Постановление от 26 июня 2024 г. по делу № А83-15527/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А83-15527/2020
г. Калуга
27 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20.06.2024

Постановление в полном объеме изготовлено 27.06.2024

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

Председательствующего Ахромкиной Т.Ф.

Судей Григорьевой М.А.

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дебрянской С.А.,

при участии в заседании:

от финансового управляющего Пьеро А.И.:

от ФИО2:

от ФИО3:

от иных лиц, участвующих в деле:

ФИО4 – представитель по доверенности от 01.06.2024;

ФИО2 – паспорт гражданина РФ;

ФИО5 – представитель по доверенности от 25.10.2022 (сроком на 20 лет);

ФИО6 – представитель по доверенности от 14.11.2023;

не явились, извещены надлежаще.

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Двадцать первого арбитражного апелляционного суда кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО7 - ФИО8 на постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2023 по делу № А83-15527/2020,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (далее - ФИО7, должник) ФИО2 (далее - ФИО2, кредитор) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании обоснованными требований в размере 8 609 686 руб. и включении их в реестр требований кредиторов должника.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечена ФИО9.

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 24.04.2023 (судья Авшарян М.А.) в удовлетворении заявления ФИО2 отказано.

Постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2023 (судьи: Котлярова Е.Л., Вахитов Р.С., Оликова Л.Н.) определение Арбитражного суда Республики Крым от 24.04.2023 отменено. Заявление ФИО2 удовлетворено частично. Требование ФИО2 в размере 7 462 806,5 руб., из которых: 3 857 430 руб. - основной долг, 647 528,5 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами, 2 957 848,00 руб. - убытки, признано обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов ФИО7 в третью очередь реестра требований кредиторов. В остальной части требований отказано.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, финансовый управляющий Пьеро А.И. обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2023 отменить, оставить в силе определение Арбитражного суда Республики Крым от 24.04.2023.

В обоснование кассационной жалобы финансовый управляющий ссылается на нарушение апелляционным судом норм материального и процессуального права. Указывает на то, что ФИО2 не представлено надлежащих доказательств наличия у нее денежных средств по состоянию на 23.09.2015 для передачи должнику по заключенным договорам. Заявитель жалобы полагает, что оригинал составленной ФИО2 и выданной ФИО10 расписки, с учетом повышенного стандарта доказывания, не может являться достаточным доказательством получения ФИО2 денежных средств в размере 100 000 долларов США, поскольку отсутствуют доказательства наличия у самой ФИО10 указанной денежной суммы. Отмечает, что кредитором не представлено доказательств конвертации долларов США в российские рубли. По мнению кассатора, ФИО2 пропущен срок исковой давности по требованию о возвращении переданной по договорам 2015 года суммы. Финансовый управляющий обращает внимание на отсутствие доказательств того, что ФИО2 проявляла какую-либо заинтересованность относительно, якобы переданных ею ФИО7 денежный средств, либо относительно объекта строительства. Кассатор полагает, что отсутствие со стороны кредитора ФИО2 каких-либо действий в связи с неисполнением ФИО7 обязательств относительно ввода объекта в эксплуатацию не позднее 30.08.2016 свидетельствует о фиктивности сделки.

ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу, соглашаясь с доводами кассационной жалобы, просит постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2023 отменить, направить спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

ФИО2 в отзыве на кассационную жалобу просит оставить обжалуемое финансовым управляющим постановление апелляционного суда без изменения.

В судебном заседании представители финансового управляющего Пьеро А.И. и ФИО3 поддержали доводы кассационной жалобы, ФИО2 и ее представитель возражали против отмены обжалуемого постановления.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе путем размещения информации в Картотеке арбитражных дел, в суд округа не явились. Дело рассмотрено в порядке статьи 284 АПК РФ в отсутствие неявившихся лиц.

По правилам части 1 статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, дополнительных пояснений по спору, судебная коллегия кассационной инстанции находит постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2023 подлежащим оставлению без изменения в связи со следующим.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО11, ФИО7, ФИО12 заключили договоры о совместной деятельности по долевому участию в строительстве в форме простого товарищества с ФИО3, ФИО13, ФИО14, ФИО2 и др. о строительстве жилого многоквартирного дома по адресу: Республика Крым, г. Симферополь, ул. Донская/Бокуна, д. 26А/ЗЗБ.

