Постановление от 20 апреля 2025 г. по делу № А50П-689/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ Ф09-737/25
г. Екатеринбург
21 апреля 2025 г.
Дело № А50П-689/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 07 апреля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 апреля 2025 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего судьи Осипова А.А.,

судей Смагиной К.А., Оденцовой Ю.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 по делу №А50П-689/2023 постоянного судебного присутствия Арбитражного суда Пермского края в г. Кудымкаре.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении суда округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 04.07.2023 серия 59 АА №4253698).


Решением постоянного судебного присутствия Арбитражного суда Пермского края в г. Кудымкаре от 25.12.2023 ФИО1 (предыдущая фамилия - ФИО3, далее - должник) признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации ее имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее - финансовый управляющий ФИО4, управляющий).

Финансовый управляющий ФИО4 18.07.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о завершении процедуры реализации имущества должника, освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в рамках соответствующей процедуры, за исключением обязательств, предусмотренных пунктами 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), представил отчет о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина от 17.07.2024.

Определением постоянного судебного присутствия Арбитражного суда Пермского края в г. Кудымкаре от 29.07.2024 процедура реализации имущества должника прекращена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в рамках соответствующей процедуры, за исключением обязательств, предусмотренных пунктами 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 определение Арбитражного суда Пермского края постоянного судебного присутствия Арбитражного суда Пермского края в г. Кудымкаре от 29.07.2024 изменено, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением требований ФИО5, основанных на расписке от 29.06.2017. В остальной части определение суда первой инстанции от 23.12.2024 оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе, поступившей в Арбитражный суд Уральского округа, ФИО1 просит отменить постановление апелляционного суда от 23.12.2024 и оставить в законной силе определение суда первой инстанции от 29.07.2024, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции обстоятельствам дела.

Заявитель кассационной жалобы выразил несогласие с выводом апелляционного суда о наличии финансовой возможности погасить задолженность кредитора за счет доходов от предпринимательской деятельности. ФИО1 пояснила, что предпринимательская деятельность осуществлялась через стационарную торговую точку (киоск), который арендован у муниципального образования. Основным видом деятельности должника являлась розничная торговля кондитерских изделий, реализация которой не требовала дополнительного оборудования (холодильников, рефрижератором и т.д.). Податель жалобы указал, что после перенесенного ФИО1 заболевания  в 2023 году предпринимательская деятельность прекращена, договор аренды торговой точки расторгнут по соглашению сторон.

Податель жалобы также пояснил, что жилой дом и земельный участок приобретен в 2017 году, то есть за шесть лет до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве). На дату приобретения жилой дом (1980-х года постройки) находился в неудовлетворительном состоянии, требовалась реконструкция, при этом по неизвестным должнику причинам жилой дом и земельный участок не были поставлены предыдущим собственником на государственный учет, поэтому должником в 2020 году осуществлены мероприятия по постановке на учет.  

Должник пояснил, что расчеты с кредиторами прекращены в связи с падением прибыли от предпринимательской деятельности ввиду пандемии коронавирусной инфекции с 2020 года, а также в связи с ухудшением состояния здоровья в результате перенесенного заболевания в 2023 году. В настоящее время ФИО1 проходит медицинскую комиссию по получению инвалидности.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как уже ранее указывалось, решением постоянного судебного присутствия Арбитражного суда Пермского края в г. Кудымкаре от 25.12.2023 ФИО1 признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющий утвержден ФИО4 

По отчетам управляющего в процедуре реализации имущества должника сформирован реестр требований кредиторов, в состав третьей очереди реестра включены требования кредиторов на общую сумму 983 623, 36 руб., из которых требования ФИО5 составляют 470 884,76 руб.

Конкурсная масса не сформирована.

Текущие обязательства в сумме 12 878,52 руб. полностью погашены.

В собственности должника находится земельный участок с кадастровым номером 59:32:0290001:257 и жилой дом, расположенный по адресу: Российская Федерация, край Пермский, м.о. Пермский, с. Гамово, тер. СНТ Заречная, д. 43, который является единственным помещением пригодным для проживания должника и членов его семьи.

Финансовым управляющим ФИО4  проведен анализ финансовой деятельности должника, анализ сделок должника, установлена невозможность восстановления платежеспособности ФИО1, признаки преднамеренного и фиктивного банкротства не выявлены, имущество, которое подлежало бы включению в конкурсную массу с целью его реализации и осуществления расчетов с кредиторами, не обнаружено.

Полагая, что в рамках процедуры банкротства в отношении должника проведены все необходимые мероприятия, имеются основания для завершения процедуры реализации имущества, управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, при этом просил применить в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для завершения процедуры реализации имущества ФИО1

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества ФИО1 лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Предметом кассационного обжалования со стороны должника является неприменение к нему общего правила об освобождении его от исполнения обязательств перед кредитором –  ФИО5, по ходатайству, заявленному в суде апелляционной инстанции.

