Решение от 24 января 2020 г. по делу № А29-7664/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А29-7664/2019
24 января 2020 года
г. Сыктывкар


Резолютивная часть решения объявлена 20 января 2020 года, полный текст решения изготовлен 24 января 2020 года

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Василевской Ж.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Биоэнергетическая компания» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Сыктывкару (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о признании недействительным решения,

при участии:

от заявителя: ФИО2 – по доверенности от 22.10.2019 № 1-Д (до и после перерыва);

от ответчика: ФИО3 – по доверенности от 26.04.2019 № 04-05/27 (до и после перерыва), ФИО4 – по доверенности от 07.08.2019 № 04-05/39 (до и после перерыва), ФИО5 – по доверенности от 09.12.2019 № 01-05/71 (до и после перерыва),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Биоэнергетическая компания» (далее – ООО «Биоэнергетическая компания», ООО «БК», Общество, заявитель, налогоплательщик) обратилось с заявлением о признании недействительным решения ИФНС России по г.Сыктывкару (далее – Инспекция, налоговый орган) от 05.03.2019 №16-11/5 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Представитель ООО «Биоэнергетическая компания» в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме. Доводы подробно изложены в заявлении и дополнениях к заявлению (т.1 л.д.35-37, т.13 л.д.120-128, 202).

Представители ИФНС России по г.Сыктывкару требования не признают, возражения по существу изложены в отзыве и дополнениях к нему (т. 1 л.д. 170-177, т.13 л.д. 174-198, т. 14 л.д. 1-3, т. 15 л.д. 1-10, 105-112) и поддержаны представителями в судебном заседании.

В судебном заседании объявлялся перерыв до 15 час. 30 мин. 20 января 2020 года.

Исследовав материалы дела в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Инспекцией ФНС России по г.Сыктывкару проведена выездная налоговая проверка ООО «Биоэнергетическая компания» по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (перечисления) в бюджет налога на имущество организаций за период с 01.01.2016 по 31.12.2016.

По результатам проверки составлен акт от 29.12.2018 №16-11/14 и вынесено решение от 05.03.2019 №16-11/5 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения (т.3 л.д. 1-79, т.2 л.д. 1-82).

Согласно решению Инспекции ООО «Биоэнергетическая компания» дополнительно предъявлен к уплате налог на имущество организаций за 2016 год в размере 19 446 700 руб., пени по налогу на имущество организаций в размере 4890927,33 руб., штраф по налогу на имущество организаций в размере 486 168 руб.

Решением УФНС России по Республике Коми от 15.05.2019 №75-А в удовлетворении апелляционной жалобы Общества отказано, решение Инспекции оставлено без изменения (т. 1 л.д. 146-171).

Не согласившись с решением Инспекции от 05.03.2019 №16-11/5, ООО «Биоэнергетическая компания» обратилось в суд с заявлением о признании его недействительным. Общество считает необоснованной квалификацию инспекцией имущества заявителя в качестве недвижимого, с учетом позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 12.07.2019 №307-ЭС19-5241, спорное имущество Общества является движимым имуществом и налогоплательщик имеет право на льготу по указанному налогу в отношении спорного имущества. Кроме того, общество считает, что в рассматриваемом случае имеет место не уточнение позиции налогового органа с учетом изменения судебной практики, а устранение недостатков налоговой проверки, Общество лишено возможности сформировать позицию по новым доводам Инспекции.

Инспекция, возражая против предъявленных требований, указывает, что решение инспекции вынесено с учетом результатов предыдущей налоговой проверки, по результатам которой имущество Общества квалифицировано как недвижимое (единый недвижимый комплекс), и выводы налогового органа поддержаны судебными актами по делу №А29-4430/2018. С учетом позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 12.07.2019 №307-ЭС19-5241, инспекция считает, что спорное имущество относится к зданию, поскольку обслуживает здание электростанции, либо при разделении объектов спорное имущество квалифицируется как самостоятельные объекты недвижимого имущества здания (главного корпуса и участка сушки) и сооружение «Тепловая электростанция», и иные сооружения, предусмотренные классификатором основных средств.

По мнению Инспекции, основным критерием для признания «Тепловая электростанции» недвижимым имуществом является документально подтвержденный факт возведения ее именно как объекта недвижимости в установленном законом и иными нормативными актами порядке на земельном участке, предоставленном для строительства объекта недвижимости, с получением разрешительной документации с соблюдением градостроительных норм и правил. Анализ представленных в ходе проверки документов позволил сделать вывод о том, что объект недвижимости, состоящий из комплекса объектов, объединен единым производственным назначением и технологическим режимом работы, возведен по единому проекту на специально отведенном земельном участке, обладает отличительным признаком объектов недвижимого имущества, которым является их неразрывная связь с землей и невозможность перемещения без нанесения несоразмерного ущерба назначению.

Суд считает, что требования заявителя подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Из оспариваемого решения Инспекции следует, что Общество в нарушение пункта 1 статьи 374, пункта 1 статьи 375, пункта 4 статьи 376, пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 383, пункта 25 статьи 381 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ), пункта 6 Положения по бухгалтерскому учету «Учет основных средств» ПБУ 6/01, занизило налоговую базу по налогу на имущество организаций за 2016 год на сумму 883 940 889 руб. в связи с неполным включением в налоговую базу объектов основных средств в результате квалификации их в качестве движимого имущества и неправомерного применения по ним льготы.

Перечень объектов, которые Общество отнесло к движимому имуществу и по которым применило льготу по коду 2010257 (движимое имущество), приведен на стр.11-12 обжалуемого решения налогового органа, представлен в пояснениях Общества по выездной налоговой проверке от 26.10.2018 на требование инспекции №16-35/1 от 02.10.2018 (т. 2 л.д. 1-82, т.4 л.д. 54-58).