23.09.2015 между ФИО2 (Дольщик) и ФИО7 (Застройщик) был заключен договор долевого участия в строительстве.

В соответствии с пунктами 1.1 - 1.4 договора Застройщик обязался в предусмотренный договором срок построить недвижимое имущество и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию передать Дольщику, находящийся в объекте недвижимости (многоквартирный дом), расположенный на участке с кадастровым номером 0110100000:02:003:0650 по адресу: <...>, объект долевого строительства: жилое помещение - трехкомнатная квартира, площадью 76,6 кв. м, а Дольщик обязался оплатить Застройщику обусловленную договором стоимость объекта долевого строительства и принять его.

Цена договора на момент его заключения составляет 4 720 000 руб., что эквивалентно на день подписания Договора 71 000,00 долларов США.

Согласно пункту 5.2 договора, оплата производится в момент подписания договора.

Условиями пункта 3.1.1. договора было предусмотрено, что все строительно-монтажные работы будут окончены и объект введен в эксплуатацию не позднее 30.08.2016.

Согласно пункту 4.4. договора Застройщик не менее чем за 14 рабочих дней до наступления срока начала передачи и принятия «Объекта долевого строительства», обязан направить Дольщику сообщение о завершении строительства (создания) «Объекта недвижимости», о готовности «Объекта долевого строительства» к передаче, а также предупредить Дольщика о необходимости принятия «Объекта долевого строительства» и о последствиях бездействия Дольщика, предусмотренных договором.

Сообщение должно быть направлено по почте заказным письмом с описью вложения и уведомлением о вручении по указанному Дольщиком почтовому адресу или вручено Дольщику лично под расписку. Дольщик, получивший сообщение Застройщика о завершении строительства (создания) «Объекта недвижимости в соответствии с договором и о готовности «Объекта долевого строительства» к передаче, обязан приступить к его принятию в течение 30 календарных дней со дня получения указанного сообщения.

В соответствии с пунктом 2.1 договор действует до полного исполнения сторонами своих обязательств.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, ФИО2 указывала на то, что во исполнение договора долевого участия в строительстве от 23.09.2015 ею были переданы должнику денежные средства в размере 4 720 000 руб.

Факт передачи денежных средств подтверждается распиской, согласно которой ФИО7 получила от ФИО2 денежную сумму в размере 4 720 000 руб. в качестве оплаты за объект недвижимости, расположенный по адресу: <...>.

Также 23.09.2015 между ФИО7 (Продавец) и ФИО2 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи земельного участка.

В соответствии с пунктом 1 договора купли-продажи Продавец передал, а Покупатель принял и оплатил в соответствии с условиями настоящего договора долю 6/75 земельного участка с кадастровым номером 90:22:010203:222, именуемый в дальнейшем Участок, общей площадью 321 кв. м, разрешенное использование: для индивидуального жилищного строительства, находящийся по адресу: <...>

Участок принадлежит Продавцу по праву собственности на основании государственного акта на право собственности на земельный участок серия ЯЛ № 491285 от 12.12.2010 (пункт 2 договора купли-продажи).

В соответствии с пунктом 3 договора купли-продажи, стороны пришли к соглашению, что доля 6/75 земельного участка продается за 600 000 руб.

Покупатель передал Продавцу деньги в сумме 600 000 руб., что подтверждается представленной в материалы дела распиской о получении денежных средств в размере 600 000 руб.

Согласно пункту 14 договора купли-продажи Продавец обязуется в течение месяца с даты подписания настоящего договора подать его совместно с Покупателем в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым для оформления государственной регистрации перехода права собственности.

Факт передачи денежных средств подтверждается распиской, согласно которой ФИО7 получила от ФИО2 денежную сумму в размере 600 000 руб. в качестве оплаты за долю 6/75 земельного участка с кадастровым номером 90:22:010203:222, общей площадью 321 кв. м, по адресу: <...>

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 23.12.2020 в отношении ФИО7 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО8.

