Постановление от 19 июня 2024 г. по делу № А53-22530/2019

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-22530/2019
г. Краснодар
20 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2024 года.

            Постановление в полном объеме изготовлено 20 июня 2024 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мацко Ю.В., судей Андреевой Е.В. и  Конопатова В.В. , при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Белоусовой Е.В., при участии в судебном заседании, проводимом с применением систем видео-конференц-связи Арбитражного суда Ростовской области (судья Овчинникова В.В.) от публичного акционерного общества «ТНС энерго Ростов-на-Дону» – ФИО1 (доверенность от 04.03.2024), в отсутствие  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) ФИО2, ФИО3, ФИО4,  иных участвующих в деле лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу публичного акционерного общества «ТНС энерго Ростов-на-Дону» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 6 февраля 2024 года и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 8 апреля 2024 года по делу № А53-22530/2019, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Жилсервис» (далее – должник) в арбитражный суд обратилась конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО3, ФИО4, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Конкурсный управляющий заявил отказ от требования в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО7

Определением суда от 6 февраля 2024 года, с учетом дополнительного определения от 11 марта 2024 года,  оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 8 апреля 2024 года, принят отказ конкурсного управляющего от требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО7; производство по заявлению в части требований конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО7 прекращено; в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ПАО «ТНС энерго Ростов-на-Дону» просит отменить судебные акты в части отказа в удовлетворении требований и удовлетворить требования конкурсного управляющего. По мнению заявителя, ФИО3 и ФИО4 не исполнили обязанность по подаче в суд заявления о признании должника банкротом, поскольку по состоянию на декабрь 2018 года обладали информацией о неблагоприятном финансовом положении должника; по состоянию на 31.12.2018 должник отвечал признакам неплатежеспособности. Обязанность обратиться с заявлением о банкротстве должника возникла у руководителя должника ФИО3 в течение месяца после сдачи бухгалтерской отчетности. Поскольку бывший руководитель должника ФИО3 не исполнил вышеуказанную обязанность, то с 30.04.2019 соответствующие действия должен был совершить единственный учредитель должника – ФИО4

 В судебном заседании представитель кредитора ПАО «ТНС энерго Ростов-на-Дону» поддержала доводы жалобы.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Из материалов дела видно и суды установили, что определением суда от 22.10.2019 в отношении должника введена процедура наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО8

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «КоммерсантЪ» 02.11.2019.

Решением суда от 22.06.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО8

Сведения о введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «КоммерсантЪ» 04.07.2020.

Определением суда от 17.08.2021 арбитражный управляющий ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда от 31.03.2022 конкурсным управляющим утверждена ФИО2

Генеральным директором должника с 03.02.2016 по 10.12.2019 являлся ФИО3, с 10.12.2019 по 30.06.2020 – ФИО5

Участниками должника являлись ФИО7 с 03.02.2016 (100%), ФИО6 с 09.12.2016 (100%), ФИО4 с 30.11.2017 (100%).

ФИО3 и ФИО4 являлись контролирующим должника лицами.

Конкурсный управляющий указал, что в нарушение пункта 2 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) ФИО3 и ФИО4 не обратились в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) при наличии у должника признаков банкротства.

С мая 2017 года по март 2019 года у должника возникла задолженность перед кредиторами.

Единственным активом должника являлась дебиторская задолженность, которая согласно бухгалтерской отчетности за 2018 год составила 22 981 тыс. рублей, кредиторская задолженность – 14 623 тыс. рублей.

Признаки неплатежеспособности у должника наступили по итогам 2018 года, для контролирующего должника лица являлось очевидным, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и соответственно заявление о признании должника банкротом должно быть подано не позднее 01.05.2019. Новые обязательства после 01.05.2019 у должника возникли в размере 665 576 рублей 51 копейка.

Полагая, что при указанных обстоятельствах у должника наступили признаки объективного банкротства, у ответчиков возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, конкурсный управляющий обратился в суда с заявлением.

Отказывая в удовлетворении требования конкурсного управляющего, суды правомерно руководствовались положениями статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2, 3, 9, 61.10, 61.12 Закона о банкротстве, правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 за 2016 год, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016.

