Постановление от 16 июня 2024 г. по делу № А56-95146/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


17 июня 2024 года

Дело №

А56-95146/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Зарочинцевой Е.В. и ФИО1,

при участии конкурсного управляющего ФИО2,                 ФИО3 и ее представителя ФИО4 (доверенность от 06.06.2023),

рассмотрев 03.06.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «КапиталСтрой» ФИО2 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 по делу № А56-95146/2021/сд.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.10.2021 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «ГСК» о признании общества с ограниченной ответственностью «КапиталСтрой», адрес: 195279, Санкт-Петербург, Индустриальный пр., д. 44, корп. 2, лит. А, пом. 10-Н, оф. 524, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 06.12.2021 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2.

Решением от 27.05.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в суд с заявлением о признании недействительными перечислений, совершенных Обществом в пользу ФИО3 в период с 24.07.2019 по 06.02.2020 на общую сумму 15 600 000 руб., и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу Общества обозначенной суммы.

Определением от 10.11.2023 ходатайства ФИО3 об истребовании доказательств и об отложении рассмотрения заявления оставлены без удовлетворения; с ФИО3 в конкурсную массу Общества взыскано 2 329 581 руб. в возмещение убытков; признаны недействительными платежи, совершенные должником в пользу ответчика на общую сумму 13 270 419 руб.; в порядке применения последствий недействительности сделок названная сумма взыскана с ФИО3 в конкурсную массу Общества. Кроме того, с ФИО3 в доход федерального бюджета взыскано 6000 руб. государственной пошлины.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 определение от 10.11.2023 отменено. По делу принят новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО2, ссылаясь на допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, просит постановление от 30.01.2024 отменить, направив спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции (с учетом поступившего 28.05.2024 уточнения просительной части кассационной жалобы).

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что у апелляционного суда отсутствовали основания для отмены определения суда первой инстанции и отказа в признании сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку совокупность квалифицирующих признаков для признания сделки недействительной по названному основанию в рассматриваемом случае доказана.

Податель жалобы отмечает, что оспариваемые платежи в пользу ФИО5 осуществлялись в условиях неплатежеспособности Общества; как бухгалтеру должника ФИО3 было известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности; в результате совершения платежей произошло уменьшение конкурсной массы на 15 600 000 руб.

По мнению подателя жалобы, ФИО3 не представлены доказательства того, что денежные средства снимались со счета в силу ее должностных полномочий как бухгалтера Общества и были израсходованы на нужды последнего, оправдательные расходные документы либо документы, подтверждающие внесение наличных денежных средств в кассу предприятия (приходные кассовые ордера), в материалы спора не представлены.

Податель жалобы полагает, что вывод суда апелляционной инстанции о том, что ФИО3 являлась рядовым сотрудником Общества, не подтверждается материалами дела.

По мнению подателя жалобы, то обстоятельство, что ФИО3 была активно вовлечена в хозяйственную деятельность Общества и именно ей как бухгалтеру поручалось снятие денежных средств в значительной сумме со счета Общества, равно как и то, что ФИО6 являлась бухгалтером во взаимосвязанных обществах, вела переговоры с кредиторами, актировала задолженности, позволяет говорить о доверительных отношениях с реальным руководителем Общества.

Податель жалобы отмечает номинальность ФИО7 как руководителя должника.

Вывод апелляционного суда об отсутствии доказательств осведомленности ответчика о цели причинения вреда представляется подателю жалобы необоснованным; с учетом фактического осуществления полномочий по снятию денежных средств, судами не исследовался вопрос объема должностных обязанностей ответчика.

Податель жалобы считает, что судом апелляционной инстанции не дана должная правовая оценка всем доводам и доказательствам относительно обстоятельств совершения (в том числе безвозмездности и последующего расходования) совершенных сделок.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 возражала против ее удовлетворения.

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержала кассационную жалобу, ФИО3 просила постановление от 30.01.2024 оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –               АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Судом кассационной инстанции отказано в приобщении новых доказательств, приложенных к дополнению и уточнению просительной части кассационной жалобы, поскольку на стадии кассационного производства новые доказательства не исследуются и не приобщаются к делу (статья 286 АПК РФ, абзац второй пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, при исполнении своих обязанностей конкурсный управляющий ФИО2 выявила, что в период с 24.07.2019 по 06.02.2020 с расчетного счета Общества             ФИО3 были получены денежные средства в общем размере                15 600 000 руб.

Полагая, что указанные операции по снятию наличных являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку денежные средства получены ответчиком в течение трех лет до даты возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве), в период совершения оспариваемых операций Общество отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, документов, подтверждающих расходование денежных средств на нужды должника, не представлено, в результате совершения сделок причинен вред имущественным правам кредиторов в виде уменьшения имущественных активов должника, конкурсный управляющий обратилась в суд с рассматриваемым заявлением.

Конкурсный управляющий также посчитала, что указанные сделки подлежат признанию недействительными в соответствии с общими нормами гражданского законодательства, в том числе на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

ФИО3 факт получения денежных средств в заявленной сумме не отрицала, однако, возражая против удовлетворения заявленных требований,  указала, что все полученные ею денежные средства передавались руководителю Общества, последующее использование денежных средств ответчику неизвестно.

