Постановление от 5 февраля 2024 г. по делу № А35-8282/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу


«

Дело № А35-8282/2019
г. Калуга
05» февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 февраля 2024 года.




Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

Григорьевой М.А.

судей

Еремичевой Н.В.


ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Васильковой Е.А

при участии в заседании:


от ФИО2:


от иных лиц, участвующих в деле:

ФИО3 – представитель

по доверенности от 07.11.2019,

не явились, извещены надлежащим

образом.






рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц – связи при содействии Арбитражного суда Курской области кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Курской области от 07.06.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2023 по делу № А35-8282/2019



УСТАНОВИЛ:

Арбитражный суд Курской области определением от 07.06.2023 признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 (участник общества и бывший руководитель) к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Полимер», производство по заявлению конкурсного управляющего общества ФИО4 о привлечении ФИО2 к ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части привлечения ФИО5 (руководителя общества в период возбуждения дела о банкротстве) к субсидиарной ответственности суд области отказал.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 03.11.2023 оставил определение суда первой инстанции в обжалуемой ФИО2 части (в части признания наличия оснований для привлечения его к ответственности) без изменения.

Не согласившись с судебными актами судов первой и апелляционной инстанции, ФИО2 обратился в кассационный суд с жалобой, в которой просит суд округа судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об отсутствии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности пол обязательствам общества.

В обоснование жалобы заявитель указывает, что договор перевода на должника долга по кредитным обязательствам иного лица заключен 30.12.2015, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежат применению правила Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2012 № 134-ФЗ. При этом, заявитель настаивает, что на 30.12.2015 ФИО2 не являлся ни руководителем, ни учредителем ООО «Полимер». Доля в уставном капитале общества в размере 100% стала принадлежать ему только с 14.07.2016 в результате дарения, с 13.07.2016 ФИО2 был назначен генеральным директором общества.

При этом, заявитель кассационной жалобы обращает внимание, что убыточный договор перевода долга от 30.12.2015 был заключен от имени общества по решению единственного участника ООО «Полимер» ФИО6, которая одобрила заключение ООО «Полимер», ПАО «Курскопромбанк» и ООО «Ант-Ойл» трехдоговоров о переводе долга на общую сумму 225 226 493,16 руб. по кредитным обязательствам, которые были обеспечены залогом имущества нескольких лиц, в том числе, ООО «Полимер».

Кроме того, заявитель кассационной жалобы настаивает, что апелляционный суд неправомерно отклонил его ссылки на то, что являясь генеральным директором общества, ФИО2 предпринимал все усилия для выхода общества из кризиса: предпринимал попытки согласовать с банком пролонгацию кредитов и снижение процентных ставок. Полагает, что то обстоятельство, что перечисленные мероприятия не привели к положительному для общества результату, не может свидетельствовать о том, что ФИО2 виновен в доведении общества до банкротства.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своих представителей в суд округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей указанных лиц.

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов, исходя из следующего.

30.08.2019 арбитражный суд возбудил производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Полимер» по заявлению кредитора публичного акционерного общества «Курскпромбанк».

02.10.2019 арбитражный суд принял к производству заявление уполномоченного органа Управления Федеральной налоговой службы России по Курской области о признании ООО «Полимер» банкротом (как заявление о вступлении в дело).

Обращаясь с заявлением о банкротстве ООО «Полимер» уполномоченный орган ссылался на наличие у общества по состоянию на 24.09.2019 задолженности по налогам в размере 14 801 036,03 руб., из которых: 13 922 402,70 руб. - налог, 796 610,99 руб. - пени, 143 695,09 руб. - штраф. Основанием образование задолженности уполномоченный орган указывает неуплату должником налога на прибыль организаций за 6-12 мес. 2018 года, налога на прибыль организации за 6 мес. 2019 года, НДС за 1-2 кв. 2019 года, транспортный налог за 2018 год, страховые взносы за 1 кв. 2019 года.

25.08.2020 (резолютивная часть определения от 18.08.2020) арбитражный суд признал заявление общества с ограниченной ответственностью «Экспобанк» (правопреемника ПАО «Курскпромбанк») обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО7.

Указанным определением требования ООО «Экспобанк» включены в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные залогом имущества должника в размере 253 138 492,43 руб., в том числе 207 041 094 руб. – основной долг, 22 330 101,70 руб. – проценты за пользование кредитом, 23 767 296,73 руб. – пени, в реестр требований кредиторов в состав третьей очереди, из них 23 767 296,73 руб. пени учтено в реестре отдельно.

