Постановление от 9 октября 2024 г. по делу № А13-22413/2019

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-22413/2019
г. Вологда
09 октября 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2024 года.

В полном объеме постановление изготовлено 09 октября 2024 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Писаревой О.Г. и Селецкой С.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания Вирячевой Е.Е.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 10.10.2023 № 68 АА 1735903, от ФИО3 представителя ФИО2 по доверенности от 28.05.2024 № 35 АА 2113677, от ФИО4 представителя ФИО2 по доверенности от 11.06.2024 № 44 АА 0995644, конкурсного управляющего ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Костромской области апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью коммерческого банка «Конфидэнс Банк» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 23 июля 2024 года по делу № А13-22413/2019,



у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области (далее – суд) от 10.12.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Стандарт» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 160000, <...>; далее – Общество, должник) по заявлению кредитора ФИО6.

Решением суда от 04.03.2020 должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий должника 22.08.2023 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО1 на основании пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) за неподачу заявления должника о его банкротстве и взыскании с него по данному основанию 209 477 765 руб. 48 коп., а также о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО4, ФИО3 на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с непередачей документации должника и о взыскании с ФИО1, ФИО4, ФИО3 в солидарном порядке 209 477 765 руб. 48 коп.

Определением суда от 23.07.2024 конкурсному управляющему должника отказано в удовлетворении заявленных требований.

Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью коммерческого банка «Конфидэнс Банк» (далее – Банк) в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» не согласился с принятым судебным актом и обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой на указанное определение суда, просил его отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Считает, что материалами дела подтверждено наличие у ФИО1, ФИО4, ФИО3 статуса контролирующих должника лиц; доказательств исполнения возложенной на руководителя должника обязанности по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов должника не представлено; действия ответчиков по финансированию деятельности Общества за счет заемных средств недобросовестны и неразумны, не имели экономического эффекта.

Конкурсный управляющий должника поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе Банке.

Представитель ФИО1, ФИО4, ФИО3 в отзыве и в судебном заседании апелляционной инстанции возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Дела о несостоятельности (банкротстве), в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, Общество создано путем преобразования закрытого акционерного общества (далее – ЗАО) «Стандарт» и зарегистрировано в качестве юридического лица в Едином государственном реестру юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 22.08.2014, основным видом его экономической деятельности является торговля розничная скобяными изделиями, лакокрасочными материалами и стеклом в специализированных магазинах (код ОКВЭД 47.52).

Должность единоличного исполнительного органа Общества в период с 08.09.2016 по 19.02.2018 занимал ФИО3, с 20.02.2018 по 09.01.2019 – ФИО1 с 10.01.2019 до 04.03.2020 – ЗАО «Палитра» (ОГРН <***>).

Единственным учредителем должника с 06.12.2018 является ЗАО «Палитра».

ЗАО «Палитра» прекратило деятельность 28.02.2020 в связи с исключением его из ЕГРЮЛ по причине наличия в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2021 по настоящему делу установлено, что протоколом общего собрания акционеров ЗАО «Палитра» от 13.09.2018 об итогах голосования на внеочередном общем собрании акционеров ЗАО «Палитра» приняты решения: об освобождении ФИО7 с 24.09.2018 от занимаемой должности генерального директора ЗАО «Палитра»; о передаче полномочий единоличного исполнительного органа (генерального директора) ЗАО «Палитра» с 25.09.2018 управляющей организации, об утверждении в качестве управляющей организации общества с ограниченной ответственностью «Строй Темп» (ОГРН <***>).

Согласно приказу от 24.09.2018 № 7 полномочия генерального директора ФИО7 прекращены.

В отношении ФИО7, как руководителя ЗАО «Палитра», в ЕГРЮЛ с 19.04.2019 внесены сведения о недостоверности записи.

Акции ЗАО «Палитра» в количестве 100 штук проданы бывшим акционером ФИО8 покупателю ФИО4 по договору купли-продажи акций от 26.10.2016.

Учитывая данные обстоятельства, конкурсный управляющий полагает, что ФИО3, ФИО1 и ФИО4 являются контролирующими должника лицами.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Субъектом правонарушения в данном случае выступает контролирующее должника лицо.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

При этом в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должник лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) разъяснено следующее.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т. п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы (пункт 16 постановления № 53).

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

С учетом изложенного ФИО3 и ФИО1 обоснованно признаны судом контролировавшими должника лицами.

Доводы о том, что ФИО4 являлась контролирующим должника лицом, обоснованно отклонены судом первой инстанции с учетом того, что с сентября 2018 года она не является акционером ЗАО «Палитра» (согласно справке об операциях по лицевому счету принадлежавшие ФИО4 акции ЗАО «Палитра» проданы ею по договорам купли-продажи от 22.08.2018, 19.09.2018).

