Решение от 18 июня 2019 г. по делу № А50-12929/2019

Арбитражный суд Пермского края Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

город Пермь

18.06.2019 года Дело № А50-12929/19

Резолютивная часть решения объявлена 18.06.2019 года.

Полный текст решения изготовлен 18.06.2019 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Герасименко Т. С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коноваловой К.А., рассмотрел в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Энергосервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к заинтересованному лицу: Инспекции Федеральной налоговой службы по Кировскому району г. Перми (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309,

при участии:

от заявителя: ФИО1, по доверенности от 26.04.2019 № 3, предъявлен паспорт;

от заинтересованного лица: ФИО2 по доверенности от 26.12.2018 № 04-08/16436, предъявлено служебное удостоверение, ФИО3, по доверенности от 09.01.2019 № 04-08/00065, предъявлен паспорт, ФИО4 по доверенности от 21.05.2019 № 04-08.1/08267, предъявлено служебное удостоверение,

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью «Энергосервис» (далее – заявитель, Общество, налогоплательщик, ООО «Энергосервис») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по Кировскому району г. Перми (далее – налоговый орган, Инспекция) от 10.10.2018 № 11-03.1/12309 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В обоснование требований заявитель указывает на отсутствие оснований для доначисления ему НДС и налога на прибыль, соответствующих сумм пени и штрафа, поскольку сделки со спорными контрагентами являются реальными, что налоговым органом не опровергнуто. Заявитель полагает, что требования, установленные главой 21

НК РФ, для принятия к вычету НДС и расходов по налогу на прибыль им выполнены, взаимоотношения со спорными контрагентами документально подтверждены. При этом отмечает, что налоговым органом не доказано наличие в его действиях признаков недобросовестности, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, а также ссылается на проявление им должной осмотрительности. По мнению налогоплательщика, реальность сделок по приобретению работ у спорных контрагентов инспекцией не опровергнута; хозяйственные взаимоотношения с данными организациями документально подтверждены; выводы налогового органа о возможности выполнения работ собственными силами противоречат сведениям о наличии у заявителя трудовых ресурсов. Кроме того, в заявлении приведены доводы о процессуальных нарушениях и наличии оснований для снижения штрафа.

Протокольным определением от 18.06.2019 судом приобщены к материалам дела дополнительные документы, в том числе составленный налогоплательщиком анализ трудозатрат.

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы заявления, просит удовлетворить заявленные требования, ссылаясь на отсутствие оснований для доначисления Обществу налогов, пени и привлечения его к налоговой ответственности, что, по мнению представителя, подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Налоговый орган с требованиями не согласен по мотивам, изложенным в письменном отзыве, решение считает законным, оснований для его отмены не усматривает, ссылаясь на создание заявителем по взаимоотношениям со спорными контрагентами формального документооборота с целью получения налоговой выгоды без осуществления реальных хозяйственных операций, правомерность доначисления налога на прибыль и НДС.

Представители Инспекции, участвующие в судебном заседании, поддержали доводы отзыва, просят отказать в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив в порядке статей 71, 162 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка Общества за 2014, 2015 годы, оформленная актом проверки от 16.03.2018 № 11-02/3, в ходе которой сделаны выводы о неправомерном применении заявителем налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость за 1-й - 4-й кварталы 2014 года, за 1-й, 2-й кварталы 2015 года, завышение расходов по налогу на прибыль организаций (далее – налог на прибыль) за 2014, 2015 годы по документам ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой», содержащим недостоверные сведения относительно субъектов, выполнивших строительно-монтажные работы, при наличии

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки налоговым органом вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.10.2018 № 11-03/03881, которым налогоплательщику по выявленным в ходе проверки нарушениям доначислены НДС, налог на прибыль в общей сумме 12 283 611 руб., пени – 5 195 296 руб. Заявитель привлечен к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в виде взыскания штрафа в размере 434 208 руб. (с учетом обстоятельства, смягчающего ответственность, размер штрафа снижен в 2 раза).

Не согласившись с вынесенным Инспекцией решением, заявитель обжаловал его в вышестоящий налоговый орган - Управление Федеральной налоговой службы по Пермскому краю.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 21.01.2019 № 18-18/292 жалоба общества на ненормативный акт инспекции оставлена без удовлетворения.

Полагая, что решение налогового органа от 10.10.2018 № 11-03/03881 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения является незаконным, Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о его оспаривании.

Суд с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, исследованных согласно требованиям, предусмотренным статьями 9, 65, 71, 162 АПК РФ приходит к следующему.

В силу статьи 57 Конституции Российской Федерации, пункту 1 статьи 3, подпункту 1 пункта 1 статьи 23 и статье 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Статьей 52 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.

Согласно положениями ст. 87 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налоговые органы проводят следующие виды налоговых проверок налогоплательщиков, плательщиков сборов и налоговых агентов: камеральные налоговые проверки и выездные налоговые проверки, целью которых является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

Статья 247 НК РФ устанавливает, что объектом налогообложения по налогу на прибыль признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях главы 25 НК РФ признаются для российских организаций полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

В целях главы 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, за исключением расходов,

указанных в статье 270 НК РФ (пункт 1 статьи 252 НК РФ).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

При этом НК РФ не устанавливает перечень документов, подлежащих оформлению при осуществлении налогоплательщиком тех или иных расходных операций, не предъявляет каких-либо специальных требований к их оформлению (заполнению). Решение вопроса о возможности учета тех или иных расходов при наличии их связи с деятельностью налогоплательщика по извлечению прибыли в целях налогообложения прибыли зависит от того, подтверждают документы, имеющиеся у налогоплательщика, факт осуществления заявленных им расходов или нет.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом обложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 173 НК РФ сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных ст. 171 НК РФ (за исключением налоговых вычетов, предусмотренных п. 3 ст. 172 НК РФ), общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со ст. 166 НК РФ и увеличенная на суммы налога, восстановленного в соответствии с настоящей главой.

