Решение от 25 мая 2020 г. по делу № А24-54/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-54/2020
г. Петропавловск-Камчатский
25 мая 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 20 мая 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 25 мая 2020 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Пирамида» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к краевому государственному казенному учреждению «Служба заказчика Министерства строительства Камчатского края» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: государственное унитарное предприятие Камчатского края «Камчатскгражданпроект» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 673 280 руб.,

при участии:

от истца: ФИО2 – генеральный директор (паспорт), ФИО3 – представитель по доверенности от 21.01.2020 № 5 (выдана сроком на один год), удостоверение адвоката от 23.11.2007 № 35;

от ответчика: ФИО4 – представитель по доверенности от 09.01.2020 (сроком до 31.12.2020), диплом АВБ 0623084, выдан 01.08.2002 (рег.номер ю/3462);

от третьего лица: не явились,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Пирамида» (далее – истец, подрядчик, Общество; адрес: 683002, <...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением о взыскании с краевого государственного казенного учреждения «Служба заказчика Министерства строительства Камчатского края» (далее – ответчик, заказчик, Уреждение; адрес: 683003, <...>) 673 280 руб. штрафа за нарушение сроков передачи проектной документации.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 330, 331, 406, 718, 743 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы установленным вступившим в законную силу решением суда по делу № А24-5086/2017 фактом ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по государственному контракту от 24.09.2015 № 87/15-ГК в части передачи проектной документации.

Третье лицо в судебное заседание явку своего представителя не обеспечило, о месте и времени его проведения извещено надлежащим образом в порядке, установленном абзацем вторым части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) с учетом получения указанным лицом копии определения о принятии иска к производству.

При таких обстоятельствах судебное заседание проведено в отсутствие третьего лица, на основании статьи 156 АПК РФ.

Протокольным определением от 20.05.2020 принято уточнение истцом заявленных требований, согласно которому Общество просит взыскать с Учреждения штраф за ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств по контракту, выразившееся в передаче подрядчику для производства работ проектной документации ненадлежащего качества.

В судебном заседании представитель истца уточненные исковые требования полностью поддержал. Указал, что о непригодности проектной документации ответчику было известно еще до заключения договора с истцом, поскольку это было установлено в рамках договорных отношений с предыдущим подрядчиком и подтверждается, в том числе, письмом третьего лица от 28.05.2015 № 835. Возражает против доводов ответчика о пропуске срока исковой давности. Пояснил, что объем недоработок проекта стал известен подрядчику только в октябре 2018 года после исследования заключения эксперта в рамках дела № А24-5086/2017.

Представитель ответчика в судебном заседании доводы, изложенные в отзыве, а также дополнительной правовой позиции, поддержал, заявил о пропуске истцом срока исковой давности, который необходимо исчислять, по его мнению, с 30.09.2015, когда подрядчик обнаружил недостатки проектной документации и сообщил об этом заказчику. Также полагает, что иск предъявлен к ненадлежащему ответчику, поскольку автором проектной документации является третье лицо, которое должно устранять недостатки выполненного проекта. Не согласен с доводами о некачественности проекта, ссылаясь на заключении экспертизы.

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 24.09.2015 между Учреждением (заказчик) и Обществом (подрядчик) заключен государственный контракт № 87/15-ГК, в соответствии с условиями которого подрядчик принял на себя обязательство выполнить работы по объекту «Сейсмоусиление здания государственного бюджетного образовательного учреждения среднего профессионального образования «Камчатский медицинский колледж» в г. Петропавловске-Камчатском» в соответствии с условиями контракта, проектной документацией, графиком производства работ, строительными нормами и правилами и сдать результат работ заказчику (пункты 1.1, 3.4.1, 3.4.12, 3.4.21 контракта, пункт 7 технического задания), а заказчик – принять результат работ и оплатить их (пункты 1.1, 3.2.5, 3.2.9 контракта).

В соответствии с пунктом 3.2.8 контракта заказчик обязан до начала производства работ передать подрядчику на период выполнения работ один экземпляр проектной документации и два рабочей. Проектная документация разработана ГУП «Камчатскгражданпроект»; положительное заключение государственной экспертизы выдано ГАУ «Государственная экспертиза проектной документации Камчатского края» от 14.05.2012 № 41-1-6-0016-12 (пункт 3 технического задания – приложение № 1 к контракту).

При обнаружении непригодности или недоброкачественности представленной заказчиком проектной документации подрядчик обязан немедленно известить об этом заказчика и до получения от него указаний приостановить работы (пункт 3.4.20 контракта).

