Постановление от 20 января 2026 г. ФАС ДО (ФАС Дальневосточного округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3687/2025
21 января 2026 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 января 2026 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Ефановой А.В., судей Никитина Е.О., Чумакова Е.С., при участии: представители участвующих в деле лиц не явились,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Чукотского автономного округа от 07.05.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2025

по делу № А80-5/2024

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Спецтранс» ФИО3

о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Чукотской области от 10.01.2024 по заявлению Управления Федеральной налоговой службы по Чукотскому автономному округу (далее - ФНС России, уполномоченный орган) возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Спецтранс» (далее – ООО «Спецтранс», общество, должник).

Определением суда от 23.05.2024 заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении ООО «Спецтранс» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3, в третью очередь реестра требований кредиторов включено требование ФНС России в общем размере 8 738 972,67 руб.

Решением от 14.10.2024 ООО «Спецтранс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

В рамках настоящего дела о банкротстве конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик, заявитель кассационной жалобы) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Спецтранс», а также о приостановлении рассмотрения заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 07.05.2025, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2025, заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит доводы о нарушении судами норм материального права, о неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения спора. Указывает на то, что сама по себе непередача ФИО2 истребованных документов фактически не стала для конкурсного управляющего препятствием к выявлению имущества должника и оспариванию сделок, что исключает возможность применения к ответчику подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Полагает, что надлежащих доказательств обратного в материалы дела не представлено, равно как и доказательств получения ответчиком какой-либо выгоды. Настаивает на том, что судами не в полном объеме исследован вопрос наличия у ФИО2 реального статуса контролирующего должника лица, не учтены доводы о его номинальности, не установлен круг надлежащих ответчиков, а выводы в данной части не являются обоснованными. Утверждает, что ни конкурсным управляющим, ни судами не отражены причины несостоятельности должника, не установлена дата объективного банкротства. Приводит доводы о том, что судами

фактически не истребовались документы, имеющие решающее значение для рассмотрения настоящего спора, которые позволили бы выявить круг конечных бенефициаров, а также фактических владельцев транспортных средств должника. Ссылается на то, что судами не дана надлежащая оценка доводам ответчика об отсутствии у ФИО2 и его супруги водительского удостоверения, о нахождении ответчика под домашним арестом с 01.08.2023 по настоящее время, что указывает на невозможность пользования каким-либо движимым имуществом. Заявляет о ненадлежащем извещении его о рассмотрении настоящего обособленного спора и дела о банкротстве в целом, в связи с нахождением под домашним арестом. Возражая против признания доказательством осведомленности ответчика о рассмотрении дела представленного от имени должника отзыва на заявление налогового органа, отрицает его подписание.

К судебному заседанию уполномоченным органом представлен письменный отзыв, в котором выражено несогласие с позицией ФИО2, со ссылкой на пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), указано, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление, не утрачивает статус контролирующего лица. Подчеркнуто, что приговором суда по уголовному делу в отношении ответчика установлен статус номинального руководителя общества с ограниченной ответственностью «Твой гараж», но не должника. Отмечено, что ФИО2 не раскрыта информация о лице, фактически контролировавшем должника, о скрытом имуществе ООО «Спецтранс». Обращено внимание на то, что несмотря на ограничения в виде домашнего ареста ФИО2 представил в адрес Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 46 по г. Москве заявление о недостоверности сведений о нем в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), а также подготовил и направил почтовым сообщением отзыв на заявление уполномоченного органа о введении в отношении должника процедуры наблюдения, обеспечил защиту своих интересов через представителя по доверенности в рамках апелляционного и кассационного обжалования судебных актов.

До начала судебного заседания конкурсным управляющим в суд округа направлено ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

Лица, участвующие в деле и в обособленном споре, извещенные надлежащим образом, в том числе путем размещения судебных актов на

официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку представителей в судебное заседание окружного арбитражного суда не обеспечили, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие (часть 3 статьи 284 АПК РФ).

