Решение от 9 марта 2021 г. по делу № А65-3616/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


09 марта 2021 года Дело № А65-3616/2020

Дата принятия решения – 09 марта 2021 года

Дата объявления резолютивной части – 15 февраля 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Хисамовой Г.Р.,

при составлении протокола судебного заседания и ведении протоколирования с использованием средств аудио- и видеозаписи помощником судьи Малышевой Д.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 08.02.2021 – 15.02.2021 путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Сахалинской области дело № А65-3616/2020

по иску Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "Миловидов" (ОГРН <***>, ИНН <***>),

Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 318169000091714, ИНН <***>)

и Обществу с ограниченной ответственностью "РОМАКС ЮНИОН" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании предварительного договора коммерческой концессии от 18.09.2018 № 42, договора коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42, соглашения от 18.12.2019 № 29 недействительными и применении последствий недействительности указанных сделок – взыскании 1 414 080,12 руб., из которых: 1 280 100 руб. – неосновательное обогащение; 133 980,12 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации; и обязании возвратить мебель и учебную литературу,

по встречному иску Общества с ограниченной ответственностью "Миловидов" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 4 800 000 руб. неустойки по договору коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42, их которых: 4 300 000 руб. – неустойка в порядке пункта 4.3.8 договора; 500 000 руб. – неустойка в порядке пункта 500 000 руб.,

с участием в заседании:

от истца – представитель ФИО3 по доверенности серии 65 АА № 0916161 от 16.09.2020,

от ответчиков (ООО "Миловидов", ИП ФИО2) – представители ФИО4 по доверенности от 14.10.2020 (до перерыва) и ФИО5 по доверенности от 14.10.2020 (после перерыва),

от ответчика ООО "РОМАКС ЮНИОН" – не явился, извещен,




УСТАНОВИЛ:

17.02.2020 Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Миловидов" (далее – ответчик1) о признании предварительного договора коммерческой концессии от 18.09.2018 № 42, договора коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42, соглашения от 18.12.2019 № 29 недействительными.

Определением от 11.03.2020 исковое заявление принято, возбуждено производство по делу № А65-3616/2020.

13.03.2020 ООО "Миловидов" обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ИП ФИО1 о взыскании 500 000 руб. неустойки по договору коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42.

Определением от 20.03.2020 исковое заявление принято, возбуждено производство по делу № А65-6020/2020.

27.04.2020 ИП ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании 1 414 080,12 руб., из которых: 1 280 100 руб. – неосновательное обогащение; 133 980,12 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 21.09.2018 по 17.04.2020.

Определением от 28.05.2020 исковое заявление принято, возбуждено производство по делу № А65-9381/2020.

В порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом дела №№ А65-3616/2020,А65-6020/2020 и А65-9381/2020 объединены в одном производство, объединенному делу присвоен номер А65-3616/2020.

В ходе рассмотрения дела ИП ФИО1 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации изменено основание исковых требований, истец просила признать предварительный договор коммерческой концессии от 18.09.2018 № 42, договор коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42 и соглашение от 18.12.2019 № 29 ничтожными сделками в силу положений статей 166 – 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; применить последствия ничтожных сделок в виде возложения на ИП ФИО1 обязанности по возврату мебели и учебной литературы и взыскания с ООО "Миловидов" и ИП ФИО2 денежных средств в размере 1 414 080,12 руб., из которых: 1 280 100 руб. – неосновательное обогащение; 133 980,12 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 21.09.2018 по 17.04.2020.

В свою очередь, ООО "Миловидов" в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявлено об увеличении размера исковых требований, в рамках исковых требований к ИП ФИО1 общество просило взыскать 4 800 000 руб., из которых: 4 300 000 руб. (43 нарушения х 100 000) – неустойка в порядке пункта 4.3.8 договора коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42; 500 000 руб. – неустойка в порядке пункта 10.2 договора коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42.

В судебном заседании 08.02.2021 – 15.02.2021 стороны поддержали свои позиции по делу.

Дело в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрено в отсутствие представителя ООО "РОМАКС ЮНИОН".

Оценив доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, арбитражный суд пришел к следующему.

