Постановление от 6 мая 2024 г. по делу № А72-16259/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-10962/2021

Дело № А72-16259/2020
г. Казань
06 мая 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 мая 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Третьякова Н.А.,

судей Коноплевой М.В., Самсонова В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И.,

при участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции представителей:

ФИО5 – ФИО1, по доверенности от 14.04.2023 (до и после перерыва),

арбитражного управляющего ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 20.11.2023 (после перерыва),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО5

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023

по делу № А72-16259/2020

по заявлению арбитражного управляющего ФИО2 о взыскании стимулирующего вознаграждения в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «БУЕР»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Ульяновской области от 31.03.2021 общество с ограниченной ответственностью «БУЕР» (далее – общество «БУЕР», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4.

Определением от 18.11.2021 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением от 10.12.2021 (резолютивная часть объявлена 09.12.2021) конкурсным управляющим обществом «БУЕР» утверждена ФИО2.

Определением от 28.04.2023 производство по делу о банкротстве должника прекращено в связи с удовлетворением требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Арбитражный управляющий ФИО2 20.07.2023 обратилась в арбитражный суд с заявлением о взыскании с ФИО5 стимулирующего вознаграждения в размере 984 249,75 руб.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 02.10.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 определение суда первой инстанции от 02.10.2023 отменено, по делу принят новый судебный акт. С ФИО5 в пользу арбитражного управляющего ФИО2 взыскано стимулирующее вознаграждение в размере 984 249, 75 руб.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО5 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление апелляционного суда от 19.12.2023, оставив в силе определение суда первой инстанции от 02.10.2023.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на отсутствие причинно-следственной связи между погашением ФИО6 требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, и привлечением контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Отмечает, что само по себе признание определением суда первой инстанции от 24.01.2023 доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности никак не повлияло и не могло повлиять на подачу 08.02.2023 ФИО6 заявления о намерении погасить все требования кредиторов, поскольку при размере реестровой кредиторской задолженности в сумме 3 163 886 руб. с ФИО5 определением суда от 25.01.2023 были взысканы убытки в размере 9 266 870, 17 руб., в связи с чем субсидиарная ответственность могла быть определена только в нулевом размере. Ссылается на то, что законодательство о банкротстве не предусматривает в качестве основания для взыскания стимулирующего вознаграждения подачу арбитражным управляющим заявлений об оспаривании сделок должника и взыскании убытков с бывших руководителей. Кроме того, заявитель отмечает, что при наличии двух последовательно действующих арбитражных управляющих суд апелляционной инстанции взыскал проценты в пользу одного управляющего – ФИО2, не уменьшив их размер на причитающееся ФИО4 вознаграждение пропорционально его вкладу.

В отзыве на кассационную жалобу арбитражный управляющий ФИО2, ссылаясь на законность и обоснованность постановления суда апелляционной инстанции, просит оставить его без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО5 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель арбитражного управляющего ФИО2, напротив, возражал против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия считает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции, конкурсный управляющий ФИО4 03.06.2021 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО7 по обязательствам должника, в котором просил также взыскать с них в солидарном порядке 3 163 886, 18 руб. в конкурсную массу общества «БУЕР».

Определением от 30.06.2021 заявление принято к рассмотрению.

Определением от 18.11.2021 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением от 10.12.2021 (резолютивная часть оглашена 09.12.2021) конкурсным управляющим должником утверждена ФИО2.

Определением от 24.01.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично; с ФИО5 и ФИО7 солидарно в порядке привлечения к субсидиарной ответственности в пользу общества «БУЕР» взыскано 7 949, 96 руб.; признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; приостановлено рассмотрение заявления о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда первой инстанции от 28.04.2023 удовлетворено заявление индивидуального предпринимателя ФИО6 о намерении удовлетворить требования кредиторов; требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов общества «БУЕР», признаны погашенными; производство по делу о банкротстве должника прекращено.

Определением от 13.09.2023 производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности прекращено.

Обращаясь с заявлением о взыскании с ФИО5 стимулирующего вознаграждения, арбитражный управляющий ФИО2 ссылалась на положения пункта 3.1 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и указывала на совершение активных действий, направленных на оспаривание сделок должника и подачу заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, побудивших ФИО6 погасить реестр требований кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных ФИО2 требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности причинно-следственной связи между подачей заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и удовлетворением ФИО6 требований кредиторов.

