Решение от 17 апреля 2018 г. по делу № А19-28435/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru




Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Иркутск Дело № А19-28435/2017

«17 » апреля 2018 г.


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 10 апреля 2018 г.

Полный текст решения изготовлен 17 апреля 2018 г.


Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Пугачёва А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда города Москвы дело по заявлению АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «БОДАЙБИНСКИЙ ЗВЕРОПРОМХОЗ» ЦЕНТРОСОЮЗА РФ (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 666910, <...>)

к СЛУЖБЕ ПО ОХРАНЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЮ ЖИВОТНОГО МИРА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664007, <...>)

о признании незаконным и отмене отказа от 22.11.2017 № 02-84-390/17 в заключении охотхозяйственного соглашения; обязании заключить с АО «Бодайбинский зверопромхоз» охотхозяйственное соглашение в отношении охотничьих угодий площадью 8 592 020 га на основании долгосрочной лицензии на пользование объектами животного мира серия О № 0003205 от 28.10.2007 г. и договора о предоставлении в долгосрочное пользование территории (акваторий), необходимой для осуществления пользования объектами животного мира от 29.12.2007г.

при участии в заседании:

от заявителя с использованием средств видеоконференцсвязи в Арбитражном суде города Москвы: ФИО2 – представитель по доверенности от 20.12.2017г. (паспорт); ФИО3 - представитель по доверенности от 20.12.2017г. (паспорт).

от ответчика: ФИО4 (доверенность № 03-5/Д от 17.01.2018, представлено удостоверение).

установил:

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «БОДАЙБИНСКИЙ ЗВЕРОПРОМХОЗ» ЦЕНТРОСОЮЗА РФ (далее – заявитель, Общество, АО «Бодайбинский зверопромхоз») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к СЛУЖБЕ ПО ОХРАНЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЮ ЖИВОТНОГО МИРА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (далее – Служба, ответчик) о признании незаконным и отмене отказа от 22.11.2017 № 02-84-390/17 в заключении охотхозяйственного соглашения; обязании заключить с АО «Бодайбинский зверопромхоз» охотхозяйственное соглашение в отношении охотничьих угодий площадью 8 592 020 га на основании долгосрочной лицензии на пользование объектами животного мира серия О № 0003205 от 28.10.2007 г. и договора о предоставлении в долгосрочное пользование территории (акваторий), необходимой для осуществления пользования объектами животного мира от 29.12.2007г.; взыскании со Службы по охране и использованию животного мира Иркутской области расходов по оплате госпошлины в размере 6 000 рублей.

Представители заявителя заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель ответчика заявленные требования не признал, дав пояснения в соответствии с доводами, изложенными в отзыве.

АО «Бодайбинский зверопромхоз» Центросоюза РФ 28.04.2007 выдана долгосрочная лицензия на пользование объектами животного мира серии О №0003205, сроком действия с 28.04.2007 по 28.04.2032 и заключен с Администрацией Иркутской области договор о предоставлении в долгосрочное пользование территории (акваторий), необходимой для осуществления пользования объектами животного мира от 29.12.2007г.

27.03.2017 Общество обратилось в Службу с заявлением о заключении охотхозяйственного соглашения на основании указанной лицензии.

Письмом ответчика от 30.03.2017 № 02-84-1040/7 «Об отказе в заключении охотхозяйственного соглашения» заявителю было отказано в заключении охотхозяйственного соглашения в связи с отсутствием правовых оснований для его заключения, так как применение части 3 статьи 71 Федерального закона от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» приостановлено.

25.08.2017 Общество вновь обратилось в Службу с заявлением о заключении охотхозяйственного соглашения на основании указанной лицензии.

Письмом ответчика от 30.03.2017 № 02-84-1040/7 «Об отказе в заключении охотхозяйственного соглашения» заявителю было отказано в приеме документов для предоставления государственной услуги по заключению охотхозяйственного соглашения без проведения аукциона.