18.09.2018 ООО "Миловидов" и гр. ФИО1 заключили предварительный договор коммерческой концессии № 42 согласно условиям которого Правообладатель (ответчик1) обязался предоставить Пользователю (гр. ФИО1) за вознаграждение на указанный в договоре срок право использовать в предпринимательской деятельности Пользователя комплекс принадлежащих Правообладателю исключительных прав для открытия им Образовательного центра "Стартум", в соответствии с утвержденными "Правообладателем" стандартами, а также прочие виды услуг, письменно разрешенные "Правообладателем", а Пользователь обязался принять и оплатить данный комплекс (пункт 2.1).

Пользователь обязался в указанный в договоре срок открыть и обеспечить функционирование Образовательного центра "Стартум" и использовать в своей предпринимательской деятельности комплекс исключительных прав, передаваемых ему в соответствии с настоящим договором (пункт 2.2).

Под комплексом исключительных прав применительно к условиям предварительного договора понимается совокупность объектов исключительных прав, принадлежащих Правообладателю и передаваемых в соответствии с настоящим договором.

Образовательный центр "Стартум" / Образовательный центр – центр дополнительного образования детей, предприятие, функционирование которого обеспечивается за счет передачи комплекса исключительных прав от Правообладателя к Пользователю.

Состав Комплекса исключительных прав включает следующие исключительные права: коммерческое обозначение "Стартум", используемое для индивидуализации образовательных центров; брендбук образовательного центра "Стартум"; ноу-хау образовательного центра "Стартум", в состав которого входят: штатная структура, методы подбора и приема на работу персонала, подготовка и аттестация персонала, система мотивации, стандарты (методы, процедуры и технологии, касающиеся работы Образовательного центра, а равно методы организации и управления, управленческого контроля и управленческого документооборота образовательного центра), методические, учебные материалы (пункт 2.3).

В свою очередь, брендбук – это комплекс произведений дизайна, предназначенный для использования в оформлении: образовательных центров, рекламных материалов и т.д. с описанием правил использования фирменного стиля, включая элементы дизайна и интерьера, цветовую гамму, оборудование, расстановку оборудования, вывески и внешний вид образовательного центра в целом.

Ноу-хау – секрет производства, принадлежащий Правообладателю, включающий систему, разработанную Правообладателем, предназначенную для создания и эксплуатации образовательного центра.

В соответствии с положениями пункта 1.2 предварительного договора поскольку, согласно действующему законодательству, физические лица без образования юридического лица не могут являться стороной договора коммерческой концессии, Пользователь принял на себя обязательство зарегистрироваться в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя, либо зарегистрировать юридическое лицо.

Стороны обязаны заключить договор коммерческой концессии не позднее 30 (тридцати) календарных дней со дня заключения настоящего предварительного договора (пункт 1.3).

12.02.2019 ООО "Миловидов" и ИП ФИО1 заключили договор коммерческой концессии № 42 согласно условиям которого Правообладатель обязался предоставить Пользователю за вознаграждение на указанный в договоре срок право использовать в предпринимательской деятельности Пользователя комплекс принадлежащих Правообладателю исключительных прав для открытия им образовательного центра "Стартум", в соответствии с утвержденными "Правообладателем" стандартами, а также прочие виды услуг, письменно разрешенные "Правообладателем", а Пользователь обязался принять и оплатить данный комплекс (пункт 2.1). Пользователь обязался в указанный в договоре срок открыть и обеспечить функционирование Образовательного центра "Стартум" и использовать в своей предпринимательской деятельности комплекс исключительных прав, передаваемых ему в соответствии с настоящим договором (пункт 2.2).

Состав исключительных прав включает следующие исключительные права: товарный знак, зарегистрированный в государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации на имя Правообладателя, изображение которого приводится в свидетельстве на товарный знак (знак обслуживание) № 695559 от 01 февраля 2019г.; коммерческое обозначение "Стартум", используемое для индивидуализации образовательных центров; брендбук образовательного центра "Стартум"; ноу-хау образовательного центра "Стартум", в состав которого входят: штатная структура, методы подбора и приема на работу персонала, подготовка и аттестация персонала, система мотивации, стандарты (методы, процедуры и технологии, касающиеся работы Образовательного центра, а равно методы организации и управления, управленческого контроля и управленческого документооборота образовательного центра), методические, учебные материалы (пункт 2.3).

