Решение от 16 января 2019 г. по делу № А40-220574/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-220574/18-97-1576
17 января 2019 г.
г. Москва


Резолютивная часть решения изготовлена 26 декабря 2018 года

Полный текст решения изготовлен 17 января 2019 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи А.Г. Китовой

рассмотрел в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "РЕАЛ" (ОГРН <***>, ИНН <***>, 129085, <...>, СТРОЕНИЕ 1Дата регистрации: 30.04.2013г.)

к ответчику ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "МОСКОВСКАЯ ОБЪЕДИНЕННАЯ ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ КОМПАНИЯ" (ОГРН <***>, ИНН <***>, 119526, <...>, ЭТ/КАБ 20/2017 Дата регистрации: 16.12.2004г.)

о взыскании денежных средств в размере 320 720 руб.00 коп.

без вызова сторон

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании неосновательного обогащения в размере 320 720 руб.00 коп., ссылаясь на положения ст. ст. 309-310, 1102 ГК РФ.

Стороны извещены о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства на основании главы 29 АПК РФ.

Ответчик представил отзыв на иск, по иску возражал. Ходатайствовал о рассмотрении дела по общим правилам искового производства.

Суд считае,т что отсутствуют основания для удовлетворения ходатайства ответчика в связи со следующим.

18.10.2018 года суд вынес определение о принятии искового заявления и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства, в связи с наличием признаков, предусмотренных частями 1, 2 ст. 227 АПК РФ и отсутствием ограничений, установленных частью 4 ст. 227 АПК РФ.

   Так, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 227 АПК РФ в порядке упрощенного производства подлежат рассмотрению дела, в том числе о взыскании денежных средств, если цена иска не превышает для юридических лиц пятьсот тысяч руб., для индивидуальных предпринимателей двухсот пятидесяти тысяч руб.

   Согласие сторон на рассмотрение этого дела в порядке упрощенного производства не требуется, подготовка такого дела к судебному разбирательству по правилам главы 14 АПК РФ не осуществляется.

При принятии искового заявления к производству суд установил, что оно содержит предусмотренные частью 1, статьи 227 АПК РФ признаки, при наличии которых дело подлежит рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Между тем, заявленное ходатайство о переходе к общему порядку рассмотрения спора не содержит конкретных доказательств, которые свидетельствовали бы о необходимости рассмотрения дела по общим правилам производства. Отсутствуют ссылки на документы, исследование которых дополнительно необходимо, а также не приведено объяснений тому, относительно чего именно требуется необходимость заслушивания непосредственно в судебном заседании пояснений заявителя.

Одновременно Ответчиком не приведено пояснений тому, почему рассмотрение настоящего дела не будет способствовать целям эффективного правосудия.

Поскольку обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в порядке упрощенного производства (часть 5 статьи 227 АПК РФ), ответчиком не приведено, оснований для перехода к рассмотрению дела по общим правилам искового производства не усматривается.

Суд на основании части 1 статьи 229 АПК РФ 26.12.2018 года вынес резолютивную часть решения.

От ответчика поступило заявление об изготовлении мотивированного решения.

Исследовав материалы дела, суд считает требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, истец является собственником нежилого здания общей площадью 2230,5 кв. м. с кадастровым номером 77:02:0022013:3031, расположенного по адресу: <...>., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 20.06.2013г.

Как указывает истец в исковом заявлении, и не оспорено ответчиком, ответчик занимает в вышеуказанном Здании нежилые помещения, общей площадью 90,6 кв.м., а именно:

- помещение, находящееся на 1 (первом) этаже Здания: бойлерная – общей площадью 88.7 кв.м.;

- помещение, находящееся на 1 (первом) этаже Здания: уборная – общей площадью 1,9 кв.м.

В данных Помещениях расположен Центральный тепловой пункт № 03-05-024, принадлежащий Филиалу №3 «Северо-Восточный» Предприятие № 1 ПАО «МОЭК».

Требования мотивированы тем, что истец лишен возможности пользоваться и распоряжаться указанными помещениями, а также извлекать прибыль от пользования помещениями.

Согласно Отчету об оценке рыночной стоимости права пользования на условиях аренды № 0000-000971 от 22.06.2018 г. ежемесячная стоимость аренды Помещений составляет 40 090 руб.

Таким образом, в период с 01.09.2015 года по 30.04.2016 года у ПАО «МОЭК» возникла задолженность в размере 320 720 руб.