Налоговым органом по результатам проверки признано неправомерным отнесение Обществом к движимому имуществу следующих объектов: тепловая электростанция (входящие в нее основные средства - внутренние кабельные сети (система электроснабжения тепловой электростанции), градирня, ДГУ, дробилка с установленным вибростолом и транспортером, дымовая труба, ленточная сушилка, ленточный конвейер, оборудование участка промежуточного хранения и подачи топлива, разгрузочный конвейер, система управления ТЭС, энергоблок) общей первоначальной стоимостью 932 169 036,03 руб., система кондиционирования главного корпуса стоимостью 746 170,41 руб., общеплощадочные сооружения общей первоначальной стоимостью 63 208 440.95руб. (внутриплощадочные и технологические дороги и проезды, тротуар, проезд из железобетонных плит, канализация бытовая К-1, канализация ливневая К-2, канализация напорная КН-1, сети водоснабжения наружные, канализационно-насосная станция, очистные сооружения, площадка с бетонным покрытием за зданием и перед зданием Главного корпуса, сети 0,4кВ, сети наружного освещения), котел водогрейный стоимостью 1412460,82 руб., бак аварийного слива стоимостью 590957,43 руб., а также поставленные на учет в 2016 году - пожарный проезд первоначальной стоимостью 799 235,60 руб., площадка под мусорные контейнеры и контейнеры золы первоначальной стоимостью 143 914,40 рублей (стр. 16 решения инспекции).

Инспекцией по итогам выездной налоговой проверки сделан вывод, что объект «Тепловая электростанция» в целом является недвижимым имуществом и разделение его на здание и отдельное самостоятельное оборудование необоснованно, объект является единым недвижимым комплексом. Признавая необоснованным отнесение Обществом спорных основных средств к движимому имуществу инспекция учитывала выводы предыдущей налоговой проверки, поддержанные судебными актами по делу №А29-4430/2018. Налоговый орган сослался на позицию Верховного Суда РФ от 27.09.2018 №305-КГ18-7133, согласно которой налоговые органы не могут осуществлять противоположных оценок одной и той же деятельности в итоговых решениях по материалам различных налоговых проверок.

Суд считает, что предметом рассматриваемого спора является решение налогового органа № 16-11/5 от 05.03.2019 по результатам проверки правильности уплаты налога на имущество налогоплательщиком за 2016 год, за другой налоговый период, нежели при рассмотрении дела А29-4430/2018, при рассмотрении настоящего спора судом оцениваются иные доводы и доказательства, представленные сторонами, и при рассмотрении спора следует применять правовые позиции, изложенные в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2019 по делу 307-ЭС19-5241 (дело А05-879/2018).

В соответствии с пунктом 1 статьи 374 НК РФ объектами налогообложения для российских организаций признается движимое и недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено статьями 378 и 378.1 НК РФ.

Согласно подпункту 25 статьи 381 НК РФ (в редакции, действовавшей в спорный период) освобождаются от налогообложения организации - в отношении движимого имущества, принятого с 1 января 2013 года на учет в качестве основных средств, за исключением следующих объектов движимого имущества, принятых на учет в результате реорганизации или ликвидации юридических лиц; передачи, включая приобретение, имущества между лицами, признаваемыми в соответствии с положениями пункта 2 статьи 105.1 НК РФ взаимозависимыми.

Правила формирования в бухгалтерском учете информации об основных средствах организации установлены Положением по бухгалтерскому учету «Учет основных средств» ПБУ 6/01 (далее - ПБУ 6/01), утвержденным приказом Минфина России от 30.03.2001 №26н, а также Методическими указаниями по бухгалтерскому учету основных средств, утвержденными приказом Минфина РФ от 13.10.2003 №91н, действующими в части, не противоречащей ПБУ 6/01.

В соответствии с пунктом 4 ПБУ 6/01 актив принимается организацией к бухгалтерскому учету в качестве основных средств, если одновременно выполняются следующие условия: объект предназначен для использования в производстве продукции, при выполнении работ или оказании услуг, для управленческих нужд организации либо для предоставления организацией за плату во временное владение и пользование или во временное пользование; объект предназначен для использования в течение длительного времени, т.е. срока продолжительностью свыше 12 месяцев или обычного операционного цикла, если он превышает 12 месяцев; организация не предполагает последующую перепродажу данного объекта; объект способен приносить организации экономические выгоды (доход) в будущем.

Согласно пункту 6 ПБУ 6/01 единицей бухгалтерского учета основных средств является инвентарный объект, которым признается объект со всеми приспособлениями и принадлежностями или отдельный конструктивно обособленный предмет, предназначенный для выполнения определенных самостоятельных функций, или же обособленный комплекс конструктивно сочлененных предметов, представляющий собой единое целое и предназначенный для выполнения определенной работы. Комплекс конструктивно сочлененных предметов - это один или несколько предметов одного или разного назначения, имеющие общие приспособления и принадлежности, общее управление, смонтированные на одном фундаменте, в результате чего каждый входящий в комплекс предмет может выполнять свои функции только в составе комплекса, а не самостоятельно.

В случае наличия у одного объекта нескольких частей, сроки полезного использования которых существенно отличаются, каждая такая часть учитывается как самостоятельный инвентарный объект.

Согласно материалам дела общество осуществляло строительство объектов, а также приобрело ряд объектов основных средств для производственной деятельности, расположив их внутри здания, а также на земельном участке, предоставленном под строительство объектов.

ООО «Биоэнергетическая компания» с учетом позиции Верховного Суда РФ согласно Определению от 12.07.2019 №307-ЭС19-5241 считает, что в рассматриваемом случае имеет место строительство зданий и установленное в нем оборудование относится к разделу «Машины и оборудование» Общероссийского классификатора основных средств ОК013-94. Вывод налогового органа о том, что любое сооружение, включенное в раздел «Сооружения» по ОК 013-94, автоматически является объектом недвижимости, неправомерен, спорные объекты Общества являются движимым имуществом.

Налоговый орган считает, что при применении позиции Верховного Суда РФ о необходимости разделения объектов имеет место строительство здания электростанции (в данном случае главного корпуса и участка сушки) и строительство Электростанции, как недвижимого объекта - сооружения, классифицируемого по коду ОК013-94 - 12 4521000 «Сооружения топливно - энергетических, металлургических, химических и нефтехимических производств». При этом Электростанция в рассматриваемом случае также выполняет функцию котельной установки и обеспечивает отопление здания, а согласно положениям ОК013-94 встроенные котельные установки (бойлерные, тепловые пункты), включая их оборудование по принадлежности, относятся к зданиям. Соответственно спорные объекты Общества относятся к недвижимому имуществу. Иные объекты Общества (в том числе, система кондиционирования главного корпуса, общеплощадочные сооружения) обеспечивают жизнедеятельность объекта «Тепловая электростанция», отдельно по классификатору ОК013-94 относятся к сооружениям.

