Постановление от 25 июня 2021 г. по делу № А32-44211/2019



АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-44211/2019
г. Краснодар
25 июня 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 июня 2021 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Малыхиной М.Н., судей Калуцких Р.Г. и Ташу А.Х., при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью «Зея» – Юдиной К.С. (доверенность от 01.02.2021), от ответчика – акционерного общества агрофирма «Южная» – Бложис Е.А. (доверенность от 03.02.2021), Привалова Д.А. (доверенность от 20.05.2021), Марченко А.О. (доверенность от 20.05.2021), рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества агрофирма «Южная» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.11.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2021 по делу № А32-44211/2019, установил следующее.

ООО «Зея» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к АО агрофирма «Южная» (далее – агрофирма) о взыскании убытков в виде:

– стоимости расходов, необходимых для закладки виноградника сорта «Первенец Магарача» на площади 18 700 кв. м и проведения уходных работ в течение 4-х лет до введения его в эксплуатацию в размере 1 607 тыс. рублей,

– упущенной выгоды, возникающей при недополучении урожая винограда технического сорта с площади 18 700 кв. м в течение 4-х лет до введения виноградника в эксплуатацию в размере 739 тыс. рублей,

– упущенной выгоды за 2019-2020 годы в размере 369 500 рублей;

– судебных расходов на уплату государственной пошлины, оплату услуг представителя в размере 120 тыс. рублей, оплату за проведение судебной оценочной экспертизы в размере 30 тыс. рублей (требования, уточненные в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исковые требования мотивированы тем, что общество является реестровым собственником земельного участка с кадастровым номером 23:30:0201000:1693. На момент приобретения обществом указанного участка таковой был полностью засажен плодоносящим виноградником. По правилам пункта 2 статьи 261 Гражданского кодекса Российской Федерации общество полагало, что принадлежность ему земельного участка предопределяет и принадлежность виноградника, в связи с чем использовало земельный участок по соответствующему назначению и осуществляло сбор винограда. Однако ответчиком был выкорчеван виноградник, чем причинен ущерб обществу.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, заявленные требования частично удовлетворены. Суд взыскал с агрофирмы в пользу общества убытки, причиненные неправомерными действиями в размере 2 715 500 рублей, а также расходы на представителя в размере 65 тыс. рублей, расходы, связанные с проведением судебной экспертизы в размере 30 тыс. рублей, а также расходы на оплату государственной пошлины в размере 36 578 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Суды признали доказанным наличие условий, необходимых для привлечения агрофирмы к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения имущественного вреда, пришли к выводу о наличии на стороне истца надлежащей легитимации, причинении вреда в результате виновных противоправных действий ответчика. Размер причиненного реального ущерба и упущенной выгоды установлен на основании заключения судебной экспертизы. Понесенные истцом при рассмотрении дела судебные расходы на оплату услуг представителя признаны чрезмерными, снижены до разумных пределов.

Агрофирма обжаловала решение и постановление в порядке главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просила судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя, суды неправомерно отклонили довод о принадлежности виноградника агрофирме и не учли, что обществом по договору приобретен только земельный участок. Принадлежность виноградника агрофирме подтверждена документально, а также установлена вступившим в законную силу решением Темрюкского районного суда Краснодарского края от 06.03.2017 по делу№ 2-450/2017. Вывод судов о сборе обществом урожая винограда противоречит выраженному в письме общества от 29.07.2016 намерению выращивать на земельном участке зерновые культуры и выкорчевать виноградник. Кроме того, неправомерен вывод о причинении вреда раскорчевкой и в связи с тем, что срок плодоношения виноградника составляет 25 лет. Указанный срок с учетом посадки агрофирмой спорного виноградника в 1993 году, истек к 2018 году, следовательно, у общества не могло возникнуть упущенной выгоды. Представленные обществом в подтверждение сбора урожая бухгалтерские справки не подтверждены первичными документами о способе сбора урожая, понесенных затратах, оплате труда работникам, уплате налогов. В действительности затраты на посадку, выращивание и выкорчевывание понесены агрофирмой, в связи с чем основания для удовлетворения иска отсутствовали. Экспертное заключение не нуждалось в оспаривании, поскольку не отвечало на вопросы, имеющие значение для разрешения спора: о сроке эксплуатации виноградника и его принадлежности.

