Решение от 3 июля 2024 г. по делу № А76-7674/2024

Арбитражный суд Челябинской области

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000,

www.chelarbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-7674/2024
03 июля 2024 года
г. Челябинск


Резолютивная часть решения объявлена 03 июля 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 03 июля 2024 года.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шевченко Е.О., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Сталь-Экспорт» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 27 по Челябинской области, при участии в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области, о признании недействительным решения № 4427 от 27.10.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии в судебном заседании представителей: от заявителя – ФИО1 (доверенность от 27.05.2024, диплом от 19.02.2014, паспорт РФ), от ответчика – ФИО2 (доверенность от 31.10.2023, диплом от 28.05.2008, служебное удостоверение), ФИО3 (доверенность от 02.11.2023, диплом от 20.12.2001, служебное удостоверение), от третьего лица – ФИО3 (доверенность от 19.12.2023, диплом от 20.12.2001, служебное удостоверение);

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью «Сталь-Экспорт» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «Сталь-Экспорт») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 27 по Челябинской области (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения № 4427 от 27.10.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области (далее – третье лицо, управление).

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что отказ в применении налоговых вычетов по НДС по сделкам с ООО «Аквастрой», ООО «Кварц», Мастер Логистик», ООО «Эксперт ПРО», ООО «Фронт-С», ООО «Гурион», ООО Агрокомплекс «Лазурный» по поставке товара (трубы) является необоснованным, поскольку в материалах проверки отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о наличии умысла в действиях Общества, подконтрольности и взаимозависимости между проверяемым налогоплательщиком и спорными контрагентами, а также не доказан тот факт, что сделки были совершены исключительно с целью минимизации налогов. Взаимоотношения между Обществом и указанными контрагентами имеют фактическое исполнение и надлежащее документальное подтверждение. Налоговым органом не проведены мероприятия налогового контроля по проверке сведений о транспортировке товара. Общество при заключении сделок проявило должную степени осмотрительности. Вывод налогового органа о несоответствии подписи директора ООО «Аквастрой» в договоре сделан на основании визуального сравнения подписей без проведения почерковедческой экспертизы. Такие факты как отсутствие оплаты по сделкам, пороки в оформлении документов не могут сами по себе рассматриваться в качестве основания умышленных действий налогоплательщика по созданию формального документооборота и согласованности сторон сделки на получение необоснованной налоговой выгоды. Вывод Инспекции о невозможности поставки товара в силу отсутствия у спорных контрагентов основных средств, складских помещений, производственных активов, транспортных средств не свидетельствует об отсутствии деятельности данных организаций. По расчетным счетам спорных контрагентов производились платежи. К показаниям бывших руководителей ООО «Кварц Мастер Логистик» следует отнестись критически, поскольку указанные свидетели являются лицами, заинтересованным в уклонении от ответственности. Налоговый орган не вправе оценивать экономическую целесообразность принимаемых Обществом решений.

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что по результатам камеральной налоговой проверки уточненной налоговой декларации за 2 квартал 2021 года Инспекцией сделан вывод о том, что Общество, используя формальный документооборот со спорными контрагентами, преследовало цель минимизировать свои налоговые обязательства по НДС, а не цель делового характера. Спорные контрагенты обладают всеми признаками «номинальных структур». С участием спорных контрагентов Обществом осуществлялось оформление фиктивного документооборота для целей необоснованного получения налоговой выгоды. Источник возникновения товара инспекцией не установлен. Источник возмещения НДС для Общества в бюджете не сформирован. Обязательства по сделкам не исполнялись спорными контрагентами и не передавались иным лицам по договору или закону, ввиду отсутствия их реальности.

В судебном заседании представитель налогоплательщика поддержал доводы заявления по изложенным в нем основаниям, просил заявленные требования удовлетворить.