Основой классификации объектов основных средств в бухгалтерском учете в проверяемый период выступал Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-94, утвержденный постановлением Госстандарта России от 26.12.1994 N 359.

В соответствии с названным классификатором оборудование не относится к зданиям и сооружениям, формируя самостоятельную группу основных средств, за исключением прямо предусмотренных в классификаторах случаев, когда отдельные объекты признаются неотъемлемой частью зданий и включаются в их состав (например, коммуникации внутри зданий, необходимые для их эксплуатации; оборудование встроенных котельных установок, водо-, газо- и теплопроводные устройства, а также устройства канализации).

Из содержания классификатора также вытекает, что оборудование для осуществления процесса производства путем выполнения тех или иных технических функций, связанных с изменением предмета труда, в том числе, установленное на фундаменте, по общему правилу не классифицируется в качестве сооружений (не отвечают определению понятия "сооружение"), а подлежит классификации в соответствующих группировках машин и оборудования.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12.07.2019 N 307-ЭС19-5241, если иное не вытекает из содержания ПБУ 6/01 и классификаторов основных фондов (основных средств), машины и оборудование, приобретенные как объекты движимого имущества, учитываются в бухгалтерском учете отдельно от зданий и сооружений в качестве самостоятельных инвентарных объектов, и согласно пункту 1 статьи 374 НК РФ подлежат налогообложению в таком качестве. Соответственно, по общему правилу к машинам и оборудованию, выступавших движимым имуществом при их приобретении и правомерно принятым на учет в качестве отдельных инвентарных объектов, применимы исключения из объекта налогообложения, предусмотренные подпунктом 8 пункта 4 статьи 374 и пунктом 25 статьи 381 НК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом (пункт 2 статьи 130 ГК РФ).

В пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу статьи 131 ГК РФ закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение; при этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (пункт 1 статьи 130 ГК РФ).

Верховный Суд РФ в Обзоре судебной практики №1(2016) от 13.04.2016, указал, что из содержания пункта 1 статьи 130 ГК РФ и пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 следует, что при разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью следует устанавливать наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определениях от 22.12.2015 № 304-ЭС15-11476 и от 19.06.2012 № 4-В12-13, критерием для признания имущества недвижимым является документально подтвержденный факт возведения такого имущества именно как объекта недвижимости в установленном законом и иными нормативными актами порядке на земельном участке, предоставленном для строительства объекта недвижимости, с получением разрешительной документации с соблюдением градостроительных норм и правил.

Таким образом, понятие "недвижимости" является правовой категорией, поэтому наличие прочной связи с землей и техническая инвентаризация объекта сами по себе не являются достаточным доказательством отнесения такого объекта к недвижимому имуществу. Проведение в отношении сооружения технического учета является следствием, а не причиной распространения на конкретный объект правового режима недвижимого имущества, и осуществление в отношении него технического учета автоматически не может служить основанием для признания объекта недвижимостью. Для признания имущества недвижимым необходимо доказать, что данный объект был создан именно как недвижимость в установленном законом и иными правовыми актами порядке с получением необходимой разрешительной документации, с соблюдением градостроительных норм и правил и требований о приемке в эксплуатацию законченных строительством объектов. Для признания объекта недвижимым необходима совокупность юридических фактов, в том числе таких, как наличие воли собственника земельного участка или уполномоченного органа на создание недвижимого имущества, наличие права пользования земельным участком для создания объекта недвижимости.

Согласно статье 133.1 Гражданского кодекса Российской Федерации недвижимой вещью, участвующей в обороте как единый объект, может являться единый недвижимый комплекс - совокупность объединенных единым назначением зданий, сооружений и иных вещей, неразрывно связанных физически или технологически, в том числе линейных объектов (железные дороги, линии электропередачи, трубопроводы и другие), либо расположенных на одном земельном участке, если в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество зарегистрировано право собственности на совокупность указанных объектов в целом как одну недвижимую вещь. К единым недвижимым комплексам применяются правила о неделимых вещах.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в силу прямого указания статьи 133.1 ГК РФ в отсутствие регистрации в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество объекта как единого недвижимого комплекса такая совокупность вещей не является единым недвижимым комплексом.

Из приведенных правовых норм следует, что право собственности на единый недвижимый комплекс как одну недвижимую вещь должно быть зарегистрировано в едином государственном реестре и составная часть единого недвижимого комплекса не является самостоятельным объектом недвижимости, следовательно, не может иметь самостоятельную юридическую судьбу. Таким образом, составная часть единого недвижимого комплекса не может быть признана самовольной постройкой.

Из материалов дела следует, что постановлением Администрации МО ГО «Сыктывкар» от 06.05.2013 №5/1547 «Об утверждении градостроительного плана земельного участка» в порядке статьи 44, 51 Градостроительного кодекса РФ ООО «Биоэнергетическая компания» утвержден градостроительный план земельного участка №RU11301000-0000000000002525, предназначенный для строительства объекта «Тепловая электростанция» по ул. ФИО6 (в районе здания по адресу: <...>) (т. 11 л.д. 37). Градостроительный план земельного участка с кадастровым номером 11:05:0107001:398 (т.11 л.д. 37-40).

Между Администрацией МОГО «Сыктывкар» и ООО «Биоэнергетическая компания» заключен договор от 08.02.2013 №01/13-100 аренды земельного участка под кадастровым номером 11:05:0107001:398 для строительства объекта «Тепловая электростанция», сроком до 29.01.2016 (т.11 л.д. 47-49).

21.10.2014 Администрацией МО ГО «Сыктывкар» в порядке статьи 51 Градостроительного кодекса РФ выдано ООО «Биоэнергетическая компания» разрешение на строительство №RU11301000-416а на объект капитального строительства «Тепловая электростанция» по ул. ФИО6 (в районе здания по адресу: <...>), сроком действия до 20.10.2015 (т.5 л.д. 2).

Строительство объекта осуществлялось на основании договора подряда №20-2ПРД-12 от 12.11.2012, заключенного между ООО «Биоэнергетическая компания» (Заказчик) и ООО «Институт промышленного проектирования» (Подрядчик), на выполнение проектных работ, согласно которому Подрядчик обязуется разработать проектную и рабочую документацию для строительства объекта «Тепловая электростанция» по ул. ФИО6 (в районе здания по адресу: <...>) (т. 5 л.д. 7-12).