Применяя к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств, предусмотренные статьей 213.28 Закона о банкротстве, суд первой инстанции исходил из того, что основания для нераспространения на должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов не установлены, злостного уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами не выявлено.

Рассматривая вопрос о применении к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств, суд апелляционной инстанции занял противоположную позицию.

Делая вывод об отсутствии оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором ФИО5, апелляционный суд пришел к заключению о том, что должником не доказано отсутствие финансовой возможности погасить требования перед кредитором ввиду осуществления им предпринимательской деятельности, денежные средства, полученные в заем израсходованы должником на приобретение в 2017 году земельного участка с домом, который был приведен в пригодное для проживания состояние, однако, совершая указанные действия, должник при этом не погашал обязательства перед кредитором, что представляет собой умышленное нежелание в исполнении своих обязательств перед кредитором при наличии таких возможностей. Указанные обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции, явились основанием для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед данным кредитором.

Между тем, суд кассационной инстанции не может согласиться выводами суда апелляционной инстанции в указанной части в силу следующего.

 В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от исполнения обязательств не допускается, в частности, если он злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, что может быть установлено в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели.

Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств.

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором;

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956 и от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется, как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации(абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае задолженность должника перед кредитором ФИО5 образовалась в результате неисполнения обязанности по возврату займа, полученного по расписке от 29.06.2017, задолженность по которому взыскана по решениям судов от 06.07.2020 по делу № 2-1621/2020, от 08.11.2022 по делу № 2-3035/2022.

Возражая против освобождения должника от исполнения обязательств, кредитор ФИО5 ссылалась на то, что заемные денежные средства предоставлены должнику на приобретение земельного участника и жилого дома; сторонами сделки достигнуто соглашение о том, что возврат займа будет осуществляться ФИО1 за счет доходов, получаемых от предпринимательской деятельности.

В рассматриваемом случае должник не отрицал того факта, что часть заемных средств израсходованы на приобретение в 2017 году земельного участка, с располагающимся на нем садовым домом площадью 24,6 кв.м., который предыдущим собственником не был поставлен на кадастровый учет и зарегистрирован в ЕГРН (на указанное имущество имелась только техническая документация). Однако ФИО1 на протяжении рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции последовательно приводились доводы о том, что после приобретения земельного участка и садового дома, супруги Б-ны провели реконструкцию дома и иные ремонтные работы, с целью приведения его в пригодное для проживания состояние, в результате чего площадь дома увеличилась до 44,9 кв.м. В дальнейшем, дом поставлен должником на кадастровый учет, право собственности на него зарегистрировано за ФИО1 с назначением «жилое». С 2017 года по настоящее время данный земельный участок и расположенный на нем дом, являются для ФИО1 и ее супруга единственным жильем, что подтверждено выписками из ЕГРН от 11.09.2023, 29.01.2024 и не отрицается кредитором.

Именно этим объясняется расхождение в сведениях о технических характеристиках жилого дома и земельного участка, указанных в  техническом паспорте от 04.08.2010, и в сведениях, предоставленных в ЕГРН, из которых следует, что на дату приобретения земельного участка и дома в 2017 году технические параметры объектов недвижимости были значительно меньше тех параметров, которые были переданы должником в 2023 году в регистрирующий орган.

 Учитывая изложенное, установленные апелляционным судом расхождения в технической документации на жилой дом и земельный участок со сведениями, переданными в регистрирующий орган, указывающие на улучшение жилищных условий, недостаточны для констатации вывода о наличии признаков злостного уклонения от исполнения обязательств перед кредитором.  

Кроме того, ФИО1 не скрывала, что источником дохода семьи являлось осуществление ей в качестве индивидуального предпринимателя деятельности по продаже кондитерских изделий в киоске в населенном пункте с. Гамово (население чуть более 7 тыс. человек). Как отмечал кассатор, до 2020 года осуществление данной деятельности позволяло как обеспечивать необходимые нужды самой семьи Б-ных, так и частично погашать задолженность перед кредитором ФИО5, что подтверждается расписками от 31.07.2019 и 25.09.2019 о возврате кредитору задолженности на суммы 99 864 руб. и 30 000 руб. соответственно. Однако в 2020 году после начала пандемии коронавирусной инфекции доходы от предпринимательской деятельности снизились, денежные средства не превышали сумм прожиточного минимума на должника и членов семьи. В целях подтверждения данного довода должник в отзыве от 13.12.2024 ходатайствовал об истребовании у уполномоченного органа налоговых деклараций за 2021, 2022 года, однако такое ходатайство не было удовлетворено судом апелляционной инстанции. В 2023 году в связи с возникшими заболеваниями, должник прекратил осуществление предпринимательской деятельности, имеющиеся денежные средства были израсходованы на собственное лечение, в подтверждение чего представлены выписной эпикриз и иные медицинские документы.

