Постановление от 20 июля 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1067/20

Екатеринбург

21 июля 2020 г.


Дело № А07-7265/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 14 июля 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 июля 2020 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Артемьевой Н.А., Оденцовой Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Имамовой И.Р., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.10.2019 по делу № А07-7265/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Белгородской области, приняла участие финансовый управляющий ФИО1 (паспорт).

Определением от 04.04.2018 заявление ФИО2 о признании ее несостоятельной (банкротом) принято к производству суда, возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.05.2018 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), введена процедуру реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО1

ФИО3 26.07.2019 обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с жалобой (с учетом уточнения) на действия (бездействие) финансового управляющего должника ФИО1, выразившиеся в преждевременном завершении процедуры банкротства, в отражении недостоверной информации в отчете от 21.11.2018 об отсутствии уголовных, гражданских дел с участием ФИО2, тогда как согласно из данных судебного участка № 7 по Октябрьскому району города Уфы Республики Башкортостан дела с участием ФИО2 рассматривались у мирового судьи участка № 6 по Октябрьскому району города Уфы Республики Башкортостан; общее количество рассматриваемых дел составило 14; в уклонении ФИО1 от надлежащего проведения анализа сделок должника с целью установления признаков преднамеренного банкротства; в непринятии мер по проверке доводов конкурсного кредитора ФИО3 о наличии дебиторской задолженности ФИО4 перед ФИО2 на сумму 2 650 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.10.2019 заявленные требования удовлетворены частично, признано незаконным бездействие финансового управляющего имуществом должника ФИО2 – ФИО1 в части непринятия мер, предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), по проверке доводов конкурсного кредитора ФИО3 о наличии дебиторской задолженности ФИО4 перед ФИО2 на сумму 2 650 000 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2019 (судьи Хоронеко М.Н., Журавлев Ю.А., Румянцев А.А.) определение суда от 29.10.2019 изменено, резолютивная часть определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.10.2019 изложена в следующей редакции: Жалобу ФИО3 о признании действий (бездействия) финансового управляющего должника ФИО2 – ФИО1 незаконными удовлетворить частично; признать бездействие финансового управляющего должника ФИО1 незаконным в части непринятия мер, предусмотренных Законом о банкротстве, по проверке доводов конкурсного кредитора ФИО3 о наличии дебиторской задолженности ФИО4 перед ФИО2 на сумму 2 650 000 руб., а также в уклонении от надлежащего проведения анализа сделок должника в целях выявления признаков преднамеренного банкротства; в удовлетворении остальной части требований отказать.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

Заявитель кассационной жалобы обращает внимание суда на то, что финансовый управляющий имел возможность для запроса и составления на их основе заключений только в период с момента получения заверенных надлежащим образом копий решения суда – 14.08.2019; ранее у финансового управляющего не имелось возможности составить необходимые заключения, в связи с невыдачей финансовому управляющему надлежащим образом заверенной копии решения суда для осуществления возложенных на него полномочий; указывает, что в материалах дела имеется заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства должника, опубликованное на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве 14.10.2019, сообщение от 4269420. Заявитель жалобы также указывает, что с учетом даты возбуждения дела о банкротстве должника период, подлежащий проверке, начинается с 04.04.2016 по дату составления заключения; договор купли-продажи от 01.06.2015 признан судом незаключенным, в связи с чем отсутствовали основания для его анализа. Заявитель жалобы считает, что наличие дебиторской задолженности не подтверждается ни одним документом; отсутствуют первичные документы, на основании которых может быть установлено судом наличие долга ФИО4 перед ФИО2 и могли бы быть сделаны выводы о возможности его взыскания; гражданские правоотношения присутствовали между ФИО2 и ФИО3 при заключении сделки купли-продажи; ФИО3 был передан аванс ФИО2, который последняя утратила в результате неправомерных действий со стороны третьих лиц, что и было установлено материалами уголовного дела.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО3, Федеральная налоговая служба России просят оставить постановление суда апелляционной инстанции 25.12.2019 без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

ФИО2 в возражениях на отзыв просит кассационную жалобу финансового управляющего удовлетворить, постановление суда апелляционной инстанции 25.12.2019 – отменить.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) арбитражный суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 04.04.2018 возбуждено дело о банкротстве ФИО2 по ее заявлению.