При рассмотрении вопроса об обоснованности заявления о банкротстве должника судом установлено, что между ПАО «Курскпромбанк» и ООО «Ант-Ойл» были заключены кредитные договоры: № <***> от 06.09.2013, № <***> от 03.12.2013, № <***> от 27.05.2014, № Ю02-14-011К от 19.11.2014.

30.12.2015 между ПАО «Курскпромбанк» и ООО «Полимер» были заключены договоры о переводе долга по указанным кредитным обязательствам со старого должника - ООО «Ант-Ойл», на нового должника - ООО «Полимер»: № Ю02-13-012Д от 30.12.2015 по кредитному договору № <***> от 06.09.2013, № Ю02-13-019Д от 30.12.2015 по кредитному договору № <***> от 03.12.2013, № Ю02- 14-009Д от 30.12.2015 по кредитному договору № <***> от 27.05.2014, договор о переводе долга № Ю02-14-011Д от 30.12.2015 по кредитному договору № Ю02-14- 011К от 19.11.2014.

Наличие непогашенной задолженности по указанным кредитным договорам, обязанность по оплате которой ООО «Полимер» предусмотрена договорами о переводе долга, и послужило основанием для обращения кредитора с заявлением о банкротстве общества.

22.12.2020 решением арбитражного суда ООО «Полимер» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

27.06.2022 конкурсный управляющий ООО «Полимер» ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролировавших должника лиц - ФИО2 и ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 326 458 080,88 руб.

Материалами дела установлено, что ФИО2 являлся учредителем общества с 25.07.2016 по 21.04.2020 (доля участия 100%) и руководителем ООО «Полимер» с 25.07.2016 по 21.05.2019.

ФИО5 являлся руководителем общества с 19.09.2019 (дело о банкротстве возбуждено 30.08.2019) по дату введения процедуры банкротства, а с 21.04.2020 (на стадии проверки обоснованности заявления о банкротстве должника) по настоящее время является учредителем общества с долей участия 30%.

Суд апелляционной инстанции установил, что учредителем ООО «Ант-Ойл» (первоначальный должник по кредитным обязательствам) с 19.11.2008 по 18.02.2016 являлся ФИО2 Таким образом, имелась внутригрупповая связь между ФИО2, ООО «Полимер» и ООО «Ант-Ойл».

Кроме того, судом установлено, что в отношении первоначального должника проводилась налоговая проверка, из решения налогового органа №21-28/13 от 26.03.2021 следует, что инспекцией на основании решения от 10.12.2014 №19-24/526 проведена выездная налоговая проверка ООО «Ант-Ойл», в соответствии с которой ООО «Ант-Ойл» предлагалось уплатить сумму 1 264 628,26 руб. налога, 221 694,90 руб. штрафа, 489 044,40 руб. пени. Решение вступило в силу 15.12.2015.

В связи с неисполнением обязанности по уплате указанной задолженности ФНС России обратилось в Арбитражный суд Курской области с заявлением о признании ООО «Ант-Ойл» банкротом (дело № А35-1898/2017).

Определением от 27.04.2017 в отношении ООО «Ант-Ойл» была введена процедура наблюдения, в реестр требований кредиторов были включены требования налогового органа в размере 4 083 789,99 руб.

Определением арбитражного суда от 02.11.2017 дело № А35-1898/2017 о банкротстве ООО «Ант-Ойл» прекращено в связи с отсутствием у общества денежных средств для покрытия судебных расходов и расчетов с кредиторами.

В связи с неисполнением обязательств ООО «Полимер» перед ПАО «Курскпромбанк» (ООО «Экспобанк») последнее обратилось в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, требования в размере 253 138 492,43 руб. были включены в реестр требований кредиторов ООО «Полимер».

Решение налогового органа №21-28/13 от 26.03.2021 было вынесено по итогам выездной налоговой проверки ООО «Ант-Ойл» за период с 01.01.2016 по 31.12.2017 (в указанный период ФИО2 являлся руководителем ООО «Полимер»). Из приведенного решения налоговой проверки следует, что ООО «Полимер» создавался фиктивный документооборот, не отражающий реальные факты хозяйственной жизни налогоплательщика. Указанные неправомерные действия ООО «Полимер» были направлены на минимизацию налоговых обязательств, а после их выявления налоговым органом было решено привлечь общество к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения. Как следует из решения, штраф составил 2 576 162,09 руб., недоимка 12 463 122,25 руб., пени 5 096 882,77 руб.

