Постановление от 22 января 2021 г. по делу № А73-22298/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-5693/2020
22 января 2021 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 января 2021 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Сецко А.Ю.

судей Кушнаревой И.Ф., Чумакова Е.С.

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Мистер» – ФИО1, представитель по доверенности от 07.05.2020

от финансового управляющего имуществом индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 – ФИО4, представитель по доверенности от 07.05.2020

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мистер»

на определение от 10.08.2020, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2020

по делу № А73-22298/2019

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мистер» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 680006 <...>, лит. З)

о включении требований в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, дата и место рождения: 28.03.1963, г. Хабаровск; адрес: 680030, <...>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 15.11.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «СВИФ-Розница» о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 12.12.2019 в отношении ИП ФИО2 введена реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

В рамках настоящего дела о банкротстве 14.02.2020 в арбитражный суд поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Мистер» о включении требования в размере 24 882 802,87 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 10.08.2020, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2020, требование ООО «Мистер» к ФИО2 в размере 24 882 802,87 руб. основного долга признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в соответствии с пунктом 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

В кассационной жалобе ООО «Мистер» просит указанные определение суда и апелляционное постановление отменить в части определения очередности погашения требования заявителя, признав его подлежащим удовлетворению в составе третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО2 В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на необоснованные выводы судов обеих инстанций о заинтересованности должника и кредитора, поскольку они не входят в одну группу компаний. В свою очередь заключение с публичным акционерным обществом Социальным коммерческим банком Приморья «Примсоцбанк» (далее – ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк», Банк) возмездного договора уступки права требования от 31.01.2020 соответствует обычным условиям гражданского оборота.

В материалы обособленного спора поступил отзыв финансового управляющего с возражениями относительно доводов кассационной жалобы.

В судебном заседании суда округа представители заявителя, финансового управляющего настаивали на доводах кассационной жалобы и отзыва соответственно.

Иные лица, участвующие в настоящем деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, исходя из доводов кассационной жалобы, на основании статей 284, 286 АПК РФ суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина, требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Федерального закона.

По правилам статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве установление и включение требований в реестр требований кредиторов осуществляется на основании представленных кредитором документов, поэтому именно на нем лежит обязанность при обращении со своим требованием приложить соответствующие достоверные и достаточные доказательства действительного наличия денежного обязательства.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Проверка обоснованности требований осуществляется с целью не допустить включение в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника.

Как следует из материалов обособленного спора, свое требование кредитор основывает на следующих обстоятельствах.

Между ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» и обществом с ограниченной ответственностью «СВИФ» (далее – ООО «СВИФ») заключен договор от 07.03.2019 № Г1-0137-19-001 на предоставление банковской гарантии в размере, не превышающем 30 000 000 руб., в обеспечение исполнения денежных обязательств ООО «СВИФ» перед обществом с ограниченной ответственностью «Кнауф Гипс Байкал» (бенефициар).

Согласно договору поручительства от 07.03.2019 № Г1-0137-19-001/01ДП директор ООО «СВИФ» ФИО2 несет солидарную ответственность перед гарантом за исполнение ООО «СВИФ» всех обязательств по договору от 07.03.2019 № Г1-0137-19-001.

В связи с неисполнением ООО «СВИФ» обеспеченных банковской гарантией денежных обязательств ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» 24.01.2020 выплатило в пользу общества с ограниченной ответственностью «Кнауф Гипс Байкал» 24 756 584,88 руб.

Требование Банка от 27.01.2020 о возмещении выплаченной им денежной суммы бенефициару ООО «СВИФ» в установленный договором от 07.03.2019 № Г1-0137-19-001 срок не исполнило.

31.01.2020 ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» (цедент) и ООО «Мистер» (цессионарий) заключили договор уступки права требования денежных средств по договору о предоставлении банковской гарантии от 07.03.2019 № Г1-0137-19-001, по условиям которого к цессионарию переходят также права требования по сделкам, заключенным в обеспечение основного обязательства: по договору поручительства от 07.03.2019 № П-0137-19-001/01 ДП; договору последующей ипотеки недвижимого имущества от 07.03.2019 № П-0137-19-001/01 ПДЗ; указанный договор оплачен ООО «Мистер» в полном объеме.

Неисполнение ООО «СВИФ» обязательств по договору от 07.03.2019 № Г1-0137-19-001 послужило основанием для обращения ООО «Мистер»с настоящим требованием к его поручителю – ФИО2

По общим правилам, установленным статьями 309 и 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором (пункт 1 статьи 329 ГК РФ).

Согласно положениям статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Принимая во внимание заявленные финансовым управляющим возражения, мотивированные, в том числе, заинтересованностью кредитора и должника, суды, руководствуясь положениями статьи 19 Закона о банкротстве и правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), констатировали, что ООО «Мистер» и ФИО2 находятся между собой в отношениях фактической аффилированности через группу компаний: ООО «СВИФ», в котором должник являлся руководителем и до 02.10.2019 – единственным участником (в настоящее время единственным участником является его бывшая супруга – ФИО5), общество с ограниченной ответственностью «Мистер Свиф», в котором одним из участников является сын должника – ФИО6, а мажоритарным участником – ФИО7, он же – участник общества с ограниченной ответственностью «СВЕТОЧ Фармацевтика», которое является единственным участников ООО «Мистер». Также судами учтены в качестве доказательств совместной деятельности должника и кредитора, соответственно, общности их экономических интересов представленные в материалы обособленного спора: копия протокола встречи ФИО8, ФИО9 (генеральный директор ООО «Мистер») и ФИО6 от 01.04.2019, копия дополнения к отзыву на апелляционную жалобу, подписанного сыном должника ФИО6, полученные из материалов дела № А73-22636/2018 Арбитражного суда Хабаровского края; сообщение представителей ООО «СВИФ» и ООО «Мистер» о ведении объединенного бизнесав средствах массовой информации.

