Постановление от 16 августа 2020 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-35448/2016
17 августа 2020 года
г. Санкт-Петербург
/суб.

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 17 августа 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей К.В.Галенкиной, И.В.Юркова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем А.Н.Шамилиной,


при участии:

от ФИО1 ФИО2 по доверенности от 16.10.2018,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-11011/2020) ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.03.2020 по делу № А56-35448/2016/суб. (судья О.В. Голоузова), принятое


по заявлению конкурсного управляющего ООО «Страховая компания «Советская»

о привлечении ФИО1, ФИО3, ФИО4

к субсидиарной ответственности

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Страховая компания «Советская»,

установил:

определением арбитражного суда первой инстанции от 18.03.2020 заявление конкурсного управляющего ООО «Страховая компания «Советская» ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Страховая компания «Советская» контролирующих должника лиц признано обоснованным в части наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО3. В удовлетворении заявления управляющего ООО «Страховая компания «Советская» ФИО5 в части наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 отказано. Приостановлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего до окончания формирования конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами ООО «Страховая компания «Советская».

ФИО1 подана и в судебном заседании поддержана апелляционная жалоба, в которой просил определение отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, отказать в привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО1 по обязательствам ООО «Страховая компания «Советская». Полагает, что обжалуемое определение вынесено при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения дела. Отсутствовали основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу документов. Информация о том, что ФИО4 являлась руководителем должника после ФИО1, является открытой и была получена конкурсным управляющим. Однако, несмотря на наличие указанных сведений, конкурсный управляющий предъявил требование об истребовании документации должника к ФИО1, который в свое время передал всю документацию следующему руководителю. Сделки, совершение которых послужило основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, не привели к объективному банкротству должника. Отсутствуют основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с заключением А.Биденко ряда сделок после прекращения полномочий ФИО1. Выдача доверенности на А.Биденко в период осуществления ФИО1 полномочий генерального директора не свидетельствует о том, что после прекращения полномочий ФИО1 продолжал управлять деятельностью должника и не утратил статус контролирующего лица.

Поступившие от конкурсного управляющего должником возражения не приняты апелляционным судом, поскольку поданы с нарушением установленного срока и без доказательств по части 2 статьи 262 АПК РФ о предварительном раскрытии перед иными участвующими в обособленном споре лицами.

Возражений по пределам обжалования не поступило.

Как разъяснено в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует арбитражному суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Законность и обоснованность определения в обжалуемой части проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд находит апелляционную жалобу обоснованной, определение – подлежащим отмене в обжалуемой части с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении требований о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Как следует из материалов обособленного спора и размещенной в картотеке арбитражных дел информации, участниками должника являлись ООО «Гермес», ООО «Торино», ООО «Агро Инвест», ООО «Голден Скай».

ФИО1 являлся директором должника с 21.03.2011 по 25.01.2016.

ФИО4 являлась руководителем в период с 26.01.2016 по 08.02.2016, с 03.02.2016 по 08.02.2016 находилась на больничном, согласно представленным ею актам полученные от предыдущего руководителя документы общества переданы ей следующему руководителю.

ФИО3 в рассматриваемые периоды являлся заместителем генерального директора, а также ему была выдана доверенность от 11.01.2016 № 81/2016 на полный спектр полномочий от имени общества, в том числе, на заключение от имени должника любых сделок и договоров, совершение любых действий от имени должника, распоряжением имуществом и денежными средствами, подписание от имени общества всех видов документов, включая бухгалтерские.

ФИО3, бывший заместителем директора, являлся руководителем должника до 28.06.2016.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.08.2016, резолютивная часть которого объявлена 10.08.2016 ООО «Страховая компания «Советская» признано несостоятельным (банкротом) с применением положений §4 «Банкротство финансовых организаций» главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в отношении общества введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО5. Публикация сведений о введении конкурсного производства в отношении должника размещена в газете «Коммерсантъ» от 20.08.2016 №152.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Страховая компания «Советская» в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратился конкурсный управляющий ООО «Страховая компания «Советская» ФИО5 с заявлением, в котором просила привлечь ФИО1, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что ответчики ФИО4 и ФИО1 являлись руководителями должника, а ответчик ФИО3 являлся заместителем руководителя должника, однако обладал правом подписи финансовых документов на основании доверенности; ФИО1 не исполнил обязанность по передаче документов бухгалтерского учета и отчетности, а также в период руководства должником этими лицами совершены убыточные сделки, причинившие вред должнику и его кредиторам.

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности суд признал его обоснованным.

Между тем выводы суда первой инстанции в отношении ответчика ФИО1 не соответствуют имеющимся доказательствам.

В силу положений части 1 статьи 65 АПК РФ, бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для привлечения участников к субсидиарной ответственности, лежит на заявителе. Лишь в случае представления заявителем доказательств обоснованности заявленных требований, на ответчика возлагается бремя доказывания обстоятельств, опровергающих предъявленные к нему требования.

Конкурсным управляющим не доказано наличие всей совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, не представлены доказательства, подтверждающие наличие вины бывшего руководителя должника, а также причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и наступлением последствий (банкротством должника).