Суд первой инстанции переквалифицировал требования по снятию                    2 329 581 руб. подотчетных средств для оплаты хозяйственных расходов в качестве убытков.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что по данным Пенсионного фонда Российской Федерации              ФИО3 состояла в трудовых отношениях с Обществом с августа            2016 года по январь 2021 года, в указанный период ответчик как лицо, уполномоченное распоряжаться денежными средствами должника, получила со счета Общества указанную сумму, доказательств возврата денежных средств на счет должника либо замещения иными материальными либо нематериальными активами в материалы дела не представила. Поскольку ответчик была уполномочена распоряжаться средствами должника в доверенной ей сумме, а также в силу ее полномочий в Обществе, на нее распространяется ответственность уполномоченного в хозяйственном обществе лица.

В части требования о признании недействительными сделок в размере        13 270 419 руб. и применении последствий недействительности суд указал, что в данном случае воля сторон была направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов, в результате совершения оспариваемых сделок выбыли денежные активы должника, в связи с чем был причинен вред имущественным правам кредиторов, что привело к невозможности удовлетворить требования кредиторов.

Довод ответчика о том, что ФИО3, передавая денежные средства руководителю должника, не была осведомлена о целях их расходования, отклонен судом первой инстанции со ссылкой на значительность полученной ответчиком суммы. При этом суд отметил, что систематическая передача денежных средств при отсутствии исполнения встречного обязательства в форме предоставления отчетности о расходовании денежных средств либо обязательств их возврата является юридически значимым действием, направленным на вывод активов из хозяйственного оборота организации.

Изложенное обусловило вывод суда первой инстанции о доказанности наличия предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемых действий недействительными сделками; суд также усмотрел в действиях ФИО3 признаки злоупотребления правом.

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции. Повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, изучив доводы сторон, апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности совокупности оснований, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168 ГК РФ, необходимой для признания оспариваемых сделок недействительными. В связи с этим апелляционный суд постановлением от 30.01.2024 определение от 10.11.2023 отменил и принял по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора).

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168          ГК РФ).

В рассматриваемом случае суды выяснили, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества возбуждено 28.10.2021, оспариваемые сделки совершены в период с 24.07.2019 по 06.02.2020, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, апелляционный суд руководствовался статьями 845, 847, 877, 878 ГК РФ, положением о Плане счетов бухгалтерского учета для кредитных организаций и порядке его применения, утвержденного Банком России 27.02.2017 № 579-П, в редакции от 18.12.2018, действовавшим на даты совершения операций, пунктом 2.3 положения Банка России от 19.06.2012 № 383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств»,  и обоснованно исходил из недоказанности как заинтересованности ФИО3 по отношению к должнику, так и ее осведомленности о неплатежеспособности должника и наличия цели причинить вред кредиторам.

По запросу суда в материалы дела представлены копии договора расчетно-кассового обслуживания от 05.05.2016, денежные чеки:

– от 12.02.2018 на сумму 1 630 501 руб., из которых 130 501 руб. на выплату зарплаты за январь 2018 года и 1 500 000 руб. на дивиденды сотрудникам;

– от 03.04.2018 на сумму 445 280,22 руб., из которых 360 081 руб. на заработную плату за 2018 год, 85 199,22 руб. – на дивиденды сотрудникам;

– от 06.04.2018 на сумму 300 000 руб. – хозяйственные расходы;

– от 22.06.2018 на сумму 329581 руб. – хозяйственные расходы;

– от 18.10.2018 на сумму 228 660 руб., в том числе 28 660 руб. на заработную плату 09.2018 и 200 000 руб. на хозяйственные расходы;

– от 24.07.2019 года на сумму 1 600 000 руб. – выдача по договору займа от 23.07.2019 № 01/2019 сотруднику, заем учредителю;

– от 01.08.2019 на сумму 2 500 000 руб. – заем учредителю по дополнительному соглашению  от 31.07.2019 № 1к договору займа от 23.07.2019 № 1/2019;

– от 05.08.2019 на сумму 500 000 руб. – хозяйственные нужды;

– от 06.08.2019 на сумму 1 000 000 руб. – хозяйственные нужды;

– от 13.08.2019 на сумму 1 500 000 руб. – заем учредителя (сотрудник);

– от 23.10.2019 на сумму 4 000 000 руб. – заем сотр.;

– от 05.02.2020 на сумму 2 000 000 руб. – выдача займа учредителю (сотруднику);

– 06.02.2020 на сумму 4 000 000 руб. – заем учредителя (сотрудник).

На вопрос апелляционной коллегии ответчик подробно пояснила, каким именно образом происходило получение наличных в банке, указав, что под эти цели ей предоставлялась машина с водителем, который отвозил ее в отделение банка, где, получив соответствующий талон, ответчик подходила к определенному окну, предъявляла сотруднику банка чековую книжку, после проверки сотрудник банка перенаправлял ее в кассу, где она получала наличные, после чего водитель отвозил ее обратно в офис организации, где она передавала полученные наличные деньги непосредственно руководителю.