Указанные обстоятельства надлежащими доказательствами со стороны кредитора не опровергнуты. Само по себе его несогласие с выводами судов первой и апелляционной инстанций о наличии между сторонами фактической аффилированности, соответственно, общности экономических интересов, на что указано по тексту кассационной жалобы, в отсутствие соответствующих доказательств не свидетельствует об их незаконности и необоснованности.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности, избрав модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020).

В рамках настоящего обособленного спора судами установлено осуществление ООО «Мистер» прямого и косвенного финансирования ООО «СВИФ» в условиях отсутствия у него достаточных денежных средств для расчетов с кредиторами и ведения самостоятельной хозяйственной деятельности путем использования гражданско-правовых механизмов предоставления займа, выкупа просроченной задолженности у независимых кредиторов (банка), оплаты стоимости полученного товара. В свою очередь ООО «СВИФ» имеет перед ООО «Мистер» задолженность по различным хозяйственным операциям в сумме более 100 млн. рублей, которая образовалась за период с июня 2018 года.

Сама по себе аффилированность сторон сделки, на основании которой заявлены требования, не препятствует включению требований в реестр, однако согласно сложившейся правоприменительной практике (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08. 2018 № 305-ЭС18-3533 по делу № А40-247956/2015, от 10.12.2018 № 308-ЭС17-10337 по делу № А32-16352/2016), при наличии сведений об аффилированности должника и кредитора, к заявленному требованию должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве, проведена более тщательную проверка обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, в частности проверено не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценены разумные доводы и доказательства, указывающие на пороки сделок (мнимость, притворность и т.п.). В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделкис противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05. 2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09. 2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В данном случае ООО «Мистер» не раскрыто разумных экономических мотивов приобретения прав требования к ООО «СВИФ», уже имеющего непогашенную задолженность перед кредитором, о чем последнему, аффилированному с ним и финансирующему его хозяйственную деятельность, было достоверно известно, с учетом обеспечения исполнения данного обязательства лицом, в отношении которого на момент заключения договора цессии от 31.01.2020 введена реструктуризация долгов гражданина (12.12.2019). Кроме того, в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства предъявления соответствующих требований к ФИО6 – второму поручителю ООО «СВИФ» по договору о предоставлении банковской гарантии от 07.03.2019 № Г1-0137-19-001, на которого в преддверии банкротства должника переоформлено большая часть имущества его отца – ФИО2

В совокупности указанное не свидетельствует о том, что заключение договора цессии от 31.01.2020 имело своей целью реальное получение от ООО «СВИФ» денежных средств.

Приобретая у независимого кредитора требование к основному должнику в такой ситуации, контролирующее лицо тем самым создавало условия для отсрочки погашения долга по кредитному договору, то есть фактически профинансировало основного должника, соответственно, и всю группу взаимосвязанных лиц, предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, не исполняя обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 6.2 Обзора от 29.01.2020).

Как указано в пункте 4 Обзора от 29.01.2020, правовые подходы, касающиеся очередности удовлетворения требования контролирующего лица, изложенные в настоящем обзоре, применимы и в ситуации, когда финансирование предоставляется несколькими аффилированными по отношению друг к другу лицами, в отдельности не контролирующими должника, но в совокупности имеющими возможность влиять на должника так же, как контролирующее лицо, если только они не докажут, что у каждого из них были собственные разумные экономические причины предоставления финансирования, отличные от мотивов предоставления компенсационного финансирования, то есть они действовали самостоятельнов отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся доказательства, исходя из конкретных обстоятельств спора, установив, что в данном случае в отсутствие экономического обоснования приобретения спорной задолженности, фактической аффилированности ООО «Мистер», ФИО2 и основного должника – ООО «СВИФ» целью заключении спорного договора, на котором кредитор основывает свое требование, являлось поддержание финансовой устойчивости ООО «СВИФ» в кризисных условиях, а, соответственно, и всей группы взаимосвязанных лиц, его требование к ФИО2 подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, то есть после удовлетворения требований всех кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника и требований, установленных «за реестром» в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

В целом доводы заявителя кассационной жалобы повторяют утверждения, исследованные и правомерно отклоненные судами первой и апелляционной инстанций, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а направлены на несогласие с выводами судов обеих инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах обособленного спора доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных в статье 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

Процессуальных нарушений, перечисленных в части 4 статьи 288 АПК РФ, влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286–290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 10.08.2020, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2020по делу № А73-22298/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья А.Ю. Сецко

Судьи И.Ф. Кушнарева


Е.С. Чумаков