Решение от 12 ноября 2019 г. по делу № А33-10855/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

12 ноября 2019 года

Дело № А33-10855/2019

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 05.11.2019 года.

В полном объёме решение изготовлено 12.11.2019 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Главстрахнадзор" (ИНН 2465314797, ОГРН 1142468036875)

к публичному акционерному обществу страховая компания "Росгосстрах" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании страхового возмещения,

с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО1, ФИО2,

в отсутствии лиц, участвующих в деле,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО3,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Главстрахнадзор" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к публичному акционерному обществу страховая компания "Росгосстрах" (далее – ответчик) о взыскании 12 250 руб. 55 коп. страхового возмещения, 12 250 руб. 55 коп. неустойки, 5 000 руб. расходов на оплату услуг представителя.

Определением от 17.04.2019 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства.

Определением от 10.06.2019 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО1, ФИО2.

Исковые требования истца основаны на договоре цессии, по которому истец приобрел право требования от ответчика – страховщика, выплаты страхового возмещения в связи с причинением автомобилю цедента ущерба в результате ДТП.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленного иска, ссылаясь на надлежащее исполнение своих обязательств по выплате страхового возмещения в полном объеме. Ответчик указывает на то, что истец не подтвердил переход уступаемого права на основании договора цессии, не представил затребованные ответчиком документы. Ответчик считает, что в представленном истцом договоре цессии ненадлежащим образом определен предмет договора.

А также ответчик ссылается на то, что истец не вправе был проводить собственную независимую экспертизу с учетом того, что потерпевший не выражал несогласие с результатами экспертизы, проведенной ответчиком.

Ответчик считает требование о взыскании утраты товарной стоимости необоснованным, поскольку потерпевший при обращении к ответчику с заявлением о страховом возмещении не указал на необходимость определения размера утраты товарной стоимости, в связи с чем ответчик не производил соответствующую оценку.

Кроме того, ответчик ссылается на то, что заключения истца выполнены с нарушением требований Единой методики, отмечая, что истец злоупотребляет правом. А также ответчик ссылался на отсутствие оснований для взыскания неустойки за период до вступления в законную силу решения по настоящему делу и просил применить статью 333 Гражданского кодекса РФ, ссылался на необоснованность и чрезмерность заявленных судебных расходов.

Определением от 18.09.2019 судом назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Автолайф» ФИО4, установлена фиксированная стоимость экспертизы в размере 9 500 руб.

Перед экспертом поставлены следующие вопросы:

- определить стоимость восстановительного ремонта транспортного средства LADA 217030 г/н <***> на дату ДТП – 17.06.2016, в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной ЦБ РФ от 19.09.14 № 432-П?

- определить размер утраты товарной стоимости транспортного средства LADA 217030 г/н <***>?

01.10.2019 в материалы дела поступило экспертное заключение ООО «Автолайф» № 1598 от 30.09.2019.

В связи с поступившим в материалы дела экспертным заключением 05.11.2019 от истца в материалы дела поступило ходатайство об уточнении исковых требований, в котором истец просил взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 1 800 руб., сумму утраты товарной стоимости в размере 2 620 руб., неустойку в размере 12 250,55 руб., расходы на услуги представителя в размере 5 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб.

Заявление истца об уменьшении размера исковых требований в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ принято судом. Дело рассматривается с учетом произведенных изменений.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, для участия в судебное заседание не явились. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте Арбитражного суда Красноярского края. На основании статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ дело рассматривается в отсутствие лиц, участвующих в деле.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

17.06.2016 в районе <...> в г. Красноярске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей Lada Granta г/н <***> находившегося под управлением ФИО5 (собственник, потерпевший – ФИО2) и Hino Ranger г/н <***> находившегося под управлением ФИО1 (причинитель вреда).

Оформление ДТП проводилось без участия сотрудников ГИБДД. Участниками ДТП был заполнен бланк извещения о ДТП, в котором ФИО1 признал себя виновным в ДТП.

В результате ДТП автомобилю Lada Granta г/н <***> были причинены повреждения.

Автогражданская ответственность потерпевшего на момент ДТП была застрахована у ответчика по полису ЕЕЕ № 0361452656. Автогражданская ответственность причинителя вреда была также застрахована у ответчика по полису ЕЕЕ № 0345013160.

30.06.2016 потерпевший обратился к ответчику с заявлением о страховом возмещении. 07.07.2016 ответчик подготовил письмо № 0-ВД-5513, адресованное потерпевшему, в котором ответчик потребовал от потерпевшего надлежащим образом заверенное извещение о ДТП. 21.07.2016 потерпевший представил надлежащим образом заверенное извещение о ДТП.

Ответчик организовал осмотр транспортного средства. Рассмотрев заявление потерпевшего, ответчик признал вышеуказанное ДТП страховым случаем и согласно акту о страховом случае от 22.07.2016 определил выплатить страховое возмещение в размере 15 400 руб. на основании экспертного заключения от 24.07.2016 № 13672238, подготовленного АО «Технэксперо».