Согласно представленному списку кредиторов у должника имелась задолженность по 15 кредитным договорам (потребительский кредит и ипотека), а также перед гражданкой ФИО3 и коммунальным платежам.

В реестр требований кредиторов включена задолженность на сумму 12 633 938 руб. 02 коп.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.05.2018 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО1

Однако ранее 02.10.2018 кредитор ФИО3 заявила ходатайство о неприменении правил об освобождении от исполнения обязательств перед конкурсным кредитором, указав, что должник приобрел за 3 100 000 руб. квартиру по договору от 10.12.2012 и пытался ее продать сначала ФИО5 за 3 000 000 руб., а затем, ввиду того, что сделка не состоялась, заключил договор о продаже квартиры ФИО3 по цене 2 750 000 руб.

При заключении договора с ФИО3 должник ввел ФИО3 в заблуждение, обещав снять обязательства перед банком, у которого квартира находилась в залоге, однако накануне совершения сделки должник сговорился с третьими лицами (ФИО6, ФИО7) о том, что полученные денежные средства от сделки пойдут не на погашение кредита, а ФИО7 в долг, что подтверждается материалами уголовного дела. В день зачисления ФИО3 денежных средств на ссудный счет должника, последний их обналичил и передал третьему лицу – ФИО7, остальные потратил на личные нужды. Также должник по возбужденному исполнительному производству пытался снизить свой реальный доход, не указав дополнительный источник дохода в виде пенсии по потере кормильца. В этой связи кредитор указал, что ФИО1 должна провести дополнительную проверку в целях выявления признаков преднамеренного или фиктивного банкротства по указанным кредиторам вопросам; к данному ходатайству были приложены анкеты заемщика ФИО2, копия договора купли-продажи от 10.12.2012, копия кредитного договора от 10.12.2012, копии объяснений и допросов ФИО2 от 09.09.2015, 22.10.2015, 24.06.2016, выписка из лицевого счета по вкладу должника, открытому в ПАО «Сбербанк России», распечатка телефонных переговоров ФИО8, ФИО6 и должника.

Повторно ходатайство о проведении дополнительной проверки с доказательствами направления в адрес финансового управляющего поступило в суд 11.02.2019, с приложением расписки ФИО4, выданной ФИО6 02.06.2015, согласно которой ФИО4 взяла у ФИО6 2 650 000 руб. со сделки с ФИО2, заявления ФИО2 об изменении порядка исполнения решения Октябрьского районного суда г. Уфы от 01.11.2016 путем снижения ежемесячного удержания до 15%, частной жалобы ФИО2 от 10.04.2017, определения Октябрьского районного суда г. Уфы от 12.04.2016.

Кредитором 22.02.2019 представлены дополнительные документы для проведения проверки: заключение эксперта № 8629 подлинности подписи ФИО4 в расписке, протокол допроса ФИО4

Кроме того, кредитор в заявлении от 21.03.2019 просил финансового управляющего запросить данные о сумме дохода ФИО2 от кредитных организаций, в которые должник представлял сведения для получения кредита, а также представил дополнительные документы для проверки.

Поскольку ФИО2 не вернула денежные средства ФИО3 и не обратилась с гражданским иском о взыскании долга по расписке от 02.06.2015, ФИО3 обратилась в Орджоникидзевский районный суд г. Уфы с иском к ФИО4 и ФИО6 о взыскании солидарно суммы долга – 2 500 000 руб., определением Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 иск удовлетворен, в качестве основания указан приговор Советского районного суда г. Уфы от 12.10.2017, в котором ФИО3 признана потерпевшей от действий ФИО4 и ФИО6

Поскольку никаких действий со стороны финансового управляющего ФИО1 не произведено, ФИО3 обратилась в арбитражный суд с рассматриваемой жалобой.

