли узнать иные кредиторы, по заявлению контролирующего должника лица исковая давность может быть применена к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на такого информированного кредитора.

Признавая обоснованными заявления ответчиков о пропуске  конкурсным управляющим срока исковой давности, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, исходил из того,  что  конкурсное производство в отношении Общества открыто решением суда от 04.03.2020, с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника управляющий обратился в арбитражный суд только 22.08.2023, то есть за пределами срока исковой давности.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве.

Приведенные в кассационной жалобе Банка доводы о наличии оснований для привлечения ФИО1, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества за бездействие, явившееся причиной банкротства должника, не могут быть приняты, поскольку подобные основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурным управляющим не заявлялись.

Доводы Банка  о том, что  суды первой и апелляционной инстанций ошибочно не установили наличие предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО1, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с непередачей  конкурсному управляющему документации должника, а также наличие предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Общества, также не принимаются.

Как полагает суд кассационной инстанции, указанные доводы не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, послуживших основанием для принятия обжалуемых судебных актов, а лишь выражают несогласие Банка с оценкой судами доказательств, представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Так как основания для иной оценки названных доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 23.07.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2024 по делу № А13-22413/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Конфидэнс Банк» – без удовлетворения.


Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи


К.Г. Казарян

 Т.В. Кравченко