Представители инспекции и управления в судебном заседании против доводов заявления возражали, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

Заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами участвующими в деле, инспекцией проведена камеральная налоговая проверка уточненной налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года, по результатам которой составлен акт № 10596 от 22.11.2022, проведены дополнительные мероприятия налогового контроля и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 4427 от 27.10.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в резолютивной части которого налогоплательщику предложено уплатить НДС в сумме 1 890 128 руб., штраф по п. 3 ст. 122 НК РФ (с учетом ст.ст. 112, 114 НК РФ) в сумме 189 012,80 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/000659@ от 15.02.2024, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции, налогоплательщик обратился в арбитражный суд.

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ).

Нормой п. 1 ст. 45 НК РФ установлено, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Надлежащее исполнение обязанности по уплате налога обеспечивается пенями, рассчитываемыми в соответствии со ст. 75 НК РФ.

В силу п. 1 ст. 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налогового правонарушения, предусмотренного ст. 129.3 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора).

Деяния, предусмотренные п. 1 ст. 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (п. 3 ст. 122 НК РФ).

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171 НК РФ налоговые вычеты.

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Исходя из положений гл. 21 НК РФ право на вычет НДС может быть реализовано при условии четкой идентификации реального поставщика товара (работы, услуги).

Предъявляя к вычету НДС по операциям с контрагентом, налогоплательщик должен доказать как факт реального приобретения товара (работ, услуг), так и то, что товары поставлены (работы выполнены, услуги оказаны) непосредственно тем контрагентом, который заявлен в представленных в налоговый орган документах.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг).

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик.

Избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением налогоплательщика, не совместимым с положениями ст. 3 НК РФ, поскольку приводит к возникновению у лица, обязанного к уплате налога, неоправданного преимущества по сравнению с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

Нормой п. 1 ст. 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение налоговых выгод, должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые, последствия.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 3 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

О необоснованной налоговой выгоде могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами выводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида работ также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился и не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (п. 5 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п. 9 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком (п. 4 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О, от 04.11.2004 № 324-О, от 16.11.2006 № 467-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

При обнаружении признаков фиктивности сделок, направленности их на уход от налогов, необходимо выявлять, нет ли в поведении налогоплательщика признаков недобросовестного поведения. Внешним признаком такого поведения может служить, в частности, причинно-следственная зависимость между бездействием поставщика, не уплатившего НДС в бюджет, и требованиями налогоплательщика о возмещении из бюджета средств НДС. Таким образом, НДС от организаций-поставщиков не поступает в федеральный бюджет, а покупатель же требует зачесть НДС, фактически отсутствующий в бюджете.

Соответственно, помимо формальных требований, установленных ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции: совершение и исполнение сделки конкретным контрагентом (содержательный аспект сделки) и отражение сделки в соответствии с подлинным экономическом смыслом хозяйственной операции, учет которой обусловливает получение налоговой выгоды.

Таким образом, реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением товара (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017 № 302-КГ17-19438 и от 14.12.2017 № 304-КГ17-18401, анализ положений гл. 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм налога на добавленную стоимость, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), возлагается на налогоплательщика. У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить реальность хозяйственных операций с конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода.

Основанием для вынесения оспоренного решения послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам поставки товара, при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок, сопровождающихся недостоверностью ведения учета, отсутствием оплаты по сделкам и обналичиванием денежных средств.

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что Общество в книге покупок (раздел №8) налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года включило в состав налоговых вычетов НДС в сумме 1 890 128,0 руб. по счетам-фактурам, оформленным от имени ООО «Аквастрой» (НДС – 854 726,0 руб.), ООО «Кварц Мастер Логистик» (НДС – 493 860,0 руб.), ООО «Эксперт ПРО» (НДС - 208 947,0 руб.), ООО «Фронт-С» (НДС - 133,333 руб.), ООО «Гурион» (НДС - 115 701,0 руб.), ООО Агрокомплекс «Лазурный» (НДС - 83 561,0 руб.).