В разделе 6 контракта стороны предусмотрели виды и размер ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств каждой из сторон в ходе исполнения контракта.

Так, согласно пункту 6.5 контракта за неисполнение или ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств, предусмотренных настоящим контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств, подрядчик вправе взыскать с него штраф в размере 673 280 руб., который определен в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 г. № 1063 в виде фиксированной суммы в размере 2% цены контракта.

Сторона, допустившая нарушение обязательств по контракту, обязана произвести уплату неустойки (пени, штрафа) в течение пяти рабочих дней с момента получения письменного требования об этом другой стороны (пункт 6.10 контракта).

Ссылаясь на нарушение заказчиком пункта 3.2.8 контракта № 87/15-ГК в части сроков передачи подрядчику проектной документации до начала производства работ, истец 18.11.2019 вручил ответчику претензию об уплате установленного пунктом 6.5 контракта штрафа, неудовлетворение которой послужило основанием для обращения Общества в суд с настоящим иском.

В ходе судебного разбирательства истец уточнил основание заявленных требований, указав, что ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств по контракту выразилось в передаче подрядчику для производства работ проектной документации ненадлежащего качества (возражения от 20.05.2020 на отзыв ответчика).

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности, в связи с чем просил применить последствия, установленные пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, и отказать в иске.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) разъяснено, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом с учетом разъяснений, указанных в пункте 16 Постановления № 43 со ссылкой на пункт 3 статьи 202 ГК РФ, течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока – на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Согласно пункту 5 статьи 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Поскольку условиями контракта № 87/15-ГК иной срок на досудебное урегулирование спора не установлен, течение исковой давности по требованиям о взыскании денежных средств в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением этого контракта подлежит приостановлению на тридцатидневный срок, установленный пунктом 5 статьи 4 АПК РФ.

Заявляя о пропуске Обществом срока исковой давности, ответчик полагает, что он подлежит исчислению со дня получения истцом проектной документации, а, следовательно, истек 30.09.2018.

Истец, в свою очередь, считает, что данный срок подлежит исчислению с октября 2018 года, когда подрядчику стал известен объем недоработок проекта после исследования заключения эксперта в рамках дела № А24-5086/2017.

Суд, изучив доводы обеих сторон, приходит к следующему выводу.

Заключенный между истцом и ответчиком контракт № 87/15-ГК по своей правовой природе является договором подряда, в связи с чем к правоотношениям сторон подлежат применению положения главы 37 ГК РФ, общие нормы ГК РФ об обязательствах и договоре, а также нормы Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ).

В соответствии со статьей 763 ГК РФ подрядные строительные работы(статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенныедля удовлетворения государственных или муниципальных нужд,осуществляются на основе государственного или муниципального контракта навыполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнениеподрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчикобязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

Аналогичным образом предмет договора подряда определен статьей 702 ГК РФ, а в статье 740 ГК РФ применительно к договору строительного подряда дополнительно указано на обязанность заказчика создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ.

Статьей 716 ГК РФ установлена обязанность подрядчика немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи. В противном случае подрядчик несет риск утраты при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2 статьи 716 ГК РФ).

Аналогичное правовое регулирование закреплено в пункте 3 статьи 743 ГК РФ, согласно которому подрядчик, обнаруживший в ходе строительства не учтенные в технической документации работы и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости строительства, обязан сообщить об этом заказчику и при неполучении ответа в установленный срок – приостановить выполнение работ.

Таким образом, при оценке доводов подрядчика о непригодности переданной ему заказчиком проектной документации существенное значение имеет установление факта исполнения подрядчиком встречной обязанности незамедлительно сообщить об этом заказчику. Исходя из установления данного факта, определяется момент, когда подрядчик обнаружил недостатки проектной документации и сообщил об этом заказчику, что, в свою очередь, имеет существенное значение для установления начала течения срока исковой давности по требованию о взыскании штрафа за такое нарушение как «предоставление проектной документации ненадлежащего качества». То есть в данном случае необходимо установить, когда подрядчик узнал или должен был узнать о недостатках переданной ему заказчиком проектной документации.