В соответствии с п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные данной статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных п. 2 ст. 170 НК РФ, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171

НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных п. 3, 6-8 ст. 171 НК РФ.

Вычетам подлежат, если иное не установлено указанной статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Основанием для применения налоговых вычетов в силу ст. 169 НК РФ являются счета-фактуры, выставленные поставщиками при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг) и оформленные в установленном порядке.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 15.02.2005 N 93-О, буквальный смысл абз. 2 п. 1 ст. 172 НК РФ позволяет сделать однозначный вывод о том, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Каждый первичный учетный документ должен содержать реквизиты, установленные ч. 2 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

По правилам ст. 313 Кодекса для целей налогообложения принимаются те же первичные учетные документы, которые используются для целей бухгалтерского учета.

Пунктом 5 ст. 169 НК РФ определен перечень сведений, которые должны быть указаны в счете-фактуре, в том числе цена (тариф) за единицу товара, стоимость товара за все количество отгруженных по счету-фактуре товаров, сумма налога, предъявленная покупателю товаров исходя из примененных налоговых ставок.

В силу п. 6 ст. 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или

доверенностью от имени организации.

В соответствии с п. 2 ст. 169 НК РФ счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5, 6 ст. 169 НК РФ, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Из изложенных правовых норм следует, что для налогоплательщиков налога на добавленную стоимость право на применение налогового вычета по налогу возникает при соблюдении следующих условий: товары, работы и услуги должны быть приобретены для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации, и поставлены на учет; у налогоплательщика имеются счета-фактуры, соответствующие требованиям статьи 169 Налогового кодекса, и первичные документы с выделенной в них отдельной строкой суммой налога на добавленную стоимость, оформленные в соответствии со статьей 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете».

Судами высшей инстанции, в том числе определением Верховного Суда РФ от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920 неоднократно указано на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

В соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных ст. 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственных операций.

Согласно пунктам 3 и 4 Постановления N 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), а также, если налоговая выгода получена налогоплательщиком

вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Из постановления Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 № 18162/09 следует, что, делая вывод об обоснованности заявленных вычетов по НДС, необходимо исходить не только из формального представления налогоплательщиком всех необходимых документов, но и устанавливать реальность финансово-хозяйственных отношений налогоплательщика и его контрагента. Иными словами, при проверке обоснованности заявленных налоговых вычетов необходимо учитывать как достоверность, полноту и непротиворечивость сведений, содержащихся в первичных документах, представленных налогоплательщиком, так и реальность совершения хозяйственных операций.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09 разъяснено, что при недоказанности факта отсутствия реальности исполнения по сделке в применении налогового вычета по НДС может быть отказано при условии, если налоговым органом будет доказано, что общество действовало без должной осмотрительности и исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки оно знало или должно было знать об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицом, не являющимся руководителем контрагента, или о том, что в качестве контрагента по договору было указано лицо, не осуществляющее реальной предпринимательской деятельности и не декларирующее свои налоговые обязанности в связи со сделками, оформляемыми от ее имени.

При этом налогоплательщик в опровержение указанных утверждений вправе приводить доводы в обоснование выбора контрагента, имея в виду, что, по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но также деловая репутация и платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Налогоплательщик также вправе приводить доказательства, свидетельствующие о том, что исходя из условий заключения и исполнения договора, он не мог знать о том, что соответствующая сделка заключается от имени организации, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности и не исполняющей ввиду этого налоговых обязанностей в связи со сделками, оформляемыми от его имени.

Таким образом, применительно к НДС налоговая выгода может быть признана необоснованной либо при доказанности отсутствия реальности спорной хозяйственной операцией, либо неосмотрительности налогоплательщика в выборе проблемного контрагента, указывающего в подтверждающих документах недостоверные сведения и не осуществляющего реальной предпринимательской деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 05.03.2009 N 468-О-О указал на то, что налогоплательщик, не обеспечивший документальное подтверждение достоверности сведений и обоснованности требований, изложенных в документах, на основании которых он претендует на получение налоговых вычетов, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия в виде невозможности принятия к вычету соответствующих сумм налога.

Согласно пункту 2 постановления Пленума № 53 в соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган. В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям ст. 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений ст. 71 АПК РФ.

Судом установлено и из материалов дела следует, что в проверяемом периоде общество осуществляло деятельность, связанную с выполнением комплекса строительно-монтажных работ (механомонтажные, теплоизоляционные, огнеупорные, электромонтажные работы, очистка теплообменного оборудования, ремонт грузоподъемных механизмов) для заказчиков (ОАО «Уралкалий», ОАО «Камтэкс-Химпром», ЗАО «Сибур- Химпром», ООО «ЛУКОЙЛ-Пермнефтеоргсинтез», ОАО «ГалоПолимер Пермь», ОАО «Метафракс», ООО «Свеза Уральский», АО «Пермцветмет», ОАО «Святогор», ЗАО «Новокуйбышевская нефтеперерабатывающая компания», АО «Пермский научно-исследовательский институт», ОАО «Объединенная химическая компания «Уралхим», ПАО «Корпорация ВСМПО-АВИСМА», ООО «Хенкель Рус», ООО «Тизол» и др. – страница 4 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Для обеспечения указанной деятельности согласно представленным при проведении проверки документам общество (подрядчик) заключило с ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» (субподрядчики) договоры (приложение № 18 к акту от 16.03.2018 № 11-02/3), согласно которым субподрядчики приняли на себя обязательства выполнить по заданию подрядчика строительно-монтажные работы на объектах заказчиков.