21.11.2017 Общество в третий раз обратилось в Службу с заявлением от 17.11.2017 (вх. №01-84-426/17 от 21.11.2017) с заявлением о заключении охотхозяйственного соглашения без проведения аукциона в отношении территории, необходимой для осуществления пользования животным миром, Бодайбинского района Иркутской области площадью 8592020 га в соответствии с вышеуказанной долгосрочной лицензией.

Письмом от 22.11.2017 № 02-84-390/17 Служба со ссылкой на подпункт «б» пункта 24 Административного регламента предоставления государственной услуги по заключению охотхозяйственных соглашений (утвержден Указом Губернатора Иркутской области от 28.08.2013 N 288-уг) сообщила заявителю об отказе в приеме документов, необходимых для предоставления государственной услуги по заключению охотхозяйственного соглашения без проведения аукциона.

Полагая, что отказ Службы, выраженный в письме от 22.11.2017 № 02-84-390/17, является незаконным и нарушает права и законные интересы заявителя, Общество обратилось в суд с настоящим заявлением.

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Пределы судебного разбирательства при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, в том числе судебных приставов-исполнителей, установлены частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Правовое регулирование в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов в связи с осуществлением видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства осуществляется Федеральным законом от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», который вступил в действие с 01.04.2010 (далее – Закон № 209-ФЗ).

В соответствии со статьей 27 Закона № 209-ФЗ предоставление права пользования объектами животного мира осуществляется на основании охотхозяйственных соглашений, заключаемых по итогам проведения аукциона.

Право долгосрочного пользования животным миром, которое возникло у юридических лиц, индивидуальных предпринимателей на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов до дня вступления в силу Закона № 209-ФЗ, сохраняется до истечения срока действия указанных лицензий, за исключением случаев, предусмотренных частью 1 статьи 71 Закона № 209-ФЗ. При этом согласно части 2 статьи 71 Закона № 209-ФЗ долгосрочные лицензии, указанные в части 1 данной статьи, не подлежат продлению.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 25.06.2015 N 17-П «По делу о проверке конституционности части 3 статьи 71 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с запросом Верховного Суда Российской Федерации» со вступлением в силу Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», как следует из статьи 71, юридические лица и индивидуальные предприниматели сохраняют право долгосрочного пользования животным миром в отношении охотничьих ресурсов, которое возникло у них на основании долгосрочных лицензий, полученных до 1 апреля 2010 года, до истечения срока действия соответствующей лицензии, если иное прямо не установлено законом (часть 1); долгосрочные лицензии на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов продлению не подлежат (часть 2); такие юридические лица и индивидуальные предприниматели вправе заключить охотхозяйственные соглашения в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий, без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений (часть 3); органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации обязаны заключить охотхозяйственные соглашения с проявившими соответствующую инициативу юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями в течение трех месяцев с даты их обращения в эти органы (часть 4).

При этом приобретение владельцами долгосрочных лицензий права пользования охотничьими ресурсами на основании заключенных без проведения аукциона охотхозяйственных соглашений - в силу платности пользования охотничьими ресурсами как одного из основных принципов правового регулирования в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов - не носит безвозмездный характер: частью 5 статьи 71 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» для них установлена обязанность единовременного внесения специальной платы за заключение таких соглашений (за исключением случаев, предусмотренных в части 7 данной статьи), размер которой определяется как произведение установленной Правительством Российской Федерации ставки платы за единицу площади охотничьего угодья и площади соответствующего охотничьего угодья (часть 6).

В силу части 3 статьи 71 Закона № 209-ФЗ юридические лица, у которых право долгосрочного пользования животным миром возникло на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов до дня вступления в силу данного Федерального закона, вправе заключить охотхозяйственные соглашения в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий, без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений.

Органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации обязаны заключить охотхозяйственные соглашения с лицами, указанными в части 3 данной статьи, в течение трех месяцев с даты обращения данных лиц в органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации (часть 4 статьи 71 Закона № 209-ФЗ).