В подтверждение правомерности применения налоговых вычетов по сделкам со спорными контрагентами налогоплательщиком представлены: УПД (статус 1- счета-фактуры по всем спорным контрагентам), договор купли-продажи от 27.05.2021 (только по ООО «Аквастрой»), платежные поручения, документы по дальнейшей реализации спорного товара, приобретенного у ООО «Аквастрой» (ТТН, счета-фактуры, накладные (экспедиторские расписки), доверенности), карточка счета 60 за 2 кв. 2021 года по контрагенту ООО «Аквастрой», выписка из ЕГРЮЛ по контрагенту ООО «Аквастрой».

ООО Агрокомплекс «Лазурный» по взаимоотношениям с Обществом представлен договор поставки от 14.05.2021, УПД (статус 1 - счет-фактура), ООО «Кварц Мастер Логистик» представлены счета-фактуры.

Договоры по сделкам ООО «Кварц Мастер Логистик», ООО «Эксперт ПРО», ООО «Фронт-С», ООО «Гурион» не представлены.

ООО «Аквастрой», ООО «Эксперт ПРО», ООО «Фронт-С», ООО «Гурион» документы по сделкам с Обществом не представлены.

По условиям договора купли-продажи от 27.05.2021 (продавец ООО «Аквастрой») обязуется передать покупателю (ООО «Сталь-Экспорт») металлопрокат в количестве и ассортименте, согласно Приложению №1 к договору. Передача товара производится согласно товарной накладной, подписываемой представителями обеих сторон. Одновременно с передачей товара продавец обязуется передать покупателю всю необходимую документацию на товар. Цена товара указывается в сопроводительных документах, на каждую поставку согласно спецификации. Товар передаётся покупателю на условиях рассрочки платежа (3 месяца).

Условиями договора поставки от 14.05.2021 (поставщик ООО Агрокомплекс «Лазурный») предусмотрено, что поставщик обязан поставить товар, ассортимент, количество и цена единицы которого отражаются в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора. На каждую партию товара составляется отдельная спецификация на основании отгрузочных разнарядок (заявок) покупателя. В спецификациях к договору поставки так же отражаются сроки и условия доставки, а так же условия оплаты поставляемого товара. Качество поставляемого товара должно соответствовать требованиям, указанным в сертификатах соответствия и других документах, определяющих качество товара.

Из анализа УПД (статус 1-счет-фактура), представленных Обществом, установлено, что в адрес ООО «Сталь-Экспорт» спорными контрагентами поставлялись трубы.

Расчеты по сделкам с ООО «Аквастрой», ООО «Кварц Мастер Логистик» не производились.

В ходе проверки Инспекцией сделан вывод об умышленном создании Обществом схемы формального документооборота со спорными контрагентами, которые фактически не осуществляли поставку товара, c целью создания видимости хозяйственных операций для неправомерного применения вычетов НДС.

По результатам камеральной налоговой проверки Инспекцией выявлены следующие признаки отсутствия реальной финансово-хозяйственной деятельности спорных контрагентов:

- информация о наличии у спорных контрагентов имущества, транспорта, персонала, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности, в налоговых органах отсутствует;

- по расчетным счетам спорных контрагентов не установлены платежи на ведение реальной финансово-хозяйственной деятельности (отсутствие платежей за коммунальные услуги, заработную плату, на хознужды, за оказание услуг по ведению программных комплексов, бухгалтерского учета, аренду складов (перечисления производились в отдельных периодах только за аренду офисов), командировочные расходы);

- виды деятельности ООО «Гурион» (торговля оптовая автомобильными деталями, узлами и принадлежностями, кроме деятельности агентов), ООО «Кварц Мастер Логистик» (деятельность автомобильного грузового транспорта), ООО «Фронт-С» (деятельность по общей уборке зданий) не соответствуют видам деятельности, отраженным в документах по сделкам с ООО «Сталь-Экспорт»;

ООО «Гурион», ООО «Эксперт ПРО» зарегистрированы в качестве юридических лиц (04.03.2021 и 03.02.2021, соответственно), то есть незадолго до заключения сделок (27.04.2021 и 09.06.2021, соответственно) с ООО «Сталь-Экспорт»;