Согласно Техническому заданию на выполнение проектной и рабочей документации видом выпускаемой продукции, технические требования к продукции, является выработка электрической энергии мощностью 4,8 МВт (пункт 12). Основные требования к конструктивным решениям и материалам несущих и ограждающих конструкций объекта проектирования – Теплоэлектростанция – модульная, полной заводской готовности фирмы Metso OY, Финляндия, без ограждающих конструкции. Остальные объекты согласно технических условий на строительное проектирование (пункт 21). Топливное обеспечение (состав) – кора, щепа, опил с площадок и складов хранения - 70%, свежие кора, опил, щепа - 30% (пункт 15) (приложение №1 к договору подряда, т. 5 л.д. 9-11).

В соответствии с пунктом 3.2 «Функциональное назначение объекта» пояснительной записки к проектной документации объект «Тепловая электростанция» предназначен для выработки электрической энергии путем сжигания древесного топлива, максимальная генерирующая мощность в сеть энергосистемы составляет 4,8 МВт, генерирующая мощность в сеть энергосистемы турбиной с регулируемым отбором пара на нужды ТЭС составляет 3,9 МВт.

Аналогичные технические характеристики объекта приведены в пункте 3.4. «Проектная мощность производства», в пункте 7 «Технико-экономические показатели объекта проектирования» пояснительной записки к проектной документации, а также в пунктах 1.2 «Технологические решения», в таблице «Технические данные тепловой электростанции ВР5 СЕХ» пункте 1.4 подраздела 6 раздела 5 проектной документации, в пункте 1.3 положительного заключения государственной экспертизы (т.12 л.д. 12-74, т.10 л.д. 9-49).

Автономным учреждением Республики Коми «Управление государственной экспертизы Республики Коми» дано положительное заключение государственной экспертизы №11-1-4-0106-13 (утв. 09.09.2013) по проектной документации на объект капитального строительства «Тепловая электростанция» по ул. ФИО6 (в районе здания по адресу: <...>), (т.10 л.д. 9-49).

МиниТЭС является изделием полной заводской готовности фирмы «MW Power OY» (Финляндия) на базе паровых котлов BioPower 5 СЕХ производства @MW Biopower» c турбиной производства фирмы «Triveni» (т. 11 л.д. 23-64).

В соответствии с пунктом 2.2.3 «Сведения о технических условиях подключения объекта капитального строительства к сетям инженерно-технического обеспечения» положительного заключения государственной экспертизы, Общество получило технические условия на подключение к электрическим сетям, водоснабжению и канализации, сетям телефонизации.

Согласно акту приемки законченного строительством объекта от 02.11.2015 исполнителем работ (ООО «УК «КЭР-Холдинг») предъявлен к приемке Заказчику (Обществу) законченный строительством объект «Тепловая электростанция» по ул.ФИО6 (в районе здания по адресу: <...>) (т. 10 л.д. 1-4; т. 7 л.д. 46-141, т. 8-9).

20.01.2016 Администрацией МО ГО «Сыктывкар» в порядке статьи 55 Градостроительного кодекса РФ выдано разрешение №11-RU1301000-03-2016 на ввод объекта – «Тепловая электростанция» по ул. ФИО6 (в районе здания по адресу: <...>) в эксплуатацию (т.10 л.д. 5-8).

В соответствии с письмом Печорского управления Ростехнадзора от 22.05.2017 №25/5140 в государственном реестре опасных производственных объектов зарегистрирован объект Общества «Площадка котлотурбинного участка тепловой электростанции», расположенный по адресу <...> в районе д.129), в составе: котел паровой на кородревесных отходах, трубопровод острого пара, всасывающий трубопровод питательной воды, трубопровод теплофикационного пара, бак питательный воды (деаратор), теплообменник горячей воды – признаны Опасным Производственным Объектом, класс опасности III (т.13 л.д.88-91).

Таким образом, по мнению проверяющих, в соответствии с проектной документацией, положительным заключением государственной экспертизы, разрешением на строительство и разрешением на ввод в эксплуатацию объекта «Тепловая электростанция», проектировались, проходили государственную экспертизу и строились в соответствии с градостроительными нормами и правилами как здания (главного корпуса и участка сушки), так и Электростанция, согласно оспариваемому решению – единый недвижимый комплекс.

Отнесение составляющих Электростанции к опасному производственному объекту дополнительно подтверждает, по мнению налогового органа, строительство объекта в соответствии с градостроительными нормами и правилами (статья 8 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»), а также его стационарность и наличие адреса (статья 2 Федерального «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» №116-ФЗ от 21.07.1997, пункт 4, приложения 1 распоряжения Ростехнадзора от 19.03.2013 №31-рп «Об утверждении Временного порядка ведения государственного реестра опасных производственных объектов» (отменен 21.02.2017)).

Суд считает доводы налогового органа необоснованными, поскольку разрешения на строительство и ввод в эксплуатацию не дают право утверждать, что все «спорные» объекты являются объектами капитального строительства, построены на основании разрешительной документации и являются объектами недвижимости.

Действительно, такие разрешения Обществом были получены. Вместе с тем, площадь зданий, определенная этими разрешениями, составляет 1632,15 кв.м. Количество зданий – 2. В рамках этих разрешений действительно возведены и введены в эксплуатацию объекты капитального строительства «Главный корпус» (площадь 1 147,8 кв.м.), «Участок сушки» (площадь 453,3 кв.м.), которые и учтены налогоплательщиком в качестве объектов недвижимого имущества. «Спорные» объекты содержанием данных разрешений не охватывались.

Упоминания о каких-либо зданиях помимо упомянутых (например, о здании лаборатории), либо о каких-либо сооружениях (градирня, ДГУ, дробилка, дымовая труба и т.п.) – нет ни в разрешении на строительство, ни в разрешении на вводе в эксплуатацию. Соответственно, говоря о разрешении на строительство и разрешении на ввод в эксплуатацию уполномоченный на выдачу разрешений орган разрешил строительство 2-х зданий с указанной площадью.