Согласно представленному в материалы дела сопроводительному письму Учреждения от 29.09.2015 № 1631 проектная документация получена Обществом 29.09.2015 и с этой даты подрядчик приступил к выполнению работ. Данные обстоятельства не оспариваются ни истцом, ни ответчиком, обе стороны указывают на это в своих пояснениях.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Камчатского края от 29.10.2018 по делу № А24-5086/2017 о взыскании с Общества в пользу Учреждения неустойки за нарушение сроков выполнения работ по контракту № 87/15-ГК, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2019 и постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 08.05.2019 и имеющим в силу статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, также установлено, что заказчик вручил подрядчику необходимую для выполнения работ документацию 29.09.2015.

В ходе рассмотрения дела № А24-5086/2017 судом дана оценка многочисленной переписке сторон, копия которой также приобщена к материалам настоящего дела, и установлено, что Общество при проведении демонтажных работ обнаружило по фасаду здания слой армированной набетонки толщиной 7 см, не учтенной проектом, о чем сообщило Учреждению 05.10.2015. После двухмесячного согласования с Учреждением работ по демонтажу набетонки при проведении данных работ Общество обнаружило, что стены здания выполнены из щелевых шлакобетонных блоков, которые при демонтаже подверглись частичному разрушению, что привело к увеличению бетонных работ. Материал стен и существование набетонки были известны Заказчику до заключения контракта с ответчиком и составления проектно-сметной документации, но не учтены в ней.

Также в октябре 2015 года Общество известило Учреждение о необходимости переноса сетей ГВС, тепловых и канализационного колодца, которые мешали строительным работам. В марте 2016 года изменены проектные решения по сейсмоусилению стен. До марта 2016 года решался вопрос по переносу тяжей из-под перекрытия первого этажа. В процессе выполнения работ выявлялись дополнительные работы по демонтажу пластиковых дверей, парапетов, козырька, устройству нового козырька, отделочные работы внутри здания при усилении проемов и монтажу тяжей контрфорсов.

Исследуя вопрос о датах направления ответчику ряда последних по хронологии проектных решений, суд установил, что проектные решения по переносу тепловых сетей направлены Обществу 27.04.2016 письмом № 708; проектные решения по устройству нового кровельного покрытия направлены ответчику 11.05.2016 письмом № 778; проектные решения по устройству отмостки направлены ответчику 02.08.2016 письмом № 1255; измененные проектные чертежи с откорректированной отметкой парапета здания направлены ответчику 31.08.2016 письмом № 1397.

В целях установления технических причин нарушения подрядчиком сроков выполнения работ и расчета нормативного срока работ с учетом корректировки проектно-сметной документации в рамках дела № А24-5086/2017 назначалась судебная экспертиза, в ходе которой установлено, что выявление дополнительных работ и корректировка проекта существенно повлияли на сроки выполнения работ по контакту от 24.09.2015 из-за длительных сроков проектирования, не систематизированной поэтапной выдачи не утвержденных заказчиком проектных решений и отсутствия сметной документации, которая не отредактирована заказчиком с учетом корректировки сметных объемов работ, не предоставлена на экспертизу и отсутствует в составе проекта» (заключение эксперта от 20.08.2018 № ЭЗ.А24-5086).

Таким образом, судом в рамках дела № А24-5086/2017 установлено, и вышестоящими инстанциями данный вывод поддержан, что в процессе исполнения контракта № 87/15-ГК подрядчиком неоднократно выявлялись работы, не учтенные проектно-сметной документацией, и заказчик корректировал проектно-сметную документацию и менял проектные решения вплоть до 31.08.2016.

Из изложенного следует, что обстоятельства, с которыми истец связывает возникновение у него права на предъявление требования об уплате штрафа, (недостатки в проектной документации) стали впервые ему известны в октябре 2015 года, когда приступив к выполнению работ, он обнаружил ряд препятствий, влекущих необходимость выполнения дополнительных работ, не учтенных проектом, о чем последовательно сообщал заказчику в своих письмах.

Вместе с тем работы подрядчиком продолжены, дополнительными соглашениями согласовывались новые сроки выполнения работ, увеличивалась их стоимость. С учетом замечаний подрядчика, заказчик многократно корректировал проектную документацию до 31.08.2016. Данные обстоятельства установлены решением суда по делу № А24-5086/2017 и повторному доказыванию не подлежат.

Следовательно, с требованием об уплате штрафа за ненадлежащее исполнение контракта, выразившееся в предоставлении проектной документации ненадлежащего качества, подрядчик мог обратиться к заказчику уже как минимум в октябре 2015 года, то есть срок исковой давности истек в ноябре 2018 года.

Истец обратился в суд с настоящим иском только 09.01.2020, то есть за пределами срока исковой давности.