18.12.2019 ООО "Миловидов" ("Правообладатель"), ООО "РОМАКС ЮНИОН" ("Правопреемник") и гр. ФИО1 ("Пользователь") подписали соглашение № 29 о перемене стороны в обязательстве по предварительному договору коммерческой концессии от 18.09.2019 № 42. Согласно условиям указанного соглашения Правообладатель передал, а Правопреемник принял на себя в полном объеме права и обязанности Правообладателя по предварительному договору коммерческой концессии от 18.09.2018 № 42, заключенному между Пользователем и Правообладателем.

Предъявляя исковые требования о признании договоров ничтожными ИП ФИО1 указывала, что ООО "Миловидов", заключая оспариваемые договоры не обладало зарегистрированными в установленном порядке комплексом исключительных прав, являвшихся предметом договоров. Согласно утверждению предпринимателя, знак "Startum" на английском языке не был запатентован на момент заключения предварительного и основного договоров коммерческой концессии. Право на товарный знак на английском языке появилось у общества только 06.02.2020. В результате обмана, злоупотребления доверием и заблуждения, согласно позиции предпринимателя, им получены по договорам незапатентованные исключительные права. Свою деятельность предприниматель фактически осуществляла, используя исключительно свои методики, учебники с дизайном и знаком "Razum", а не полученными от общества.

Предприниматель указывала, что договоры не прошли государственную регистрацию, которую надлежало осуществить согласно условиям основного договора до 29.04.2019. Предприниматель в качестве основания для признания договоров ничтожными, указывала на отсутствие у нее статуса предпринимателя на момент подписания предварительного договора, что претит правовой природе договора коммерческой концессии, договор заключен с ней как с физическим лицом.

Как следует из пункта 1 статьи 1027 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Согласно пункту 1 статьи 1031 ГК РФ правообладатель обязан передать пользователю техническую и коммерческую документацию и предоставить иную информацию, необходимую пользователю для осуществления прав, предоставленных ему по договору коммерческой концессии, а также проинструктировать пользователя и его работников по вопросам, связанным с осуществлением этих прав.

В силу пункта 1 статьи 1028 ГК РФ договор коммерческой концессии должен быть заключен в письменной форме.

Материалами дела подтверждается, что договоры заключены сторонами в установленном порядке, форма договоров соблюдена, все существенные условия согласованы сторонами, правообладатель фактически предоставил пользователю право использования исключительными правами, и стороны приступили к исполнению договора.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

При этом как указано в пункте 3 статьи 432 ГК РФ, сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

Следовательно, поскольку между сторонами согласованы и выполнены все условия по фактическому предоставлению и использованию комплекса исключительных прав (а на момент подписания спор в указанной части у сторон отсутствовал), и стороны приступили к исполнению договоров, доводы ИП ФИО1 о том, что передача комплекса исключительных прав не состоялось, признаются арбитражным судом несостоятельными, так как они противоречат фактическим обстоятельствам дела и представленным в их подтверждение доказательствам.

Материалами дела подтверждается факт передачи предпринимателю комплекса исключительных прав, определенных сторонами в договорах. Самим предпринимателем не отрицается факт использования, в том числе и знака "Startum" на английском языке, и принадлежности такового обществу.

В части доводов ИП ФИО1 о том, что ООО "Миловидов" не были соблюдены условия по обязательной государственной регистрации основного договора, а следовательно, предоставление права является недействительным, арбитражный суд отмечает следующее.

В силу пункта 1 статьи 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2 названной статьи).

Как указано в пункте 2 статьи 1028 ГК РФ предоставление права использования в предпринимательской деятельности пользователя комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав по договору коммерческой концессии подлежит государственной регистрации в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. При несоблюдении требования о государственной регистрации предоставление права использования считается несостоявшимся.