- налоговые декларации представлялись спорными контрагентами с минимальными суммами налогов, подлежащих уплате в бюджет (удельный вес налоговых вычетов составляет 97-100%). Налоговые декларации по НДС представлены с нулевыми показателями: ООО Агрокомплекс «Лазурный» за 1-4 кварталы 2020 года, 4 квартал 2021 года, 1, 2 кварталы 2022 года, ООО «Гурион» - за 2, 3 кварталы 2022 года, ООО «Фронт-С» - за 2, 3 кварталы 2020 года, 4 квартал 2021 года, 1, 2 кварталы 2022 года, ООО «Эксперт ПРО» - за 1, 2 кварталы 2022 года;

- сделки с ООО «Аквастрой», ООО Агрокомплекс «Лазурный», ООО «Гурион», ООО «Фронт-С» являлись разовыми. Сделки с ООО «Кварц Мастер Логистик» отражены Обществом в налоговых декларациях по НДС за 3, 4 кварталы 2020 года,1, 2 кварталы 2021 года, при этом, ООО «Кварц Мастер Логистик» сделки с ООО «Сталь-Экспорт» в разделе 9 (книга продаж) налоговых деклараций по НДС за 3, 4 кварталы 2020 года, 1 квартал 2021 года не отражены, налоговые декларации по НДС за 2 квартал 2021 года (первичная, уточненные №1, №2) аннулированы,

- допрошенный в качестве свидетеля руководитель ООО «Кварц Мастер Логистик» ФИО4 указал, что не знает, где и кем зарегистрирована данная организация, деятельность от имени ООО «Кварц Мастер Логистик» не осуществлял,налоговую отчетность и иные документы не подписывал;

- спорные контрагенты исключены из ЕГРЮЛ: ООО Агрокомплекс «Лазурный» - 31.01.2023; ООО «Кварц Мастер Логистик» - 16.12.2022, ООО «Фронт-С» - 16.11.2022, в отношении ООО «Гурион» 05.04.2022 в ЕГРЮЛ внесена запись онедостоверности юридического адреса, в отношении ООО «Эксперт ПРО» в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности юридического адреса (22.09.2022) и учредителя/руководителя (20.04.2023);

- при анализе книг покупок спорных контрагентов установлено, что в состав налоговых вычетов включены суммы по сделкам, которые в дальнейшем не были подтверждены контрагентами последующей очереди (документы по сделкам непредставлены). Контрагенты последующих очередей по цепочке имеют признаки «номинальных» организаций (зарегистрированы незадолго до спорных сделок, регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесены записи о недостоверности);

- по результатам анализа товарных и денежных потоков спорных контрагентов и контрагентов последующих звеньев по цепочке взаимоотношений не установлен закуп товара, по документам поставленного в адрес Общества; установлено несоответствие товарного и денежного потоков (в книгах покупок спорных контрагентов отражены контрагенты по цепочке, в адрес которых отсутствуют расчеты по сделкам, контрагенты имеют признаки «номинальных организаций», установлены расхождения вида «разрыв» на 2-3 звеньях), что свидетельствует об отсутствии сформированного источника для применения налоговых вычетов по НДС;

- из анализа движения денежных средств по цепочке от проверяемого налогоплательщика и дальнейших контрагентов установлено, что денежные средства, перечисленные Обществом в адрес спорных контрагентов, в дальнейшем перечисляются в адрес организаций, имеющих признаки «номинальных», транзитных, и выводятся в наличный оборот (обналичиваются), а также направлены на покупку валюты, которой произведена оплата товаров, приобретенных у иностранных контрагентов (осветительное оборудование, одежда и текстильные изделия).