Более того, даже если учитывать, что проектная документация корректировалась заказчиком вплоть до 31.08.2016, и исчислять срок исковой давности с указанной даты, то и в этом случае истец обратился за пределами установленного статьей 196 ГК РФ срока, поскольку при таком варианте его исчисления срок исковой давности истек 30.09.2019 (с учетом одного месяца на досудебное урегулирование спора).

Доводы истца о необходимости исчисления срока исковой давности с октября 2018 года, когда подрядчику стал известен объем недоработок проекта после исследования заключения эксперта в рамках дела № А24-5086/2017, суд находит необоснованными, поскольку назначая судебную экспертизу, суд исходил из уже установленного факта, что проектным решением не были учтены работы, необходимость которых выявлена подрядчиком в октябре 2015 года, и что заказчиком вносились корректировки в проектную документацию, и перед экспертом поставлены лишь вопросы, насколько все эти корректировки повлияли на срок выполнения работ подрядчиком, с целью установления степени вины заказчика в нарушении подрядчиком срока выполнения работ.

Кроме того, объем недоработок уже был известен подрядчику еще до проведения данной экспертизы, поскольку, как установлено в рамках дела № А24-5086/2017 и видно из приобщенной к материалам настоящего дела переписки, данные недоработки выявлялись непосредственно подрядчиком, корректировки проектных решений ему направлялись заказчиком письмами от 27.04.2016, от 11.05.2016, от 02.08.2016 и от 31.08.2016. Следовательно, для определения объема недоработок, подрядчик не нуждался в дополнительном мнении эксперта, поскольку все обстоятельства, связанные с объемом обнаруженных в документации пробелов и внесенных корректировок, ему (подрядчику) были известны как непосредственному участнику подрядных отношений, основанных на контракте № 87/15-ГК.

Более того, поскольку истец заявляет требование о взыскании штрафа за передачу проектной документации ненадлежащего качества, то в данном случае правовое значение имеет сам факт выявления недоработок в документации, а не объем этих недоработок.

При таких обстоятельствах суд находит обоснованными доводы Учреждения о пропуске истцом срока исковой давности, что при наличии заявления ответчика о применении этого срока в порядке пункта 2 статьи 199 ГК РФ само по себе является основанием для отказа в иске без исследования иных обстоятельств дела.

Вместе с тем суд полагает необходимым также отметить следующее.

В соответствии с положениями статьи 309 ГК РФ обязательства должныисполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства итребованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий итребований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемымитребованиями. При этом односторонний отказ от исполнения обязательства иодностороннее изменение его условий не допускаются, за исключениемслучаев, предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).

На случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме – штраф или в виде периодически начисляемого платежа – пени (пункт 1 статьи 330 ГК РФ, пункт 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

В силу пункта 4 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом. В случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик (подрядчик, исполнитель) вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней). Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы. Штрафы начисляются за ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств, предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в виде фиксированной суммы, определенной в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (пункт 5 статьи 34 Закона № 44-ФЗ).

В пунктах 6.5 контракта № 87/15-ГК стороны согласовали, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств, предусмотренных настоящим контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств, подрядчик вправе взыскать с него штраф в размере 673 280 руб., который определен в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 г. № 1063 в виде фиксированной суммы в размере 2% цены контракта.

Условиями контракта конкретный перечень нарушений, являющихся основанием для привлечения заказчика к ответственности в виде штрафа, не предусмотрен.

В качестве основания для начисления штрафа по пункту 6.5 контракта № 87/15-ГК истец (подрядчик) указал на выявленные в ходе выполнения работ недостатки проектной документации, полагая, что, тем самым, ответчик нарушил общие требования ГК РФ, предъявляемые к заказчику подрядных работ и установленные статьями 718, 740, 743, 747, 750, в части создания подрядчику необходимых условий для выполнения работ.

Вместе с тем с учетом понятия обязательства, предусмотренного статьей 307 ГК РФ, а также компенсационной функции неустойки ответственность, установленная пунктом 5 статьи 34 Закона № 44-ФЗ, подлежит применению при неисполнении или ненадлежащем исполнении только тех обязательств, которые составляют предмет (существо) государственного или муниципального контракта, если иное не установлено контрактом.

В силу специфики подрядных правоотношений основным обязательством заказчика по договору подряда является приемка выполненных работ и их оплата в сроки и в порядке, которые установлены соглашением.

То есть если иное не предусмотрено сторонами (специально не оговорено), то по общим правилам положения об ответственности применимы непосредственно к основным обязательствам сторон по договору.