Общая стоимость работ по сделкам с ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» составила 182 169 912,38 руб. Налог, предъявленный по счетам- фактурам организаций-субподрядчиков, отражен обществом в составе налоговых вычетов в налоговых декларациях по НДС за 1-й - 4-й кварталы 2014 года, за 1-й, 2-й кварталы 2015 года. Затраты на приобретение работ учтены заявителем в составе расходов по налогу на прибыль за 2014, 2015 годы.

Основанием для корректировки налоговых обязательств по НДС, налогу на прибыль (исключения налоговых вычетов по НДС, затрат из состава расходов по налогу на прибыль в соответствии с действительно совершенными хозяйственными операциями) послужили выводы инспекции о том, что представленные ООО «Энергосервис» документы не отвечают требованиям достоверности относительно субъектов (ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой»), выполнивших строительно-монтажные работы, при наличии признаков получения необоснованной налоговой выгоды.

С учетом установленных выездной налоговой проверкой обстоятельств, инспекция пришла к выводу о том, что строительно- монтажные работы ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» не выполнялись, данные контрагенты искусственно, посредством фиктивного документооборота, вуалирующего фактически совершенные хозяйственные операции, введены в систему договорных отношений с исключительной целью получения необоснованной налоговой выгоды (завышения налоговых вычетов по НДС, расходов по налогу на прибыль). При этом налоговым органом выявлено, что спорные работы в действительности выполнены силами и средствами ООО «Энергосервис».

Следовательно, отказывая в предоставлении вычетов и учету расходов, инспекция исходила из того, что документы, представленные налогоплательщиком в обоснование применения налоговых вычетов и расходов по налогу на прибыль, не отвечают требованиям достоверности относительно хозяйственных операций по поставке товаров и услуг; между названными участниками финансово-хозяйственных взаимоотношений создан формальный документооборот с целью получения обществом налоговой выгоды, в связи с чем, по результатам выездной налоговой проверки в обоснованности ее получения отказано.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд считает указанные выводы Инспекции обоснованными, при этом исходит из следующего.

Следуя принципу единообразия в применении и толковании судами норм права, при осуществлении мероприятий налогового контроля для

подтверждения факта получения проверяемым налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды налоговым органам при проведении налоговой проверки следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Налоговым органом в акте налоговой проверки должны быть отражены соответствующие доказательства, свидетельствующие о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагентов и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену). В этом случае в качестве самостоятельного основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика не могут приводиться признаки недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев цепочки перечисления денежных средств по выпискам банков.

Данный вывод следует также из пункта 31 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в котором указано, что факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривая аналогичные споры, сделала общий вывод о том, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность движения товара от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и других звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров. Законодательство о налогах и сборах не возлагает на налогоплательщика

осуществление контрольных функций по уплате НДС за его контрагентами и субконтрагентами, поскольку эти действия относятся к деятельности налогового органа (аналогичные выводы изложены в определениях Верховного суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 по делу № А40-71125/2015, от 6 февраля 2017 г. № 305-КК16-14921 по делу № А40-120736/2015).

Материалами дела подтверждено и налоговым органом не опровергнуто, что в обоснование права на налоговый вычет по НДС и расходов по налогу на прибыль заявитель представил документы, оформленные от имени спорных контрагентов.

Между тем данное обстоятельство с учетом фактических обстоятельств настоящего дела, установленных в ходе проверки, само по себе не свидетельствует о наличии у заявителя права на применение налогового вычета, поскольку фактически сделки между заявителем и спорными контрагентами не исполнялись, работы получены заявителем не от спорных контрагентов, а выполнены собственными силами.

Согласно позиций высших судебных инстанции, сформулированных в Постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Постановлении Президиума от 03.07.2012 № 2341/12, а также в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами

(определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 № 305- КГ16-4155).

При проведении мероприятий налогового контроля налоговым органом установлено, представленными в материалы дела доказательствами подтверждено и заявителем документально не опровергнуто, что спорные контрагенты объективно не могли выполнять работы и оказывать услуги в силу отсутствия у них условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Согласно данным, содержащимся в информационном ресурсе Федеральной налоговой службы, документам (информации), полученным от регистрирующих органов, у ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» отсутствовали собственные или арендованные основные средства, складские или офисные помещения, транспорт, иное имущество, сведения о выплаченных доходах физическим лицам, суммах начисленного, удержанного и перечисленного в бюджетную систему Российской Федерации налога на доходы физических лиц ООО «ФинСтрой» не представлялись, ООО «СК Капитал» подавались в отношении двух работников (страницы 13, 28, 29 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Анализ выписок по расчетным счетам показал, что денежные средства, поступавшие на счета ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой», в течение 1-3 дней переводились на счета других организаций, обладающих признаками недействующих юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и физических лиц; совершенные операции носили транзитный характер, суммы, зачисляемые и перечисленные (с учетом списания средств за обслуживание счетов) идентичны. Операций по расчетным счетам, направленных на выплату аренды помещений, транспорта, коммунальные услуги, телефонную связь, и на несение иных расходов, которые могли бы обеспечить нормальную предпринимательскую деятельность, контрагентами не производилось (страницы 17-23, 30, 31, 32 решения от 10.10.2018 № 11- 03.1/12309).

В ходе допроса руководители ООО «СК Капитал» ФИО5 (с 30.01.2012 по 09.06.2014), ООО «ФинСтрой» ФИО6 (с 29.12.2011 по 06.02.2014), ФИО7 (с 10.09.2014 по 24.07.2017) отрицали причастность к деятельности и подписание финансово-хозяйственных документов от имени названных организаций (протоколы допросов свидетелей - приложения №№ 24, 45, 47 к акту от 16.03.2018 № 11-02/3).

ФИО8 подтвердил, что являлся директором ООО «СК Капитал» (в период с 10.06.2014 по настоящее время), однако обстоятельств ведения финансово-хозяйственной деятельности и исполнения договоров с обществом не пояснил (протоколы допросов свидетеля - приложения №№ 28, 29 к акту от 16.03.2018 № 11-02/3).

