Постановление от 25 июня 2024 г. по делу № А57-9099/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-11823/2023

Дело № А57-9099/2021
г. Казань
26 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 июня 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Третьякова Н.А.,

судей Ивановой А.Г., Самсонова В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И.,

при участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ламинат-ПлюсЭкспо» ФИО1 – лично, паспорт,

представителя ФИО2 – ФИО3, доверенность от 29.06.2021,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом  судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 26.01.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2024

по делу № А57-9099/2021

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ламинат-Плюс-Экспо» ФИО1 о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ламинат-Плюс-Экспо»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 21.12.2021 общество с ограниченной ответственностью «Ламинат-Плюс-Экспо» (далее – общество «Ламинат-Плюс-Экспо», должник) признано несостоятельным (банкротом),  в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.12.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 (далее – ответчик)  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  и взыскании с ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу общества «Ламинат-Плюс-Экспо» денежных средств в размере 434 923 358,12 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 26.01.2024, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2024,  признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Ламинат-Плюс-Экспо»; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности   приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Поволжского округа, ФИО2  просит отменить определение суда первой инстанции от 26.01.2024 и постановление апелляционного суда от 22.03.2024 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель   ссылается на то, что вся имеющаяся у него  документация должника была передана конкурсному управляющему по акту приема-передачи от 14.01.2022; иные документы у ФИО2 отсутствуют; от конкурсного управляющего никаких запросов о предоставлении документации ответчик не получал. Отмечает, что конкурсный управляющий не доказал наличие у него существенных затруднений в формировании конкурсной массы с учетом переданной ему документации. Полагает, что суды, привлекая ответчика к ответственности за неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве должника, ошибочно отождествили неплатежеспособность должника с неуплатой долга отдельному кредитору; на определенную судами дату  - 07.12.2018, с которой возникла обязанность по обращению в суд,  должник не обладал признаками объективного банкротства.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий, ссылаясь на законность и обоснованность принятых судебных актов, просит оставить их без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал  доводы, изложенные в кассационной жалобе, конкурсный управляющий, напротив,   возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной    жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), обсудив доводы кассационной  жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия считает,  что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО2 являлся   единственным участником общества «Ламинат-Плюс-Экспо» и его руководителем.

Обращаясь с заявлением о привлечении ответчика   к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий  указывал на  неисполнение ответчиком  обязанности  по передаче документации   должника конкурсному управляющему,  а также на искажение ФИО2 данных бухгалтерской отчетности.

Разрешая спор и удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в данной части, суд  первой   инстанции, руководствуясь подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), исходил  из доказанности всей совокупности условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности   ввиду не исполнения им обязанности по передаче первичной документации (в том числе документов, касающихся дебиторской задолженности) и искажения данных бухгалтерской отчетности,  что привело к невозможности установления действительного финансового положения должника и введению неограниченного круга лиц в заблуждение относительно принадлежащих ему активов, негативным образом отразилось на формировании конкурсной массы и проведении расчетов с конкурсными кредиторами.

Так, судом первой инстанции  отмечено, что перечень переданных ФИО2 документов не позволяет конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу в полном объеме,  поскольку расшифровки балансов за 2018, 2019 и 2020 годы, первичная документация на дебиторскую задолженность (договоры, акты, счета-фактуры и т.д.), документы на запасы либо первичные документы, подтверждающие выбытие запасов/иных активов, конкурсному управляющему  не   переданы.

Судом первой инстанции  также установлено, что  данные бухгалтерской  отчетности за 2018 и 2019 годы, содержащие  нулевые показатели, а за 2020 год с отраженными в отчетности запасами на 10 000 руб., содержали искаженную и недостоверную информацию.

Как отметил  суд, кредиторская задолженность должника начала формироваться в 2014-2017 годах, когда он   выступал поручителем по кредитным договорам общества с ограниченной ответственностью «Ламинат-плюс Саратов», сумма займа по которым составила более 300 миллионов рублей;  07.10.2016 должником были приняты вексельные обязательства перед  обществами с ограниченной ответственностью  «Эконом-Факторинг» и «Эконом-Финанс» на общую сумму 22 268 508,6 руб.  с процентами из расчета 20% годовых, со сроком уплаты - 2020 и 2021 годы,  соответственно; совокупный размер задолженности по простым векселям, с учетом начисления процентов за весь срок пользования денежными средствами, составлял 42 191 913,52 руб.