Ссылаясь на передачу должнику денежных средств по договорам и неисполнение ФИО7 обязательств по передаче квартиры и доли земельного участка, ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании кредиторских требований в размере 8 609 686 руб., из них 3 857 430 руб. и 600 000 руб. - основной долг, 2 957 848 руб. - убытки, 647 528,50 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами (основной долг), 496 519,90 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами (убытки), 50 359,59 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами (основной долг 600 000 руб.), обоснованными и включении их в реестр требований кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении заявленного требований, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске ФИО2 срока исковой давности для обращения в суд, по сути, с требованием о взыскании денежных средств по вышеуказанным договорам.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело по правилам главы 34 АПК РФ, не согласился с позицией суда первой инстанции в части пропуска Кошевой срока исковой давности в связи с чем отменил определение суда первой инстанции.

При этом апелляционный суд исходил из следующего.

Согласно разъяснениям, данным в пункту 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, кредитор обращала внимание на то, что ее требование основано на обстоятельствах, связанных с заключением договора о долевом строительстве. Указывала на то, что проживает в другом городе, поддерживала постоянную связь с ФИО7, которая до мая 2022 обещала выполнить взятые на себя обязательства. Представила гарантийные письма, подписанные сыном ФИО7, действующим от ее имени на основании доверенности.

Судом было установлено, что согласно выписке из ЕГРН спорный объект был поставлен на кадастровый учет 18.12.2018. При этом пункт 4.4. договора обязывает Застройщика уведомить Дольщика не менее чем за 14 рабочих дней до наступления срока начала передачи и принятия «Объекта долевого строительства», направить Дольщику сообщение о завершении строительства (создания) «Объекта недвижимости».

Вместе с тем, доказательств направления каких-либо уведомлений должником в адрес кредитора в материалы дела не представлено. Напротив, ФИО12, действующим на основании доверенности от имени ФИО7, выдавались кредитору расписки от 28.09.2018, 25.09.2019 об исполнении обязательств в полном объеме, подготовке документов для оформления права собственности на квартиру, которая будет оформляется не ранее 2020.

В связи с чем апелляционный суд посчитал, что по крайней мере до 2020 у заявителя не имелось оснований полагать, что ФИО7 не предоставит ей жилое помещение.

С заявлением в суд кредитор обратилась 06.07.2022, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности (аналогичная правовая позиция высказана в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2022 № 305-ЭС21-27461(2)).

Судом апелляционной инстанции также принято во внимание согласованность действий арбитражного управляющего и его представителей ФИО6 и ФИО4, которые также представляют интересы кредитора должника ФИО3

Согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.15 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статьи 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Как следует из общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности не применяется по правилам пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, которая запрещает пользоваться правами исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также злоупотребления правом.

Вместе с тем необходимо учитывать, что такой вид санкции, как отказ в применении срока исковой давности, должен использоваться в исключительных случаях, когда судом непосредственно установлено, что в результате недобросовестных действий такого лица стало невозможным либо затруднительным своевременное обращение в суд за защитой своих прав. К таким действиям можно отнести умышленное сокрытие совершенной сделки, предоставление недостоверной информации о дате ее совершения и т.д.

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 23.12.2020 в отношении ФИО7 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий Пьеро А.И.

Согласно данным из ЕФРСБ установлено, что информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано 05.01.2021 № 5994092.

В своих письменных пояснениях, поступивших в суд первой инстанции 25.09.2023, должник ФИО7 не отрицала принятие денежных средств от заявителя, утверждает, что информацию о всех кредиторах передала финансовому управляющему Пьеро А.И., который с ней не поддерживает связь.

Однако финансовым управляющим Пьеро А.И. не представлено в материалы дела доказательств уведомления кредитора ФИО2 о признании гражданина ФИО7 банкротом и введении реструктуризации ее долгов, в порядке пункта 3 статьи 213.8 закона о банкротстве.