Также инспекцией установлено наличие признаков формальности спорных хозяйственных операций:

- Обществом в уточненной налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года (корректировка №6) в разделе 8 (книга покупок) счета-фактуры проблемного контрагента ООО «Эверест» исключены и заменены на счета-фактуры ООО «Аквастрой», при этом номера, даты, суммовые выражения счетов-фактур не изменились;

- в ходе сравнительно анализа показателей деклараций по НДС за 2 квартал 2021 года, представленных ООО «Аквастрой», установлено, что реализация в адрес Общества отражена только в уточненной налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года (корректировка №1), представленной 06.03.2022;

- Обществом и спорными контрагентами на проверку по требованиям Инспекции в рамках статей 93, 93.1 НК РФ не представлены: документы, предусмотренные договором купли - продажи от 27.05.2021 (продавец – ООО «Аквастрой»), договором поставки от 14.05.2021 (поставщик – ООО Агрокомплекс «Лазурный»): приложения к договору №1, в котором отражается товар, его количество, товарные накладные, спецификации, отгрузочные разнарядки (заявки);

- представленные договоры от 27.05.2021, от 14.05.2021 не отражают ни конкретное наименование поставляемого товара, ни его количество и цену, ни условий доставки, ни способа доставки;

- подписи, выполненные ФИО5 (являлась руководителем и учредителем ООО «Аквастрой» с 02.10.2020 по 03.05.2023) в документах, представленных Обществом и контрагентом на проверку, визуально значительно отличаются отподписей, выполненных ФИО5 в документах, содержащихся в регистрационном деле ООО «Аквастрой»;

- оплата от ООО «Сталь-Экспорт» в адрес поставщиков ООО «Аквастрой» (5 128 356,0 руб.), ООО «Кварц Мастер Логистик» (2 963 162,0 руб.) не произведена.При этом действия по взысканию с Общества задолженности спорными контрагентами не осуществлялись, что в совокупности с иными обстоятельствами свидетельствует об осведомленности налогоплательщика о «техническом» характере деятельности спорных контрагентов.

- Общество не представило доказательств, свидетельствующих о ведении деловых переговоров, принятии мер по установлению и проверке деловой репутации спорных контрагентов, не привело доводов в обоснование выбора контрагентов с учетом того, что по условиям делового оборота при осуществлении данного выбора оцениваются деловая репутация и платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагентов необходимых ресурсов (квалифицированного персонала) и опыта.

По результатам налоговой проверки инспекцией установлена нереальность поставки товара спорными контрагентами.

Налогоплательщиком по требованию налогового органа не представлены регистры бухгалтерского учета, свидетельствующие о наличии остатков, оприходовании и списании спорного товара, а также документы, подтверждающие наличие спорного товара на складах, в связи с чем не представляется возможным составление товарного баланса.

Представленная ООО «Сталь-Экспорт» с возражениями оборотно-сальдовая ведомость по счету 41.01 за 2 квартал 2021 года не подтверждает факт наличия, оприходования и списания спорного товара, приобретение которого оформлено от имени ООО «Аквастрой», ООО «Кварц», Мастер Логистик», ООО «Эксперт ПРО», ООО «Фронт-С», ООО «Гурион», ООО Агрокомплекс «Лазурный», а также приобретение аналогичного товара у иных поставщиков, поскольку содержит данные по товару только четырех номенклатур - Труба 159х6, 25х5, 32х3, 42х7.

В частности, приобретение товара «Труба 20х2», «Труба 25х2» в оборотно-сальдовой ведомости по счету 41.01 за 2 квартал 2021 года не отражено, на начало периода сальдо по товару данной номенклатуры отсутствует, при этом товар этой номенклатуры, по документам приобретенный у спорных контрагентов, реализован в адрес покупателей Общества.

В оборотно-сальдовой ведомости по счету 41.01 за 2 квартал 2021 года отражено приобретение товара (труба 32х3) в количестве 2,462 тн, тогда как согласно документам, полученным в рамках камеральной налоговой проверки, у спорных контрагентов приобретено 2,976 тн.