В связи с этим, как указал  суд первой инстанции, показатели  бухгалтерских балансов за 2018 и 2019  годы не могли  быть нулевыми, а баланс за 2020 год  не мог равняться 10 000 руб.

Судом первой инстанции  установлено, что отражение  недостоверной информации в документах бухгалтерского учета и  непередача  первичной документации лишили конкурсного управляющего возможности в полном объеме проинвентаризировать имущество, имущественные права, дебиторскую задолженность и денежные обязательства должника с целью их оценки и продажи для погашения требований кредиторов, сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Также конкурсный управляющий просил привлечь ответчика к субсидиарной ответственности на основании   статьи 61.12 Закона о банкротстве за неисполнение им обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

При рассмотрении заявления в указанной части суд  установил, что должник, являясь  собственником транспортных средств с разрешенной  максимальной  массой свыше 12 тонн,  обязан был вносить плату в счет возмещения вреда, причиняемого автомобильным дорогам общего пользования транспортными средствами. За период с 03.07.2017 по 08.06.2018 задолженность общества «Ламинат-Плюс-Экспо» по внесению платы в счет возмещения вреда составила 165 623,88 руб.;  определением Арбитражного суда Саратовской области от 24.11.2021 требования  общества с ограниченной ответственностью  «РТ-Инвест транспортные системы» в размере 163 318, 65 руб. включены в третью очередь  реестра требований кредиторов должника.

Также судом первой инстанции установлено, что решением Кировского районного суда г. Саратова от 07.11.2018 по делу № 2-5101/2018 с должника солидарно с ООО «Ламинат - плюс-Саратов»,  ФИО4, ФИО5, ООО «Ламинат –плюс», ООО «Автомир» в пользу акционерного общества «Акционерно-коммерческий банк реконструкции и развития «Экономбанк» (далее - АО «АКБ «Экономбанк») была  взыскана задолженность  в общем размере 394 135 316,55 руб. по кредитным договорам  от 05.06.2012 № 115, от 07.08.2014 № 129, от 23.01.2015 № 135, от 12.03.2015 № 136, от 09.04.2015 № 137, от 31.08.2015 № 138, от 25.09.2015 № 139, от 12.10.2015 № 140, от 23.10.2015 № 141, от 01.02.2016 № 142, от 19.01.2017 № 144, от 14.07.2017 № 145 и договору на предоставление банковской гарантии от 21.09.2017 № 5, заключенным с ООО «Ламинат - плюс-Саратов», а также обращено взыскание на принадлежащее должнику  имущество.

Между взыскателем - АО «АКБ «Экономбанк»  и должниками -  ООО «Ламинат -плюс-Саратов», ФИО4, ФИО5, ООО «Ламинат –плюс», ООО «Ламинат-плюс-Экспо», ООО «Автомир» на стадии исполнения решения Кировского районного суда г. Саратова от 07.11.2018 по делу № 2-5101/2018  в целях урегулирования спора, возникшего в связи с неисполнением должниками обязательств в сумме  394 135 316,55 руб., 16.01.2019  было заключено мировое соглашение, согласно которому должники обязались солидарно погасить признанную ими задолженность в сумме 326 412 417,52 руб.  согласно графику погашения задолженности, указанному в мировом соглашении.

Определением суда первой инстанции от 24.11.2021  требования АО «АКБ «Экономбанк»  на сумму  неисполненных должником  обязательств по решению  Кировского районного суда г. Саратова от 07.11.2018 по делу № 2-5101/2018 и  мировому соглашению от 16.01.2019 - 325 353 177,18 руб. признаны обоснованными и включены   в третью очередь реестра требований кредиторов должника как обеспеченные залогом имущества должника.

Судом первой инстанции   учтено и то, что 27.09.2018 между АО «АКБ «Экономбанк» и ООО «Холдинг» (первоначальный заемщик)  был  заключен кредитный договор <***>, по которому  кредитор предоставил первоначальному заемщику кредит в размере 82 000 000,00 руб. со сроком его возврата до 27.07.2021.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 27.09.2018  №102 между АО «АКБ «Экономбанк» и должником был заключен договор   залога имущества от 27.09.2018 <***>/3.