Из названных правовых норм следует, что законодатель, подтвердив действие ранее выданных долгосрочных лицензий, в то же время предусмотрел иной порядок регулирования правоотношений по предоставлению права на добычу охотничьих ресурсов (заключение охотохозяйственных соглашений), соблюдение которого обязательно. При этом сохранение права долгосрочного пользования животным миром за лицами, указанными в части 1 статьи 71 Закона № 209-ФЗ, обусловлено наличием у них долгосрочной лицензии на пользование объектами животного мира и ранее заключенного договора о предоставлении в пользование территорий, на которых это право может быть реализовано.

Из материалов дела следует, что Акционерное общество «Бодайбинский зверопромхоз» владеет охотничьими угодьями на территории Бодайбинского района Иркутской области общей площадью 8592020 га на основании долгосрочной лицензии на пользование объектами животного мира серия О №0003205 от 28.10.2007г. и договора о предоставлении в долгосрочное пользование территории (акваторий), необходимой для осуществления пользования объектами животного мира от 29.12.2007г.

Отказ Службы в приеме документов для заключения охотхозяйственного соглашения без проведения аукциона мотивирован тем, что предоставленное заявление и приложенные документы не соответствуют требованиям пункта 21 Административного регламента предоставления государственной услуги по заключению охотхозяйственных соглашений утвержденного Указом Губернатора Иркутской области от 28.08.2013 N 288-уг (в ред. Указа Губернатора Иркутской области от 20.06.2016 N 135-уг). В оспариваемом отказе указано, что описание границ охотничьих угодий не соответствует требованиям Приказа Минприроды от 06.08.2010 N 306 «Об утверждении требований к описанию границ охотничьих угодий»; требуемая заявителем площадь охотничьих угодий превышает максимально возможную.

Согласно пункту 21 названного Административного регламента для предоставления государственной услуги без проведения аукциона заявители представляют:

заявление о заключении охотхозяйственного соглашения согласно приложению 2 к настоящему административному регламенту;

оригинал долгосрочной лицензии на пользование животным миром;

оригинал договора о предоставлении в пользование территорий или акваторий;

документы, подтверждающие полномочия представителя заявителя, необходимые для осуществления действия от имени заявителя, в случае подачи заявления от имени юридического лица или индивидуального предпринимателя.

Судом установлено, что заявление о заключении охотхозяйственного соглашения было подано по форме, утвержденной названным Административным регламентом, в нем указаны границы охотничьих угодий (северной, восточной, южной и западной).

Кроме того, к заявлению Обществом было приложено более подробное описание границ (исх № 57 от 17.11.2017). Данный документ поименован в заявлении в числе представленных в Службу. Названное описание содержит описание всех границ, имеет привязку к границам лесных кварталов,

В соответствии с частями 2, 3, 5, 6, 7, 8, 9 статьи 39 Федерального закона N 209-ФЗ территориальное охотустройство направлено на обеспечение рационального использования и сохранения охотничьих ресурсов и осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства на территории субъекта Российской Федерации.

Документом территориального охотустройства является схема размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации.

К схеме размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации прилагается карта с обозначением границ охотничьих угодий и зон планируемого создания охотничьих угодий.

При составлении схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации границы охотничьих угодий определяются в соответствии с требованиями к описанию границ охотничьих угодий, утвержденными уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

При составлении схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации обеспечивается ее совместимость с лесным планом субъекта Российской Федерации, документами территориального планирования, со схемами развития и размещения особо охраняемых природных территорий, со схемами землеустройства.

Схема размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации утверждается высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации).

Состав и структура схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации, порядок ее составления устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с пунктом 15 статьи 32 Федерального закона N 209-ФЗ к полномочиям органов государственной власти Российской Федерации в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов относится утверждение требований к описанию границ охотничьих угодий.