Согласно платежному поручению № 903 от 25.07.2016 ответчик произвел выплату страхового возмещения потерпевшему в размере 15 400 руб.

Потерпевший, посчитав размер страхового возмещения заниженным, обратился в ООО «Оценка плюс» за проведением независимой экспертизы. Было подготовлено заключение № Е2107/Л-1 от 21.07.2016, согласно которому стоимость восстановительного ремонта поврежденного ТС с учетом износа деталей составила 24 758 руб.

Также было подготовлено заключение № Е2107/Л-1У от 21.07.2016, согласно которому размер утраты товарной стоимости составил 2 892,55 руб.

Между потерпевшим (цедент) и истцом (цессионарий) заключен договор цессии № 420/07-16 от 26.07.2016, согласно которому потерпевший уступил истцу право требование, возникшее в связи с вышеуказанным страховым случаем по факту ДТП от 17.06.2016 с участием ТС Lada Granta г/н <***> и Hino Ranger г/н <***> на основании договора страхования автогражданской ответственности. Согласно пункту 3.1 договора уступаемое право переходит цеденту с момента подписания договора цессии.

13.02.2018 истец предъявил ответчику претензию, в которой просил выплатить страховое возмещение, исходя из экспертных заключений ООО «Оценка плюс» в размере 12 250, 55 руб. (24 758 + 2 892,55 – 15 400), включая в размер страхового возмещения утрату товарной стоимости, неустойку за просрочку исполнения обязательства по выплате страхового возмещения, а также возместить понесенные потерпевшим расходы.

Ответчик подготовил письмо от 21.02.2018 № 13672238 исх. 2188, адресованное потерпевшему, в котором указывает на необходимость получения от потерпевшего подтверждения заключения договора цессии № 420/07-16 от 26.07.2016.

Для истца ответчик подготовил письмо от 21.02.2018 № 13672238 исх. 2186, в котором указывает на то, что цеденту направлен запрос о подтверждении перехода права требования истцу. А также в письме указывается на то, что представленный договор цессии не подтверждает переход уступаемых прав.

Ответчик в обоснование своей позиции по делу представил акт проверки, выполненный ООО «ТК СЕРВИС РЕГИОН» от 15.02.2018, в котором сделан вывод, что заключение № Е2107/Л-1 от 21.07.2016 выполнено в нарушение Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утв. Положением Банка России от 19.09.2014 N 432-П.

Согласно экспертному заключению № 1598 от 30.09.2019, выполненному ООО «Автолайф», стоимость ремонта с учетом износа составляет 17 200 руб., без учета износа – 18 700 руб., размер утраты товарной стоимости – 2 620 руб.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Спорные правоотношения регулируются Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО).

Согласно пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда жизни или здоровью потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред. Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 настоящего Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков (пункт 2 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Если транспортные средства повреждены в результате их взаимодействия (столкновения) и гражданская ответственность их владельцев застрахована в обязательном порядке, страховое возмещение осуществляется на основании пункта 1 статьи 14.1 Закона об ОСАГО страховщиком, застраховавшим гражданскую ответственность потерпевшего (прямое возмещение ущерба).

Материалами дела подтверждается, что в результате ДТП автомобилю потерпевшего (цедента) были причинены механические повреждения по вине второго участника ДТП. Автогражданская ответственность потерпевшего на момент ДТП была застрахована у ответчика, в связи с чем потерпевший вправе был обратиться к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения.

Потерпевший обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения. Страховщик организовал осмотр транспортного средства и признал произошедшее ДТП страховым случаем, выплатил страховое возмещение в размере 15 400 руб.

В последующем истец обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения, основывая свои требования на договоре цессии, по которому права требования потерпевшего перешли истцу.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступки требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пунктами 69, 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" договор уступки права на страховую выплату признается заключенным, если предмет договора является определимым, т.е. возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (пункт 1 статьи 307, пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (пункт 1 статьи 384 ГК РФ, абзацы второй и третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В соответствии с частью 2 статьи 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Предмет договора цессии, представленного истцом, определен путем указания на страховой случай – дату ДТП, транспортные средства, участвовавшие в ДТП, страховой полис потерпевшего. Указанные сведения позволяют установить в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка.

Оценив условия договора цессии, суд признает его заключенным в соответствии с требованиями действующего законодательства, а переход уступаемых прав – состоявшимся. Доказательства, подтверждающие переход к истцу права требования выплаты страхового возмещения и иных связанных с ним требований, представлены. Поскольку пунктом 3.1 договора цессии стороны не установили иное правило, чем предусмотренное частью 2 статьи 389.1 ГК РФ, момент перехода уступаемых прав совпадает с моментом заключения договора цессии. Соответственно, истец вправе был обратиться к ответчику за страховой выплатой и с иными требованиями, основанными на положениях Закона об ОСАГО.