В отзыве на кассационную жалобу общество полагало доводы агрофирмы несостоятельными, просило в удовлетворении жалобы отказать.

В судебном заседании представители агрофирмы доводы кассационной жалобы поддержали в полном объеме, просили решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить.

Представитель общества поддержал доводы, изложенные в отзыве на жалобу, просил в удовлетворении жалобы отказать.

От агрофирмы поступило ходатайство о приобщении дополнительных доказательств.

Ходатайство рассмотрено и отклонено судом кассационной инстанции. Указанные документы не могут быть приобщены к делу, поскольку в силу части 1 статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сбор и оценка дополнительных доказательств не входят в компетенцию суда кассационной инстанции, который проверяет законность принятых судебных актов на основании имеющихся в деле доказательств, исследованных и оцененных судами первой и апелляционной инстанций. Возможность переоценки выводов судов с учетом представленных в суд кассационной инстанции дополнительных документов арбитражное процессуальное законодательство не предусматривает.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд округа пришел к выводу о том, что кассационная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество является собственником земельного участка сельскохозяйственного назначения, площадью 1,87 га, с кадастровым номером 23:30:020100061693, расположенного по адресу: Краснодарский край, Темрюкский район, п. Кучугуры, в 1220 метрах юго-западнее, о чем свидетельствует регистрационная запись в ЕГРН от 10.02.2017.

Данный земельный участок приобретен обществом у физического лица по договору купли-продажи от 06.02.2017.

Общество утверждает, что вся площадь данного земельного участка на момент его приобретения была засажена плодоносящим виноградником, общество исходило из возникновения у него права собственности на данный виноградник одновременно и в силу возникновения права собственности на земельный участок, однако агрофирма в 2018 году выкорчевала указанный виноградник, чем причинила убытки обществу.

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пунктам 1,2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу приведенных положений статей 15, 1064 Гражданского Кодекса Российской Федерации основанием для взыскания убытков является наличие в совокупности следующих условий: факт причинения вреда, наличие противоправных действий ответчика, причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями в виде причинения ущерба истцу, вина причинителя вреда.

Указанные в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Соответственно лежащее на истце бремя доказывания факта причинения вреда предполагает в числе прочего обоснование принадлежности истцу утраченного или поврежденного имущества.

Установив, что общество является субъектом зарегистрированного права собственности на земельный участок, и руководствуясь положениями пункта 2 статьи 261 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды признали за обществом надлежащую легитимацию по иску, посчитав, что виновными противоправными действиями агрофирмы уничтожено принадлежавшее обществу имущество (виноградник).

Приведя в обоснование принятого решения статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 11 и 12 постановления пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суды посчитали доказанным, что общество является лицом, чье право нарушено уничтожением виноградника, иначе говоря, исходили из принадлежности виноградника обществу.

Вместе с тем указанные выводы судов сделаны без учета положений пункта 20 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» (далее – Закон № 137-ФЗ) в редакции Федерального закона от 29.12.2010 № 435-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования оборота земель сельскохозяйственного назначения» и правовой позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2016 № 306-ЭС15-20155.

В соответствии с пунктом 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей до вступления в законную силу Федерального закона от 04.12.2006 № 201-ФЗ «О введении в действие Лесного кодекса Российской Федерации» (далее – Закон № 201-ФЗ), к недвижимым вещам относились многолетние насаждения.

Поэтому до указанного момента в силу статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» права на многолетние насаждения подлежали государственной регистрации, каковая являлась юридическим актом признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Статьями 16 и 22 Закона 04.12.2006 № 201-ФЗ в пункт 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзац третий статьи 1 Закона № 122-ФЗ внесены изменения об исключении многолетних насаждений из перечня недвижимого имущества, права на которые подлежат государственной регистрации.

Статьей 4 Федерального закона от 29.12.2010 № 435-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования оборота земель сельскохозяйственного назначения» статья 3 Закона № 137-ФЗ дополнена пунктом 20, признающим за гражданами и юридическими лицами, право собственности которых на многолетние насаждения зарегистрировано до дня вступления в силу Закона № 201-ФЗ (то есть до изменения редакции статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации), право на приобретение земельных участков, которые находятся в государственной или муниципальной собственности и на которых находятся указанные многолетние насаждения, в соответствии с правилами, установленными статьей 36 Земельного кодекса Российской Федерации.