Инспекцией установлено несоответствие данных, отраженных ООО «Фронт-С» в разделе 9 (книга продаж) налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года, и данных, отраженных Обществом в разделе 8 (книга покупок) уточненной налоговойдекларации по НДС за 2 квартал 2021 года (корректировка №6), а именно:

- в разделе 9 (книга продаж) налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года, представленной ООО «Фронт-С» 26.07.2021, отражена реализация в адрес Общества на общую сумму 800 000 руб. (в т.ч. НДС - 133 333,33 руб.) посчетам-фактурам:

- от 26.04.2021 №260421/1/1 на сумму 225 950 руб. (в т.ч. НДС - 37 658,33 руб.);

- от 03.06.221 № 30621/1/1 на сумму 400 000 руб. (в т.ч. НДС - 66 666,67 руб.);

- от 24.06.2021 № 260421/2/1 на сумму 174 050 руб. (в т.ч. НДС - 29 008,33 руб.), тогда как ООО «Сталь-Экспорт» в разделе 8 (книг покупок) уточненной налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года (корректировка №6), представленной 08.08.2022, к вычету заявлена сумма НДС в размере 133 333,34 руб. по следующим счетам-фактурам, полученным от ООО «Фронт-С»:

- от 12.04.2021 №260421/1/1 на сумму 400 000 руб. (в т.ч. НДС - 66 666,67 руб.);

- от 04.06.2021 №30621/1/1 на сумму 400 000 руб. (в т.ч. НДС - 66 666,67 руб.), согласно которым налогоплательщиком приобретены металлоизделия (трубы, лист, фланец) в количестве 0,907 тн и 0,831 тн, соответственно.

При этом ООО «Сталь-Экспорт» по взаимоотношениям с ООО «Фронт-С представлены только УПД (статус 1- счет-фактура), иные документы (пояснения) по требованию от 11.04.2022 № 10-24/опа/9873 не представлены.

Обществом и спорными контрагентами не представлены документы по транспортировке товара (товарно-транспортные накладные, транспортные накладные, путевые листы), а также информация об условиях и способах транспортировкиприобретенных товаров.

С учетом установленных проверкой обстоятельств, налоговым органом сделан вывод о том, что спорные контрагенты не поставляли и не могли поставить товар в адрес Общества.

Обществом создан формальный документооборот с целью минимизации налоговых обязательств и получения необоснованной налоговой экономии по НДС.

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды.

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что:

- спорные контрагенты, заявляемые налогоплательщиком в качестве исполнителей сделок (поставки товара) не имели реальной возможности их осуществления, поскольку обладают всеми признаками «номинальных» структур (с учетом отсутствия у организаций материальных активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления реальной предпринимательской деятельности, складских помещений для хранения значительного количества специфического товара, отсутствия доказательств использования привлеченных ресурсов, представления налоговой отчетности в налоговые органы с «минимальными» показателями либо непредставления вовсе),

- ряд спорных контрагентов зарегистрирован незадолго до оформления сделок,

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств, у которого отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей исполнения сделок,

- инспекцией не установлен источник происхождения товара и у спорных контрагентов отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей поставки товара для его последующей реализации налогоплательщику,

- отсутствует источник возмещения НДС из бюджета,

- имела место «закольцованность» товарных и денежных потоков у спорных контрагентов, а также их несоответствие заявленным налогоплательщиком операциям,

- в подавляющем большинстве отсутствовала оплата по сделкам налогоплательщиком в адрес спорных контрагентов, при отсутствии совершения последними каких-либо действий по получению либо взысканию задолженности на протяжении значительного временного периода,

- имел место нетипичный характер хозяйственной деятельности налогоплательщика со спорными контрагентами по отношению к иным контрагентам налогоплательщика (усеченный перечень документов и отсутствие оплаты по сделкам по спорным контрагентам, надлежащий пакет документов и наличие оплаты по реальным контрагентам налогоплательщика),

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки формально участвовавших посредников,

- использовалась схема движения денежных средств, свидетельствующая о транзитном движении денежных средств с их последующим обналичиванием.

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что ни один из заявленных контрагентов не имел реальной возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельствами, соответственно представленные налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения относительно взаимоотношений со спорными контрагентами.