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность определения суда первой инстанции от 07.05.2025 и постановления апелляционного суда от 01.09.2025, с учетом доводов кассационной жалобы и отзыва на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа не усмотрел оснований для их отмены, исходя из следующего.

Как установлено судами и соответствует материалам дела, с момента регистрации ООО «Спецтранс» в качестве юридического лица до даты открытия конкурсного производства полномочия руководителя общества осуществлял ФИО2, он же является единственным участником должника.

В ходе процедуры наблюдения на основании информации, представленной Государственной инспекцией безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее – Госавтоинспекция), временным управляющим выявлено, что должнику принадлежат транспортные средства Мерседес-Бенц S500 4matic Maybaсh, 2016 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, Мерседес-Бенц G63 AMG, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>. Документально подтвержден факт регистрации указанных автотранспортных средств за должником по состоянию на 25.10.2024.

По информации уполномоченного органа один из автомобилей – Мерседес-Бенц G63 AMG, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, реализован на торгах в рамках исполнительного производства.

Конкурсным управляющим 17.10.2024 в адрес ответчика направлен запрос о предоставлении документации, печати, штампов, транспортных средств, который оставлен без удовлетворения. Ввиду неисполнения ответчиком обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), конкурсный управляющий обратился в суд с ходатайством об их истребовании. Определением от 20.01.2025 требования конкурсного управляющего удовлетворены частично, сведения об исполнении судебного акта в материалах дела отсутствуют.

Ссылаясь на неисполнение ФИО2 обязанности по передаче документации должника, касающейся его финансово-

хозяйственной деятельности, и имущества (Мерседес-Бенц S500 4matic Maybaсh), повлекшее невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции, с выводами которого согласилась коллегия апелляционного суда, руководствовался положениями пунктов 1, 4 статьи 61.10, подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, разъяснениями, приведенными в пунктах 16, 24 постановления Пленума № 53, и исходил из того, что ФИО2 не исполнена обязанность по обеспечению сохранности и передаче конкурсному управляющему документации и материальных ценностей должника, что повлекло существенное затруднение проведения процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы.

Оснований не согласиться с принятыми по делу судебными актами у суда округа не имеется в силу следующего.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица.

В пункте 2 названной статьи содержится ряд опровержимых презумпций, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства должника. Среди таких презумпций упомянута непередача арбитражному управляющему к моменту введения соответствующей процедуры банкротства документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, или

отсутствие в таких документах необходимой информации либо ее искажение, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2).

Наличие обстоятельств, указанных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, это презумпции, облегчающие процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора, однако они не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, и момент наступления признаков презумпции может не совпадать с моментом правонарушения. Смысл презумпции отсутствия (неполноты, искажения) обязательных документов должника-банкрота состоит в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. Соответствующий правовой подход изложен в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в

том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов (пункт 24 постановления Пленума № 53).

Исходя из положений пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что инициатор субсидиарного иска (конкурсный управляющий или кредитор), как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и могут его ограничить по своему усмотрению.

В ситуации, когда заявитель с помощью косвенных доказательств убедительно обосновал утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле

осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления Пленума № 53).

Таким образом, привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо может опровергнуть презумпцию и доказать иное, представив свои документы и объяснения о выстроенном механизме осуществления хозяйственной деятельности, о мотивах принятых им деловых решений и совершения сделок, о том, чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов, насколько они уважительны и т.п.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора суды обоснованно исходили из того, что невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований о передаче конкурсному управляющему документации о деятельности должника свидетельствует о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. Обратное ответчиком не доказано, предусмотренные законом презумпции не опровергнуты.

Судами принято во внимание, что ответчик в отзыве от 12.02.2024 не заявлял возражений относительно наличия и состава имущества, указанного уполномоченным органом на стадии проверки обоснованности заявления о признании ООО «Спецтранс» банкротом, однако в ходе конкурсного производства имущество конкурсному управляющему не передано, информация о его местонахождении не раскрыта.

При этом на официальном сайте Госавтоинспекции имеется информация о правонарушениях, совершенных под управлением транспортных средств, зарегистрированных за должником, размер административных штрафов превышает 3 млн. руб., чем наносится существенный ущерб должнику.