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъясняется, что в соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК РФ исполнение, совершенное должником первоначальному кредитору до момента получения уведомления об уступке, считается предоставленным надлежащему лицу.

В пункте 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что достаточным доказательством перехода права требования к новому кредитору является уведомление должника цедентом о состоявшейся уступке права (требования) либо предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении об уступке права (требования).

Следовательно, если первоначальный кредитор оспаривает факт перехода права, то в отсутствие уведомления от цедента либо акта по передаче права (требования) по договору об уступке права (требования) уведомление должника цессионарием не является доказательством состоявшейся уступки права требования и риск возможных последствий исполнения обязательства ненадлежащему лицу должен нести должник (Постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 N 14548/11 по делу N А40-33999/10-47-296).

Из представленного договора цессии следует, что момент перехода уступаемых прав по договору совпадает с моментом заключения договора цессии. В связи с чем, подписание данного договора обеими сторонами свидетельствует и об одновременном его исполнении в части передачи уступаемых прав. Представление договора цессии должнику в данном случае является подтверждением возникновения между потерпевшим и истцом отношений по договору цессии и подтверждением его исполнения в части передачи уступаемых прав.

В рассматриваемом случае ответчик получил от истца нотариально заверенную копию договора цессии. У ответчика возникли сомнения относительно состоявшейся уступки права требования, в связи с чем он направил письмо потерпевшему с просьбой подтвердить факт уступки права требования. Потерпевший при этом не оспаривал заключение договора цессии, свои возражения по этому поводу не представил ответчику. Кроме того, в последующем после заключения договора цессии потерпевший никак не проявлял интерес в получении страхового возмещения в большем размере, никаких дополнительных требований к страховщику не предъявлял, что могло бы свидетельствовать для страховщика о спорности перехода уступаемых прав. Таким образом, объективных причин для сомнений по факту перехода уступаемых прав у ответчика не было. Представленный истцом нотариально заверенный договор цессии при изложенных обстоятельствах является надлежащим доказательством подтверждения перехода уступленного права.

Доказательств того, что потерпевший в дорожно-транспортном происшествии при заключении договора цессии имел намерение оставить за собой в какой-либо части право требования к страховой компании, ответчиком не представлено.

Использование должником предоставленного пунктом 1 статьи 385 ГК РФ права не исполнять обязательство новому кредитору до представления ему доказательств перехода права требования к этому лицу не препятствует рассмотрению и удовлетворению иска нового кредитора в случае представления суду доказательств перехода права требования, указанных в пункте 2 статьи 385 ГК РФ. Как следует из содержания части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса РФ, обращение лица в суд должно преследовать цель защиты его нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. В связи с тем, что решение принимается судом исходя из установленных им фактов, существующих на дату принятия решения, для удовлетворения исковых требований необходимо, чтобы такое нарушение прав имело место на момент принятия решения. Из материалов дела следует, что между сторонами рассматриваемого дела по существу имеется спор о том, имеет ли истец право требовать страхового возмещения в большем размере, чем данное возмещение было выплачено ответчиком потерпевшему до заключения договора цессии. Ответчик полагает, что выплатив потерпевшему страховое возмещение в размере 15 400 руб. его обязательства прекратились надлежащим исполнением. В связи с чем, ответчик по существу оспаривал право истца на получение страхового возмещения безотносительно того, подтвердил ли истец переход уступаемых прав по договору цессии или нет.

Поскольку в рамках настоящего дела установлено, что истец имеет право на получение страхового возмещения на основании договора цессии, заключенного с цедентом – потерпевшим в ДТП, требование истца о взыскании страхового возмещения является правомерным при условии доказанности того, что обязательство страховщика по выплате страхового возмещения было исполнено не в полном объеме.

Стоимость восстановительного ремонта, определенная в экспертном заключении истца различается со стоимостью, определенной экспертным заключением ответчика. При этом ответчик считает экспертное заключение истца ненадлежащим доказательством, выполненным с нарушением требований действующего законодательства. В связи с чем, по делу назначена судебная автотехническая экспертиза.

В материалы дела поступило заключение ООО «Автолайф» № 1598 от 30.09.2019, согласно которому стоимость ремонта с учетом износа составляет 17 200 руб., без учета износа – 18 700 руб.

Согласно статье 12.1 Закона об ОСАГО независимая техническая экспертиза по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства проводится по правилам, утверждаемым Банком России. Независимая техническая экспертиза проводится с использованием единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, которая утверждается Банком России. Судебная экспертиза транспортного средства, назначаемая в соответствии с законодательством Российской Федерации в целях определения размера страхового возмещения потерпевшему и (или) стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора обязательного страхования, проводится в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утверждаемой Банком России, и с учетом положений настоящей статьи.

В пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что по договору обязательного страхования размер страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему в связи с повреждением транспортного средства, по страховым случаям, наступившим начиная с 17 октября 2014 года, определяется только в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года № 432-П.