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, единственной целью налогоплательщика при фиктивном документальном оформлении отношений со спорными контрагентами являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного получения вычетов по НДС.

Документооборот в отсутствие расчетов между участниками сделок, а также наличия расчетов с учетом фактов обналичивания денежных средств, носит формальный характер и направлен не на ведение реальной хозяйственной деятельности, а исключительно на создание видимости хозяйственных операций, где контрагенты являются «транзитными» организациями, а не реальными хозяйствующими субъектами гражданского оборота.

В данном случае, значительная часть денежных средств не выбывала из обладания налогоплательщика, поскольку оплата по сделкам производилась лишь частично (в ряде случаев не производилась полностью). При этом, спорными контрагентами на протяжении значительного временного периода не предпринимались какие-либо действия, направленные на получение либо взыскание задолженности, что с учетом обычаев делового оборота, не отвечает целям ведения предпринимательской деятельности.

Ссылка налогоплательщика на блокировку расчетного счета и направление письма спорному контрагенту об обратном не свидетельствует.

Довод налогоплательщика о возможности проведения частичной оплаты подписанием договоров уступки и перевода долга, оформлением зачетов, не принимается, поскольку наличие требований к стороне сделки, обуславливающих возможность их уступки первоначальной стороной, равно как и наличие встречных однородных требований к стороне сделки, обуславливающих возможность зачета требований первоначальной стороной, подтверждается соответствующими документами возникновения юридических и фактических оснований таких требований. В данном случае, инспекцией установлено отсутствие в спорных сделках признака реальности, отсутствие документальных доказательств наличия требований для возможности их уступки либо зачета, создание налогоплательщиком формального документооборота лишь для создания видимости реальных хозяйственных операций и прикрытия иной деятельности, что в своей совокупности и взаимной связи исключает возникновение оснований для осуществления оплаты заявленными налогоплательщиком способами для целей рассмотрения налоговых правоотношений.

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем спорных контрагентов стоял вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

О правомерности позиции инспекции также свидетельствует и установленные налоговой проверкой обстоятельства того, что налогоплательщиком, после получения в ходе налоговой проверки от инспекции требования о предоставлении пояснений по факту неправомерности заявленных вычетов по НДС, в своей налоговой отчетности и налоговых регистрах производилась замена данных относительно спорных контрагентов без изменения количества счетов-фактур, их дат и сумм.

Изложенное, в совокупности с умышленным созданием налогоплательщиком формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Действия, связанные с искусственным введением в систему договорных отношений спорных контрагентов, не обусловлены разумными экономическими причинами и фактически лишь имитируют, посредством умышленного создания формального документооборота, хозяйственные операции.

При этом, инспекцией не только приведены внешние характеристики спорных контрагентов, указывающие на сомнения в ведении ими реальной предпринимательской деятельности, но и подтверждена совокупностью собранных в ходе налоговой проверки доказательств противоречивость представленных налогоплательщиком документов с очевидностью этого для него, сопровождающаяся активным участием налогоплательщика в умышленном создании формального документооборота исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата налога явилась следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика с заявленным контрагентом, а также о том, что спорный контрагент умышленно включен налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от имени спорных контрагентов, отражающих несуществующие хозяйственные операции.

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которыми не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на незаконную минимизацию налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.

Соответственно, довод налогоплательщика об отсутствии умысла и его вины в совершении налогового правонарушения не принимается.

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом.

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.

Если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций (п. 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком (п. 4 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

В данном случае, поскольку в отношении спорных контрагентов налогоплательщиком умышленно создан формальный документооборот, не сопровождающийся реальным исполнением и налогоплательщик не получил какого-либо предоставления по сделкам, оформленным от имени спорных контрагентов, не осуществляющих реальной экономической деятельности, следует заключить об отсутствии у заявленных хозяйственных операций признака реальности.

Соответственно, произвольного завышения сумм налоговых платежей, начисленных по результатам проверки, инспекцией не допущено.