Приговором Кунгурского городского суда Пермского края от 03.12.2015 по делу № 1-368/2015 ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (заведомо ложные показания

свидетеля). Указанным судебным актом, а также Приговором Кунгурского городского суда Пермского края от 08.06.2015 по делу № 1-148/2015 установлены обстоятельства, связанные с перечислением денежных средств на счет ООО «СК Капитал» без соответствующего оказания услуг (выполнения работ).

Непричастность должностных лиц ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» к подписанию хозяйственных документов подтверждается результатами почерковедческой экспертизы (заключение от 30.03.2018 № 08.2-52/07), согласно которой изображения подписи от имени директоров и главных бухгалтеров ООО «СК Капитал» ФИО5, ФИО8, ООО «ФинСтрой» ФИО6, ФИО9, ФИО7 на документах (договоры, акты, справки, счета-фактуры и др.), представленных налогоплательщиком, выполнены не ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО7, а какими-то другими лицами, с подражанием их подписи.

По информации, полученной в ходе выездной налоговой проверки, ООО «СК Капитал» являлось членом саморегулируемой организации некоммерческого партнерства «СтройГарант», саморегулируемой организации – ассоциации регионального объединения работодателей «Строители Крыма», саморегулируемой организации некоммерческого партнерства «СтройПроектГарант», в свою очередь ООО «ФинСтрой» - саморегулируемой организации некоммерческого партнерства «СтройГарант». При этом свидетельства о допуске к определенному виду (видам) работ, которые оказывают виляние на безопасность объектов капитального строительства, выданные контрагентам от лица саморегулируемых организаций, содержат недостоверные, противоречивые сведения, поскольку для получения данных свидетельств заявлены работники, которые никогда не состояли в трудовых отношениях с ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой», а также не принадлежащие контрагентам на каком-либо праве имущество и оборудование (страницы 23-26, 32, 33, 34 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Участие ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» в схемах формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды подтверждено результатам налоговых проверок иных налогоплательщиков (страницы 25, 26, 33, 34 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309), а также в отношении ООО «ФинСтрой» вступившим в силу решением Арбитражного суда Пермского края от 07.03.2017 по делу № А50-29916/16. В частности, в рамках названного судебного процесса арбитражный суд установил невозможность совершения ООО «ФинСтрой» хозяйственных операций (строительно-монтажных работ) в связи с отсутствием опыта, деловой репутации, ресурсов и производственных мощностей, транспортных средств, специальной техники, квалифицированного персонала. Денежные средства, поступившие на счета указанной организации, выводились из-под финансового контроля в наличную форму, а документы, оформленные от имени должностных лиц (законных представителей), подписывались не

установленными лицами.

По завершении финансово-хозяйственных взаимоотношений с налогоплательщиком ООО «ФинСтрой» отчетность, предусмотренную законодательством о налогах и сборах, не представляло, операций по имеющимся банковским счетам не осуществляло. Контрагент 24.07.2017 исключен из Единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа, как организация, фактически прекратившая свою деятельность (статья 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).

Показатели доходов и расходов, заявленные в налоговых декларациях организаций-субподрядчиков, в сравнении с поступившими суммами средств на расчетные счета и списанной суммы средств с расчетных счетов характеризуют мнимую финансово-хозяйственную деятельность, поскольку происходит искусственное завышение либо занижение, как доходов, так и расходов.

При значительных объемах полученной выручки суммы налоговых обязательств по НДС, налогу на прибыль исчислены в минимальных размерах за счет применения налоговых вычетов, расходов (более 99-ти процентов).

Посредством отражения в налоговой отчетности ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» минимальных сумм НДС, налога на прибыль к уплате в бюджет в связи со значительной долей налоговых вычетов, расходов (более 99-ти процентов), то есть с налоговой нагрузкой, приближенной к нулю, достигалась цель создания видимости правомерного поведения контрагентов в налоговых правоотношениях, что впоследствии позволило минимизировать налоговые обязательства ООО «Энергосервис» (страницы 16, 30 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Таким образом, материалами дела подтверждено, что спорные контрагенты не располагают необходимыми условиями для достижения результатов соответствующей экономической деятельности, документы контрагентов содержат недостоверные сведения о хозяйственных операциях, движение денежных средств по расчетным счетам носит транзитный характер с последующим выводом денежных средств из оборота, что свидетельствует об отсутствии реальной финансово-хозяйственной деятельности контрагентов.

Доводы налогоплательщика об обратном суд отклоняет, как противоречащие совокупности доказательств, представленных в материалы дела. При этом суд считает необходимым отметить, что в соответствии с положениями ст. 71 АПК РФ представленные в дело доказательства оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи.

Вышеизложенные обстоятельства, характеризующие контрагентов, сами по себе об отсутствии у заявителя права на предоставление вычета по НДС и расходов по налогу на прибыль не свидетельствуют, между тем, в ходе проверки Инспекцией достоверно установлено то обстоятельство, что

фактически работы и услуги от имени указанных контрагентов выполнены собственными силами.

Признавая правильными указанные выводы налогового органа, помимо прочего, суд учитывает, что привлечение к выполнению работ (оказанию услуг) контрагентов противоречило условиям договоров налогоплательщика с заказчиками, согласно которым общество приняло на себя обязательства по выполнению работ (оказанию услуг) собственными силами, без привлечения соисполнителей.