Соответственно в приведенной ситуации законодатель не допустил не только прекращения права собственности на многолетние насаждения в связи с утратой таковыми статуса объекта недвижимости, но и разрыва между правовыми титулами на многолетние насаждения и занятые ими земельные участки. Собственнику многолетних насаждений предоставлялось исключительное (то есть недоступное никому кроме него) право на приобретение соответствующих земельных участков.

Возражая против доводов иска, агрофирма заявляла о принадлежности ей спорного виноградника на праве собственности, зарегистрированном 15.10.2004. Указанные обстоятельства агрофирма подтверждала свидетельством о государственной регистрации права и выпиской из ЕГРН. В решении суда первой инстанции приведены основанные на указанных документах пояснения агрофирмы, заявившей о посадке спорных виноградников в 1993 году правопредшественником агрофирмы – совхозом АФ «Голубая бухта», однако оценка представленным агрофирмой доказательствам судом не дана, неверно определен предмет доказывания по делу в части игнорирования правовой значимости момента создания (посадки) виноградника на спорном участке для определения его принадлежности и правильного применения положений статьи 261 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

В материалы дела также предоставлена копия решения Темрюкского районного суда Краснодарского края от 06.03.2017 по делу № 2-450/2017, в рамках которого установлено, что земельный участок с кадастровым номером 23:30:0201000:1693 выделен из ранее находившегося в пользовании агрофирмы как арендатора иного участка долевой формы собственности, а также, что продавшая обществу «Зея» указанный участок Самсонова А.В. на момент выдела участка подтверждала как наличие на нем виноградника, так и принадлежность такового агрофирме.

В материалы дела представлена переписка, содержащая аналогичную позицию Самсоновой А.В. относительно признания наличия виноградников на момент выдела спорного земельного участка в счет принадлежащей ей доли.

Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы агрофирмы о наличии у нее права собственности на виноградник, указал, что из решения суда общей юрисдикции безусловно не следует, что речь идет о спорных многолетних насаждениях (виноградниках), однако не учел при этом, что общество также не оспаривало факт наличия виноградников на земельном участке до его приобретения, не заявляло о самостоятельной их посадке и не представляло каких-либо доказательств таковой, общество лишь полагало, что судьба многолетних насаждений в силу статьи 261 Гражданского Кодекса Российской Федерации следует судьбе земельного участка.

В суде кассационной инстанции представитель общества также не отрицала указанные обстоятельства, поясняя, что общество путем использования специальных агротехнологий лишь возродило спорные виноградники, существовавшие на земельном участке до момента его приобретения обществом.

Вместе с тем без установления момента создания виноградника на спорном земельном участке, определения лица, осуществившего его посадку, проверки относимости представленных агрофирмой документов к винограднику, ранее произраставшему на спорном участке, невозможно определить применимые нормы права и установить, возникло ли право собственности на спорный виноградник у ответчика в 2004 году либо у истца в 2017 году (в момент приобретения земельного участка).

По указанной причине вывод судов о наличии у общества надлежащей легитимации по иску о взыскании убытков является преждевременным.

В этой связи судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в силу части 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в суде первой или апелляционной инстанций либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть указания кассационной инстанции, устранить допущенные нарушения, установить все фактические обстоятельства по делу, в целях полного и всестороннего исследования оценить все доказательства и доводы участвующих в деле лиц в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе проверить доводы агрофирмы об исчерпании срока эксплуатации виноградника (с учетом установленного срока его посадки) и невозможности получения урожая по указанной причине, установить правомерность распространения обществом правового режима виноградника как неотъемлемой части земельного участка на использованные для его обустройства шпалеры, в связи с утратой которых общество также претендует на возмещение реального ущерба, проверить легитимацию общества в указанной части.

Руководствуясь статьями 274, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.11.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2021 по делу№ А32-44211/2019 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.



Председательствующий М.Н. Малыхина

Судьи Р.Г. Калуцких

А.Х. Ташу