Отсутствие воли органа, осуществляющего выдачу разрешений на строительство и ввод в эксплуатацию, на строительство каких-либо прочих объектов капитального строительства подтверждено отказом Администрации МОГО Сыктывкар во вводе в эксплуатацию объекта «Лаборатория биотоплива» (входящего, по мнению налогового органа, в единый недвижимый комплекс) и судебными актами по делу А29-12422/2016, где ООО «БК» отказано в регистрации права собственности на самовольную постройку «Лаборатория биотоплива» ввиду отсутствия разрешения на строительство.

Вопреки требованиям статьи 133.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество не зарегистрировано право собственности на совокупность спорных объектов в целом как на одну недвижимую вещь, доказательства того, что ООО «БК» имело волю на создание единого недвижимого комплекса отсутствуют.

Ссылка налогового органа на отнесение электростанции к опасному производственному объекту также не свидетельствует об отнесении объекта тепловая электростанция к объекту недвижимости. Кроме того, согласно письму Печорского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор) от 22.05.2017 № 25/5140 (л.д.88-91 том 13) в государственном реестре опасных производственных объектов за налогоплательщиком была зарегистрирована площадка котлотурбинного участка тепловой электростанции «Сыктывкарская» с включенным в нее оборудованием согласно приложению, а не объект (объекты) недвижимости.

Согласно правовым позициям, изложенным в Письме ФНС России от 28.03.2018 № БС-4-21/5834@ "О вопросе, касающемся применения пп. 8 п. 4 ст. 374 и п. 25 ст. 381 НК РФ" (вместе с <Письмом> Минпромторга России от 23.03.2018 N ОВ-17590/12 "По вопросу квалификации объектов основных средств промышленного производства"), Минпромторг России, как федеральный орган исполнительной власти, ответственный за реализацию промышленной политики, считает необоснованным отнесение оборудования и иных основных средств промышленного производства к недвижимому имуществу. В письме подробно приводится аргументация этой позиции, в том числе, указывается, что факт установки оборудования на специальный или общий фундамент не меняет квалификации имущества в качестве движимого имущества.

Из материалов дела следует и не оспаривается налоговым органом, что спорные объекты, включенные налоговым органом в ходе судебного разбирательства в объект «тепловая электростанция – сооружение» (л.д.114 том 15), приобретены и поставлены Обществу иностранными компаниями как предназначенные для установки и монтажа в ТЭС. Состав Электростанции определен контрактом от 24.12.2012 №MWQ12-166 на поставку МиниТЭЦ, заключенным между Обществом (заказчик) и MW Power Oy (поставщик). В приложении №1 «Объем поставки» к данному контракту представлены позиции оборудования и иных объектов, составляющих МиниТЭС, приложение 2.1. к контракту содержит исходные данные проектирования МиниТЭС, приложение 2.6 к контракту «Спецификацию оборудования», приложение 2.7 «Спецификацию системы автоматизации» (т.5 л.д. 37 – 116).

Налоговым органом к составу Электростанции (как сооружению) отнесены следующие объекты, выделенные Обществом в самостоятельные инвентарные объекты (т.4 л.д. 88-149):

1) внутренние кабельные сети (система электроснабжения тепловой электростанции) – предусмотрены позицией «Е100» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012;

2) градирня – предусмотрена позицией «Н100» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012 с учетом пояснений, данных на стр. 67 положительного заключения государственной экспертизы в части описания градирни, пунктом 11 приложения 2.6 к контракту;

3) дизель-генераторная установка – предусмотрена позицией «Е160» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012;

4) дробилка с установленным вибростолом и транспортером - предусмотрена позицией «F 100» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012, пунктом 2.5 приложения 2.6 к контракту;

5) дымовая труба - предусмотрена позицией «G 400» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012, пунктом 5.3 приложения 2.6 к контракту;

6) ленточная сушилка - предусмотрена позицией «F100» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012, пунктом 2.7 приложения 2.6 к контракту;

7) ленточный конвейер - предусмотрен позицией «F100» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012, пунктом 2.3, 2.6 приложения 2.6 к контракту;

8) оборудование участка промежуточного хранения и подачи топлива - предусмотрено позицией «F100» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012, пунктом 2.7 приложения 2.6 к контракту;

9) разгрузочный конвейер - предусмотрен позицией «F100» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012, пунктом 2.1, 2.8 приложения 2.6 к контракту;

10) система управления ТЭС - предусмотрена позицией «А100» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012, приложением 2.7 к контркту;

11) энергоблок - предусмотрен позициями «В400», «Т100» приложения №1 «Объем поставки к контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012, и иными позициями с учетом показаний свидетелей о составе энергоблока, данных во время допросов;

12) бак аварийного слива - предусмотрен пунктом 13.1 приложения 2.6 к контракту (стр. 32) с учетом пояснений данных на стр. 50 положительного заключения государственной экспертизы в части резервуара слива-наполнения масла.

Таким образом, все спорные объекты, отнесенные налоговым органом к сооружению Тепловая электростанция, входили в комплектацию поставки МиниТЭС полной заводской готовности согласно договору поставки по контракту №MWQ12-166 от 24.12.2012, и положений документации по строительству объекта.

Согласно письму Федеральной таможенной службы от 29.10.2013 № 06-54/48443 (л.д.74 том 13) оборудование мини ТЭЦ на биотопливе с полным циклом сгорания, ввозимое на территорию Российской Федерации, исходя из его комплектации, а также в соответствии с Примечанием 4 к разделу XVI классифицируется в подсубпозиции 8502392000 ТН ВЭД ТС (двигатели и генераторы электрические, турбонгенераторы).

Из представленных документов следует, что оборудование приобретено как движимое имущество и принято к учету в таком качестве после окончания монтажа как самостоятельные инвентарные объекты основных средств (л.д.88-149 том 4), в дальнейшем передано новому собственнику также как движимое имущество (л.д.85-98 том 17). Приобретенные объекты движимого имущества, формирующие производственные линии и ТЭС, согласно Общероссийскому классификатору основных фондов ОК 013-94, действовавшему на момент принятия этих объектов к учету, предназначены не для обслуживания здания, а для производства готовой продукции, относятся к такому виду объектов основных средств как машины и оборудование, классификатором прямо не предусмотрено их включение в состав зданий.