Согласно документам (информации), полученным налоговым органом, ООО «Энергосервис» являлось профессиональным участником в сфере выполнения строительно-монтажных работ и ремонта промышленного оборудования, имело обширный перечень крупных заказчиков (ОАО «Уралкалий», ОАО «Камтэкс-Химпром», ЗАО «Сибур-Химпром», ООО «ЛУКОЙЛ-Пермнефтеоргсинтез», ОАО «ГалоПолимер Пермь», ОАО «Метафракс», ООО «Свеза Уральский», АО «Пермцветмет», ОАО «Святогор», ЗАО «Новокуйбышевская нефтеперерабатывающая компания», АО «Пермский научно-исследовательский институт», ОАО «Объединенная химическая компания «Уралхим», ПАО «Корпорация ВСМПО-АВИСМА», ООО «Хенкель Рус», ООО «Тизол» и др.). Общество располагало трудовыми ресурсами, включая квалифицированным персоналом (среднесписочная численность работников за 2014 год составляла 171 человек, за 2015 год – 212 человек), материальными (техническими) ресурсами, необходимым опытом работы в указанной сфере выполнения работ (страницы 6, 7, 8 акта от 16.03.2018 № 11-02/3).

Несмотря на вышеуказанные обстоятельства, общество совершило сделки с ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой», у которых отсутствовали деловая репутация, соответствующий опыт, необходимые ресурсы (условия), позволяющие осуществить заявленные в документах ООО «Энергосервис» хозяйственные операции.

Таким образом, материалами выездной налоговой проверки опровергается наличие в действиях налогоплательщика и его контрагентов (ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой») экономической (деловой) цели, а также объективной связи спорных финансово-хозяйственных операций с реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Как указано выше, условия договоров общества с заказчиками не предусматривали привлечение субподрядных организаций, либо устанавливали возможность привлечения специализированных организаций к выполнению субподрядных работ при наличии предварительного согласования, однако налогоплательщик оформил сделки с ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой», у которых отсутствовали деловая репутация, соответствующий опыт, необходимые ресурсы (в том числе, квалифицированный персонал), участие контрагентов в выполнении субподрядных работ заказчики не подтвердили (страницы 36, 37, 43, 45, 47, 66 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Налоговый орган, исследовав и сопоставив документы по

взаимоотношениям налогоплательщика с заказчиками и контрагентами, установил, что обществом передавался значительный объем работ организациям-субподрядчикам, документально экономическая выгода ООО «Энергосервис» формировалась за счет услуг генерального подрядчика в размере 7 процентов от полной стоимости выполненных работ без учета затрат на материалы и оборудование (страницы 38, 46, 52, 54, 61, 63, 66, 68 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Вместе с тем, как следует из содержания совокупности представленных в материалы дела доказательств (заявки на допуск работников, журналы регистрации пропусков, прохождения вводного инструктажа и др.), представленных заказчиками в порядке статьи 93.1 НК РФ, допуск на объекты, имеющие режимный статус, оформлялся в основном на работников ООО «Энергосервис», а также в небольшом количестве на работников одноименной и взаимозависимой организации – ООО «Энергосервис»

(ИНН <***>), физических лиц, не состоящих в штате каких-либо организаций. Информацией о привлечении к работам организаций- субподрядчиков заказчики не располагают, прохождение представителей спорных контрагентов на режимные объекты не зафиксировано (страницы 38, 39, 40, 49, 50, 53, 56, 57, 63, 64 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Выводы налогового органа о выполнении работ своими силами подтверждаются также свидетельскими показаниями лиц, привлеченных к выполнению работ.

В ходе допросов ФИО10 (протокол допроса свидетеля от 02.11.2017 № 1682), ФИО11 (протокол допроса свидетеля от 01.12.2017 № 3531), ФИО12 (протокол допроса свидетеля от 01.12.2017 № 3532) подтвердили, что привлекались к выполнению работ на объектах заказчиков, доступ на данные объекты осуществлялся от имени общества. ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» и их представители свидетелям неизвестны.

Анализ трудозатрат, проведенный инспекцией на основе актов о приемке выполненных работ, штатной численности работников, командировочных и иных документов, показал, что на объекты ЗАО «Новокуйбышевская нефтехимическая компания», АО «Тизол», ООО «Завод Призма», ООО «Хенкель Рус», АО «Пермский научно-исследовательский институт» направлялось достаточное количество работников ООО «Энергосервис» для самостоятельного выполнения всего объема работ, период командировок сотрудников налогоплательщика совпадает с периодом выполнения работ на данных объектах (страницы 44, 46, 51, 53, 59 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Выполнение работ, которые по документам переданы контрагентам, силами и средствами налогоплательщика подтверждается также свидетельскими показаниями работников общества (протокол допроса свидетелей – приложения №№ 59, 60 к акту от 16.03.2018 № 11-02/3).

Таким образом, инспекция пришла к правильному выводу о том, что строительно-монтажные работы в действительности ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» не выполнялись, о чем объективно не мог не знать

налогоплательщик. Указанные работы выполнены силами и средствами общества, а также посредством привлечения работников одноименной и взаимозависимой организации – ООО «Энергосервис» (ИНН 5904196028), физических лиц, не состоящих в штате каких-либо организаций, без соответствующего оформления финансово-хозяйственных взаимоотношений (страница 89 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Налогоплательщик, ссылаясь на то, что Инспекцией не допрошены те сотрудники, которые могли бы подтвердить привлечение спорных контрагентов, не приводит доказательств, опровергающих выводы налогового органа.

Представленные в материалы дела протоколы допросов сотрудников налогоплательщика, проведенных Инспекцией в ходе осуществления контрольных мероприятий, исследованы судом. При этом суд считает обоснованным указание Инспекции на то, что все допрошенные лица подтвердили, что спорные работы выполнялись исключительно силами налогоплательщика без привлечения спорных контрагентов.

Доводы налогоплательщика о недостаточности у него ресурсов для выполнения работ собственными силами, в том числе со ссылками на данные составленной заявителем аналитической таблицы, опровергаются данными проведенного налоговым органом на основании актов о приемке выполненных работ и сведений о штатной численности работников анализа трудозатрат, который подтверждает, что общество располагало достаточным количеством трудовых ресурсов для самостоятельного выполнения работ.