Согласно преамбуле к Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года N 432-П (далее - Единая методика, Методика), она является обязательной для применения страховщиками или их представителями, если они самостоятельно проводят осмотр, определяют восстановительные расходы и выплачивают страховое возмещение в соответствии с Законом об обязательном страховании гражданской ответственности, экспертами- техниками, экспертными организациями при проведении независимой технической экспертизы транспортных средств, судебными экспертами при проведении судебной экспертизы транспортных средств, назначаемой в соответствии с законодательством Российской Федерации в целях определения размера страховой выплаты потерпевшему и (или) стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Изучив представленное в материалы дела экспертное заключение № 1598 от 30.09.2019, в отсутствие возражений сторон, суд принимает его в качестве доказательства суммы ущерба, причиненного в результате ДТП. Из исследовательской части экспертного заключения следует, что оно было выполнено в соответствии с требованиями Единой методики.

Согласно пункту 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" если разница между фактически произведенной страховщиком страховой выплатой и предъявляемыми истцом требованиями составляет менее 10 процентов, необходимо учитывать, что в соответствии с пунктом 3.5 Методики расхождение в результатах расчетов размера расходов на восстановительный ремонт, выполненных различными специалистами, образовавшееся за счет использования разных технологических решений и погрешностей, следует признавать находящимся в пределах статистической достоверности.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 21 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств" утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.06.2016, установление расхождения в результатах расчетов размера расходов на восстановительный ремонт, выполненных различными специалистами, в пределах 10 процентов является основанием к отказу в удовлетворении требований о взыскании этой разницы в пользу потерпевшего.

Результаты расчета стоимости восстановительного ремонта, отраженные в заключении истца № Е2107/Л-1 от 21.07.2016 имеют расхождение больше чем на 10 процентов с расчетом, изложенным в заключении № 1598 от 30.09.2019.

Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что в экспертном заключении истца стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства была завышена. Учитывая тот факт, что результаты расчетов заключения № 1598 от 30.09.2019 и заключения истца не находятся в пределах статистической достоверности, суд приходит к выводу о том, что экспертное заключение истца выполнено не в соответствии с требованиями Единой методики, данное заключение не признается судом в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего размер причиненного ущерба.

В то же время результаты расчетов размера расходов на восстановительный ремонт ответчика (15 400 руб.) также расходятся с расчетом, изложенным в заключении № 1598 от 30.09.2019, больше чем на 10 процентов. В связи с чем, и расчеты ответчика не могут приниматься в качестве подтверждения размера причиненного в результате ДТП ущерба. Указанное обстоятельство свидетельствуют о том, что страховщиком не верно была определена стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, размер страхового возмещения был занижен. Соответственно, выплаченное ответчиком страховое возмещение в размере 15 400 руб. свидетельствует об исполнении страховщиком своих обязательств не в полном объеме.

Истец возражения против выводов, изложенных в заключении № 1598 от 30.09.2019, не выразил, заявив ходатайство об уменьшении размера исковых требований в соответствии с результатами судебной экспертизы, в котором истец просил взыскать с ответчика 1 800 руб. страхового возмещения (17 200 – 15 400).

В то же время ответчиком в материалы дела не представлены доказательства, опровергающие выводы эксперта, изложенные в экспертном заключении № 1598 от 30.09.2019, или доказательства, свидетельствующие о некомпетентности эксперта, проводившего исследование.

Поскольку на основании части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, то непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно, как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 марта 2012 года N 12505/11).

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ответчик исполнил свои обязательства по выплате страхового возмещения не в полном объеме. В связи с чем, исковое требование о взыскании страхового возмещения в размере 1 800 руб. является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Доводы ответчика о злоупотреблении истцом правом суд считает необоснованными. Заявленный иск основан на том, что истец в соответствии с нормами действующего законодательства по договору цессии приобрел имущественное право требование и предъявленный иск обусловлен ненадлежащим исполнением страховщиком своих обязательств. Таким образом, при установлении факта нарушения ответчиком своих обязательств по выплате страхового возмещения в полном объеме и в установленный законом срок сам факт предъявления истцом заявленного иска не может свидетельствовать о злоупотреблении правом.

Ответчик, ссылаясь на пункт 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58, полагает, что истец не вправе требовать выплаты суммы утраты товарной стоимости, поскольку при первоначальном обращении к страховщику потерпевший в заявлении не указывал на необходимость определения утраты товарной стоимости. Однако доводы ответчика основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Согласно пункту 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» под страховой выплатой понимается конкретная денежная сумма, подлежащая выплате страховщиком в возмещение вреда жизни, здоровью и/или в связи с повреждением имущества потерпевшего (пункт 3 статьи 10 Закона N 4015-1, статьи 1 и 12 Закона об ОСАГО).

В пункте 37 этого же Постановления Пленума разъясняется, что к реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утрата товарной стоимости, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Разъяснения, изложенные в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58, согласно которым в заявлении о страховом возмещении потерпевший должен также сообщить о другом известном ему на момент подачи заявления ущербе, кроме расходов на восстановление поврежденного имущества, который подлежит возмещению (например, об утрате товарной стоимости, о расходах на эвакуацию транспортного средства с места дорожно-транспортного происшествия и т.п.) нельзя толковать ограничительно применительно к праву потерпевшего на возмещение ущерба в виде величины утраченной товарной стоимости.