Отказывая в удовлетворении жалобы на незаконные действия (бездействие) финансового управляющего, выразившиеся в преждевременном завершении процедуры банкротства, в отражении недостоверной информации в отчете от 21.11.2018, что выразилось в отражении недостоверной информации об отсутствии уголовных, гражданских дел с участием ФИО2, тогда как согласно из данных судебного участка № 7 по Октябрьскому району города Уфы РБ дела с участием ФИО2 рассматривались у мирового судьи участка № 6 по Октябрьскому району города Уфы РБ; общее количество рассматриваемых дел 14; а также в уклонении ФИО1 от надлежащего проведения анализа сделок должника с целью установления признаков преднамеренного банкротства, суд первой инстанции исходил из того, что финансовым управляющим произведен поиск имущества должника, разработано положение о продаже имущества, кроме того, финансовым управляющим ФИО1 письмо кредитора о проведении проверки сделок должника рассмотрено, направлены дополнительные запросы должнику о предоставлении всех необходимых документов для полного и всестороннего рассмотрения дела. 23.09.2019 в Арбитражный суд Республики Башкортостан поступил отчет финансового управляющего ФИО1 о результатах проведения реализации имущества гражданина, в котором управляющий указывает, что на основе проведенной проверки наличия (отсутствия) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства ФИО2, проведенной в процедуре реализации имущества гражданина, были сделаны следующие выводы: о невозможности проведения проверки наличия (отсутствия) признаков преднамеренного банкротства ФИО2; об отсутствии признаков фиктивного банкротства ФИО2 (сообщение № 3867960 на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве опубликовано 17.06.2019). При этом суд признал обоснованной жалобу в части непринятия мер, предусмотренных Законом о банкротстве, по проверке доводов конкурсного кредитора ФИО3 о наличии дебиторской задолженности ФИО4 перед ФИО2 на сумму 2 650 000 руб.

Изменяя определение суда и признавая незаконными действия (бездействия) финансового управляющего должника, выразившиеся в непринятия мер, предусмотренных Законом о банкротстве, по проверке доводов конкурсного кредитора ФИО3 о наличии дебиторской задолженности ФИО4 перед ФИО2 на сумму 2 650 000 руб., а также в уклонении от надлежащего проведения анализа сделок должника в целях выявления признаков преднамеренного банкротства, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 60 Закона о банкротстве, в порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 данной статьи, рассматриваются жалобы лиц, участвующих в деле о банкротстве и в процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, нарушающие права и (или) законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве и в процессе по делу о банкротстве.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам и иным лицам предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав, при этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, и предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав.

При проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен положениями пунктов 7 – 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания его действий и бездействия незаконными.

В соответствии с пунктом 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества, проводить анализ финансового состояния гражданина.

В процедуре реализации имущества гражданина финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы, в том числе анализирует сведения о должнике, выявляет имущество гражданина, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок с предпочтением по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином (пункты 7, 8 статьи 213.9, пункты 1, 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Для достижения этой цели финансовый управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника.

Таким образом, именно финансовый управляющий, являющийся профессиональным участником антикризисных отношений, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой банкротства гражданина.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве финансовый управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы (в частности, с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника, взыскания дебиторской задолженности), планирует и реализует, прежде всего, сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Согласно абзацу 9 пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве также обязан выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства в порядке, установленном федеральными стандартами, и сообщать о них лицам, участвующим в деле о банкротстве, в саморегулируемую организацию, членом которой является арбитражный управляющий, собранию кредиторов и в органы, к компетенции которых относятся возбуждение дел об административных правонарушениях и рассмотрение сообщений о преступлениях.