Вместе с тем, как указала кредитор в своем заявлении и данное обстоятельство финансовым управляющим не опровергнуто, из решения Евпаторийского районного суда от 13.06.2019 и отзыва самого финансового управляющего Пьеро А.И. усматривается осведомленность финансового управляющего о наличии иных, помимо ФИО3, кредиторов должника.

При рассмотрении вопроса о пропуске процессуального срока должно учитываться наличие именно существенных обстоятельств, а не формальных, к которым можно отнести неуведомление финансовым управляющим конкретного кредитора.

Иной подход при определении начала течения исковой давности, избранный судом при рассмотрении настоящего дела, не способствует должной защите прав участников гражданского оборота и восстановлению их нарушенных прав (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2016 по делу № 301-ЭС15-5443).

Согласно пункту 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан№ (далее - Постановление № 45) по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа. Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования.

В соответствии с пунктом 25 Постановления № 45 при исчислении предусмотренного пунктом 2 статьи 213.8 и пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве срока для заявления требований в деле о банкротстве гражданина следует учитывать, что по смыслу статьи 213.7 Закона информация о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов, а также о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества доводится до всеобщего сведения путем ее включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и публикации в официальном печатном издании в порядке, предусмотренном статьей 28 Закона о банкротстве. При определении начала течения срока на предъявление требования в деле о банкротстве гражданина следует руководствоваться датой более позднего публичного извещения.

В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа.

Принимая во внимание доводы кредитора о том, что до мая 2022 она не владела информацией о банкротстве должника, поскольку была постоянно на связи с ФИО7, пояснения должника, которая указала, что оповестила Кошевую Т.А. о своем банкротстве лишь в 2022 году, суд апелляционной инстанции признал пропуск процессуального срока кредитором уважительным.

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Пункт 1 статьи 100 Закона о банкротстве позволяет кредиторам предъявить требование к должнику, приложив к нему судебный акт, а при его отсутствии - иные документы, подтверждающие обоснованность требования. Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом вне зависимости от наличия/отсутствия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны; установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 3 и пункт 5 статьи 100 Закона о банкротстве, пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

Согласно абзацу 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В подтверждение заявленных требований ФИО2 были предоставлены написанные собственноручно должником ФИО7 расписки от 23.09.2015 о получении последней денежных средств по договору долевого участия в строительстве в размере 4 720 000 руб. и по договору купли-продажи земельного участка в размере 600 000 руб. Подлинность данных расписок не была оспорена, должник не отрицала, что текст расписок был составлен лично ею.

Как указывает кредитор денежные средства, переданные гражданке ФИО7 были выручены ФИО2 от уступки права требования гражданке ФИО9 к ООО «ГКМ ЛТД» по договору долевого участия в строительстве № 61.1-1-Ф2 от 18.12.2012 предметом которого являлась трехкомнатная квартира стр. № 61, на 6-ом этаже, 2-й блок-секции, общей проектной площадью 92,46 кв. м, расположенной по адресу: <...>.

В подтверждение состоявшейся уступки, было заключено трехстороннее дополнительное соглашение № 3 от 07.09.2015 к договору долевого участия в строительстве № 61.1-Ф2 от 18.12.2012.

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 30.01.2023 ФИО9 была привлечена к рассмотрению обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В ходе судебного заседания в суде первой инстанции, ФИО9 пояснила суду, что 07.09.2015 лично передавала ФИО2 денежные средства в размере 100 000 долларов США, что на тот период было эквивалентно 6 768 501,02 руб. в счет уступки ей права по договору долевого участия в строительстве № 61.1-Ф2 от 18.12.2012, в подтверждение чего, приобщила к материалам дела копию выданной ФИО2 расписки с предоставлением оригинала на обозрение суда, а также, копию выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 06.10.2016, подтверждающую регистрацию за ней права собственности на квартиру № 61 по адресу: <...>, переданную ей по договору долевого участия в строительстве № 61.1-Ф2 от 18.12.2012.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства и пояснения участников спора, апелляционный суд пришел к выводу о том, что ФИО2 предоставлены доказательства, свидетельствующие о наличии у нее по состоянию на 23.09.2015 финансовой возможности для передачи должнику денежных средств по заключенным договорам.