В качестве одного из оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности арбитражный суд указал на неисполнение ФИО1 обязанности по передаче конкурсному управляющему документации Должника.

Данный вывод был основан на том, что определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.12.2017 по обособленному делу № А56-35448/2016/истр. суд истребовал у ФИО1 документацию должника. На основании выданного исполнительного документа было возбуждено исполнительное производство № 89329/18/78024-ИП.

Вместе с тем, 21.12.2018 судебным приставом-исполнителем было вынесено постановление об окончании исполнительного производства № 89329/18/78024-ИП в связи с исполнением судебного акта. Исполнительное производство прекращено в связи с тем, что судебному приставу-исполнителю был представлен Акт приема-передачи документов от 25.01.2016, подписанный ФИО1 и ФИО4.

Таким образом в последний рабочий день в качестве директора должника ФИО1 передал документацию следующему руководителю.

Акт приема-передачи необоснованно не принят во внимание судом первой инстанции.

Непроведение ФИО4 проверки переданной документации не может быть вменено в вину ФИО1.

ФИО4 22.01.2016 была избрана генеральным директором должника на основании решения участников должника, которое оформлено соответствующим протоколом общего собрания участников общества.

Указанные изменения были внесены в Единый государственный реестр сведений о юридических лицах: 04.02.2016 года в МИФНС № 15 по городу Санкт-Петербургу было подано заявление о смене руководителя Должника с ФИО1 на ФИО4.

Судом первой инстанции не установлено, каким образом непередача документации (и какой конкретно документации) существенно затруднила проведение процедуры конкурсного производства

В соответствии с пп.2 п.2 ст.61.11 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Из информации, размещенной на сайте ЕФРСБ в карточке должника, следует, что конкурсным управляющим в результате проведения инвентаризации имущества должника было выявлено сто объектов недвижимости. Указанные объекты явились предметом оценки, информация о проведенной оценке имущества отражена в отчете об оценке № 40-2017/Н от 15.08.2017. Конкурсным управляющим проводятся мероприятия по реализации имущества должника путем проведения торгов (например, сообщение № 4823737 от 16.03.2020г. на сайте ЕФРСБ).

Из картотеки арбитражных дел следует, что конкурсным управляющим в рамках дела о банкротстве были оспорены ряд сделок: сделки с ООО «Профитон» по перечислению денежных средств, договор уступки прав требования (цессия) № 02/2016-СБР от 12.02.2016 с ООО «БЕСТ-КОНТ», соглашение № 01 о частичном прекращении взаимных денежных обязательств зачетом от 25.02.2016, договор купли-продажи ценных бумаг (простых векселей) № 16-1/17-ПВ от 16.02.2016. Указанные сделки были признаны недействительными, судом были применены последствия недействительности сделок.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что у конкурсного управляющего имеются сведения о совершенных должником сделках, о принадлежащем ему недвижимом имуществе.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по основанию неисполнения им обязанности по передаче документов конкурсному управляющему является необоснованным.

Сделки, совершение которых послужило основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, не привели к объективному банкротству должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 закона.

Аналогичные положения были предусмотрены ранее действовавшей статьей 10 Закона о банкротстве.

При этом применение данной материально-правовой нормы не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в Постановлении № 53, в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те. без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности).

Суд первой инстанции привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с тем, что в последний день осуществления им полномочий генерального директора были совершены следующие сделки: договор купли-продажи ценных бумаг от 25.01.2016 № 1; договор купли-продажи ценных бумаг от 25.01.2016 № 2.

В результате заключения указанных договоров должником были отчуждены Компании Symbol Wood Limited облигации компании EVRAZ GROUP и облигации GAZ Capital S.A. (Gazprom JSC). Покупатель обязан был заплатить за приобретенные акции денежные средства в размере 2532000 долларов США. Однако Компания Symbol Wood Limited обязательства по оплате не исполнила. В связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Между тем, заключение указанных сделок не явилось основанием для наступления объективного банкротства должника. Суд первой инстанции не исследовал и не установил, какое значение для последующей деятельности должника имели спорные сделки, не оценил существенность их негативного воздействия на деятельность должника, не установил, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия и повлекли ли они существенное ухудшение состояния должника.

Пунктом 23 Постановления № 53 предусмотрено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В качестве основного аргумента убыточности договоров купли-продажи ценных бумаг конкурсным управляющим заявлено отсутствие встречного предоставления со стороны покупателя до настоящего времени.

Однако генеральный директор не отвечает, если невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения контрагентом возникших из нее обязательств. Сам по себе факт отсутствия встречного исполнения по договорам купли-продажи ценных бумаг от 25.01.2016 № 1 и № 2 не может являться основанием для признания сделок убыточными для должника, а также не свидетельствует об их недействительности или о заключении на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону. Не вытекает из данного факта и цель причинения вреда кредиторам.

Конкурсным управляющим подавался иск о взыскании денежных средств с покупателя по договорам купли-продажи ценных бумаг (дело №А40-68871/17-45-620). Иск был возвращен. Совершение действий по взысканию дебиторской задолженности с покупателя свидетельствует о том, что у конкурсного управляющего имелись копии договоров купли-продажи ценных бумаг, а также информация о покупателе.