Обращаясь с заявлением о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий настаивал на наличии обоих оснований для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности: и по основанию доведения должника до состояния банкротства, и по основанию не исполнении обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

Оценив установленные по делу фактические обстоятельства, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, предусмотренного статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, обращаясь с заявлением о привлечении ФИО2 конкурсный управляющий указывал на то, что ФИО2 как руководителем общества-должника нарушена обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, полагая что ФИО2 обязан был обратиться с заявлением в течение месяца с момента получения требования ПАО «Курскпромбанк», то есть с 13.03.2019.

Ответчик ФИО2 оспаривал эту дату, полагая, что обязанность по подаче заявления о банкротстве ООО «Полимер» возникла у ФИО2 17.08.2019.

Суд, установив, что дело о банкротстве ООО «Полимер» возбуждено 30.08.2019, согласился с позицией конкурсного управляющего о том, что обязанность по обращению с заявлением в суд возникла у ФИО2 после получения требования от банка, учитывая, что должник на момент предъявления к нему требования банка уже являлся неплатежеспособным.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обжалуемым определением от 07.06.2023 признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 03.11.2023 оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Рассматривая спор, суды руководствовались статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 9, 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), статьями 61.10, 61.11, 61.12, 126 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», учитывая, что формирование конкурсной массы не окончено, пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к ответственности и необходимости приостановить производство по настоящему обособленному спору.

Суд округа полагает, что выводы судов соответствуют подлежащим применению к спорным правоотношениям нормам права о согласуются с фактическими обстоятельствами, установленными по делу.

В настоящем случае судебной оценке подвергались действия ФИО2 как контролировавшего лица контрагента должника - ООО «Полимер», от имени которого (от имени ООО «Ант-Ойл») ФИО2 перевел долги по кредитным обязательствам на ООО «Полимер», при этом долги многократно превышающего размер активов общества (по данным бухгалтерского баланса, представленного в налоговый орган).

После чего, спустя шесть месяцев ФИО2 стал единственным контролирующим лицом ООО «Полиммер», и согласно решению налоговой проверки №21-28/13 от 26.03.2021 должником ООО «Полимер» создавался фиктивный документооборот, не отражающий реальные факты хозяйственной жизни налогоплательщика. Указанные неправомерные действия ООО «Полимер» были направлены на минимизацию налоговых обязательств, а после их выявления налоговым органом было решено привлечь общество «Ант-Ойл» к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения. Как следует из решения, штраф составил 2 576 162,09 руб., недоимка 12 463 122,25 руб., пени 5 096 882,77 руб.

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, к рассматриваемому заявлению применяются процессуальные правила, установленные Законом о банкротстве в новой редакции.

При этом, нормы материального права применяются те, которые действовали на дату совершения вменяемого ответчику правонарушения.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

В соответствии с положениями пунктов 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Материалами дела установлено, что первоначальный должник по кредитным обязательствам и новый должник имели внутригрупповую связь.

Налоговой проверкой установлено, что ООО «Полимер» (в период непосредственного участия в обществе ФИО2) создавался фиктивный документооборот, не отражающий реальные факты хозяйственной жизни налогоплательщика, направленный на минимизацию налоговых обязательств.

Согласно пункту 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров.

Вопреки доводам кассационной жалобы, сами по себе попытки согласования с кредитором (банком) отсрочке платежей не являются мерами, направленными на вывод общества из кризисного состояния. Признаки наличия у должников по кредитным обязательствам (как у старого должника, так и у нового) мер хозяйственных, организационных (какого-либо антикризисного бизнес-плана), в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, суд округа считает необходимым отметить, что ФИО2 не привел каких-либо правомерных оснований, объясняющих целесообразность получения им контроля над ООО «Полимер» после перевода на должника спорного долга.

В связи с чем, суд округа полагает, что презумпция доведения общества до банкротства в настоящем случае контролировавшим должника лицом не опровергнута, и установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований, указанных в статьях 10, 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности.

В настоящем случае материалами дела, в том числе материалами налоговой проверки установлено осуществление фактического контроля ФИО2 над ООО «Полимер» как в период создания кризисной ситуации (заключения договора перевода долга), так и позднее.

Суд округа полагает, что судами в достаточной мере исследованы все необходимые доказательства по делу, и установленным обстоятельствам дана надлежащая оценка. При этом, дата возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве в настоящем случае не имеет значения, поскольку размер ответственности по основанию не обращения с соответствующим заявлением, в любом случае поглощается размером ответственности за доведение должника до банкротства.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289, статьей 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Курской области от 07.06.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2023 по делу № А35-8282/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.



Председательствующий М.А. Григорьева


Судьи Н.В. Еремичева


ФИО1