К подразделу «Машины и оборудование» ОК 013-94 относит устройства, преобразующие энергию, материалы и информацию. В зависимости от основного (преобладающего) назначения машины и оборудование делятся на энергетические (силовые), рабочие и информационные.

К энергетическому оборудованию (силовым машинам и оборудованию) относятся машины - генераторы, производящие тепловую и электрическую энергию, и машины - двигатели, превращающие энергию любого вида (энергию воды, ветра, тепловую, электрическую и т.д.) в механическую.

Объектом классификации энергетического оборудования является каждая отдельная машина, если она не является частью другого объекта.

Так, объект спорного имущества «Энергоблок», сумма налога по которому составляет большую часть доначисленного налога, входит в определение подраздела «Машины и оборудование».

Котел водогрейный, который определен инспекцией с учетом уточнения позиции сначала в отдельные сооружения, а затем – в состав здания – главного корпуса – модельная единица раздела «машины и оборудование» ОК 013-94.

Вопреки приведенным положениям ОК 013-94 налоговый орган не привел доказательств того, что назначением объектов спорного имущества «Энергоблок» (либо объекта «Тепловая электростанция») и Котел водогрейный не является «выполнение тех или иных функций, не связанных с изменением предмета труда, или для осуществления различных непроизводственных функций». Доказательства, что котел относится к системе отопления здания согласно технической документации, а не дополнительно установленным оборудованием, не представлены. Указанное оборудование используется обществом в ходе технологического производства.

Сам по себе факт монтажа оборудования в специально возведенном для его эксплуатации здании, в том числе, если последующий демонтаж и перемещение оборудования потребуют несения дополнительных затрат и частичной ликвидации здания, не означает, что назначением спорного оборудования становится обслуживание здания.

Дополнительно к обоснованию позиции о неправомерной квалификации объектов, входящих в состав Электростанции, в качестве движимого имущества, налоговый орган приводит доводы, что Электростанция в рассматриваемом случае также выполняет функцию котельной установки и обеспечивает отопление здания, а согласно положениям ОК013-94 встроенные котельные установки (бойлерные, тепловые пункты), включая их оборудование по принадлежности, относятся к зданиям.

Согласно положениями Общероссийского классификатора основных фондов ОК 013-94 в состав зданий входят коммуникации внутри зданий, необходимые для их эксплуатации, как-то: система отопления, включая котельную установку для отопления (если последняя находится в самом здании); внутренняя сеть водопровода, газопровода и канализации со всеми устройствами; внутренняя сеть силовой и осветительной электропроводки со всей осветительной арматурой; внутренние телефонные и сигнализационные сети; вентиляционные устройства общесанитарного назначения; подъемники и лифты.

Встроенные котельные установки (бойлерные, тепловые пункты), включая их оборудование по принадлежности также относятся к зданиям. Основные фонды отдельно стоящих котельных относят к соответствующим разделам: «Здания (кроме жилых)», «Машины и оборудование» и другие.

Вместе с тем, как уже указывалось, в состав сооружения Тепловая электростанция, которую инспекция предлагает квалифицировать как единую котельную установку, налоговым органом включены объекты, которые, в том числе, не располагаются в здании, расположение вышеперечисленных объектов на территории земельного участка разрозненно, объекты не объединены единым фундаментом, эти объекты находятся в разных объектах недвижимого имущества, что не отрицается налоговым органом, в объектах под навесами, не являющихся объектами недвижимого имущества («Участок промежуточного хранения и подачи топлива»), просто расположены на земельном участке без каких-либо навесов и вне зданий, объекты не имеют прочной связи с землей, закреплены «анкерами», в связи с чем, довод налогового органа о том, что объект тепловая электростанция является единым объектом, входящим в состав здания в качестве встроенной котельной установки для отопления применительно к положениям ОК 013-94 не соответствует фактическим обстоятельствам.

Таким образом, суд считает, что в нарушение статьи 65, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации налоговым органом не представлены надлежащие доказательства, что Тепловая электростанция с учетом положений статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пункта 23 части 2 статьи 2 Федерального закона № 384-ФЗ, ПБУ 6/01, ОК 013-94 создана именно как единый объект недвижимости (сооружение) в установленном порядке, в соответствии с градостроительными нормами и правилами и получением разрешительной документации.

Как уже указывалось, для признания недвижимым имущества как объекта гражданских прав необходимо подтверждение того, что данный объект был создан именно как недвижимость в установленном законом и иными правовыми актами порядке с получением необходимой разрешительной документации и с соблюдением градостроительных норм и правил.

Относительно ссылки Инспекции на Свод правил «Электростанции тепловые» СП 90.13330.2012 суд считает необходимым отметить следующее.

В настоящем своде правил установлены требования, соответствующие целям технических регламентов: Федерального закона "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений", Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" и Федерального закона "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации". Следовательно, настоящий свод правил устанавливает нормы и правила проектирования и реконструкции тепловых электростанций (ТЭС) на органических видах топлива с паротурбинными и газотурбинными агрегатами мощностью более 1 МВт в соответствии с предъявляемыми к ним требованиям и не является документом, свидетельствующим об обязательном отнесении построенного в соответствии с указанными правилами объекта со всем включенным в него оборудованием к единому объекту недвижимости, без невозможности учитывать встроенное в объект оборудование в качестве отдельных инвентарных объектов, в том числе, как движимое имущество.

Кроме того, согласно пункту 3.6 Свода Правил СП 90.13330.2012 «Электростанции тепловые» главный корпус ТЭС – это здание или комплекс зданий (сооружений), в которых размещено основное оборудование ТЭС, обеспечивающее выработку электрической и тепловой энергии, непосредственно участвующее в этом процессе вспомогательное оборудование, а также, как правило, системы управления производственными процессами, что подтверждает возможность наличия в составе ТЭС основного и вспомогательного оборудования.

В отношении спорных объектов «Внутриплощадочные и технологические дороги и проезды», «тротуар», «проезд из железобетонных плит», «канализация бытовая К-1», «канализация ливневая К-2», «канализация напорная КН-1», «сети водоснабжения наружные», «канализационно-насосная станция», «очистные сооружения», «площадка с бетонным покрытием за зданием Главного корпуса», «площадка с бетонным покрытием перед зданием Главного корпуса», «сети 0,4кВ», «сети наружного освещения», «пожарный проезд», «площадка под мусорные контейнеры и контейнеры золы» судом установлено следующее.