Истец направил ответчику претензию с требованием об оплате суммы неосновательного обогащения. Указанная претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

Таким образом, по мнению истца, ответчик пользуется спорными нежилыми помещениями, в отсутствие заключенного между сторонами договора аренды, в связи с чем, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в виде сбереженной арендной платы за такое пользование.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Исходя из смысла положений указанной статьи, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, то есть увеличения стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, а также отсутствие правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Таким образом, для установления факта неосновательного обогащения истец должен представить доказательства, свидетельствующие об отсутствии правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Однако судом установлено, что материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих наличие состава неосновательного обогащения на стороне ПАО «МОЭК».

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд руководствуется следующим.

В 2006 году Департамент имущества г. Москвы, являясь представителем собственника оборудования ЦТП, в соответствии со своим распоряжением от 27.12.2006 № 4092-р «О приватизации государственного унитарного предприятия по эксплуатации  тепловых станций и разводящих тепловых сетей» передал указанное оборудование в собственность ОАО «Мосгортепло» в порядке сделки приватизации.

Право собственности ПАО «МОЭК» на оборудование ЦТП возникло в результате универсального правопреемства в процессе преобразования ОАО «Мосгортепло», ОАО «Теплоремонтналадка», ОАО «Мостеплоэнерго» (Договор о присоединении ОАО «Мосгортепло», ОАО «Теплоремонтналадка», ОАО «Мостеплоэнерго» к ОАО «МОЭК» от 04.02.2010, что подтверждается передаточным актом от 01.02.2010, утвержденный Решением Общего собрания акционеров ОАО «Мостеплоэнерго» от 01.02.2010.

Из представленного в материалы дела отзыва следует, что система подключения зданий к ЦТП была изначально спроектирована с учетом расположения ЦТП в помещении по адресу: <...>., и ПАО «МОЭК» не имеет технической возможности осуществлять теплоснабжение и горячее водоснабжение зданий, запитанных от ЦТП, иным способом. Кроме того, расположенное в ЦТП теплоэнергетическое оборудование, является единственным способом поставки ресурсов для зданий, расположенных по адресам: пр-т Мира, <...>

В материалы дела ответчиком представлен технический паспорт теплового пункта № 03-05-024, из которого следует, что ЦТП введен в эксплуатацию в 1975 г., а также перечислены адреса подключенных абонентов.

Согласно приказу Минэнерго РФ от 24.03.2003 № 115 «Об утверждении Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок» тепловой пункт – это комплекс устройств, расположенный в обособленном помещении, состоящий из элементов тепловых энергоустановок, обеспечивающих присоединение этих установок к тепловой сети, их работоспособность, управление режимами теплопотребления, трансформацию, регулирование параметров теплоносителя.

Помещение, в котором располагается оборудование ПАО «МОЭК», является техническим помещением, предназначенным исключительно для размещения инженерных коммуникаций. В соответствии с п.20 ч.2 ст.2 Федерального закона от 30.12.2009 №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» сеть инженерно-технического обеспечения - совокупность трубопроводов, коммуникаций и других сооружений, предназначенных для инженерно-технического обеспечения зданий и сооружений. В соответствии со СНиП 2.07.01-89 (утв. Постановлением Госстроя СССР от 16.05.1989 № 78) тепловые сети относятся к инженерным сетям.

В соответствии с п. 11.23 СНиП 2.04.07-86 «Тепловые сети» (утв. Постановлением Госстроя СССР от 30.12.86 № 75), тепловые пункты по размещению подразделяются на отдельно стоящие, пристроенные к зданиям и сооружениям и встроенные в здания и сооружения.

В силу п. 2.8 СП 41-101-95 «Свод правил по проектированию и строительству. Проектирование тепловых пунктов» (введен в действие 01.07.1996), тепловые пункты должны быть встроенными в обслуживаемые ими здания и размещаться в отдельных помещениях на первом этаже у наружных стен здания, при этом допускается размещение теплового пункта в технических подпольях или в подвалах зданий и сооружений.

В настоящем споре тепловой пункт размещен в специально предназначенном для этого помещении здания, расположенного по адресу: ул. Ольминского, д. 7, стр. 1 и, исходя из требований «СНиП 2.04.07-86 «Тепловые сети», предназначен для обеспечения теплоснабжения здания, в котором он находится с 1975 года и неразрывно связан с ним.

То есть, оборудование неотъемлемо от теплопункта и использовать отдельно теплопункт от оборудования или оборудование от теплопункта невозможно, поскольку они являются неотъемлемыми частями друг друга.

Оборудование и помещение, в котором оно расположено, неразрывно связаны между собой. Соответственно помещения, в которых расположено оборудование, не пригодны для использования в каких-либо иных целей, кроме передачи тепловой энергии.