Оформление каких-либо документов от руководителя не требовала, поскольку являлась рядовым сотрудником организации и не могла ответить отказом на непосредственное указание руководства.

Из пояснений конкурсного управляющего следует, что в банковской карточке подпись ответчика не удостоверялась, доказательства того, что ФИО3, являясь обычным сотрудником, имела право подписывать от имени должника распоряжения для банка и получать денежные средства со специального банковского счета должника по своему усмотрению, в материалах обособленного спора отсутствуют.

Доводы конкурсного управляющего о том, что снятые денежные средства не были переданы ответчиком Обществу на хозяйственные нужды, отклонены судом апелляционной инстанции.

Как верно отмечено судом апелляционной инстанции, отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего документов, подтверждающих оприходование денежных средств в кассу предприятия, не может быть основанием возложения ответственности на ФИО3 по сделкам должника, на которые ее уполномочил руководитель должника.

При этом, как верно отмечено апелляционным судом, в данном случае ответчик является «слабой» стороной, которая лишена возможности в полной мере подтвердить факт передачи и последующего расходования денежных средств их непосредственным получателем, при этом поведение ответчика по выполнению соответствующих указаний не является экстраординарным, также обычно и то, что рядовой сотрудник мог не подозревать о наступлении возможных неблагоприятных последствий для себя в будущем, равно как и не решиться требовать у руководства какого-либо документального подтверждения своих действий, которые выполнялись по его распоряжению.

Апелляционный суд принял во внимание также и то, что денежные средства со счета должника ответчик получала в период с 12.02.2018 по 06.02.2020, то есть фактически в течение более двух лет; сумма оспариваемых платежей за период с 24.07.2019 составила 15 600 000 руб.; в период снятия денежных средств либо в период, предшествующий процедуре банкротства, равно как и после введения первой процедуры, контролирующие должника лица не обратились в правоохранительные органы по факту хищения денежных средств в крупном размере либо с исковым заявлением в суд о взыскании неосновательного обогащения.

Доказательств обратного материалы дела не содержат.

С учетом установленных обстоятельств суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о том, что, получая денежные средства со счета должника, ФИО3 исполняла обязанности бухгалтера Общества, предусмотренные трудовым договором, ни к принятию решений о снятии наличных средств со счета Общества, ни к оприходованию и целям расходования указанных средств не имела отношения. Получателем денежных средств являлось Общество в рамках взаимоотношений с банком, регулируемых договором банковского счета между банком и владельцем счета. ФИО3 действовала в рассматриваемом случае в интересах и от имени Общества на основании оформленных руководителем должника чеков, реализуя права последнего на получение денежных средств со своего счета в банке (пункт 1 статьи 854 ГК РФ).

В данном случае для признания сделки недействительной о пороках сделки должна свидетельствовать такая совокупность косвенных доказательств, которая прямо бы указывала на наличие у ответчика умысла на совершение подобного действия либо наличие сговора между ответчиком и должником (его контролирующими лицами).

Однако такие обстоятельства ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции не установлены; конкурсный управляющий на их наличие не ссылается.

Суд кассационной инстанции не может не согласиться с выводом апелляционного суда о том, что факт получения денежных средств по чеку не может свидетельствовать о наличии права на распоряжение денежными средствами на счете, то есть возможность определять действия должника; в спорный период у должника имелись органы управления, на которые в силу закона распространяются обязанности по осуществлению контроля за хозяйственной деятельностью организации.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к мотивированному выводу о том, что ФИО3 не являлась кредитором должника и не получала от должника денежные средства в личных целях, а действовала исключительно в рамках предоставленных ей полномочий на получение денежных средств, передав денежные средства должнику (через руководителя) для использования в его хозяйственной деятельности, в связи с чем основания для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют.

Оснований для признания оспариваемых операций ничтожными в соответствии нормами Гражданского кодекса Российской Федерации апелляционный суд также не выявил.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд правомерно не усмотрел оснований для признания оспариваемых платежей недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьям 10, 168 ГК РФ.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда апелляционной инстанции, послужившие основанием для принятия обжалуемого судебного акта, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Доводы о номинальности директора ФИО7 впервые заявлены на стадии кассационного обжалования, в судах первой и апелляционной инстанций названные доводы не приводились, соответственно, не были предметом рассмотрения судов, в связи с чем в силу статьи 287 АПК РФ не могут быть предметом оценки суда кассационной инстанции.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют. Указанные доводы направлены на переоценку установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела и принятых им доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 АПК РФ и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 руб. и относится на заявителя, которому при принятии его жалобы к производству была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, поэтому последняя подлежит взысканию с Общества в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 по делу № А56-95146/2021/сд.1 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «КапиталСтрой» ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с  общества с ограниченной ответственностью «КапиталСтрой», адрес: 195279, Санкт-Петербург, Индустриальный пр., д. 44, корп. 2, лит. А, пом. 10-Н, оф. 524, ОГРН <***>, ИНН <***>, в доход федерального бюджета Российской Федерации 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.


Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи


Е.В. Зарочинцева

ФИО1