Налоговый орган, учитывая выводы предыдущей налоговой проверки об отнесении общеплощадных сооружений к единому недвижимому комплексу, в ходе рассматриваемой проверки в оспариваемом решении также отнес данные объекты в состав единого недвижимого комплекса, наличие которого в соответствии с требованиями законодательства не подтверждается.

В ходе судебного разбирательства Инспекцией дополнительно приведены коды классификатора основных средств ОК013-94, к которым налоговым органом отнесены рассматриваемые объекты Общества. Все объекты, по мнению налогового органа, можно отнести к разделу «сооружения», в соответствии положениями статьи 130 ГК РФ - к недвижимому имуществу.

Согласно представленным инвентарным карточкам Общество самостоятельно относило к разделу ОК013-94 «Сооружения» такие объекты как: - внутриплощадочные и технологические дороги и проезды (код 12 4526372), тротуар (код 12 4526372), проезд из железобетонных плит (код 12 0001121), канализация бытовая К-1 (код 12 4527372), канализация ливневая К-2 (код 12 4527372), канализация напорная КН-1 (код 12 4527372), сети водоснабжения наружные (код 12 4527372), площадка с бетонным покрытием за зданием и перед зданием Главного корпуса (код 12 0001121), сети наружного освещения (код 12 4521125), пожарный проезд (код 12 0001121), площадка под мусорные контейнеры и контейнеры золы (12 0001121) (т. 4 л.д. 88-149).

Как уже указывалось, доводы налогового органа о том, что любое сооружение, включенное в раздел «Сооружения» по ОК 013-94 – автоматически является объектом недвижимости, являются необоснованными. В частности, в данном разделе содержатся такие объекты как: «Фонари», «Ворота распашные», «Баллоны стальные малолитражные», «Ограды (заборы) металлические», «Буи и вехи плавучие», «Вольеры, клетки», «Террариумы, аквариумы», «Площадка для откорма молодняка крупного рогатого скота», «Площадка для откорма овец» и прочее.

Как уже указывалось, основными признаками недвижимости в силу действующего законодательства являются прочная связь соответствующего объекта с землей и невозможность его перемещения без несоразмерного ущерба его назначению. Только капитальные здания и сооружения считаются недвижимостью. Именно в этом и состоит их ключевое отличие от некапитальных построек, которые «движимы» и могут быть перемещены с сохранением полезных функций.

В нарушение статей 65, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации налоговым органом не представлены доказательства, свидетельствующие об отнесении указанных спорных объектов с учетом положений статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пункта 23 части 2 статьи 2 Федерального закона № 384-ФЗ, ПБУ 6/01, ОК 013-94 к объектам недвижимости, к сооружениям «капитального» характера. Экспертиза на соответствие указанных спорных объектов критериям объектов недвижимости не проводилась.

Согласно Общероссийскому классификатору основных фондов ОК 013-94 площадки и замощения, подъездные пути, тротуары относятся к вспомогательным элементам сооружений, они не обладают самостоятельными полезными свойствами, а лишь улучшают полезные свойства земельного участка, на котором они находятся. Укладка на части земельного участка определенного покрытия (из бетона, асфальта, щебня) для проезда и стоянки автотранспорта не создает нового объекта недвижимости, а представляет собой улучшение полезных свойств земельного участка, на котором данные работы выполнены. При этом асфальтовое или бетонное покрытие земельного участка по существу несет вспомогательную функцию, а не основное значение по отношению к недвижимому имуществу. В отличие от зданий, строений и сооружений твердое покрытие не имеет конструктивных элементов, которые могут быть разрушены при перемещении объекта. Материалы, из которых изготовлено покрытие (асфальт, бетон, щебень, бордюры), при их переносе не теряют качества, необходимые для их дальнейшего использования.

Таким образом, асфальтовое и бетонное покрытие, тротуар, площадки не имеют самостоятельного функционального назначения, созданы исключительно в целях улучшения качества земли, является элементом благоустройства земельного участка (его составной частью) и призвано обслуживать земельный участок, на котором расположены.

Из материалов дела следует, что общеплощадочные сети (Канализация бытовая К1; Канализация ливневая К-2; канализация напорная КН-1; Сети водоснабжения наружные; Канализационно-насосная станция; Очистные сооружения; Сети 04, Кв; Сети наружного освещения;) - не являются коммуникациями внутри здания, необходимыми для его эксплуатации. Налоговый орган не опровергает, что фактическое расположение данных объектов — вне каких-либо зданий, в том числе, здания Главный корпус (Протокол № 1 осмотра территорий, помещений, документов от 05.07.2017).

По смыслу ОК 013-94 коммуникации, включаемые в состав здания, должны быть необходимы для эксплуатации конкретного здания. В рассматриваемом случае коммуникации являются общеплощадочными, обслуживающими здания: «Главный корпус», «Участок сушки», «Лаборатория биотоплива» и прочие объекты, располагаются на всем земельном участке. В оспариваемом решении налоговый орган не уточняет, какая именно из канализаций («Канализация бытовая», «Канализация ливневая», «Канализация напорная») должна включаться в состав здания «Главный корпус». Согласно разделу Рабочей документации «Главный корпус» система водоснабжения и канализации Главного корпуса обособлена от общеплощадочной сети водоснабжения и канализации.

В рассматриваемом случае экспертиза на предмет отнесения общеплощадочных сетей – сооружений к недвижимому имуществу капитального характера налоговым органом не проводилась, тогда как сами по себе Канализация бытовая К1; Канализация ливневая К-2; канализация напорная КН-1; Сети водоснабжения наружные; Канализационно-насосная станция; Очистные сооружения; Сети 04, Кв; Сети наружного освещения по конструктивным и стоимостным признакам отдельно не относятся к объектам недвижимости, как не имеющие прочной конструктивной связи с землей, так как разрешение на строительство и ввод в эксплуатацию для таких сооружений не требуется. При этом, несмотря на то, что указанные объекты соприкасаются с землей, инспекцией не опровергнуто, что этот факт не делает их прочно связанными с землей, так же как не опровергнуто, что в случае необходимости без ущерба указанные объекты демонтируются, не причиняя никакого вреда ни себе, ни земельному участку, на котором они расположены.