Таким образом, вопреки мнению апеллянта, имеющиеся в материалах дела доказательства не подтверждают доводы о том, что ФИО4 фактически являлась единоличным учредителем должника.

Судом первой инстанции также обоснованно учтены заявления ответчиков о пропуске заявителем срока исковой давности.

Статья 61.14 Закона о банкротстве предусматривает, помимо субъективного срока исковой давности, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ, применение объективного трехлетнего срока исковой давности, исчисляемого со дня признания должника банкротом (абзац первый пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 59 постановления № 53, данный срок, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Как справедливо отмечено судом первой инстанции, в рассматриваемом случае конкурсное производство в отношении должника открыто решением суда от 04.03.2020, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подано управляющим только 22.08.2023, то есть за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Уважительных причин пропуска срока, позволяющих его восстановить, заявителем не приведено.

Помимо изложенного, судом первой инстанции правомерно отклонены доводы управляющего о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Ответственность для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренная статьей 61.12 Закона о банкротстве, возникает при неисполнении руководителем организации-должника обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом в определенный законом срок.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах. Указанные обстоятельства позволяют суду сделать вывод о неочевидности для добросовестного и разумного руководителя наличия задолженности по гражданско-правовым обязательствам в указанный заявителем период.

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

При отсутствии презумпций вины контролирующего должника лица в невозможности осуществления расчетов с кредиторами, наличие состава применения субсидиарной ответственности должно доказываться при применении общих правил распределения бремени доказывания по обособленному спору, то есть, заявителем.

Таким образом, для вывода о возникновении обязанности добросовестного руководителя обратиться в суд необходимо, чтобы финансовое положение организации было настолько критическое, что восстановление его платежеспособности обычными способами – за счет доходов от предпринимательской деятельности – не представлялось возможным.

В силу статей 8, 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия и состязательности сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

На основании части 1 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, заявитель должен указать, с какой даты возникла обязанность контролирующего лица обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 АПК РФ, а также положений статьи 65 АПК РФ, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права, в том числе и на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

Отыскание доказательств в интересах участвующих в деле лиц к компетенции суда не относится.

Конкурсный управляющий связывает момент наступления у руководителя должника – ФИО1 – обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве Общества с возникновением у него задолженности по договорам на открытие кредитной линии от 27.03.2018 № 018/2018-00-КЛ, от 30.01.2018 № 004/2018-00-КЛ, заключенным с Банком, и по кредитному договору от 15.11.201, заключенному с ООО КБ «Аксонбанк».

В качестве такой даты управляющий указал период по истечении месяца с 28.11.2028.

Вместе с тем судом установлено, что цели привлечения Обществом кредитных средств не выходили за рамки обычной хозяйственной деятельности должника, кредитные договоры заключались для пополнения оборотных средств Общества, при этом общий объем товарооборота значительно превосходил суммы выданных кредитов.

Кроме того, кредитные обязательства должника были обеспечены залогом.

Так, по состоянию на 31.12.2017 активы должника составляли 210 397 тыс. руб., выручка – 647 451 тыс. руб., чистая прибыль – 737 тыс. руб. В составе активов преимущественную часть составляли запасы – 135 595 тыс. руб. и дебиторская задолженность – 69 082 тыс. руб.

При совершении любой сделки по выдаче кредита, а также сделок, обеспечивающих возврат кредита, Банк, как правило, в целях должной заботливости и осмотрительности и с тем, чтобы исключить совершение сделки, которая впоследствии может быть оспорена, должен проверять платежеспособность и надежность заемщиков, поручителей и залогодателей, с которыми совершаются денежные сделки.

Более того, и ухудшение финансового состояния юридического лица, неудовлетворительная структура баланса должника сами по себе не отнесены законодателем к обстоятельствам, из которых в силу статьи 9 Закона о банкротстве возникает обязанность руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Доказательств тому, что у ФИО1 отсутствовал разумный экономический план управления должником и осуществления расчетов с кредиторами, предпринимаемые им усилия не были направлены на достижение экономического результата, выходили за пределы обычного делового риска и были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов Общества, не представлено.

Суд обоснованно посчитал недоказанным довод о том, что подача заявления о банкротстве Общества после 28.11.2018 могла способствовать уменьшению кредиторской задолженности.

Суд первой инстанции также обоснованно отметил, что конкурсным управляющим не представлено доказательств возникновения у должника новых обязательств перед кредиторами после указанной управляющим даты – 28.11.2018.

Поскольку привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, учитывая сферу деятельности должника, принимая во внимание обстоятельства дела, суд пришел к верному выводы о недоказанности в действиях ФИО1 признаков виновного, противоправного, недобросовестного и неразумного поведения и оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 23 июля 2024 года по делу № А13-22413/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью коммерческого банка «Конфидэнс Банк» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

Т.Г. Корюкаева


Судьи

О.Г. Писарева


С.В. Селецкая