Как указал  суд первой инстанции, ФИО2, зная о наличии неисполненных обязательств перед АО «Экономбанк» по кредитным договорам от 05.06.2012 № 115, от 07.08.2014 № 129, от 23.01.2015 № 135, от 12.03.2015 № 136, от 09.04.2015 № 137,  от 31.08.2015 № 138, от 25.09.2015 № 139, от 12.10.2015 № 140, от 23.10.2015 № 141, от 01.02.2016 № 142, от 19.01.2017 № 144, от 14.07.2017 № 145, договору на предоставление банковской гарантии от 21.09.2017 № 5, а также о принятых  в октябре 2016 года перед ООО «Эконом-Факторинг», ООО «Эконом Финанс» вексельных обязательствах  на суммы  27 337 017,20 руб. и 14 854 896,32 руб., соответственно, с отсрочкой платежей,  предоставил 27.09.2018 поручительство и залог имущества должника  по новому обязательству.

Решением Кировского районного суда г. Саратова от 29.07.2021 по делу № 2-2661/2021 с должника солидарно с ООО «Ламинат-плюс»,  ООО «Автомир», ФИО5 взыскана  задолженность по кредитному договору от 27.09.2018 <***> в размере 66 060 082,97 руб., а также обращено взыскание на заложенное имущество, принадлежащее должнику.

Определением суда первой инстанции от 24.11.2021  требования АО «АКБ «Экономбанк»  по кредитному договору <***> от 27.09.2018 в размере 66 060 082,97 руб. признаны обоснованными и включены   в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Ламинат-Плюс-Экспо» как обеспеченные залогом имущества должника.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что должник имел неисполненные обязательства по  уплате налогов, сборов, страховых взносов, пеней, штрафов, начиная с 1 квартала 2018 года;   за период с 2018 года  по 2021 год  задолженность по налогам и сборам стабильно увеличивалась и на момент обращения уполномоченного органа в суд с заявлением о включении его требований в реестр требований кредиторов составляла 788 965,80 руб.,  которая определением суда первой инстанции от 12.10.2021 была включена   в реестр требований кредиторов должника.

В связи с этим, установив наличие у должника задолженности в значительном размере, которая в дальнейшем была включена в реестр требований кредиторов должника,  приняв во внимание непредставление ответчиком   экономически обоснованного плана выхода из кризисного положения, отсутствие в материалах обособленного спора информации относительного того, за счет каких средств и каким образом должник   намеревался  погасить образовавшуюся задолженность, суд  первой   инстанции пришел  к выводу о том, что ФИО2, действуя разумно и добросовестно, следуя положениям пунктов 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве, обязан был обратиться в арбитражный суд   с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в срок не позднее 07.12.2018,  чего он не сделал.

При этом, проанализировав данные реестра требований кредиторов должника и судебные акты о включении требований кредиторов в реестр, суд первой инстанции установил, что  должник, отвечая признакам неплатежеспособности, после 07.12.2018 продолжал осуществлять хозяйственную деятельность и принимал на себя новые обязательства, в результате чего  возросла кредиторская задолженность.

При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями статей 9 и 61.12 Закона  о банкротстве, суд первой инстанции  признал  доказанным наличие оснований для привлечения ответчика  к субсидиарной ответственности и за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

Приняв во внимание, что в настоящее время не все мероприятия процедуры конкурсного производства завершены, расчеты с кредиторами не произведены, в связи с чем размер ответственности ответчика определить невозможно, суд первой инстанции производство по заявлению в соответствующей части признал подлежащим приостановлению до окончания расчетов с кредиторами должника.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции и не нашел оснований для удовлетворения апелляционной  жалобы ФИО2

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в   обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Процесс доказывания того, что требования кредиторов стало невозможным погасить в результате действий ответчиков, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника.

Предполагается, что целью такого сокрытия является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума №53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны лица, на которого возложена обязанность принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве), одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, одним из необходимых условий для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве является наличие обязательств должника, возникших после истечения срока наступления обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, установив, что невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов обусловлены искажением ФИО2 данных бухгалтерской отчетности и не исполнением им обязанности по передаче    конкурсному управляющему первичной   документации,   касающейся   дебиторской задолженности и запасов должника,  а также обстоятельства, свидетельствующие о неисполнении им обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом при отсутствии экономически обоснованного плана по выходу из имущественного кризиса,  суды пришли к правомерному выводу о доказанности наличия совокупности оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  на основании подпунктов  2, 4   пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12  Закона о банкротстве.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Довод ответчика о  его неосведомленности о необходимости передачи иных документов, помимо   переданных   конкурсному  управляющему по акту от 14.11.2022, о  неполучении от конкурсного управляющего  каких-либо  запросов о передаче документации, отклоняется судом округа, поскольку отсутствие познаний в области законодательства о банкротстве и пассивная позиция руководителя должника не освобождает его от прямо предусмотренной Законом о банкротстве обязанности передать документы и иные материальные ценности должника в установленный срок в целях формирования конкурсной массы, чего исполнено не было.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2022 № 305-ЭС21-23266, обязанность по передаче документов, предусмотренная пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве,  основана, по сути, на факте прекращения в силу закона корпоративных отношений между хозяйственным обществом - должником и гражданином, осуществлявшим функции единоличного исполнительного органа; эти отношения являются неотъемлемой частью процедуры передачи полномочий органа юридического лица от одного субъекта другому.