Указанные разъяснения Постановления Пленума основаны на положениях статьи 11 Закона об ОСАГО, регламентирующей действия страхователей и потерпевших при наступлении страхового случая. Из положений указанной статьи, как и из других норм Закона об ОСАГО, не следует, что выплата утраты товарной стоимости при рассмотрении заявления потерпевшего о страховом возмещении ставится в зависимость от того, указал ли на это в своем заявлении потерпевший. Такие выводы и не приводятся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58.

Напротив, учитывая, что утрата товарной стоимости относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей, утрата товарной стоимости также входит в размер страховой выплаты, подлежащей выплате страховщиком в возмещение вреда в связи с повреждением имущества потерпевшего.

Кроме того, в пункте 21 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств" утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.06.2016 отмечается, что страховщик обязан в каждом конкретном страховом случае решать вопрос об определении величины утраченной товарной стоимости безотносительно к наличию либо отсутствию соответствующего заявления потерпевшего и при наличии правовых оснований осуществлять выплату страхового возмещения в указанной части, помимо стоимости восстановительного ремонта и запасных частей транспортного средства.

Истец в соответствии с результатами судебной экспертизы поддерживал требование о взыскании с ответчика суммы утраты товарной стоимости в размере 2 620 руб. Обоснованность экспертного заключения ООО «Автолайф» в этой части ответчик также не опроверг. В связи с чем выводы экспертного заключения ООО «Автолайф» при разрешении искового требования о взыскании суммы утраты товарной стоимости принимается судом во внимание.

Учитывая, что ответчик утрату товарной стоимости на момент рассмотрения спора по настоящему делу не возместил, исковое требование о взыскании страхового возмещения в виде утраты товарной стоимости является правомерным и подлежащим удовлетворению в размере 2 620 руб.

В части заявленного требования о взыскании неустойки суд пришел к следующим выводам.

Пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъясняется, что размер неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства определяется в размере 1 процента, а за несоблюдение срока проведения восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определяется в размере 0,5 процента за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, за вычетом сумм, выплаченных страховой компанией в добровольном порядке в сроки, установленные статьей 12 Закона об ОСАГО (абзац второй пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, т.е. с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных Правилами, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно.

Учитывая, что материалами дела подтверждается факт неисполнения ответчиком своих обязательств по выплате страхового возмещения, истец вправе требовать взыскания неустойки, исходя из суммы несвоевременно выплаченного страхового возмещения.

Доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания неустойки за период до вступления в законную силу решения суда по настоящему делу являются ошибочными, поскольку основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции и/или штрафа, если обязательства страховщика были исполнены в порядке и в сроки, которые установлены Законом об ОСАГО, а также, если страховщик докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы или вследствие виновных действий (бездействия) потерпевшего (пункт 5 статьи 16.1 Закона об ОСАГО).

Пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что до полного определения размера подлежащего возмещению по договору обязательного страхования вреда страховщик по заявлению потерпевшего вправе осуществить часть страховой выплаты, соответствующую фактически определенной части указанного вреда.

Если страховое возмещение, отказ в страховом возмещении или изменении его размера зависят от результатов производства по уголовному или гражданскому делу либо делу об административном правонарушении, срок осуществления страхового возмещения или его части может быть продлен до окончания указанного производства и вступления в силу решения суда (пункт 4.26 Правил обязательного страхования, утв. Положением Банка России от 19.09.2014 N 431-П).

Рассматривая заявление потерпевшего о страховом возмещении, страховщик определяет, имеются ли основания для осуществления страхового возмещения или отказа в осуществления страхового возмещения, а также размер страхового возмещения. Страховщик находится в состоянии правовой неопределенности в случае, если обоснованность заявления о страховом возмещении и определение размера такого возмещения зависят от результатов производства по уголовному или гражданскому делу либо делу об административном правонарушении. По смыслу указанных норм права право страховщика на продление срока осуществления страхового возмещения направлено на исключение случаев возложения ответственности на страховщика за просрочку осуществления страхового возмещения при наличии обстоятельств, препятствующих страховщику исполнить свои обязательства в установленный законом срок, по объективным причинам, не зависящим от страховщика, а именно, если надлежащее исполнение обязательств страховщика поставлено в зависимость от результатов производства по уголовному или гражданскому делу либо делу об административном правонарушении. При этом невозможность исполнения страховщиком обязательств по осуществлению страхового возмещения должна быть обусловлена обстоятельствами, существовавшими в период, предусмотренный законом для осуществления страхового возмещения, то есть 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков.