Договоры купли-продажи ценных бумаг от 25.01.2016 № 1 и № 2 были заключены в последний рабочий день ФИО1. На момент передачи документации новому руководителю переданные впоследствии по договорам купли-продажи ценные бумаги принадлежали должнику и находились у должника. Указанные обстоятельства подтверждают, что ФИО1 не обладал информацией о том, что А. Биденко были заключены договоры купли-продажи ценных бумаг.

Судом первой инстанции необоснованно не принято во внимание, что вышеуказанные сделки были подписаны заместителем генерального директора в отсутствие надлежащего одобрения и визирования со стороны органов управления должника, в то время как учредительными документами должника был предусмотрен механизм одобрения заключаемых обществом сделок. Любая сделка, заключаемая обществом, требовала одобрения и визирования со стороны органов управления юридического лица.

В период нахождения ФИО1 в должности генерального директора должника решения об одобрении заключения вышеперечисленных сделок не принимались, ФИО1 решение о заключении вышеуказанных договоров не принимал, указанные договоры им не визировались. В связи с чем, ФИО1 не обладает информацией о заключении сделок, об отсутствии/наличии оплаты по ним. Таким образом, основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с заключением договора купли-продажи ценных бумаг от 25.01.2016 № 1, договора купли-продажи ценных бумаг от 25.01.2016 № 2, отсутствуют, притом, что 22.01.2016 участниками должника было принято решение о прекращении полномочий ФИО1, а 25.01.2016 являлся последним днем в должности генерального директора; ФИО1 не являлся выгодоприобретателем по данным сделкам.

Вывод суда первой инстанции о том, что передача полномочий А.Биденко на основании доверенности и прекращении полномочий ФИО1 в январе 2016 года свидетельствуют о том, что ФИО1 незадолго до банкротства пытался снять с себя любые негативные последствия, связанные с неэффективным руководством должником не соответствует фактическим обстоятельствам.

Решение о прекращении полномочий ФИО1 и избрании нового руководителя было принято участниками должника, которыми на тот момент являлись ООО «Гермес», ООО «Торино», ООО «Агро Инвест», ООО «Голден Скай».

ФИО1, в свою очередь, ни в один период осуществления полномочий генерального директора должника не являлся участником/выгодоприобретателем должника напрямую либо через участников - юридических лиц.

А. Биденко был принят на должность заместителя генерального директора в декабре 2015 года. Должником 11.01.2016 и 14.01.2016 (то есть за несколько дней до прекращения полномочий ФИО1) были выданы доверенности на представление интересов ООО «СК «Советская».

Из Акта приема-передачи дел при смене генерального директора следует, что ФИО1 были переданы ФИО4 доверенности, выданные от имени Общества и реестры выданных доверенностей.

После прекращения полномочий ФИО1, ФИО4, обладая информацией о наличии доверенностей, предоставляющих А. Биденко, в том числе, право подписывать банковские платежные документы, имела возможность предпринять действия по уведомлению банка, в которым открыт счет должника, о смене руководителя; издать приказ об отмене (прекращении действия) доверенностей с указанием реквизитов доверенностей либо об отмене всех доверенностей, выданных должником, ознакомив с данным приказом работников должника; направить данный приказ в банк, в которым открыт счет Должника, а также в иные компании, которые могли полагаться на действительность ранее выданных доверенностей.

Несовершение указанных действий не может вменяться в вину ФИО1, поскольку полномочия ФИО1 были прекращены, трудовой договор с ним был расторгнут, в связи с чем, у ФИО1 отсутствовали полномочия на отмену ранее выданных доверенностей, и он не имел возможности давать поручения А. Биденко на заключение сделок, на которые ссылается конкурсный управляющий в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности.

После прекращения полномочий ФИО1 утратил статус контролирующего лица, доступа к финансовой документации общества не имел, влияние на хозяйственную деятельность должника не оказывал. В материалах дела доказательства, подтверждающие иное, отсутствуют.

ФИО1 после своего увольнения не принимал участия в заключении сделок, которые явились основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности: договор купли-продажи векселей от 24.02.2016; Договор купли-продажи векселей от 26.02.2016; договор уступки прав требования (цессии) № 02/2016-ЦЗ от 15.02.2016; договор уступки прав требования (цессии) № 02/2016-СБР от 12.02.2016; договор уступки прав требования (цессии) № 02/2016-Ц1 от 12.02.2016.

В нарушение п.1 ст. 65 АПК РФ конкурсным управляющим не доказано, что после прекращения трудовых полномочий ФИО1 сохранил возможность давать обязательные для исполнения должником указания, а также иным образом контролировать (определять) действия должника.

Таким образом, с учетом изложенных обстоятельств, привлечение ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу документов должника конкурсному управляющему и совершение сделок, повлекших причинение вреда кредитором должника, является необоснованным.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268 ч. 5, 269 п. 2, 270 ч. 1 п. 4, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 18.03.2020 в обжалуемой части отменить.

Принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Страховая компания «Советская» ФИО1 отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Н. Бармина


Судьи


К.В. Галенкина


И.В. Юрков