Суд также учитывает, что ООО "РЕАЛ", приобретая в собственность нежилое здание, расположенное по адресу: <...> не могло не знать о нахождении в здании помещении ЦТП, оборудованного теплоэнергетического снабжения иных зданий.

Тепловой пункт определяется как комплекс устройств, расположенный в обособленном помещении, состоящий из элементов тепловых энергоустановок, обеспечивающих присоединение этих установок к тепловой сети, их работоспособность, управление режимами теплопотребления, трансформацию, регулирование параметров теплоносителя (приказ Минэнерго РФ от 24.03.2003 № 115 «Об утверждении Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок»).

В силу п. 2.8 СП 41-101-95. Свод правил по проектированию и строительству. Проектирование тепловых пунктов (введен в действие 01.07.1996), тепловые пункты должны быть встроенными в обслуживаемые ими здания и размещаться в отдельных помещениях на первом этаже у наружных стен здания. Допускается размещение тепловых пунктов в технических подпольях или в подвалах зданий и сооружений.

Таким образом, помещение теплового пункта является конструктивной технической составляющей ЦТП и не может быть рассмотрено как отдельный объект недвижимости. ЦТП не может полноценно функционировать при отсутствии какой-либо из перечисленных частей, а значит оборудование и помещение, в котором оно находится, являются сложной неделимой вещью (ст. 133 ГК РФ).

Следует также отметить, что согласно ФЗ от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» тепловые пункты, как объекты тепловых сетей, осуществляющих теплоснабжение населения и социально значимых объектов, относятся к категории особо опасных объектов.

Таким образом, на основании указанных норм права суд приходит к выводу, что использование этого помещения в иных целях, не связанных с обеспечением теплоснабжения и горячего водоснабжения исходя из технических особенностей функционирования ЦТП не допустимо, следовательно, указанное помещение не предназначено для использования в иных целях, не связанных с обеспечением теплоснабжения и горячего водоснабжения.

ЦТП и установленное в нем оборудование, предназначено прежде всего для обеспечения коммунальными ресурсами населения, в том числе самого здания, принадлежащего истцу, и является неотъемлемой частью инженерной инфраструктуры городского теплоснабжения. Таким образом, со стороны ответчика отсутствует факт неосновательного обогащения.

Также суд отмечает, что п 2.3. Норматива «Содержание подвальных помещений жилых домов» ЖНМ-98-01/10 (утв. Распоряжением Премьера Правительства Москвы от 18.06.1998 № 640-РП) с учетом положений  п. 1 ст. 6 Гражданского кодекса РФ о применении гражданского законодательства по аналогии, установлен запрет на сдачу в аренду подвальных помещений, где расположены газопроводы и отключающие устройства инженерных коммуникаций.

Суд приходит к выводу о том, что коммуникации, предназначенные для обслуживания более одного жилого и нежилого помещения в многоквартирных домах, обоснованно включены в состав муниципальной собственности городаМосквы, несмотря на то, что они расположены в здании собственника, который в силу закона обязан обеспечить доступ сотрудников эксплуатирующих оборудование ЦТП. Таким образом, согласие собственника на размещение ЦТП в данном случае не требуется.

Судом также установлен статус Ответчика как единой теплоснабжающей организации в соответствии с п. 11 ст. 2 Федерального закона от 27 июля 2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении»  (далее – Закон о теплоснабжении) теплоснабжающая организация - организация, осуществляющая продажу потребителям и (или) теплоснабжающим организациям произведенных или приобретенных тепловой энергии (мощности), теплоносителя и владеющая на праве собственности или ином законном основании источниками тепловой энергии и (или) тепловыми сетями в системе теплоснабжения, посредством которой осуществляется теплоснабжение потребителей тепловой энергии.

Согласно п. 28 ст. 2 ФЗ «О теплоснабжении» единая теплоснабжающая организация в системе теплоснабжения - теплоснабжающая организация, которая определяется в схеме теплоснабжения федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным Правительством Российской Федерации на реализацию государственной политики в сфере теплоснабжения, или органом местного самоуправления на основании критериев и в порядке, которые установлены правилами организации теплоснабжения, утвержденными Правительством Российской Федерации.

Статус единой теплоснабжающей организации присваивается теплоснабжающей и (или) теплосетевой организации решением федерального органа исполнительной власти (в отношении городов с населением 500 тысяч человек и более) или органа местного самоуправления (далее - уполномоченные органы) при утверждении схемы теплоснабжения поселения, городского округа (п. 3 Правил организации теплоснабжения в Российской Федерации, утв. постановлением Правительства РФ от 08.08.2012 № 808 (далее – Правила № 808).