Согласно пунктам 2, 7, 10 Порядка составления схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации (утвержден приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 31.08.2010 N 335) схема размещения, использования и охраны охотничьих угодий на территории субъекта Российской Федерации является документом территориального охотустройства, осуществляемого в целях планирования в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов и направленного на обеспечение рационального использования и сохранения охотничьих ресурсов и осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства на территории субъекта Российской Федерации.

Схема разрабатывается на основе материалов государственного охотхозяйственного реестра, данных государственного мониторинга охотничьих ресурсов и среды их обитания, материалов, отражающих состояние ведения охотничьего хозяйства субъекта Российской Федерации, материалов натурных исследований, лесного плана субъекта Российской Федерации, схем развития и размещения особо охраняемых природных территорий, имеющихся ведомственных материалов, картографических материалов, литературных источников, а также материалов аэросъемки и космической съемки поверхности Земли, имеющих давность не более 5 лет на момент составления Схемы и отражающих реальное состояние экосистем.

При составлении Схемы границы охотничьих угодий определяются в соответствии с требованиями к описанию границ охотничьих угодий, утвержденными уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 06.08.2010 N 306 утверждены требования к описанию границ охотничьих угодий, пункт 11 которых предусматривает, что все ориентиры, используемые при описании границ охотничьих угодий, должны быть указаны на схеме (карте), являющейся неотъемлемой частью описания.

Таким образом, в силу вышеизложенных правовых норм сформированные охотничьи угодья являются объектом права, определенным территориально, в установленных границах которого допускается осуществление видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства.

Учитывая, что заявителю была ранее выдана долгосрочная лицензия на пользование объектами животного мира и согласно данной лицензии территория (акватория) были определены в границах согласно распоряжению первого заместителя главы администрации Иркутской области № 184-рз от 27.04.2007, суд считает, что в данном случае охотничьи угодья являются сформированным объектом права.

Кроме того, суд отмечает, что Приказ Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 06.08.2010 N 306 был принят после выдачи заявителю долгосрочной лицензии.

При этом оспариваемое решение не содержит абсолютно никаких указаний на то, каким именно из установленных требований не соответствует описание границ, приведенное Обществом в заявлении и описании границ охотничьих угодий.

Учитывая изложенное в данной части оспариваемое решение является немотивированным и необоснованным.

Относительно указания в оспариваемом решении на то, что испрашиваемая заявителем площадь охотничьих угодий превышает предельно допустимую, суд отмечает, что данное обстоятельство не указано в Административном регламенте в качестве оснований для отказа в приеме документов при оказании государственной услуги по заключению охотхозяйственного соглашения, поэтому оснований для отказа в приеме документов по данному основанию у ответчика не имелось.

Вместе с тем, суд полагает необходимым отметить, что согласно письму Минприроды России от 21.09.2012 N 15-45/15112 «О разъяснении положений законодательства Российской Федерации в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов» исходя из положений частей 1, 3, 9 и 10 статьи 71 Федерального закона от 24 июля 2009 г. N 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» Департамент полагает, что охотхозяйственные соглашения с юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями, обладающими правом долгосрочного пользования животным миром на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов, которое возникло до вступления в силу Закона об охоте в течение пяти лет со дня установления максимальной площади охотничьих угодий заключаются в отношении охотничьих угодий, указанных в действующих договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий, а по истечении пяти лет - на площадь охотничьих угодий, не превышающую максимальную площадь охотничьих угодий.

В совместном письме Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации и Федеральной службы по надзору в сфере природопользования от 21.12.2012 N АА-03-04-27/17484 «О соблюдении требований законодательства в области охоты и сохранении охотничьих ресурсов» также указывалось, что максимальные площади охотничьих угодий в субъектах Российской Федерации, в отношении которых могут быть заключены охотхозяйственные соглашения одним лицом или группой лиц, установленные приказом N 137, применимы к юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям, имеющим долгосрочные лицензии на право пользования животным миром, только с мая 2017 года.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 17.06.2016 N 307-КГ15-17678 по делу N А56-65188/2014.