Положения пункта 4.26 Правил обязательного страхования, утв. Положением Банка России от 19.09.2014 N 431-П, регулируют отношения страховщика с потерпевшим на этапе рассмотрения заявления потерпевшего о страховом возмещении до принятия окончательного решения страховщиком по заявлению потерпевшего. В случае же истечения указанного срока и принятия страховщиком решения по страховому случаю (осуществление страхового возмещения или отказ в страховом возмещении) положения пункта 4.26 Правил обязательного страхования, утв. Положением Банка России от 19.09.2014 N 431-П, не подлежат применению, поскольку оконченный срок для исполнения страховщиком обязанности по страховому возмещению не может быть продлен.

Спор, возникший, в том числе по поводу размера страхового возмещения, после рассмотрения заявления о страховом возмещении и принятии страховщиком решения по данному заявлению, не относится к тем случаям, которые по смыслу пункта 4.26 Правил обязательного страхования, утв. Положением Банка России от 19.09.2014 N 431-П позволяют страховщику продлевать срок осуществления страхового возмещения.

При ином толковании указанных норм права, в частности, как их толкует ответчик в своем отзыве, страховщик во взаимоотношениях с получателем страхового возмещения получал бы необоснованное преимущество из своего поведения, выражающегося в ненадлежащем исполнении обязательств по осуществлению страхового возмещения в установленный законом срок, в виде освобождения от установленной законом ответственности.

В рассматриваемой ситуации ни сама страховая выплата, ни ее размер не зависели от результата производства по уголовному, гражданскому либо административному делу. На момент принятия страховщиком решения о выплате потерпевшему страхового возмещения у страховщика отсутствовала неопределенность в основаниях для осуществления страхового возмещения и определении размера такого возмещения. Материалами дела не подтверждается, что на момент рассмотрения страховщиком заявления потерпевшего о страховом возмещении имелись какие-либо производства по уголовному, гражданскому либо административному делу. Размер страхового возмещения (15 400 руб.) был определен страховщиком по результатам организованного им осмотра и экспертизы. Выплата страхового возмещения в указанном размере была произведена страховщиком в пределах установленного законом срока. Таким образом, страховщик рассмотрел по существу заявление потерпевшего о страховом возмещении и принял положительное решение по нему.

Между тем положения Закона об ОСАГО не исключают в последующем возможности возникновения у потерпевшего (а в настоящем случае цессионария на основании договоре цессии) правопритязания, основанного на том, что страховщик произвел страховое возмещение не полном объеме. Установление при рассмотрении спора по настоящему делу того факта, что страховщик занизил размер страхового возмещения, означает, что страховщик обязательство по выплате страхового возмещения исполнил не в полном объеме. В свою очередь, установление данного факта на момент рассмотрения спора свидетельствует и о просрочке исполнения страховщиком обязательства по осуществлению страхового возмещения, поскольку страховщик должен был исполнить свои обязательства в полном объеме в установленный законом срок до обращения истца в суд с заявленным иском (на этапе рассмотрения заявления потерпевшего о страховом возмещении). Страховщик как обязанное лицо в данных правоотношениях в силу статьи 309 ГК РФ должен предпринимать все меры для надлежащего исполнения обязательств по выплате страхового возмещения, в частности, по определению размера страхового возмещения в соответствии с требованиями Единой методики. Соответственно, риск наступления ответственности страховщика в связи с занижением размера страхового возмещения, лежит на ответчике.

Ненадлежащее исполнение обязательств страховщика, обусловленное проведением экспертизы в нарушение требований Единой методики и занижением размера страхового возмещения, не может компенсироваться за счет определения размера страхового возмещения в рамках судебной экспертизы, назначенной по настоящему делу. В связи с изложенным основания для освобождения ответчика от ответственности отсутствуют.

Истец произвел расчет неустойки за период с 21.07.2016 по 05.04.2019 (за 950 дней просрочки) от суммы 4 420 (1 800 + 2 620) руб. Размер неустойки по расчету истца составляет 41 990 руб.

Представленный расчет проверен судом и признается неверным ввиду того, что истец неправильно определил начало периода начисления неустойки в нарушение положений пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, а также количество дней просрочки в данном периоде.

В соответствии с пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом того, что полный пакет документов после получения замечаний ответчика был представлен ответчику потерпевшим 21.07.2019, срок исполнения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения приходится на 10.08.2016. Соответственно, начисление неустойки правомерно с 11.08.2016.

С учетом изложенного, размер неустойки, которую истец вправе требовать, составляет 42 785,60 руб. (за 968 дней просрочки) за период с 11.08.2016 по 05.04.2019.

Вместе с тем данный расчет не влияет на правомерность требования истца, поскольку истец снизил размер взыскиваемой неустойки до 12 250,55 руб. В связи с чем, суд исходит из данной денежной суммы и признает правомерным требование истца о взыскании неустойки в заявленном размере, но за период с 11.08.2016 по 05.04.2019.

Между тем ответчик в возражениях указывает, что размер неустойки несоразмерен последствиям нарушенного обязательства. Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В пункте 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъясняется, что применение статьи 333 ГК РФ об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства.