Временными правилами проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855, определено, что проверка проводится за период не менее 2 лет, предшествующих возбуждению производства по делу о банкротстве, а также за период проведения процедур банкротства на основании документов о деятельности должника; арбитражный управляющий в числе прочего анализирует сделки должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Вместе с тем, предусмотренная статьей 213.28 Закона о банкротстве возможность освобождения гражданина от обязательств отнюдь не безусловна.

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 названного Закона, освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В связи с тем, что освобождение должника от исполнения обязательств в определенной степени ущемляет права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им удовлетворения, нормы Закона о банкротстве, касающиеся освобождения гражданина от долгов, направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Таким образом, анализ сделок должника с целью установления признаков фиктивного и преднамеренного банкротства входит в предмет исследования суда при завершении процедуры банкротства.

Судом апелляционной инстанции установлено, что на протяжении всей процедуры банкротства финансовый управляющий уклонялся от анализа сделок должника, которые привели должника к банкротству. Финансовый управляющий не дал ответы на поставленные перед ним кредитором ФИО3 вопросы с приложенными к ним документами, о том, занижала ли ФИО2 стоимость квартиры, являющейся предметом обременения у банка, по адресу: <...>, при попытке продажи данной квартиры ФИО3; какой размер коэффициента платежеспособности должника ФИО2 был на момент заключения кредитных обязательств и на момент ее обращения в суд с заявлением о банкротстве; каковы суммы ежемесячного погашения кредитов; какова сумма ежемесячного дохода; какова сумма ежемесячного долга; запрошены ли анкеты о доходах ФИО2 при получении кредитов; какой доход ФИО2 указывала в анкетах; указывала ли ФИО2, что ранее брала кредиты и имела обязательства; превышает ли сумма кредитов сумму дохода.

Кроме того, Советским районным судом г.Уфы Республики Башкортостан был вынесен приговор от 12.10.2017 по делу № 1-11/2017, в том числе в отношении ФИО4 и ФИО6, признанных виновными в совершении ряда преступлений, назначено наказание по статье 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в том числе по эпизоду № 15 в отношении гражданки ФИО3 (потерпевшей).

Из данного приговора и приобщенных к материалам дела показаний должника от 24.06.2016 следует, что квартира продавалась через ее знакомую ФИО6, которая перед заключением договора с ФИО3 попросила ФИО2 одолжить денежные средства по сделке для ФИО4 на короткий срок 10 дней. Из протокола допроса обвиняемой ФИО4 от 09.02.2016 следует, что денежные средства она взяла у ФИО2 через ФИО6 без оформления расписки, однако в конце июня 2015 года, по просьбе ФИО6, такая расписка была выдана.

В материалы дела представлена банковская выписка по счету должника, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», согласно которой 01.06.2015 на ссудный счет поступили денежные средства на сумму 2 650 000 руб. по сделке купли-продажи квартиры, однако в дальнейшем денежные средства направлены не на погашение кредита и снятия обременения с квартиры, а были сняты должником со счета 01.06.2015 в сумме 1 500 000 руб. и 02.06.2015 в сумме 1 000 000 руб.

Как пояснила ФИО3, при заключении договора купли-продажи квартиры должник ввел ее в заблуждение, обещав снять обязательства перед банком, у которого квартира находилась в залоге, однако накануне совершения сделки должник сговорился с третьими лицами (ФИО6, ФИО7) о том, что полученные денежные средства от сделки пойдут не на погашение кредита, а ФИО7 в долг, что подтверждается материалами уголовного дела.

Рассмотрев доводы заявителя и возражения финансового управляющего, исследовав представленные в материалы дела документы, в частности заключения по результатам финансового состояния должника и о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о нарушении финансовым управляющим ФИО1 пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве и вышеуказанных Временных правил, выразившемся в уклонении от надлежащего проведения анализа сделок должника в целях выявления признаков преднамеренного банкротства.