Условиями контракта № 87/15-ГК не предусмотрено начисление штрафа по основаниям, изложенным в исковом заявлении в редакции заявления об уточнении иска от 02.04.2020, (передача подрядчику для выполнения работ проектной документации с существенными недостатками). Положениями статей 718, 740, 743, 747, 750 ГК РФ, на которые ссылается истец, равно как и нормами Закона № 44-ФЗ, законная неустойка в виде уплаты заказчиком штрафа за передачу проектной документации с недостатками также не установлена.

Таким образом, оснований требовать от заказчика уплаты штрафа за вменяемое нарушение у подрядчика не имеется ни в силу контракта № 87/15-ГК, ни в силу закона.

При этом необходимо отметить, что включение и исключение из проектно-сметной документации отдельных видов работ не является какой-либо неординарной ситуацией и обусловлено особенностями выполнения подрядных работ. В частности, статья 744 ГК РФ предусматривает право заказчика вносить изменения в техническую документацию при соблюдении установленных данной нормой условий.

Необходимость внесения корректировок в документацию не является основанием для вывода о нарушении условий контракта в связи с предоставлением непригодной проектной документации и о наличии условий для применения к заказчику меры ответственности в виде уплаты штрафа (при отсутствии соответствующего соглашения сторон).

В этом случае законодателем предусмотрен ряд правовых инструментов в целях защиты прав подрядчика, обнаружившего недостатки переданного ему проектного решения, а именно: требовать пересмотра сметы и возмещения разумных расходов, которые понесены им в связи с установлением и устранением дефектов в технической документации (пункты 3, 4 статьи 744 ГК РФ); приостановить работу до получения соответствующих указаний от заказчика и отказаться от исполнения договора подряда, потребовав возмещения причиненных его прекращением убытков, если заказчик, несмотря на своевременное и обоснованное предупреждение со стороны подрядчика, в разумный срок не заменит техническую документацию (статья 716 ГК РФ); не приступать к работе, а начатую работу приостановить, или отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 719 ГК РФ).

Кроме того, по смыслу правовой позиции, изложенной в пункте 10 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, срок выполнения работ подрядчиком продлевается на период, соответствующий просрочке заказчика.

Из данной правовой позиции во взаимосвязи с положениями статей 404, 406 ГК РФ следует, что подрядчик вправе требовать уменьшения размера ответственности или освобождения от ответственности за нарушение сроков выполнения подрядных работ в случае, когда просрочка вызвана действиями (бездействием) заказчика.

В результате оценки доказательств в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ суд в рамках дела № А24-5086/2017 установил, что просрочка в выполнении работ подрядчиком с 02.07.2016 в течение шести месяцев допущена по вине заказчика, которым неоднократно производились корректировки проектной документации, что препятствовало подрядчику выполнить работы в установленный контрактом срок. В связи с чем суд учел степень вины заказчика в просрочке должника и уменьшил размер взыскиваемой с Общества неустойки с 19 143 269,97 руб. до 1 500 000 руб. при том, что размер неустойки по приведённой в контракте формуле, в том числе с учетом просрочки заказчика, составлял 2 199 052,85 руб.

Как указал суд апелляционной инстанции в постановлении от 15.02.2019, реализация данного полномочия (по уменьшению объёма ответственности должника) вытекает из принципа самостоятельности судебной власти, является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, и осуществляется им с учётом фактических обстоятельств конкретного дела.

Таким образом, доводы Общества о наличии недостатков в переданной ему проектной документации, повлекших выполнение работ за пределами установленного контрактом срока, были оценены судами трех инстанций в рамках дела № А24-5086/2017 и учтены при установлении размера ответственности подрядчика за нарушение срока выполнения работ, в результате чего размер неустойки был снижен более чем в 12 раз от заявленного заказчиком, что почти в полтора раза меньше размера, определяемого в соответствии с условиями контракта за вычетом периода просрочки кредитора.

Доводы Учреждения о том, что он является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку проектная документация составлена иным лицом, подлежат отклонению как необоснованные, поскольку по общему правилу, установленному пунктом 3 статьи 308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»). Кроме того, по смыслу статей 716, 719, 744 ГК РФ ответственность перед подрядчиком за недостатки технической документации несет заказчик.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, в том числе пропуск истцом срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком, суд отказывает в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Учитывая результат рассмотрения дела, понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины согласно статье 110 АПК РФ возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.


Судья О.А. Душенкина