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки, суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и другие (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 N 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации").

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 N 81 при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Оценив имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу о том, что размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства.

Действующее гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение. Неустойка выполняет функцию стимулирования к надлежащему и своевременному исполнению обязательства, а также носит компенсационный характер - устранить реально возникшие у кредитора убытки, вызванные ненадлежащим исполнением должником обязательств. Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Судом учтено, что истец осуществляет свою предпринимательскую деятельность путем приобретения по договорам уступки права взыскания задолженности со страховых компаний. То есть является профессиональным участником правоотношений, связанных со страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств. Непосредственно сам истец какие-либо убытки от ДТП не понес. Какие-либо доказательства, подтверждающие, что у него имеются негативные последствия, вызванные нарушением ответчиком своих обязательств по выплате страхового возмещения от ДТП, истцом не представлены.

Суд полагает заявленный размер неустойки не соразмерен последствиям нарушения ответчиком своих обязательств, размер неустойки истцом определен в размере невыплаченного страхового возмещения. В такой ситуации с учетом суммы невыплаченного страхового возмещения, отсутствия каких-либо подтвержденных убытков, вызванных просрочкой выплаты страхового возмещения, в заявленном размере неустойка не носит компенсационный характер и является способом обогащения истца.

Учитывая указанные обстоятельства, а также принимая во внимание характер взаимоотношений между ответчиком, лицом, которому был причинен вред, и истцом, суд считает возможным снизить размер заявленной неустойки до 2 000 руб. на основании статьи 333 ГК РФ. Взыскание неустойки в заявленном истцом размере приведет к обогащению кредитора за счет должника.

При разрешении вопроса о распределении судебных расходов суд исходил из следующего.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2017 г. N 20-П разъяснено, что возмещение судебных расходов осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и на основании того судебного акта, которым спор разрешен по существу; при этом процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования; данный вывод, в свою очередь, непосредственно связан с содержащимся в резолютивной части судебного решения выводом о том, подлежит ли иск удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и влечет восстановление нарушенных прав и свобод, что в силу статей 19 (часть 1) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и приводит к необходимости возмещения судебных расходов; в случае частичного удовлетворения иска и истец и ответчик в целях восстановления нарушенных прав и свобод вправе требовать присуждения понесенных ими в связи с необходимостью участия в судебном разбирательстве судебных расходов, но только в части, пропорциональной, соответственно, или объему удовлетворенных судом требований истца, или объему требований истца, в удовлетворении которых судом отказано.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" даны разъяснения по вопросам возмещения судебных издержек.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Определением от 18.09.2019 по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Автолайф», установлена фиксированная стоимость экспертизы в размере 9 500 руб. В материалы дела представлено экспертное заключение, выполненное на основании данного определения, экспертное заключение признано судом допустимым доказательством по делу. При этом на депозит суда денежные средства в счет оплаты экспертизы сторонами не вносились.

В соответствии с частью 6 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ неоплаченные или не полностью оплаченные расходы на проведение экспертизы подлежат взысканию в пользу эксперта или государственного судебно-экспертного учреждения с лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В рамках настоящего дела исковые требования удовлетворены частично в связи со снижением судом неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Судом учтено, что согласно пункту 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ).

Вместе с тем согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу.

Уменьшение истцом размера исковых требований в результате получения при рассмотрении дела доказательств явной необоснованности этого размера может быть признано судом злоупотреблением процессуальными правами и повлечь отказ в признании понесенных истцом судебных издержек необходимыми полностью или в части (часть 1 статьи 35 ГПК РФ, части 6, 7 статьи 45 КАС РФ) либо возложение на истца понесенных ответчиком судебных издержек (статья 111 АПК РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Исходя из пункта 5 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. При этом бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что другая сторона по делу употребила свое право исключительно во зло другому лицу.

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав.

Злоупотреблением являются действия, в результате которых сторона хотя и действует формально законно, но умышленно использует закон для получения неких преимуществ и отступа от принципа равенства всех перед законом.

Суд полагает, что в настоящем деле истцом допущено злоупотребление правом ввиду явной необоснованности первоначально заявленного размера требований.

Изначально истцом были заявлены требования о выплате стоимости восстановительного ремонта в размере 12 250 руб. 55 коп. и неустойки в таком же размере, рассчитанной исходя из размера страхового возмещения. В общей сумме размер денежного требования составил 24 501 руб. 10 коп.

После проведения по делу судебной экспертизы истец уменьшил размер требования о взыскании страховой выплаты до 4 420 (1 800 + 2 620) руб. в соответствии с результатами судебной экспертизы, требование о взыскании неустойки поддержал в прежнем размере.

То есть истец уменьшил размер своего денежного требования до 16 670,55 руб., что составляет 68,05% от размера первоначально заявленного требования, что свидетельствует о явной необоснованности первоначальных исковых требований.