Также в судебном заседании представитель ответчика пояснил, что заявителем при обращении в Службу были представлены нотариально заверенные копии долгосрочной лицензии на пользование животным миром, а также копия договора о предоставлении в пользование территорий и акваторий, а не оригиналы.

Относительно данного довода суд отмечает, что такое основание для отказа в приеме документов в оспариваемом решении ответчика не указано.

Согласно тексту оспариваемого решения в нем содержится лишь цитирование положений Административного регламента, указание на отказ в связи с представлением не оригиналов, а нотариально заверенных копий долгосрочной лицензии на пользование животным миром, а также договора о предоставлении в пользование территорий и акваторий, в качестве основания для отказа в приеме документов, необходимых для предоставления государственной услуги, в оспариваемом решении отсутствует.

Кроме того, судом установлено, что первоначально Общество обращалось в Службу с заявлением о заключении охотхозяйственного соглашения 27.03.2017, Службой был вынесен отказ, изложенный в письме от 30.03.2017г. №02-84-1040/17, затем Общество также обращалось в Службу 25.08.2017г. с аналогичным заявлением с приложением оригиналов долгосрочной лицензии на пользование животным миром, а также договора о предоставлении в пользование территорий и акваторий. Службой также было отказано в приеме документов письмом 30.08.2017г. №02-84-2675/17.

Оспаривая отказ в приеме документов, выраженный в письме от 22.11.2017 № 02-84-390/17 Общество правомерно указало, что ранее в Службу им предоставлялись оригиналы вышеуказанных документов.

В судебном заседании представитель заявителя пояснил, что нотариально заверенные копии долгосрочной лицензии на пользование животным миром и договора о предоставлении в пользование территорий и акваторий были предоставлены именно по требованию Службы.

Кроме того, согласно части 1 статьи 77 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, введенных в действие постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 11.02.1993 N 4462-1, нотариус вправе засвидетельствовать верность копий документов и выписок из документов, выданных органами государственной власти, органами местного самоуправления, юридическими лицами, гражданами. Нотариальное действие представляет собой свидетельствование верности копии документа с представленным нотариусу его оригиналом (пункт 1.1 Методических рекомендаций по свидетельствованию верности копий документов и выписок из них, утвержденных решением Правления Федеральной нотариальной палаты от 25.04.2016, протокол N 04/16).

Суд считает, что представление нотариальной заверенной копии документа для целей оформления охотхозяйственного соглашения равноценно представлению оригинала (что также допускалось ранее действовавшей редакцией Административного регламента), а ссылка заявителя на то, что при заключении охотхозяйственного соглашения данная лицензия подлежит изъятию, судом отклоняется, так как согласно сложившейся практике лицензии в случае прекращения их действия подлежат возврату в орган, их выдавший, в данном случае таким органом является территориальный орган Россельхознадзора. Кроме того, даже в случае необходимости изъятия данного документа, у административного органа есть право истребовать оригинал лицензии в добровольном или судебном порядке.

Согласно части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Оценив с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение не соответствует требованиям действующего законодательства и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Учитывая изложенное, заявленное требование подлежит удовлетворению.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в резолютивной части решения по делу об оспаривании решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должно содержаться указание на признание оспариваемого решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

Таким образом, признав незаконным решение государственного органа, арбитражный суд автоматически обязывает такой орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. Тем самым подчеркивается компетенция органа, должностного лица по приведению такого акта в соответствие с действующим законодательством.

Следует отметить, что законодатель различает оформление резолютивной части судебного решения в случаях удовлетворения требований о признании незаконными решений органов, осуществляющих публичные полномочия, и требований о признании незаконными действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия,.

Право суда определить конкретный вариант поведения органа, должностного лица, предписать ему совершение конкретных действий предусмотрено пунктом 3 части 5 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае признания судом незаконным оспариваемого действия (бездействия).

Главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрена необходимость для заявителя формулировать требование о способе защиты его права, нарушенного оспариваемым решением. Согласно пунктам 3 и 5 части 1 статьи 199 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель должен указать на права и законные интересы, которые, по его мнению, нарушаются оспариваемым решением, и предъявить требование о признании такого решения незаконным.

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации также исходила из того, что в качестве самостоятельного может рассматриваться только имущественное требование о защите нарушенных прав и законных интересов, заявленное наряду с организационным требованием о признании незаконным действия (бездействия).

Такой подход изложен в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2003г. № 73 «О некоторых вопросах применения частей 1 и 2 статьи 182 и части 7 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» и Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.12.2007г. № 65 «О некоторых процессуальных вопросах, возникающих при рассмотрении арбитражными судами заявлений налогоплательщиков, связанных с защитой права на возмещение налога на добавленную стоимость по операциям, облагаемым названным налогом по ставке 0 процентов».

Требование заявителя об обязании ответчика заключить охотхозяйственное соглашение фактически является указанием на испрашиваемый им способ защиты.

Поскольку в рассматриваемом случае требования заявителя носят организационный характер, формулировка пункта 3 части 4 статьи 201 во взаимосвязи с пунктами 3 и 5 части 1 статьи 199 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что если заявитель включил в свое заявление указание на испрашиваемый им способ защиты (что он делать не обязан, поскольку закон этого не требует), суд вправе самостоятельно применить надлежащий способ защиты нарушенного права.

Учитывая, что оспариваемым решением ответчиком было отказано лишь в приеме документов, а заявление о заключении охотхозяйственного соглашения по существу им не рассматривалось), принимая во внимание приведенные выше положения процессуального закона и разъяснения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, в целях соблюдения требований пункта 3 части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд считает необходимым обязать ответчика устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Общества путем рассмотрения заявления заявителя о заключении охотхозяйственного соглашения (вх. №01-84-426/17 от 21.11.2017).

В соответствии со статьями 101, 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы в виде уплаченной АКЦИОНЕРНЫМ ОБЩЕСТВОМ «БОДАЙБИНСКИЙ ЗВЕРОПРОМХОЗ» ЦЕНТРОСОЮЗА РФ при подаче заявления в суд государственной пошлины в сумме 3000 руб. подлежат взысканию в пользу заявителя со Службы по охране и использованию животного мира Иркутской области. Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 3000 руб. подлежит возврату заявителю из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

Признать незаконным полностью отказ СЛУЖБЫ ПО ОХРАНЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЮ ЖИВОТНОГО МИРА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ в приеме документов для предоставления государственной услуги по заключению охотхозяйственного соглашения без проведения аукциона с АКЦИОНЕРНЫМ ОБЩЕСТВОМ «БОДАЙБИНСКИЙ ЗВЕРОПРОМХОЗ» ЦЕНТРОСОЮЗА РФ, изложенный в письме от 22.11.2017 № 02-84-390/17 «Об отказе в заключении охотхозяйственного соглашения», как несоответствующий Федеральному закону от 9 24 июля 2009 года № 209-ФЗ «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Обязать СЛУЖБУ ПО ОХРАНЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЮ ЖИВОТНОГО МИРА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ устранить допущенные нарушения прав и законных интересов АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «БОДАЙБИНСКИЙ ЗВЕРОПРОМХОЗ» ЦЕНТРОСОЮЗА РФ путем рассмотрения заявления заявителя о заключении охотхозяйственного соглашения (вх. №01-84-426/17 от 21.11.2017).

Взыскать со СЛУЖБЫ ПО ОХРАНЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЮ ЖИВОТНОГО МИРА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ в пользу АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «БОДАЙБИНСКИЙ ЗВЕРОПРОМХОЗ» ЦЕНТРОСОЮЗА РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Возвратить АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «БОДАЙБИНСКИЙ ЗВЕРОПРОМХОЗ» ЦЕНТРОСОЮЗА РФ из федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.


Судья А.А. Пугачёв