Согласно пункту 2 статьи 1031 ГК РФ, если договором коммерческой концессии не предусмотрено иное, правообладатель обязан обеспечить государственную регистрацию предоставления права использования в предпринимательской деятельности пользователя комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав по договору коммерческой концессии.

В соответствии с пунктом 2.5 договора коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42 документы, необходимые для государственной регистрации договора, должны быть поданы в Федеральную службу по интеллектуальной собственности в срок не позднее 29 апреля 2019 года.

Договор вступает в силу с момента его регистрации. Государственную регистрацию договора, дополнительных соглашений к нему (сбор и подачу необходимых документов, оплату патентной пошлины и т.д.) обеспечивает Пользователь (пункт 2.4).

В силу пункта 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Из чего следует, что обязанность по регистрации по условиям договора возложена на ИП ФИО1.

В свою очередь из материалов дела не следует, что ИП ФИО1 своим поведением способствовала осуществлению ООО "Миловидов" действий по регистрации спорного договора.

При таких обстоятельствах, довод ИП ФИО1 о том, что общество уклонялось от регистрации спорного договора, злоупотребив своим правом, признается несостоятельным.

Вместе с этим арбитражный суд полагает необходимым также обратить внимание на то, что к договору коммерческой концессии соответственно применяются правила раздела VII ГК РФ о лицензионном договоре, если это не противоречит положениям настоящей главы и существу договора коммерческой концессии.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 03.07.2018 № 28-П (по делу о проверке конституционности пункта 6 статьи 1232 ГК РФ в связи с запросом Суда по интеллектуальным правам), отсутствие государственной регистрации перехода исключительного права на товарный знак к юридическому лицу - правопреемнику, при том, что это право входит в общий имущественный массив, объективно затрудняет, с учетом предписания пункта 2 статьи 1232 ГК РФ, распоряжение перешедшим к нему исключительным правом на товарный знак, хотя и не препятствует размещению товарного знака на производимых этим юридическим лицом или лицами, которым данное право было предоставлено ранее его правопредшественником, товарах.

Как разъяснено в абзацах четвертом и седьмом пункта 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" обязательственные отношения из договоров, переход или предоставление права по которым подлежат государственной регистрации, возникают независимо от государственной регистрации, и несоблюдение требования о государственной регистрации не влечет недействительности самого договора.

Поскольку предприниматель приступил к использованию принадлежащего обществу исключительных прав, с учетом изложенного арбитражный суд считает, что отсутствие в Государственном реестре товарных знаков сведений о регистрации спорного договора, не препятствует использованию предпринимателем спорного товарного знака. Как не препятствует использованию предпринимателем и поименованных в пункте 2.3 спорного договора входящих в состав комплекса исключительных прав общества.

В пунктах 3 и 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что с момента возникновения соответствующего основания для государственной регистрации права стороны такой сделки не вправе в отношениях между собой недобросовестно ссылаться на отсутствие в государственном реестре записи об этом праве.

Сделанное же в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Из статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что задачами судопроизводства в арбитражных судах являются защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также укрепление законности и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

На основании пункта 1 статьи 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

В соответствии с пунктом 4 статьи 23 ГК РФ гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований пункта 1 данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в постановлении от 27.12.2012 № 34-П, отсутствие государственной регистрации гражданина в качестве индивидуального предпринимателя само по себе не означает, что деятельность гражданина не может быть квалифицирована в качестве предпринимательской, если по своей сути она фактически является таковой.

Согласно статье 23 ГК РФ (пункт 3) к предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица, применяются правила Кодекса, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов или существа правоотношения.

Из положений абзаца третьего пункта 1 статьи 2 ГК РФ следует, что лицо, являясь хозяйствующим субъектом и действуя в рамках предпринимательской деятельности, осуществляемой им на свой риск, должно проявлять достаточную осмотрительность в делах и разумность при заключении сделок.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.06.2007 № 366-О-П судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Соответственно, и позиция ИП ФИО1 относительно ничтожности договоров в силу обстоятельств их заключения в момент отсутствия у нее статуса предпринимателя несостоятельна, в том числе и в силу того, что позднее согласно условиям предварительного договора ФИО1 зарегистрирована в таком статусе, непосредственно приступила к исполнению договоров и осуществляла предпринимательскую деятельность, что подтверждается материалами дела.