Согласно общедоступным сведениям «Картотека арбитражных дел» Арбитражным судом Красноярского края рассматривается значительное количество аналогичных настоящему споров с участием истца. Истец систематически приобретает у потерпевших права требования к страховым компаниям на основании договора цессии. Истец является профессиональным участником правоотношений в сфере страхования гражданской ответственности.

По такого рода делам истец основывает свои требования на экспертных заключениях, выполняемых у одной и той же организации ООО «Оценка плюс» и по таким делам, как правило, проводится судебная экспертиза, по результатам которой устанавливается, что первоначально заявленные требования были необоснованными, завышенными, после чего истец в таких случаях истец уменьшает размер исковых требований в соответствии с результатами судебной экспертизы. Такое процессуальное поведение истца является систематическим. Указанное свидетельствует, что истец обращается в суд с иском о взыскании страхового возмещения и неустойки, заранее предъявляя их в завышенном размере.

Предоставленное статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ право на изменение размера исковых требований в данном случае при формально правомерном поведении истца, направленном на реализацию данного права, позволяет истцу избегать бремя несения судебных расходов за предъявление необоснованных требований. Тем самым истец извлекает из такого поведения преимущества перед ответчиком при распределении судебных расходов.

С учетом изложенного суд полагает, что расходы на проведение судебной экспертизы и расходы на услуги представителя подлежат распределению с учетом принципа пропорциональности, исходя из первоначально заявленных исковых требований.

Таким образом, с учетом размера удовлетворенных исковых требований с истца в пользу общества с ограниченной ответственностью «Автолайф» подлежат взысканию расходы на проведение судебной экспертизы в размере 3 035 руб. 25 коп.

С ответчика в пользу общества с ограниченной ответственностью «Автолайф» подлежат взысканию расходы на проведение судебной экспертизы в размере 6 464 руб. 75 коп.

В подтверждение расходов на оплату услуг представителя (за составление искового заявления) в размере 5 000 руб. истцом представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 05.04.2019 № 109 и договор об оказании юридических услуг № 89 от 05.04.2019. Согласно договору стоимость услуг за составление и подачу искового заявления составляет 5 000 руб. Расходы на данные услуги представителя судом признаются обоснованными и подлежащими возмещению, поскольку они были обусловлены рассмотрением спора по настоящему делу.

В соответствии с пунктом 11 Постановления Пленума от 21.01.2016 N 1 разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума от 21.01.2016 N 1 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

В пункте 13 Постановления Пленума от 21.01.2016 N 1 разъясняется, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Критерий разумности, используемый при определении суммы расходов на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, является оценочным. Для установления разумности судебных расходов суд оценивает их соразмерность применительно к фактическим обстоятельствам конкретного спора, условиям договора на оказание услуг и характеру услуг, оказанных в рамках этого договора, их необходимости и целесообразности в целях восстановления нарушенного права, а также учитывает размер удовлетворенных требований, количество судебных заседаний и сложность рассматриваемого дела.

В пункте 20 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» отмечается, что при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности: нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

Соблюдение критерия разумного характера судебных расходов проверяется судом наряду с такими факторами, как продолжительность разбирательства, сложность дела, соответствие расходов существующему уровню цен, качество оказанных услуг, злоупотребление сторонами своими процессуальными правами и пр. также на основе пропорционального и соразмерного характера расходов, исключения по инициативе суда нарушения публичного порядка в виде взыскания явно несоразмерных судебных расходов (правовая позиция Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации изложена в Постановлении Президиума от 04.02.2014 № 16291/10).

Оценив характер спора и результаты его рассмотрения, степень сложности дела, объем доказательств, степень участия сторон в процессе доказывания, основываясь на принципе разумности при определении размера расходов, подлежащих возмещению на оплату услуг представителей, суд полагает разумными и обоснованными судебные расходы на услуги представителя в размере 3 000 руб. Однако с учетом с учетом принципа пропорционального распределения судебных расходов истцу подлежат возмещению расходы на услуги представителя в размере 2 041 руб. 50 коп.

Истец оплатил государственную пошлину в размере 2 000 руб. согласно чек-ордеру от 09.04.2019. С учетом результата рассмотрения спора по настоящему делу расходы истца в указанном размере подлежат возмещению за счет ответчика в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества страховая компания "Росгосстрах" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Главстрахнадзор" (ИНН <***>, ОГРН <***>) 1800 руб. страхового возмещения, 2 620 руб. утраты товарной стоимости, 2 000 руб. неустойки за период с 11.08.2016 по 05.04.2019, 2 041 руб. 50 коп. судебных расходов на представителя, а также 2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований и заявления о взыскании судебных расходов отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества страховая компания "РОСГОССТРАХ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Автолайф» (ИНН <***>) 6 464 руб. 75 коп. расходов на проведение судебной экспертизы.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Главстрахнадзор" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Автолайф» (ИНН <***>) 3 035 руб. 25 коп. расходов на проведение судебной экспертизы.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба на настоящее решение подаётся через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

Э.А. Дранишникова