Суды установили, что должник являлся организацией, осуществляющей деятельность по управлению и эксплуатации жилого фонда в городе Шахты. Специфика функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

Деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, носит убыточный характер. Поэтому сам по себе признак недостаточности имущества у должника не может свидетельствовать о наступлении обязанности у ответчика подать заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Единственные источники финансирования деятельности должника - это платежи за коммунальные услуги и жилищные услуги от населения, юридических лиц. Исходя из экономической обстановки в регионе в спорный период, население несвоевременно, со значительными задержками и не в полном объеме производит оплату жилищно-коммунальных услуг. В этой связи, активы должника находятся в прямой зависимости исключительно от платежеспособности населения.

По данным анализа бухгалтерского баланса должника в 2018 году должник располагал активами на сумму 23 211 тыс. рублей, состоящими из дебиторской задолженности населения в размере 22 981 тыс. рублей, сумма кредиторской задолженности составила 14 623 тыс. рублей.

Очевидно, что невозможность своевременной оплаты текущих платежей не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах.

Превышение размера кредиторской задолженности над размерами активов, также не может свидетельствовать о наличии у руководителя обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Ситуация, при которой должник имеет непогашенную задолженность перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с дебиторской задолженностью, является обычной для функционирования управляющих организаций. В отдельные периоды в пределах одного финансового года у организации может возникать прибыль или убыток от текущей хозяйственной деятельности, но эти показатели сами по себе не могут считаться безусловным доказательством недостаточности ее имущества и являться основанием для возникновения обязанности руководителя организации по подаче заявления о банкротстве в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве.

Имея дебиторскую задолженность населения, должник имел перспективу в спорный период произвести расчеты с кредиторами.

Таким образом, наличие неисполненных обязательств, вступившего в законную силу и неисполненного судебного акта перед кредиторами сами по себе не влекут безусловную обязанность руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Правоотношения должника по договорам с ресурсоснабжающими организациями носили длительный характер и не могли быть прекращены, с учетом положений Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354, ресурсоснабжающие организации, являющиеся кредиторами должника, не могли отказаться от исполнения обязательств по заключенным с должником договорам, конечными получателями услуг которых являлись граждане – собственники и пользователи помещений в многоквартирных домах и жилых домов. Такой признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника, необходимый для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 9 и пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, в рассматриваемом случае отсутствует.

Исполнение должником обязательств производилось по мере поступления денежных средств от граждан, потребителей услуг должника, как управляющей компании.

Суды пришли к выводу о том, что обстоятельства деятельности должника не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчики добросовестно рассчитывали на их преодоление в разумный срок, приложили необходимые усилия для достижения такого результата. В рассматриваемом случае действия ответчиков не выходили за пределы обычного делового риска и не направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В материалы дела не представлены доказательства того, что ответчики совершили какие-либо намеренные действия, направленные на причинение вреда должнику либо его кредиторам. Как пояснил представитель ответчика, инициированная кредитором процедура банкротства послужила причиной принятия гражданами решения о выходе большей части многоквартирных домов из-под управления должника.

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что у ФИО3 и ФИО4 возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, а также доказательства того, что в случае своевременного исполнения обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника это привело бы к погашению задолженности, ее уменьшению, либо позволило исключить возникновение задолженности, то есть доказательства наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя и учредителя и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов.

Отсутствуют доказательства того, что неплатежеспособность должника наступила именно в результате исполнения указаний ФИО3 и ФИО4, бывший руководитель должника и единственный участник не проявили должную степень заботливости и осмотрительности либо проявили недобросовестность при исполнении своих обязанностей.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ухудшение финансового состояния должника и признание его несостоятельным (банкротом) находятся в причинно-следственной связи с действиями руководителя и учредителя.

Конкурсный управляющий не доказал причинно-следственную связь между бездействием бывшего руководителя должника и единственного участника по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и наступлением неплатежеспособности должника.

В материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о недобросовестном и неразумном поведении ФИО3 и ФИО4 при осуществлении руководства должника, и совершении ими действий, повлекших ухудшение финансового положения должника.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив изложенные обстоятельства, суды пришли к выводу о том, что финансовые трудности должника в определенный период были вызваны объективными обстоятельствами и не свидетельствуют о наличии у ФИО3 и ФИО4 обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о возбуждении дела о банкротстве должника в указанные кредитором даты. Суды отказали в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Все доводы и доказательства сторон спора являлись предметом исследования судов, им дана надлежащая правовая оценка.

Доводы кассационной жалобы основаны на ошибочном толковании норм права и направлены на переоценку доказательств, исследованных судами. Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 6 февраля 2024 года и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 8 апреля 2024 года по делу № А53-22530/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                                                  Ю.В. Мацко

Судьи                                                                                                                Е.В. Андреева

                                                                                                                           В.В. Конопатов