Согласно пунктам 3 и 4 Правил № 808 орган местного самоуправления определяет в каждой из систем или на несколько систем теплоснабжения единую теплоснабжающую организацию

В соответствии с приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 20.12.2016 № 1363 и Федеральным законом «О теплоснабжении» ПАО «МОЭК» является единой теплоснабжающей организацией на территории города Москвы, согласно утвержденной схемы теплоснабжения.

Таким образом, ответчик является ресурсоснабжающей организацией, к системе теплоснабжения и горячего водоснабжения которой, подключены потребители (абоненты), потребляющие соответствующие коммунальные ресурсы.

В свою очередь как указывалось выше, ответчик, приобретая в собственность нежилое здание, не мог не знать о нахождении в здании ЦТП.

Правомочия собственника не могут реализовываться без учета общих принципов гражданского законодательства, которые в числе прочего подразумевают, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, не допускать злоупотребления правом и не извлекать преимущества из своего недобросовестного поведения (пп. 3, 4 ст. 1, ст. 10 ГК РФ).

Таким образом, на основании указанных норм права суд приходит к выводу, что ЦТП размещено в спорном помещении на законных основаниях, использование указанного нежилого помещения в иных целях, не связанных с обеспечением теплоснабжения и горячего водоснабжения исходя из технических особенностей функционирования ЦТП не допустимо, следовательно, указанное помещение не предназначено для использования в иных целях, не связанных с обеспечением теплоснабжения и горячего водоснабжения.

Демонтаж оборудования ЦТП приведет к прекращению ресурсоснабжения как здания, в котором расположено оборудование ЦТП, так и других подключенных зданий и сооружений, что нарушит права и законные интересы третьих лиц, технологически подключенных к данному ЦТП.

Пользование теплоснабжающей организацией помещением, в котором расположено оборудование ЦТП, осуществляется на законных основаниях, поэтому не формирует неосновательного обогащения.

Учитывая совокупность всех представленных в материалы дела документов, суд пришел выводу, что в удовлетворении исковых требований следует отказать, поскольку пунктом 4 статьи 1109 ГК РФ неосновательное обогащение не подлежит взысканию в случае, если денежные суммы и иное имущество, предоставлены во исполнение несуществующего обязательства.

Также суд отмечает, что в нарушение положений ст. 1102 ГК РФ, Истцом не доказан размер неосновательного обогащения в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований.

Согласно статье 12 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» отчет независимого оценщика является одним из письменных доказательств по делу (статья 75 АПК РФ). 

В соответствии со ст. 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу. Под относимостью доказательств понимается временная, пространственная и причинно-следственная связь сведений, содержащихся в документе, с обстоятельствами, имеющими значение для дела.

Суд установил, что помещение, в котором размещено оборудование ЦТП является техническим помещением, предназначенным исключительно для размещения оборудования ЦТП, состоящее из комплекса устройств и элементов тепловых энергоустановок, обеспечивающих присоединение этих установок к тепловой сети, их работоспособность, управление режимами теплопотребления, трансформацию, регулирование параметров теплоносителя.

В качестве документов, подтверждающих размер неосновательного обогащения, Истец представил отчет об оценке рыночной стоимости объекта 2018 года.

В свою очередь при определении расчета ставки арендной платы за 1 кв. м. оценка производилась исходя из среднерыночной цены арендной платы в 2018 году, между тем исковым периодом является период с 01.09.2015 года по 30.04.2016, в отчете отсутствуют точные характеристики объекта, подлежащего оценке. Тогда как спорное помещение относится к техническому помещению (пункт тепловой), и не может подлежать оценке по аналогии с помещениями иной категории. Оценка проводилась без учета того обстоятельства, что помещение имеет свою специфику – расположение оборудования для поставки тепла и горячей воды.

Исходя из изложенного, указанное доказательство оценивается судом как не относимое, в связи, с чем размер неосновательного обогащения Истцом не доказан.

Согласно статье 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения исковых требовании судом не усматривается.

Расходы по госпошлине возлагаются истца в порядке ст. 110 АПК РФ.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст.ст. 8, 12, 309-310, 1102, 1109 ГК РФ, ст. ст. 4, 27, 67, 68, 75, 110, 123, 156, 167-171, 227, 229 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства ПАО "МОЭК" о рассмотрении дела по общим правилам искового производства отказать.

В удовлетворении иска отказать.

Решение подлежит немедленному исполнению, может быть обжаловано в течение 15-ти дней со дня принятия в арбитражный суд апелляционной инстанции, а в случае составления мотивированного решения - в течение 15-ти дней со дня принятия решения в полном объеме.

Судья:

А.Г. Китова