В частности, товарной накладной от 18.12.2018 № 205 подтверждается получение от общества предпринимателем в рамках предварительного договора учебного материала и мебели. Фактическая деятельность подтверждается и показаниями свидетелей ФИО6 и ФИО7. Предприниматель сама не отрицает пользование знаком "Startum" на английском языке (страница 2 ходатайства об исключении недопустимого доказательства из дела № А65-3616/2020).

Регистрация же товарного знака (знака обслуживания) "СТАРТУМ центр обучения детей" подтверждается свидетельством № 695559 (заявка № 2017743865, приоритет товарного знака 20.10.2017, зарегистрировано в Государственной реестре товарных знаков и знаком обслуживания Российской Федерации 01.02.2019, срок действия регистрации истекает 20.10.2017).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3 статьи 166 названного Кодекса).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 2 той же статьи сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 101 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

С учетом изложенного предъявление иска за пределами срока исковой давности, о применении которого было заявлено ответчиком, являлось самостоятельным основанием для отказа в иске.

При этом арбитражный суд отклоняет довод общества о том, что срок исковой давности начал течь с момента, когда истец узнал о нарушении своих прав, то есть с момента поступления в его адрес претензии, как основанный на неверном толковании норм статьи 181 ГК РФ. Указанное также относится и к позиции предпринимателя в части исчисления срока исковой давности с 30.04.2019, со дня следующего за днем предполагаемой государственной регистрации. Более того, до указанного момента стороны, которые фактически приступили к исполнению договоров, могли предпринять действия по его государственной регистрации, а в случае уклонения одной из сторон от совершения таких действий, его контрагент вправе был принять меры по его понуждению к соответствующим действиям в судебном порядке.

Учитывая фактическое исполнение договоров с даты первой оплаты (21.09.2018) оснований для применения срока исковой давности по заявлению общества судом не усматривается (дата подачи иска ИП ФИО1 – 10.02.2020).

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполняемой работе или предоставляемой услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Исходя из указанной нормы в случае признания сделки ничтожной общество должно было бы возвратить перечисленные ему предпринимателем денежные средства, а предприниматель, получивший доступ к коммерческой информации и технологиям правообладателя, - возместить стоимость пользования ими. Поэтому только в случае представления доказательств, что стоимость возмещения со стороны пользователя больше размера полученных правообладателем средств, у последнего могла возникнуть обязанность возвратить неосновательное обогащение в соответствии со статьями 1102 и 1103 ГК РФ.

В качестве последствий ничтожности оспариваемых сделок предприниматель указывала на необходимость возвратить перечисленные обществу денежные средства.

Так, согласно платежным документам от 21.09.2018 № 63665 на сумму 250 000 руб., от 27.09.2018 № 4122 на сумму 250 000 руб., от 31.10.2018 № 20422 на сумму 120 000 руб., от 13.11.2018 № 61231 на сумму 92 000 руб., от 21.11.2018 № 38269 на сумму 300 000 руб., от 22.11.2018 № 9480 на сумму 147 550 руб., от 06.12.2018 № 13466 на сумму 120 550 руб. предприниматель перечислила ФИО2 денежные средства в общем размере 1 280 100 руб., который является учредителем ООО "Миловидов". Переводы совершались ФИО2 на счет № 40817810008250009248 открытый в АО "Альфа-Банк" через сервис "Альфа-Мобайл" по номеру телефона <***>, привязанному к счету.

ООО "Миловидов" не оспаривался факт, что указанные платежи производились в счет исполнения взятых на себя обязательств по оспариваемым договорам, поскольку впоследствии внесены на расчетный счет общества. Указанные обстоятельства ООО "Миловидов" подтверждает представленными в материалами дела квитанциями к приходным кассовым ордерам от 21.09.2018 № 4 на сумму 250 000 руб., от 27.09.2018 № 5 на сумму 250 000 руб., от 31.10.2018 № 7 на сумму 120 000 руб., от 13.11.2018 № 8 на сумму 92 0000 руб., от 21.11.2018 № 9 на сумму 300 000 руб., от 22.11.2018 № 10 на сумму 147 550 руб., от 06.12.2018 № 11 на сумму 120 550 руб. и заявлениями о приеме денежных средств от 21.09.2018, 27.09.2018, 31.10.2018, 13.11.2018, 21.11.2018, 22.11.2018, 06.12.2018.

В порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предприниматель сделал заявление о фальсификации представленных обществом квитанций к приходным кассовым ордерам, указав, что их давность изготовления с большой вероятностью не соответствует дате их составления.

В соответствии с положениями статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Предпринимателю разъяснены уголовно-правовые последствия такого заявления.

Общество возражало, указало на невозможность представления подлинных ордеров для проверки давности их изготовления.

Заявление о фальсификации имеет своим предметом не опровержение достоверности, а создание условий для исключения доказательства из дела ранее, чем его содержание станет предметом проверки со стороны суда на предмет достоверности. Достоверность устанавливается на основе свободной оценки доказательств (суд свободен решить, достойно ли доказательство быть положенным в основу вывода суда о существовании искомого обстоятельства, вызывает ли оно у суда необходимую степень доверия).

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце 4 пункта 2 мотивировочной части определения от 22.03.2012 № 560-О-О указал, что закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности.

В рассматриваемом случае, с учетом позиции общества и непредставления подлинных ордеров, арбитражный суд находит позицию предпринимателя обоснованной. Однако указанное не изменяет обстоятельства исполнения сторонами договоров в части перечисления денежных средств, а соответственно фактического их исполнения в указанной части, что исключает их ничтожность при наличии встречного исполнения со стороны общества по фактическому предоставлению комплекса исключительных прав.

Принимая во внимание вышеизложенное, арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований предпринимателя к ООО "Миловидов", ИП ФИО2 и ООО "РОМАКС ЮНИОН" о признании договоров ничтожными и применении последствий их ничтожности.

Исковые требования ООО "Миловидов" к ИП ФИО1 также не подлежат удовлетворению.

В соответствии с пунктом 4.3.8 договора пользователь обязан вести учет деятельности образовательного центра "Стартум" в электронной системе ведения клиентов (CRM-системы) - "АМО CRM". В случае выявления занесения недостоверности информации в электронную систему ведения клиентов, (CRM-системы), пользователь выплачивает правообладателю неустойку в размере 100 000 руб. (сто тысяч) рублей за каждый выявленный факт.

В качестве доказательств таких нарушений, вменяемых предпринимателю согласно пункту 4.3.8 договора обществом представлена таблица с указанием "Заключенные договоры ИП Косенко" (выписку из СРМ системы), персональные данные граждан, которая отражает фактические осуществление предпринимательском деятельности предпринимателя в рамках договора коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42. Данная электронная система позволяет определить количество и объем предоставляемых услуг, номер заключенного договора, контактные данные родителей детей.

Вместе с тем, неустойка является способом возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств, но при этом не является средством для получения кредитором необоснованной выгоды, а применение такой меры ответственности носит компенсационно-превентивный, а не карательный характер. Никаких негативных последствий для общества допущенное якобы предпринимателем нарушение за собой не повлекло. Доказательств обратного обществом не представлено. Обществом необоснованно должным образом какие именно нарушения повлекли за собой фактическое начисление неустойки в заявленном размере с учетом положений пункта 4.3.8 договора.

Судом не установлено и обстоятельств, являющихся основанием для начисления неустойки в порядке пункта 10.2 договора коммерческой концессии от 12.02.2019 № 42.

Иные доводы и возражения сторон не нашли своего подтверждения и признаны судом несостоятельными.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 102, 110, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "Миловидов" (ОГРН <***>, ИНН <***>), Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 318169000091714, ИНН <***>) и Обществу с ограниченной ответственностью "РОМАКС ЮНИОН" (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Отказать в удовлетворении исковых требований Общества с ограниченной ответственностью "Миловидов" (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Миловидов" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 13 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд путем направления апелляционной жалобы через Арбитражный суд Республики Татарстан.


Судья Г.Р. Хисамова