С учетом имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных обстоятельствах, суд округа не может согласиться с позицией суда апелляционной инстанции о наличии признаков недобросовестного поведения на стороне должника.

Напротив, ФИО1 с момента возбуждения дела о банкротстве указала ФИО5 в перечне кредиторов, раскрыла, что осуществляла предпринимательскую деятельность, не скрывала, что полученные в заем денежные средства расходовались на личные нужды, в том числе с целью приобретения и приведения единственного жилья в пригодное для проживания состояние, меры к погашению задолженности перед кредитором ей также предпринимались, дальнейшая невозможность погашения требований перед кредитором обусловлена объективными причинами, связанными как с пандемией коронавирусной инфекции, повлекшей снижение доходов должника от предпринимательской деятельности, так и с наличием заболеваний, не позволивших продолжить предпринимательскую деятельность.   

При этом сам по себе факт неисполнения обязательства в оставшейся части, отсутствие у должника имущества, за счет которого могут быть погашены требования кредитора, не свидетельствует о злостном уклонении должника от погашения задолженности перед кредитором. Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и возникших жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов.

В рассматриваемом случае, анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил, умышленное уменьшение имущества и увеличение обязательств управляющим не установлены, сокрытие или уничтожение имущества должника и сообщение им недостоверных сведений не установлено, в ходе процедуры банкротства должник действовал открыто и добросовестно, предоставлял все имеющиеся у него документы и информацию о кредиторах, о составе обязательств, своего имущества и месте его нахождения, в том числе о смене адреса регистрации, иные имеющие отношение к делу о банкротстве сведения, не вводил в заблуждение о своем финансовом состояния и имел намерение погасить долги перед кредиторами при наличии финансовой возможности, и иное кредитор не доказал, а само по себе неисполнение должником своих обязательств в силу объективных обстоятельств, а также отсутствие у него достаточного имущества, не может служить основанием для отказа в освобождении должника от обязательств.

Суд апелляционной инстанции, по сути, упрекнул должника в том, что он воспользовался исполнительским иммунитетом в отношении жилого дома и земельного участка, путем использования заемных средств кредитора на улучшение жилищных условий с целью дальнейшей невозможности обращения взыскания на такое имущество. Вместе с тем, правила об исполнительском иммунитете закреплены в абзаце втором части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и базируются на положениях части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации, защищающей право каждого на жилище. В данном случае должник удовлетворил свои минимально необходимые потребности в обеспечении себя и членов семьи в жилом помещении пригодном для проживания. При этом земельный участок и расположенный на нем дом признаками роскошного жилья не обладают, доказательств искусственного создания эффекта единственного жилья за счет использования заемных средств не представлено. Невозможность возврата израсходованных денежных средств, полученных от кредитора, обусловлена объективными обстоятельствами. 

Примененный судом апелляционной инстанции пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве направлен на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательства в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение, не согласующееся с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Поведение ФИО1 не расходилось с положениями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции не учел, что основную цель потребительского банкротства - социальная реабилитация добросовестного гражданина, предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам, чем всегда ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им в полном объеме.

При таких обстоятельствах, неприменение судом апелляционной инстанции в отношении ФИО1 правил освобождения от дальнейшего исполнения обязательств нельзя признать законным и обоснованным.

Выводы же суда первой инстанции, исходившего из совокупности конкретных обстоятельств дела и доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для освобождения ФИО1 от обязательств перед кредиторами, являются верными.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку, верно применил нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений (пункт 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, и то, что выводы апелляционного суда являются необоснованными, не соответствуют материалам дела и сложившейся судебной практике, что повлекло вынесение неправильного судебного акта, в то время как суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования всех доказательств правильно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку, исследовал и оценил все доказательства, в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), при этом судом первой инстанции верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения, и нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены определения суда первой инстанции, судом округа не установлено, постановление апелляционного суда от  23.12.2024 по настоящему делу подлежит отмене, а определение суда первой инстанции от  29.07.2024 - оставлению в силе.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб подлежат распределению в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 по делу №А50П-689/2023 постоянного судебного присутствия Арбитражного суда Пермского края в г. Кудымкаре отменить.

Определение постоянного судебного присутствия Арбитражного суда Пермского края в г. Кудымкаре от 29.07.2024 по делу № А50П-689/2023 оставить в силе.

Взыскать с ФИО5  в пользу ФИО1 в возмещение расходов по оплате государственной пошлины 150 (сто пятьдесят) руб.

Взыскать с ФИО5 в доход федерального бюджета 20 000 (двадцать тысяч) руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                               А.А. Осипов


Судьи                                                                            К.А. Смагина


                                                                                             Ю.А. Оденцова