Факт наличия у заявителя договоров с иными заказчиками и необходимость привлечения соответствующих ресурсов для их выполнения вышеизложенные обстоятельства не опровергает. При этом суд отмечает ,что в рассматриваемом случае налоговым органом на основании представленных заказчиками сведений установлено какие именно привлеченные заявителем физические лица выполнили работы.

Данные обстоятельства, как указано выше, полностью соответствуют содержанию свидетельских показаний.

Иного из материалов дела не следует, суду не доказано.

Вышеприведенные доказательства в своей совокупности и логической взаимосвязи позволили инспекции сделать обоснованный вывод о том, что документы, представленные заявителем в обоснование вычетов и расходов, не соответствуют требованиям законодательства о налогах и сборах, содержат недостоверные сведения о субъектах, совершивших хозяйственные операции. Участие заявленных контрагентов в спорных хозяйственных операциях носило искусственный характер и сводилось лишь к оформлению комплекта документов с исключительной целью получения заявителем необоснованной налоговой выгоды в виде предъявления в завышенном размере к вычету «входного» НДС по счетам-фактурам указанных контрагентов и завышения расходов по налогу на прибыль.

Поскольку в рассматриваемом случае документы по сделкам со спорными контрагентами (счета-фактуры, договоры, товарные накладные)

содержат недостоверную информацию о хозяйственных операциях, свидетельствующих о нереальности взаимоотношений между обществом и контрагентами, то такие документы в силу статей 169, 171, 172, 252 НК РФ не могут быть приняты в обоснование и вычетов по НДС и расходов в заявленных размерах.

Налоговым органом на основании перечисленных обстоятельств сделан обоснованный вывод о том, что налогоплательщиком искусственно создана ситуация, при которой за счет формального документооборота увеличены расходы на приобретение работ и услуг, что привело к минимизации налоговых обязательств общества по налогу на прибыль и НДС, то есть к получению необоснованной налоговой выгоды.

Использованный налоговым органом подход к определению налоговых обязательств налогоплательщика при наличии обстоятельств, свидетельствующих о получении необоснованной налоговой выгоды, согласуется с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 03.07.2012 № 2341/12, пункту 7 Постановления № 53.

При этом, как указано в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой НК РФ», возможность использования расчетного метода в целях определения суммы налоговых вычетов по НДС исключена в связи с тем, что положениями пункта 1 статьи 169 и пункта 1 статьи 172 НК РФ установлены специальные правила приобретения налогоплательщиком права на указанные вычеты.

На данном основании НДС, предъявленный к вычету по документам контрагентов, не отвечающим требованиям достоверности, налоговым органом обоснованно признан в качестве неправомерно заявленного в полном объеме.

В силу положений статей 252, 265, 270 НК РФ в корреспонденции с положениями Постановления № 53 определение размера налоговых обязательств по налогу на прибыль при наличии сомнений в обоснованности налоговой выгоды производится с учетом реального характера сделки и ее действительного экономического смысла.

В пункте 3 Постановления № 53 установлено, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Если на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств можно прийти к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, необходимо определять объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции или

совокупности операций в их взаимосвязи (пункт 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пункт 7 Постановления № 53).

Следовательно, право на включение в расходы при исчислении налога на прибыль организаций возникает у налогоплательщика только при наличии реальных затрат на оплату товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения.

В рассматриваемом случае налоговый орган, выявив признаки получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, произвел расчет реальных налоговых обязательств по налогу на прибыль в соответствии подлинным экономическим смыслом и содержанием хозяйственных операций.

В частности, принимая во внимание то обстоятельство, что реализация работ обществами ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» не осуществлялась, а работы в действительности выполнены, в том числе, силами и средствами самого налогоплательщика («дублирование» затрат на приобретение работ), инспекцией правомерно исключены в данной части (в отношении стоимости работ, которые выполнены заявителем без привлечения третьих лиц) затраты из состава расходов по налогу на прибыль (страницы 102, 103, 104 решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309).

Проведенный налоговым органом реконструирующий расчет налоговых обязательств ООО «Энергосервис» с учетом действительного экономического смысла хозяйственных операций, содержательного аспекта сделок, а не их фиктивного документального оформления, соответствует принципу экономической обоснованности налогов (пункт 3 статьи 3 НК РФ), правовым позициям, отраженным в пункте 77 Постановления № 25, пунктах 3, 7 Постановления № 53.

Учитывая изложенное, корректировка налоговых обязательств налогоплательщика вопреки его доводам произведена в соответствии с требованиями законодательства о налогах и сборах.

Иного из материалов дела не следует, суду не доказано.

Доводы налогоплательщика о реальности сделок по приобретению работ у спорных контрагентов суд отклоняет, как противоречащие совокупности представленных в материалы дела доказательств

В связи с изложенным обоснованным является вывод налогового органа о том, что сделки, заключенные заявителем и спорными контрагентами, не обусловлены разумными экономическими причинами (с целью делового характера), фактически направлены на увеличение размера расходов по налогу на прибыль организаций и налоговых вычетов по НДС.

При этом в налоговых правоотношениях недопустима ситуация, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создавать

ситуации формального наличия права на получение налоговых выгод (в том- числе через применение вычетов по НДС).

Из определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-0 и от 04.11.2004 № 324-0 следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, которые должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Представление формально соответствующих требованиям законодательства пакетов документов, на которое ссылается заявитель, не влечет автоматического предоставления права на применение вычетов и учета расходов при исчислении налога на прибыль.

Общество как налогоплательщик не вправе претендовать на получение налоговой выгоды по операциям с контрагентами, если последние их не осуществляли, что корреспондирует с правовой позицией Президиума

Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 02.10.2007 № 3355/07, от 11.11.2008 № 9299/08.

