Постановление от 3 июля 2023 г. по делу № А50-33893/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9328/22

Екатеринбург

03 июля 2023 г.


Дело № А50-33893/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2023 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Савицкой К. А., Тихоновского Ф. И.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом «Чусовской завод строительной керамики» ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 23.11.2022 по делу № А50-33893/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представители:

конкурсного управляющего обществом «Чусовской завод строительной керамики» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 10.01.2023, паспорт);

ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 17.02.2021, удостоверение адвоката).


Решением Арбитражного суда Пермского края от 17.05.2018 общество с ограниченной ответственностью «Чусовской завод строительной керамики» (далее – общество «Чусовской завод строительной керамики», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО5.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.10.2018 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, податель кассационной жалобы).

Конкурсный управляющий 04.05.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с непередачей документов бухгалтерского учета и (или) отчетности (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), неподачей (несвоевременной подачей) заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Определениями суда от 29.07.2021, 23.06.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, ФИО7, ФИО8, арбитражные управляющие ФИО9 и ФИО5

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.11.2022 в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель указывает, что выводы судов об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу бухгалтерской и иной документации, ее искажении не соответствуют положениям статьи 61.11 Закона о банкротстве. По мнению конкурсного управляющего, непередача ответчиком бухгалтерской и иной документации не позволила конкурсному управляющему исполнить обязанности по формированию конкурсной массы, выявить активы и проанализировать основания их выбытия. Помимо этого, податель кассационной жалобы отмечает, что ФИО3 как руководитель должника не обеспечил сохранность, восстановление документации, его бездействие является противоправным, при этом доказательств отсутствия его вины либо наличия объективных препятствий для восстановления утраченной документации ответчиком не представлено. Конкурсный управляющий полагает, что именно в результате бездействия ответчика не удалось выявить три объекта недвижимости, принадлежащие должнику. Конкурсный управляющий также ссылается на то, что суды в нарушение пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), указав на номинальный характер руководителя, полностью освободили его от субсидиарной ответственности. По мнению подателя кассационной жалобы, совокупность обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, подтверждена материалами дела.

ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, учредителем общества «Чусовской завод строительной керамики» с 12.07.2010 по 26.11.2012 с размером доли в уставном капитале 100 % и с 27.11.2012 по настоящее время с размером доли в уставном капитале 26 % является ФИО3 Он же являлся руководителем должника с 27.02.2012 по дату введения процедуры конкурсного производства.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что ответчик не исполнил обязанность по передаче документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, своевременно не подал заявление о признании должника банкротом, обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суды исходили из недоказанности ведения должником какой-либо хозяйственной деятельности, наличия у него иного имущества, кроме объектов недвижимости, а также причинной связи между непередачей ответчиком документации по финансово-хозяйственной деятельности должника и невозможностью формирования конкурсной массы и полного погашения требований кредиторов. При этом суды исходили из следующего.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Согласно положениям подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также разъяснениям, приведенным в пункте 24 Постановления № 53, такая причинно-следственная связь предполагается в случае непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации руководителем должника, а также другими лицами, у которых документация фактически находится. Управляющий должен представить суду объяснения, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. Упомянутая презумпция наличия причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае судами установлено, что в связи с неисполнением ФИО3 обязанности по передаче документации, установленной статьей 126 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обращался с заявлением об истребовании документов и имущества должника.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий также ссылается на то, что в результате неисполнения ФИО3 обязанности по передаче документации не удалось выявить имущество, а также иные активы должника, установить судьбу оборотных и внеоборотных активов должника общей стоимостью 82 582 000 руб.

Так, согласно данным бухгалтерского баланса должника за 2013 год общая сумма активов и капитала должника составляла 101 484 000 руб., тогда как в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим выявлено и включено в конкурсную массу имущество общей рыночной стоимостью (в соответствии с отчетами об оценке) 17 902 000 руб.

Помимо этого, конкурсный управляющий указывает, что обществу «Чусовской завод строительной керамики» согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости принадлежат три объекта недвижимости с кадастровыми номерами 59:11:0240022:40, 59:11:0240064:241 и 59:11:0240068:49, которые также не удалось выявить.

Исследовав и оценив представленные в материалы обособленного спора документы, учитывая пояснения сторон, проанализировав кредитные договоры должника, бухгалтерскую документацию за 2011 – 2013 годы, а также истребованные у налогового органа материалы налоговой проверки в отношении должника за 2013 год, установив, что в 2013 году коммерческая деятельность фактически не велась, выручка в предоставленной отчетности за 2013 год отсутствует, наличие у должника иного имущества, кроме указанных объектов недвижимости, не усматривается, суды признали доказанным факт намеренного искажения бухгалтерской отчетности и отсутствия у должника активов, указанных в бухгалтерской отчетности за 2011, 2012, 2013 годы, в связи с чем заключили, что у ФИО3 не имелось объективной возможности передать указанные в бухгалтерской отчетности активы.

В отношении доводов конкурсного управляющего о невозможности обнаружить три объекта недвижимости суды установили, что согласно заключению кадастрового инженера от 03.03.2022 им обнаружены объекты недвижимости с кадастровыми номерами 59:11:0240022:40, 59:11:0240064:241, за исключением объекта незавершенного строительства с кадастровым номером 59:11:0240068:49, обнаружение которого возможно после схода снега.

С учетом указанных обстоятельств суды пришли к выводу, что какие-либо затруднения при выявлении соответствующих объектов, кроме погодных условий, отсутствовали, от ответчика не требовалось указать конкурсному управляющему сведения о фактическом местонахождении данного имущества, конкурсный управляющий, располагая сведениями о наличии зарегистрированных за должником объектов недвижимости и сведениями об их расположении, имел возможность самостоятельно выявить данное имущество.

При таких обстоятельствах с учетом того, что хозяйственная деятельность в 2013 году должником не велась, какое-либо имущество, помимо указанных объектов, недвижимости отсутствует, а причинно-следственная связь между непередачей документации конкурсному управляющему и невозможностью формирования конкурсной массы, вследствие чего полное погашение требований кредиторов явилось невозможным, не доказана, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности. Оснований не согласиться с данным выводом у суда округа не имеется.

Указанный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, согласно которой неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию должника вследствие объективных факторов, находящихся вне его контроля, не может свидетельствовать о наличии интереса такого руководителя в сокрытии соответствующей информации и, соответственно, являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Помимо этого, суды, проанализировав решения, принятые ФИО3 как учредителем должника, выданные им доверенности, карточки с образцами подписей, переданные им в банк, заключили, что ФИО3 являлся номинальным руководителем должника, фактически принятие управленческих решений осуществлялось иными лицами, сведения о которых раскрыты ответчиком перед судом и лицами, участвующими в деле.

Довод кассационной жалобы о том, номинальность сама по себе не освобождает орган управления от ответственности, заслуживает поддержки. Однако в данном случае отказ в привлечение ФИО3 к субсидиарной ответственности базируется не только лишь на выводе о номинальном статусе; суд пришел к выводу об опровержение ответчиком презумпции, определенной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и учел, что ФИО3 не осуществлял какие-либо распорядительные функции, не давал обязательные указания, доказательств, что он получил какую-либо необоснованную выгоду от деятельности должника, не представлено.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, выводов суда не опровергают, о нарушении судом норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 23.11.2022 по делу № А50-33893/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом «Чусовской завод строительной керамики» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий О.Н. Пирская


Судьи К.А. Савицкая


Ф.И. Тихоновский