В рассматриваемом случае после открытия конкурсного производства в отношении должника  и утверждения конкурсного управляющего заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2  рассматривалось судом первой  инстанции    с 24.01.2023 по 26.01.2024.

В своем заявлении о привлечении к ответственности конкурсный управляющий ясно изложил суть претензий, предъявленных к контролирующему  должника лицу - непередача документации  и имущества  должника, в том числе ноутбуков и моноблоков, в связи с чем ФИО2   не мог  не знать о том, что управляющий, подав указанное заявление, явно выразил волю на получение документов и имущества.

При таких обстоятельствах, независимо от того, имелись  ли  запросы управляющего о предоставлении документации   или нет, обязанность по ее передаче должна была быть исполнена, по меньшей мере, после извещения ФИО2   о судебном споре о привлечении его к субсидиарной ответственности.

Как указывал конкурсный управляющий, за все время рассмотрения данного спора документы должника  ему так и не были предоставлены; иное не было установлено и судами.

Довод ФИО2 о том, что конкурсный управляющий не доказал наличие у него существенных затруднений в формировании конкурсной массы в отсутствие документации должника, отклоняется судом округа в силу следующего.

При искажении бухгалтерской отчетности вина контролирующего лица в банкротства должника презюмируется, поэтому на ответчика возлагается бремя опровержения невозможности формирования конкурсной массы для расчетов с кредиторами в ходе конкурсного производства в связи с искажением бухгалтерской отчетности. 

В рассматриваемом случае, как установлено судами, указанная презумпция ответчиком  не опровергнута, а в результате искажения ФИО2 данных бухгалтерской отчетности и непередачи им документации конкурсному управляющему процедура конкурсного производства была существенно затруднена, так как указанные действия и бездействие сделали невозможным определение основных активов должника и их идентификацию.

При этом суд округа отмечает, что законодатель, возложивший обязанность по передаче документов на руководителя должника, не ставит ее исполнение в зависимость от возможностей конкурсного управляющего либо суда восстановить документацию путем ее истребования у третьих лиц. Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, в связи с чем именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации. Фактическое выявление имущества, его реализация и взыскание дебиторской задолженности на основании документации, переданной руководством должника управляющему, не равнозначны получению конкурсным управляющим сведений об активах должника у иных лиц.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что отсутствие у конкурсного управляющего документации не привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов в связи с отсутствием у должника иного имущества и активов, помимо тех, которые были переданы конкурсному управляющему, не опровергают выводы судов о наличии оснований для  привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Кроме того,  в данном конкретном случае  суд округа учитывает и то, что,  указав на наличие оснований, предусмотренных статьей  61.11  Закона о банкротстве, для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции приостановил рассмотрение заявления, не разрешив вопрос о размере ответственности, в связи с чем  ответчик не лишен возможности заявить свои доводы о размере стоимости активов, которых в результате непередачи документации и искажения бухгалтерской отчётности   конкурсному управляющему  не удалось обнаружить и реализовать.

Аналогичным образом ответчик вправе приводить свои доводы  в части, касающейся размера обязательств, возникших после установленной судами  даты возникновения обязанности по подаче руководителем заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом - 07.12.2018, поскольку вопрос о  размере  субсидиарной ответственности ФИО2 по статье  61.12 Закона о банкротстве судами также не разрешен.

Иные доводы, приведенные в кассационной  жалобе, в том числе об  отсутствии у должника   признаков объективного банкротства на определенную судами дату,  об иной дате возникновения обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом, обусловлены несогласием кассатора с этими выводами судов и направлены на  переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 26.01.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2024 по делу № А57-9099/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья                                            Н.А. Третьяков

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова                                                                                           В.А. Самсонов