В рамках настоящего дела налоговым органом представлены достаточные доказательства того, что спорные контрагенты не участвовали в реализации работ (услуг) в адрес заявителя.

Доводы заявителя о недоказанности Инспекцией отсутствия фактов реальности сделок, судом отклоняется в силу следующего.

Документальное обоснование права на вычет сумм налога на добавленную стоимость, уплаченных контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), лежит на налогоплательщике. При этом исключена возможность использования в целях определения суммы налоговых вычетов расчетного метода (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 8686/07, от 09.11.2010 № 6961/10, от 09.03.2011 № 14473/10, определение ВАС РФ от 26.04.2012 № ВАС-2341/12).

В пункте 10 Постановления № 53 указано, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

При отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств,

упомянутых в Постановлении № 53 (Постановление Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 № 18162/09).

При этом необходимо иметь в виду, что по условиям делового оборота хозяйствующий субъект при выборе контрагента оценивает не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта. Налогоплательщик вправе приводить доказательства, свидетельствующие о том, что, исходя из условий заключения и исполнения договора, оно не могло знать о заключении сделки от имени организации, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности и не исполняющей ввиду этого налоговых обязанностей по сделкам, оформляемым от ее имени (Постановление Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09).

Доводы заявителя о проявлении им должной осмотрительности при выборе в качестве контрагентов путем проверки регистрации в Едином государственном реестре юридических лиц, получения учредительных и регистрационных документов, суд отклоняет, как необоснованные, поскольку то обстоятельство, что контрагенты были зарегистрированы в установленном порядке и являлись действующими организациями, не может служить основанием для признания налоговой выгоды обоснованной с учетом совокупности установленных Инспекцией в ходе проверки обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий на получение необоснованной налоговой выгоды.

Кроме того, суд учитывает указания налогового органа на то, что спорные контрагенты были введены в цепочку осуществления деятельности намеренно, в связи с чем доводы о проявлении должной степени осмотрительности значения в рассматриваемом случае не имеют, на что также указывалось выше.

Как разъяснено в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09, доказательством должной осмотрительности служит не только представление стандартного перечня документов, но и обоснование мотивов выбора контрагента и пояснение обстоятельств заключения и исполнения договора с контрагентом, при чем последние обстоятельства должны в равной степени устанавливаться в целях установления факта реальности хозяйственной операции.

Как указано выше, из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-0 и от 04.11.2004 № 324-0 следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением услуг, но и реальностью исполнения договора именно данным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Представленные Инспекцией доказательства и установленные факты опровергают доводы налогоплательщика о реальности осуществления хозяйственных операций со спорными контрагентами, введенными в финансово-хозяйственный оборот с целью имитации исполнения сделок для необоснованного увеличения налоговых вычетов по НДС и расходов по прибыли.

Формирование и представление пакета документов по сделкам с указанными контрагентами вопреки доводам заявителя сами по себе не подтверждают оказание услуг заявленными субъектами, при наличии доказательств, опровергающих исполнение контрагентом налогоплательщика договорных обязательств, доказанности факта исполнения обязательств своими силами.

Таким образом, совокупность представленных Инспекцией доказательств подтверждает законность и обоснованность отказа заявителю оспариваемым решением в применении налоговых вычетов и учете расходов, доначисления спорной суммы НДС, налога на прибыль, пени и налоговых санкций.

Иные доводы налогоплательщика по всем вышеизложенным эпизодам, а также дополнительно представленные им документы, полученные после проведения проверки в ходе рассмотрения дела в суде, оценены судом и во внимание не приняты, так как они направлены на опровержение каждого из доказательств, представленных налоговым органом, однако при рассмотрении судом дела подлежит оценке именно совокупность представленных сторонами доказательств.

Инспекцией установлен умысел заявителя в совершении налогового правонарушения, в связи с чем заявитель правомерно привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа.

Субъективная сторона налогового правонарушения, ответственность за которое предусмотрена статьей 122 НК РФ, может выражаться как в форме неосторожности (пункт 1 статьи 122 НК РФ), так и в форме умысла (пункт 3 статьи 122 НК РФ).

На основании пункта 2 статьи 110 НК РФ налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

В силу пункта 4 статьи 110 НК РФ вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения.

При этом, как следует из правовой позиции, содержащейся в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.07.2003 № 2916/03, умышленная форма вины может быть установлена не только приговором суда в отношении указанных лиц, но и, в частности, решением суда по заявлению налогового органа о взыскании налоговой санкции с налогоплательщика-организации. То есть умысел налогоплательщика может быть установлен с помощью различных доказательств.

Из материалов, представленных инспекцией, усматривается, что при внесении решения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309 налоговый орган, исследовав обстоятельства совершенного правонарушения по взаимоотношениям общества с ООО «СК Капитал», ООО «ФинСтрой» пришел к выводу о наличии вины налогоплательщика в форме умысла.

Материалами выездной налоговой проверки подтверждено, что в рассматриваемой ситуации создана видимость осуществления хозяйственных операций, несоответствующих действительному экономическому смыслу и исключительно направленных на извлечение необоснованной налоговой выгоды, что свидетельствует о недобросовестности налогоплательщика. Налоговым органом в ходе проверки доказано, что должностные лица ООО «Энергосервис» осознавали противоправный характер совершенных действий, что следует из протоколов допросов свидетелей; анализа первичных учетных и иных документов, касающихся исполнения сделок, движения денежных средств. Должностные лица, выступая в гражданско- правовые отношения от лица ООО «Энергоервис» и выполняя административно-хозяйственные (финансово-распорядительные) функции в данной организации, неоднократно допустили заключение сделок с организациями, имеющими признаки, несвойственные реально действующим юридическим лицам; искусственно создали ситуацию, при которой со спорными контрагентами создан фиктивный документооборот с целью незаконной минимизации налоговых обязанностей, следовательно, допускали наступление вредных последствий в виде неуплаты сумм НДС, налога на прибыль в бюджет.