При этом суд первой инстанции принял во внимание, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц подано не ФИО2, а предыдущим конкурсным управляющим ФИО4; активное участие в рассмотрении спора принимали конкурсный кредитор - ООО «ФС Союз» и уполномоченный орган.

Судом отмечено, что после утверждения конкурсным управляющим должником ФИО2 были поддержаны доводы предыдущего конкурсного управляющего ФИО4, однако какого-либо значительного объема работы по сбору новых доказательств и установлению новых обстоятельств ФИО2 проделано не было; в судебные заседания явку ни ФИО2, ни ее представитель не обеспечивали.

Судом первой инстанции также указано, что наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности установлено лишь определением от 24.01.2023, в свою очередь, заявление ФИО8 о намерении погасить требования поступило в суд 08.02.2023, то есть после того, как судом было рассмотрено заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Как отметил суд первой инстанции, поступление денежных средств в конкурсную массу должника могло быть произведено за счет оспоренных сделок и судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, поскольку указанные споры уже были рассмотрены к моменту обращения ФИО8 с заявлением о намерении удовлетворить требования к должнику.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, пришел к противоположному выводу, в связи с чем отменил определение суда первой инстанции и удовлетворил заявление арбитражного управляющего ФИО2 в полном объеме.

При этом судом апелляционной инстанции отмечено, что факт обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц не ФИО2, а предыдущим конкурсным управляющим ФИО4, не может служить основанием для отказа в удовлетворении заявления о взыскании процентов в пользу ФИО2, поскольку она является процессуальным правопреемником предшествующего арбитражного управляющего и именно в период исполнения ею обязанностей конкурсного управляющего продолжено рассмотрение обособленного спора с вынесением окончательного судебного акта об установлении оснований ответственности ФИО5

Рассмотрение спора о привлечении к субсидиарной ответственности в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего двумя арбитражными управляющими, как указал апелляционный суд, могло бы иметь значение для распределения суммы процентов пропорционально вкладу каждого из них в достижение правового результата, вместе с тем основная работа по установлению оснований для привлечения бывшего руководителя ФИО5 к субсидиарной ответственности была проведена ФИО2, которой представлялись значительное количество запрошенных судом письменных доказательств по спору и дополнительных пояснений.

Судом установлено, что представитель конкурсного управляющего ФИО2 ФИО9 присутствовал в судебных заседаниях 26.01.2022, 14.12.2021 (по доверенности от 12.12.2021, выданной конкурсным управляющим ФИО2).

Судом апелляционной инстанции также учтены представленные ФИО4 объяснения о том, что он не претендует на выплату ему части процентного вознаграждения.

При этом вывод суда первой инстанции о том, что в рассмотрении спора активное участие принимали кредитор (ООО «ФС Союз») и уполномоченный орган суд апелляционной инстанции счел необоснованным и противоречащим материалам дела, установив, что ООО «ФС Союз» какие-либо пояснения и документы (за исключением документов, приложенных к заявлению о включении в реестр требований кредиторов) в материалы дела не представлялись, а уполномоченным органом были представлены лишь сведения об имущественном положении ФИО7

Как отметил апелляционный суд, то обстоятельство, что наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности установлено определением суда от 24.01.2023, а заявление ФИО8 о намерении погасить требования к должнику в полном объеме поступило в суд 08.02.2023, как раз и образует причинно-следственную связь между установлением оснований ответственности и погашением задолженности третьим лицом; для ФИО5 являлось очевидным, что после установления оснований ответственности, определения в дальнейшем размера субсидиарной ответственности и вступления определения суда в законную силу он будет нести обязанность по выплате в конкурсную массу денежных средств в размере, соответствующем реестру требований и текущим платежам.

Также, приняв во внимание, что по заявлениям конкурсного управляющего ФИО2 и при ее активном участии были признаны недействительными сделки должника, в том числе по перечислению денежных средств в пользу ФИО5, взысканы убытки с ФИО5 в пользу должника в связи с непередачей конкурсному управляющему основных средств, суд апелляционной инстанции счел, что погашение задолженности третьим лицом преследовало цель не допустить приведение в исполнение и судебных актов о признании сделок недействительными и взыскании с контролирующего должника лица убытков.