С учетом установленных судами фактических обстоятельств, исходя из правил распределения бремени доказывания, суждение заявителя кассационной жалобы о том, что сама по себе непередача истребованных документов фактически не стала для конкурсного управляющего препятствием к выявлению имущества должника, признается коллегией окружного суда ошибочным, коль скоро в результате невыполнения ФИО2 установленной законом обязанности создана ситуация, при которой у конкурсного управляющего, конкурсных кредиторов отсутствуют сведения о судьбе активов ООО «Спецтранс», о хозяйственной деятельности должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов.

В настоящем деле привлекаемое к ответственности лицо не воспользовалось своим правом опровергнуть названные презумпции и не

доказало, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, не подтвердило, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась, не раскрыло исчерпывающую информацию об активах должника, о судьбе транспортного средства. В свою очередь, при доказанности обстоятельств, составляющих закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпции доведения до банкротства, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. В связи с этим доводы заявителя жалобы о том, что судами не отражены причины несостоятельности должника, не установлена дата объективного банкротства, не могут быть положены в основу отмены судебных актов.

Обстоятельства, касающиеся наличия или отсутствия у ответчика реальной возможности пользоваться имуществом должника, не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора, а приводимые ФИО2 доводы об отсутствии у него и его супруги водительского удостоверения, о нахождении ответчика под домашним арестом, не опровергают выводов судов и не свидетельствуют о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Обжалуя определение суда первой инстанции, ФИО2 привел доводы о номинальном статусе руководителя общества-должника, отклоняя которые апелляционная коллегия верно исходила из того, что ответчик не раскрыл данные о фактическом руководителе, о теневых бенефициарах, о схеме ведения деятельности в обществе, а также о судьбе принадлежащего должнику имущества (статьи 9, 65 АПК РФ). В такой ситуации заявление о номинальности статуса руководителя не может расцениваться как обстоятельство, являющееся основанием для отказа в иске, поскольку руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление, не утрачивает статус контролирующего лица. Подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 6 постановления Пленума № 53). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную

ответственность солидарно. Размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Ссылка ответчика на приговор Солнечногорского городского суда Московской области от 13.05.2025 судом апелляционной инстанции правомерно признана несостоятельной, поскольку в рамках уголовного дела установлено, что ФИО2 являлся номинальным руководителем иного юридического лица, каких-либо выводов в отношении статуса ответчика в обществе-должнике упомянутый судебный акт не содержит. Принимая во внимание изложенное, соответствующие доводы заявителя кассационной жалобы судом округа признаются необоснованными и противоречащими установленным фактическим обстоятельствам.

Утверждение ответчика о ненадлежащем извещении о рассмотрении настоящего обособленного спора и дела о банкротстве в целом проверено и мотивированно отклонено судом апелляционной инстанции, выводы в указанной части соответствуют положениям части 1 статьи 121 АПК РФ, разъяснениям, изложенным в пунктах 35-36, 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации». Осведомленность ФИО2 о деле подтверждена имеющимися в деле доказательствами, подлинность которых надлежащим образом не опровергнута, равно как и наличие у ответчика возможности реализовать право на судебную защиту.

В целом доводы кассационной жалобы, аналогичные ранее заявленным доводам апелляционной жалобы, не опровергают выводов судов и установленных фактических обстоятельств спора, являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и им дана правильная оценка в соответствии с нормами действующего законодательства, в связи с чем они признаются направленными на переоценку, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных статьей 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, повлекших принятие незаконных судебных актов, либо являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для их отмены, не установлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат оставлению без изменения, а кассационная жалоба – без удовлетворения.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы и с учетом предоставленной отсрочки ее уплаты подлежат взысканию в доход федерального бюджета (статья 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чукотского автономного округа от 07.05.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2025 по делу № А80-5/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.

Арбитражному суду Чукотского автономного округа выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья А.В. Ефанова

Судьи Е.О. Никитин

Е.С. Чумаков