Таким образом, выводы инспекции о привлечении общества к ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ, вопреки его доводам являются обоснованными.

При этом в соответствии с п.п. 4 пункта 7 статьи 101.4 НК РФ в ходе рассмотрения акта и других материалов руководитель (заместитель руководителя) налогового органа выявляет, в частности, обстоятельства, смягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения.

Согласно пункту 4 статьи 112 НК РФ обстоятельства, смягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения, устанавливаются судом или налоговым органом, рассматривающим дело, и учитываются при применении налоговых санкций.

В пункте 1 статьи 112 НК РФ поименован перечень обстоятельств, смягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения.

Подпунктом 3 пункта 1 статьи 112 НК РФ установлено, что суд или налоговый орган, рассматривающий дело о налоговом правонарушении, может по своему усмотрению признать в качестве смягчающего ответственность обстоятельства любое иное обстоятельство.

При рассмотрении вопроса о наличии обстоятельств как смягчающих, так и отягчающих ответственность налогоплательщика, необходимо руководствоваться принципом соразмерности, выражающим требования справедливости и предполагающим дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существующих обстоятельств, обуславливающих индивидуализацию при применении взыскания (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 № 11-П).

При этом, согласно пункту 3 статьи 114 НК РФ при наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей НК РФ.

Таким образом, в качестве смягчающих ответственность могут быть признаны те или иные обстоятельства, объективно свидетельствующие о наличии оснований для применения санкций в меньшем размере. Право оценки представленных налогоплательщиком доказательств и признания конкретного обстоятельства смягчающим ответственность принадлежит как инспекции, так и вышестоящему налоговому органу.

Из материалов дела следует, что принимая оспариваемое решение, Инспекция определила наличие смягчающих ответственность обстоятельств и снизила сумму штрафов в 2 раза.

По мнению суда, в рассматриваемом случае указанное снижение штрафа с учетом смягчающих обстоятельств является достаточной мерой соблюдения прав налогоплательщика. Дальнейшее снижение штрафа может привести к нарушению требований справедливости наказания, вследствие чего юридическая ответственность утрачивает присущие ей функции пресечения и предупреждения правонарушений.

Доводы заявителя об обратном суд отклоняет, как необоснованные.

Существенных процессуальных нарушений при вынесении оспариваемого решения налоговым органом не допущено, процессуальные права налогоплательщика налоговым органом соблюдены, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

В отношении доводов о назначении почерковедческой экспертизы на дату составления справки о проведенной выездной налоговой проверке ООО «Энергосервис» суд отмечает следующее.

Подпунктом 11 пункта 1 статьи 31 и пунктами 1, 3 статьи 95 НК РФ определено, что налоговые органы в необходимых случаях для участия в проведении конкретных действий по осуществлению налогового контроля могут привлекать эксперта на договорной основе. Экспертиза назначается

постановлением должностного лица налогового органа, осуществляющего выездную налоговую проверку.

Согласно пункту 8 статьи 89 НК РФ срок проведения выездной налоговой проверки исчисляется со дня вынесения решение о назначении выездной налоговой проверки и до дня составления справки о проведенной проверки.

В последний день проведения выездной налоговой проверки проверяющий обязан составить справку о проведенной проверки (пункт 15 статьи 89 НК РФ).

Применительно к рассматриваемому спору, почерковедческая экспертиза назначена должностным лицом, осуществляющего выездную налоговую проверку ООО «Энергосервис», постановлением от 12.01.2018 № 1.

Справка о проведенной выездной налоговой проверке общества составлена 16.01.2018.

Таким образом, почерковедческая экспертиза (постановление от 12.01.2018 № 1) назначена в пределах срока выездной налоговой проверки.

Ссылка налогоплательщика на неознакомление с постановлением от 12.01.2018 № 1 о назначении почерковедческой экспертизы опровергается представленными в дело доказательствами.

Пунктом 6 статьи 95 НК РФ установлено, что должностное лицо налогового органа, которое вынесло постановление о назначении экспертизы, обязано ознакомить с этим постановлением проверяемое лицо.

В целях реализации указанной нормы налоговый орган ознакомил руководителя ООО «Энергосервис» ФИО13 с постановлением от 12.01.2018 № 1 о назначении почерковедческой экспертизы, однако подписать соответствующий протокол директор общества отказался, о чем составлен акт от 16.01.2018.

Постановление от 12.01.2018 № 1 о назначении почерковедческой экспертизы 16.01.2018 в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи направлено заявителю, что подтверждается квитанциями об отправке и получении электронного документа.

Таким образом, налоговый орган исполнил обязанность, предусмотренную пунктом 6 статьи 95 НК РФ, соответствующие доводы ООО «Энергосервис» подлежат отклонению.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены оспариваемого решения в связи с несоблюдением Инспекцией существенных условий процедуры рассмотрения материалов проверки либо иных нарушений (пункт 14 статьи 101 НК РФ) не имеется.

Все иные доводы заявителя и представленные им документы оценены судом и подлежат отклонению, как необоснованные, противоречащие совокупности доказательств, представленных в материалы дела, не имеющие самостоятельного правового значения для рассмотрения настоящего спора.

С учетом изложенных обстоятельств, у суда отсутствуют основания для признания решения Инспекции недействительным по правилам, предусмотренным ч.2 ст. 201 АПК РФ.

В удовлетворении заявленных требований следует отказать в полном объеме.

Так как в удовлетворении требований Общества отказано, расходы по оплате госпошлины в сумме 3000 рублей согласно ч.1 ст. 110 АПК РФ относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении требований общества с ограниченной ответственностью «Энергосервис» о признании недействительным вынесенного Инспекцией Федеральной налоговой службы по Кировскому району г. Перми решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.10.2018 № 11-03.1/12309 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья Т.С. Герасименко