Оценивая довод ФИО6 о погашении им требований кредиторов должника по причинам, не связанным с привлечением ФИО5 к субсидиарной ответственности (погашение задолженности произведено с целью выкупа общества у его учредителей, вывода общества из убыточного состояния и продолжения его деятельности в сфере строительства), суд апелляционной инстанции установил, что ФИО6 является руководителем ООО «Догма» (ИНН <***>), учредителем которого является ФИО10, который также является одним из учредителей ООО «Экоферма Чернышов» (ИНН <***>) с долей участия 50%; еще 50% доли участия в ООО «Экоферма Чернышов» принадлежит ФИО11, супруге ФИО5

Приняв во внимание, что требования кредиторов должника были погашены ФИО6 спустя длительное время после возникновения задолженности и только после возникновения реальной угрозы взыскания денежных средств с контролирующего должника лица в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в отсутствие в материалах дела доказательств выкупа общества «БУЕР» у его учредителей, принятия мер по выводу должника из убыточного состояния и продолжения его деятельности в сфере строительства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что погашение задолженности ФИО6 носило согласованный и взаимосвязанный характер, обусловлено привлечением ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Таким образом, исследовав и оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства, доводы и возражения сторон, проанализировав объем проделанной конкурсным управляющим ФИО2 работы, установив, что по заявлениям конкурсного управляющего были признаны недействительными сделки должника, взысканы убытки с ФИО5, при активном участии именно ФИО2 было удовлетворено заявление о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности, а также приняв во внимание, что ФИО6 обратился с заявлением о намерении погасить требования кредиторов должника только после привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности и взыскания с него убытков, суд апелляционной инстанции констатировал причинно-следственную связь между погашением требований кредиторов и привлечением ФИО5 к субсидиарной ответственности, в связи с чем взыскал с последнего в пользу арбитражного управляющего ФИО2 984 249, 75 руб., не усмотрев оснований для уменьшения размера стимулирующего вознаграждения.

Суд округа находит выводы апелляционного суда правильными и соответствующими фактическим обстоятельствам спора.

В силу абзаца четвертого пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве, если после подачи арбитражным управляющим заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующее должника лицо или иное лицо удовлетворило требования кредитора (кредиторов) или предоставило должнику денежные средства, достаточные для удовлетворения требований кредитора (кредиторов) в соответствии с реестром требований кредиторов в порядке и на условиях, которые предусмотрены статьями 71.1, 85.1, 112.1, 113, 125, 129.1 названного закона, либо если после использования кредитором права, предусмотренного подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 закона, данный кредитор получит денежные средства от исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, арбитражный управляющий имеет право на выплату суммы процентов, определяемой в соответствии с данным пунктом, если докажет, что такое удовлетворение требований кредитора (кредиторов) вызвано подачей указанного заявления арбитражным управляющим.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее- постановление Пленума №53) арбитражный управляющий в силу пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве имеет право на получение дополнительного стимулирующего вознаграждения в виде процентов в связи с привлечением к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, зависящего от результатов работы и реального вклада управляющего в конечный результат.

Как разъяснено в пункте 65 постановления Пленума № 53, арбитражный управляющий имеет право на получение стимулирующего вознаграждения, если докажет, что погашение требований кредиторов (уполномоченного органа) вызвано подачей им заявления о привлечении лица, контролирующего должника, к субсидиарной ответственности.

Определяя размер стимулирующего вознаграждения, суд учитывает, насколько действия арбитражного управляющего способствовали компенсации имущественных потерь кредиторов (уполномоченного органа) лицом, погашающим их требования.

Приведенные положения Закона о банкротстве с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума № 53, предусматривают, что арбитражный управляющий вправе получить стимулирующее вознаграждение, если докажет, что удовлетворение требования кредитора вызвано действиями управляющего, связанными с подготовкой, подачей заявления о привлечении к субсидиарной ответственности и отстаиванием позиции по этому заявлению в суде (пункт 66 постановления Пленума № 53).