В отношении жалобы в части непринятия финансовым управляющим должника мер по проверке доводов конкурсного кредитора ФИО3 о наличии дебиторской задолженности ФИО4 перед ФИО2 на сумму 2 650 000 руб. судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Приговором Советского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 12.10.2017 по делу № 1-11/2017 было установлено, что ФИО2 через ФИО6 передала ФИО4 денежные средства в сумме 2 650 000 руб., в том числе 2 500 000 руб., принадлежащие ФИО3 Протоколом выемки от 17.02.2016 расписка ФИО4 от 02.06.2015 была изъята у займодавца ФИО2

Указание в приговоре на то, что правом на подачу гражданского иска о возмещении ущерба имеет потерпевшая ФИО3, не препятствует займодавцу ФИО2 обратиться в суд с иском о взыскании долга по расписке после наступления срока возврата займа (срок возврата до 21.06.2015).

В материалы дела ФИО3 представлена расписка от 02.06.2015, однако финансовый управляющий не принял мер по проверке доводов кредитора о наличии оснований для взыскания долга.

Ссылка финансового управляющего на то, что кредитором ФИО3 взыскана задолженность, образовавшаяся из договора купли-продажи недвижимого имущества от 01.06.2015, непосредственно с ФИО2 решением Октябрьского районного суда г. Уфы от 17.06.2016 (основание возникновения требований ФИО3 в деле о банкротстве № А07- 7265/2018), а так же с ФИО4 по делу № 33-3775/2019, обоснованно отклонена судом апелляционной инстанции, поскольку с ФИО4 взыскана сумма ущерба по приговору суда, а не долг по расписке от 02.06.2015.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции правомерно удовлетворил жалобу ФИО3 в части признания незаконным бездействия финансового управляющего должника ФИО1 выразившимся в непринятии мер, предусмотренных Законом о банкротстве, по проверке доводов конкурсного кредитора о наличии дебиторской задолженности ФИО4 перед ФИО2 на сумму 2 650 000 руб.

Ссылка финансового управляющего на судебные акты суда общей юрисдикции о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения Октябрьского районного суда г. Уфы от 17.06.2016 судом округа отклоняется, поскольку данные судебные акты состоялись после вынесения оспариваемых определения суда первой инстанции от 29.10.2019 и постановления суда апелляционной инстанции от 25.12.2019, в связи с чем не могли быть учтены судами при рассмотрении жалобы ФИО3 на бездействие финансового управляющего ФИО1

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов суда апелляционной инстанции, а направлены на их переоценку, оснований для которой, исходя из установленных обстоятельств и представленных доказательств, у суда округа не имеется.

Суд округа не уполномочен давать иную оценку указанным обстоятельствам, поскольку в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 – 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Суд округа по результатам рассмотрения доводов кассационной жалобы финансового управляющего и изучения материалов дела, а также обжалуемого судебного акта пришел к выводу о том, что при рассмотрении настоящего спора суд апелляционной инстанции исследовал и оценил все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства; изложенные в кассационной жалобе доводы не опровергают выводы судов с учетом установленных судами обстоятельств. Несоответствия выводов судебной инстанции представленным сторонами доказательствам или установленным на основании имеющейся доказательственной базы фактическим обстоятельствам и, как следствие, нарушений применения при разрешении спора норм материального права, судом округа не установлено.

Процессуальных нарушений, в том числе являющихся в силу норм части 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судами при рассмотрении настоящего дела также не допущено.

С учетом изложенного постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2019 подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Ошибочно уплаченная заявителями при подаче кассационной жалобы государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2019 по делу № А07-7265/2018 Арбитражного суда Республики Башкортостан оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 150 руб., ошибочно уплаченную при подаче кассационной жалобы на основании чека-ордера от 22.01.2020 (операция 96).

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Ю.В. Кудинова


Судьи Н.А. Артемьева


Ю.А. Оденцова