Несогласие финансового управляющего и ФИО3 с данным выводом суда не является основанием для отмены обжалуемого постановления.

Ссылка финансового управляющего и ФИО3 на отсутствие в материалах дела доказательств конвертации долларов США в российские рубли во внимание не принимается, так как не свидетельствует о невозможности передачи спорных денежных средств. Само по себе исполнение (неисполнение) кредитором и должником требований Федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле» в части расчетов в валюте не является доказательством отсутствия между сторонами договорных отношений и расчетов по договорам.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО7 требования ФИО2 в размере 7 462 806,5 руб., из которых: 3 857 430 руб. - основной долг, 647 528,5 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами, 2 957 848,00 руб. – убытки.

При этом апелляционный суд принял во внимание, что требование ФИО2 основано, как и требование кредитора ФИО3, на договоре долевого участия в строительстве от 27.10.2013, по условиям которого после завершения строительства многоквартирного дома, должник обязуется предоставить ФИО3 однокомнатную квартиру на третьем этаже, площадью 20 кв. м по адресу <...>, в качестве доказательства оплаты предоставлена расписка от 27.10.2013 о получении ФИО7 денежных средств в размере 28 000 долларов США.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционный принцип равенства (статья 19 Конституции Российской Федерации) означает, помимо прочего, недопустимость введения не имеющих объективного и разумного оправдания ограничений в правах лиц, принадлежащих к одной категории (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

На необходимость соблюдения принципов правовой определенности и равенства прав всех участников гражданско-правовых отношений, закрепленных, в том числе в пункте 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации, в частности, в определении от 24.02.2015 № 305-ЭС14-1186, что также нашло свое отражение в Обзоре практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.12.2015.

Доводы ФИО3 о том, что заявленные ею требования основаны на иных обстоятельствах, в частности на основании вступившего в законную силу решения Евпаторийского городского суда Республики Крым от 13.09.2029 по делу № 2-74/2019, во внимание не принимаются, поскольку как следует из текста указанного решения в качестве подтверждения оплаты по договору долевого участия в строительстве от 27.10.2013 ФИО3 в суд были представлены расписки от 27.10.2013 на сумму 5 000 долларов США и от 10.11.2013 на сумму 28 000 долларов США. Так как факт получения должником не оспаривался, суд без проведения проверки наличия у ФИО3 финансовой возможности передать заявленную сумму взыскал с ФИО7 в пользу ФИО3 33 000 долларов США по курсу, установленному Центральным Банком РФ на дату фактического исполнения решения.

Доводы финансового управляющего Пьеро А.И. и кредитора ФИО3 о длительном непринятии ФИО2 мер к понуждению должника исполнить обязательства или возвратить полученную в счет исполнения договора сумму подлежат отклонению.

ФИО2 указывала на то, что она проживает в другом городе, при этом поддерживала постоянную связь с ФИО7, которая до мая 2022 обещала выполнить взятые на себя обязательства, что ФИО12, действующим на основании доверенности от имени ФИО7, ей выдавались расписки от 28.09.2018, 25.09.2019 об исполнении обязательств в полном объеме, подготовки документов для оформления права собственности на квартиру, которая будет оформляется не ранее 2020 года. Кроме того, пунктом 2.1 договора долевого участия в строительстве определено, он действует до полного исполнения сторонами своих обязательств.

По сути, доводы, изложенные в кассационной жалобе, указывают на несогласие заявителя с выводами суда апелляционной инстанции, сделанными на основании представленных в материалы дела доказательств. Вместе с тем, вопрос оценки доказательств в силу части 1 статьи 71 АПК РФ является компетенцией суда, рассматривающего спор по существу. Разрешая настоящий обособленный спор, суд действовал в рамках предоставленных ему полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием к отмене постановления суда апелляционной инстанции, судом кассационной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения кассационной жалобы финансового управляющего Пьеро А.И. и отмены обжалуемого постановления не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2023 по делу № А83-15527/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Т.Ф. Ахромкина

Судьи М.А. Григорьева

ФИО1