В выплате вознаграждения может быть отказано, если арбитражный управляющий, привлеченные им специалисты не предпринимали меры, направленные на поиск контролирующих должника лиц и выявление их активов, занимали пассивную позицию в споре (в том числе не представляли доказательства, на основании которых контролирующее лицо привлечено к ответственности, не заявляли необходимые доводы и ходатайства), противодействовали привлечению лиц, контролирующих должника, к ответственности прямо либо косвенно (пункт 64 постановления Пленума № 53).

При этом в соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 04.04.2024 № 305-ЭС21-23741(6), законодательство не связывает выплату вознаграждения с необходимостью совершения управляющим «экстраординарных» действий, направленных на погашение требований кредиторов, а также не обусловливает эту выплату полным погашением этих требований.

В рассматриваемом случае, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, проанализировав объем и качество фактически проделанной ФИО2 работы за период исполнения обязанностей конкурсного управляющего, установив, что погашение требований конкурсных кредиторов со стороны ФИО6 стало следствием активных действий именно конкурсного управляющего ФИО2 по дальнейшему сопровождению и поддержанию поданного предыдущим конкурсным управляющим ФИО4 заявления о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности и отстаиванием позиции по этому заявлению в суде, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с лица, контролирующего должника, стимулирующего вознаграждения в пользу ФИО2 в полном объеме – 984 249, 75 руб.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ; выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, оснований для иной оценки этих выводов не имеется.

Довод заявителя кассационной жалобы о необоснованном взыскании апелляционным судом стимулирующего вознаграждения в полном объеме в пользу одного арбитражного управляющего - ФИО2, отклоняется судом округа в силу следующего.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» разъяснено, что если в ходе одной процедуры банкротства полномочия арбитражного управляющего осуществлялись несколькими лицами, то проценты по вознаграждению за эту процедуру распределяются между ними пропорционально продолжительности периода полномочий каждого из них в ходе этой процедуры, если иное не установлено соглашением между ними. Суд вправе отступить от этого правила, если вклад одного управляющего в достижение целей соответствующей процедуры банкротства существенно превышает вклад другого.

В данном случае, разрешая вопрос о размере причитающегося арбитражному управляющему ФИО2 стимулирующего вознаграждения, суд апелляционный инстанции исследовал объем проделанной каждым конкурсным управляющим работы и пришел к выводу о том, что в результате активных действий именно ФИО2 было удовлетворено заявление о привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, что побудило третье лицо погасить требования кредиторов.

При этом судом апелляционной инстанции принято во внимание отсутствие возражений со стороны ФИО4 относительно того, что в данном случае положительный результат в виде намерения погасить требования кредиторов был обусловлен именно вкладом ФИО2

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что при наличии судебного акта о взыскании с ФИО5 убытков в размере, превышающем реестр требований кредиторов должника (определение суда первой инстанции от 25.01.2023), размер его субсидиарной ответственности равнялся бы нулю, что само по себе уже свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между погашением ФИО6 требований кредиторов и привлечением контролирующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, отклоняется судом округа, поскольку противоречит установленным судом апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам по делу.

В рассматриваемом случае, как отметил апелляционный суд, ФИО6 не было представлено достоверных и допустимых доказательств того, что погашение им требований кредиторов обусловлено иными причинами, а не подачей заявления о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Кроме того, суд кассационной инстанции принимает во внимание то, что заявление о намерении погасить требования кредиторов было подано ФИО6 и после вынесения судебного акта о взыскании с ФИО5 убытков.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что стимулирующее вознаграждение, предусмотренное пунктом 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве, не применяется при взыскании убытков, отклоняется судом округа, поскольку в соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2024 № 305-ЭС23-22266, субсидиарная ответственность по обязательствам несостоятельного должника фактически представляет собой разновидность иска о взыскании убытков, соответственно, положения указанного пункта применимы и к требованию о возмещении убытков.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе ФИО5, в том числе о пассивном поведении арбитражного управляющего ФИО2 при рассмотрении арбитражным судом заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, об отсутствии причинно-следственной связи между привлечением ФИО5 к субсидиарной ответственности и удовлетворением ФИО6 требований кредиторов, отклоняются судом округа, поскольку, по существу, направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судом апелляционной инстанции на основании произведенной им оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки суда, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных статьями 286, 287 АПК РФ.

Поскольку неправильного применения судом апелляционной инстанции норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 по делу № А72-16259/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Н.А. Третьяков

Судьи М.В. Коноплева В.А. Самсонов