Довод налогоплательщика о том, что в отношении одного из спорных контрагентов факт перевозки товара подтвержден, не может быть принят судом во внимание, ввиду доказанности инспекцией вывода о создании налогоплательщиком формального документооборота исключительно в целях получения необоснованной налоговой выгоды при отсутствии у заявленных хозяйственных операций признака реальности.

Ссылки налогоплательщика на отдельные факты, свидетельствующие, по его мнению, о реальной хозяйственной деятельности спорных контрагентов (как то незначительные перечисления денежных средств) подлежат отклонению, поскольку указанные факты носят единичный и непродолжительный характер, не соотносятся с заявленными хозяйственными операциями, осуществлены лишь для создания видимости реальной деятельности, что, как правило, свидетельствует об использовании реквизитов и расчетных счетов таких организаций для обналичивания денежных средств.

Несомненно, как указано налогоплательщиком, в налоговых правоотношениях действует презумпция добросовестности налогоплательщика, однако данная презумпция инспекцией опровергнута совокупностью установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, оцененных в их тесной взаимосвязи.

Ссылка налогоплательщика на то, что инспекция не вправе оценивать экономическую целесообразность принимаемых хозяйствующими субъектами решений не принимается, поскольку это имеет правовое значение лишь в том случае, если по результатам налоговой проверки не установлены обстоятельства, свидетельствующие о необоснованности получения налоговой выгоды.

В обратном случае, инспекция вправе оценивать действия налогоплательщика, в том числе, и на предмет наличия разумных экономических причин и намерений получить реальный экономический эффект в результате реальной предпринимательской деятельности, как правомочная при таких обстоятельствах оценивать обоснованность получения налоговой выгоды.

Кроме того, поведение участника налоговых правоотношений при реализации им своих прав в сфере предпринимательской деятельности, должно быть добросовестным, а оценка такого поведения предполагает изучение его действий, обстоятельств взаимоотношений с иными хозяйствующими субъектами в совокупности.

Таким образом, не умаляя права на вступление в правоотношения с иными лицами, инспекцией оценены установленные налоговой проверкой обстоятельства в их совокупности и тесной взаимосвязи, правомерно сделав вывод о создании налогоплательщиком формального документооборота для придания видимости реальности хозяйственных операций исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика о формальном характере проведенной налоговой проверки и об избирательном подходе инспекции к оценке собранных доказательств представляются несостоятельными и указанных выше выводов инспекции, основанных на всей совокупности добытых в ходе налоговой проверки доказательств, не опровергают.

Изложенное равным образом относится и к доводу налогоплательщика об отсутствии проведения инспекцией почерковедческой экспертизы подписей в первичных документах.

Не принимается ссылка налогоплательщика об отсутствии возможности нести ответственность за своих контрагентов на всех стадиях уплаты налога в бюджет, поскольку именно налогоплательщиком заявлены сделки со спорными контрагентами, а потому негативные последствия в этой части не могут быть переложены на бюджет РФ.

При этом, именно налогоплательщик, вступая в подобные хозяйственные отношения, несет определенный риск не только по исполнению гражданско-правовых договоров, но и в рамках налоговых правоотношений, поскольку в силу требований налогового законодательства он лишается возможности провести налоговые вычеты либо уменьшить налогооблагаемую прибыль ввиду отсутствия надлежаще оформленных первичных документов, подтверждающих реальные хозяйственные операции.

Также отклоняется довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ требования, поскольку само по себе оформление операций со спорными контрагентами в учете налогоплательщика не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью.

В целом возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом, налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства, свидетельствующие об отсутствии хозяйственных операций со спорным контрагентом, признака реальности и об участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Отсутствие совокупности условий для признания оспоренного решения инспекции недействительным исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным оспоренного решения инспекции у арбитражного суда не имеется.

Согласно ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, к которым в соответствии со ст. 101 АПК РФ относится государственная пошлина, разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные расходы по оплате государственной пошлины в силу ст.ст. 101, 110, 112 АПК РФ относятся на налогоплательщика.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.


Судья А.П. Свечников