В отношении объекта «Система кондиционирования главного корпуса», отнесенного Обществом к оборудованию, судом установлено следующее.

Подпункт 21 пункта 2 статьи 2 Федерального Закона №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» предусматривает, что система инженерно-технического обеспечения - это одна из систем здания или сооружения, предназначенная для выполнения функций водоснабжения, канализации, отопления, вентиляции, кондиционирования воздуха, газоснабжения, электроснабжения, связи, информатизации, диспетчеризации, мусороудаления, вертикального транспорта (лифты, эскалаторы) или функций обеспечения безопасности.

Система кондиционирования воздуха предусмотрена проектной документацией – раздел «отопление, вентиляция и кондиционирование воздуха, тепловые сети» (главный корпус) положительного заключения государственной экспертизы (стр. 47).

В рассматриваемом случае система кондиционирования главного корпуса, с учетом положений ОК 013-94, является неотъемлемой частью функционирования объекта и подлежит включению в объект налогообложения наряду с включенными самим Обществом системами водоснабжения, канализации, отопления, вентиляции, электроснабжения и т.п. главного корпуса. Иной системы кондиционирования Обществом не устанавливалось, система не является дополнительной.

Письмо Минфина России от 04.10.2013 №03-05-05-01/41301, на которое ссылается Общество, свидетельствует о возможном исключении из состава зданий систем кондиционирования, установленных в качестве дополнительного оборудования, не предусмотренного проектной документацией и не являющегося неотъемлемой частью здания.

Учитывая приведенные обстоятельства, суд считает обоснованными выводы налогового органа о том, что система кондиционирования главного корпуса является неотъемлемой частью здания главного корпуса и не является самостоятельным объектом движимого имущества, в указанной части требования налогоплательщика о доначислении налога на имущество в размере 13980 руб., соответствующих налогу пени и штрафа удовлетворению не подлежат.

В остальной части оспариваемое решение налогового органа противоречит нормам действующего законодательства и нарушает права и законные интересы налогоплательщика, поскольку необоснованно возлагает на последнего обязанность по уплате налога на имущества в отношении льготируемых объектов движимого имущества без достаточных на то оснований, и подлежит признанию недействительным в указанной части.

Налогоплательщик самостоятельно исполняет обязанность по уплате налога на имущество с определением объектов налогообложения, в т.ч. на основании имеющихся у него сведений о характеристиках объектов.

В случае установления в ходе налоговой проверки обстоятельств, указывающих на искусственное разделение в бухгалтерском учете единого объекта основных средств, выступающего недвижимым объектом (зданием или сооружением), налоговые органы не лишены права обосновывать необходимость взимания налога на имущество в подобных ситуациях. Однако необходимость взимания налога должна быть основана на объективных критериях, соблюдение которых в соответствии с пунктом 6 статьи 3 Налогового кодекса являлось бы ясным любому разумному налогоплательщику при принятии объекта основных средств к учету, а не зависело бы от оценочных суждений проверяющих и не приводило бы к постановке в неравное положение налогоплательщиков, осуществивших инвестиции в обновление производственного оборудования в зависимости от особенностей монтажа и эксплуатации этих объектов, например, от климатических условий места производства, требующих расположения оборудования в здании для обеспечения его нормальной эксплуатации.

Суд считает, что налоговым органом не представлены надлежащие доказательства, свидетельствующие об искусственном разделении налогоплательщиком в бухгалтерском учете единого объекта основных средств. Общество изначально поставило на учет объекты недвижимости, возведенные в соответствии с градостроительными нормами и правила на выделенном земельном участке под строительство. Спорные объекты учитывались налогоплательщиком в качестве объектов движимого имущества как самостоятельные инвентарные объекты основных средств. В оспариваемом решении переквалификация спорных объектов произведена налоговым органом без учета требований статей 130, 133.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пункта 23 части 2 статьи 2 Федерального закона № 384-ФЗ, ПБУ 6/01, ОК 013-94.

В соответствии с правовой позицией, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2019 № 307-ЭС19-5241, применение критерия экономической целесообразности в данном случае приводит к постановке в неравное положение налогоплательщиков, осуществивших инвестиции в обновление оборудования, и не позволяет обеспечить достижение тех целей дифференциации налогового бремени, из которых исходил законодатель при введении подпункта 8 пункта 4 статьи 374 и пункта 25 статьи 381 НК РФ, состоящих согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2018 № 47-П в стимулировании организаций к инвестированию в средства производства, к их модернизации, приобретению новых и развитию существующих средств производства, а также повышению спроса на них.

Кроме того, суд признает обоснованными доводы налогоплательщика о том, что в результате произвольного необоснованного доначисления налога на имущество в отношении льготируемых объектов, с учетом критерия экономической целесообразности, дополнительные расходы, связанные с уплатой налога на имущество в соответствии с Основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее - Основы ценообразования), учитываются в тарифах на услуги по передаче электрической энергии, следствием чего, соответственно, происходит необоснованное увеличение цены (тарифа) на электрическую энергию для конечного потребителя, и дополнительным финансовым бременем ложится на потребителей.

Иные доводы сторон и представленные в дело доказательства, оцененные судом по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не опровергают выводы суда.

На основании изложенного, заявленные требования подлежат удовлетворению в части признания недействительным решения налогового органа в части доначисления налога на имущество в размере 19432720 руб., соответствующих налогу пени и штрафа как противоречащее положениям Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на Инспекцию Федеральной налоговой службы по г.Сыктывкару Республики Коми.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180-181, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Заявленные требования удовлетворить частично.

Признать недействительным решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Сыктывкару о привлечении Общества с ограниченной ответственностью «Биоэнергетическая компания» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 05.03.2019 № 16-11/5 в части доначисления налога на имущества в размере 19432720 руб., соответствующих налогу пени и штрафа как противоречащее положениям Налогового кодекса Российской Федерации.

В остальной части требований отказать.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Сыктывкару в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Биоэнергетическая компания» 3000 руб. судебных расходов в виде уплаченной государственной пошлины.

Исполнительный лист на взыскание судебных расходов будет выдан по ходатайству взыскателя после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его изготовления в полном объеме во Второй арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Республики Коми.

Судья Ж.А. Василевская