Постановление от 2 апреля 2025 г. по делу № А63-22100/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-22100/2022
г. Краснодар
03 апреля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 03 апреля 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Воловик Л.Н., судей Гиданкиной А.В. и Черных Л.А., при участии в судебном заседании, от заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Блеск» – ФИО1 (доверенность от 01.03.2023), в отсутствие заявителя – общества с ограниченной ответственностью «СМДС ПМК», заинтересованного лица – Управления Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Блеск» на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2024 по делу № А63-22100/2022, установил следующее.

ООО «Блеск» (далее – общество) и ООО «СМДС ПМК» (далее – компания) обратились в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю (далее – управление) о признании недействительным решения от 14.12.2022 по делу № 026/01/11-451/2022, которым в действиях общества и компании установлено нарушение пункта 2 части 1 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции).

Решением от 25.05.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 16.10.2023, суд удовлетворил требования общества и компании, признал решение управления недействительным. Судебные акты мотивированы отсутствием между обществом и компанией картельного соглашения.

Постановлением от 04.04.2024 Арбитражный суд Северо-Кавказского округа отменил решение от 25.05.2023 и постановление апелляционной инстанции от 16.10.2023, дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении от общества поступило заявление о признании незаконным и отмене постановления от 06.06.2023 о наложении штрафа по делу об административном правонарушении № 026/04/14.32-921/2023 на основании части 2 статьи 14.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – Кодекс). Делу присвоен номер А63-11343/2023. Определением суда от 30.05.2024

дела № А63-11343/2023 и № А63-22100/2022 объединены в одно производство с присвоением объединенному делу № А63-22100/2022.

К участию в деле в порядке части 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечен прокурор Ставропольского края (далее – прокурор).

Решением от 13.08.2024 суд удовлетворил требования общества и компании, признал недействительным решение управления, а также признал незаконным и отменил постановление административного органа. Решение суда мотивировано отсутствием в действиях общества и компании антиконкурентного соглашения, отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.32 Кодекса.

Постановлением апелляционной инстанции от 29.11.2024 суд отменил решение от 13.08.2024, в удовлетворении заявленных требований отказал. Постановление апелляционной инстанции мотивировано заключением обществом и компанией антиконкурентного соглашения, реализация которого привела к созданию преимущественных условий для общества, выразившихся в заключении муниципальных контрактов с минимальным понижением цены; наличием в действиях общества и компании состава административного правонарушения.

В кассационной жалобе общество просит отменить постановление апелляционной инстанции, решение суда оставить в силе. По мнению подателя жалобы, суд апелляционной инстанции недостаточно исследовал фактические обстоятельства, имеющие значение для принятия законного судебного акта и не оценил приведенные заявителем доводы об отсутствии в действиях хозяйствующих субъектов антиконкурентного соглашения. Заявитель полагает, что представленные в материалы проверки доказательства не содержат какой-либо информации, подтверждающей наличие сговора между обществом и ООО «СМДС ПМК». Поведение общества и компании на торгах не выходило за рамки добросовестности участников гражданского оборота,

презумпция которой гарантируется и может быть опровергнута антимонопольным органом лишь на основании необходимой и достаточной совокупности доказательств.

В отзывах на кассационную жалобу управление и прокурор просят оставить постановление апелляционной инстанции без изменения, полагая, что оно принято в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела. По мнению управления и прокурора, материалами дела подтверждается заключение антиконкурентного соглашения между участвующими в деле хозяйствующими субъектами, выразившееся в отказе от конкуренции друг с другом при участии в закупках с целью заключения контрактов с минимальным снижением от начальной цены, или без снижения НМЦК, с последующим разделением электронные аукционы между собой по ранее оговоренным условиям. Материалы, представленные следователем, подлежат оценке наряду с другими, в том числе, косвенными доказательствами в их совокупности и взаимосвязи. Картельный сговор подтвержден материалами оперативно-розыскной деятельности, которые исследованы комиссией управления и положены в основу её решения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзывов, выслушав представителя общества, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в управление поступило поручение следователя следственной части Следственного управления УМВД России по г. Ставрополю от 13.08.2021 № 05/7514 о проведении анализа действий общества и компании при совместном участии в закупочных процедурах на предмет наличия признаков нарушения антимонопольного законодательства.

15 ноября 2021 года управление в ответе № СН/02-71-ДСП/2021 сообщило о наличии признаков нарушения пункта 2 части 1 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее также – Закон № 135-ФЗ) при проведении закупок № 0121300003220000070 и № 0121200004720000746.

В ответ на обращение от 04.03.2022 № СН/02-2246/2022 следователь следственной части Следственного управления УМВД России по г. Ставрополю письмом от 14.03.2022 № 1646 дал разрешение на использование материалов уголовного дела № 12201070070440045 для возбуждения и рассмотрения дела по признакам нарушения пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

Указанные обстоятельства послужили основанием для возбуждения управлением дела о нарушении антимонопольного законодательства. Управление установило, что

11 июня 2020 года опубликовано извещение о проведении закупочной процедуры № 0121200004720000746 «Выполнение работ по реконструкции автомобильной дороги «станица Григорополисская – совхоз Темижбекский» (ПК 14+450-ПК17+450), находящейся в собственности Новоалександровского городского округа Ставропольского края» в состав хозяйствующих субъектов вошли общество и компания, 23.06.2020 в ходе проведения торговой процедуры поступило единственное ценовое предложение от компании о снижении начальной цены на 0,5%. По результатам закупки согласно протоколу подведения итогов аукциона от 26.06.2020 № 698-ЭА победителем признана компания, 07.07.2020 между заказчиком и компанией заключен муниципальный контракт № 100/20-ЭА. 4 июля 2020 года между компанией и ПК «Асфальт» заключен договор субподряда № 24/07/01, согласно которому ПК «Асфальт» в качестве субподрядчика принимает на себя обязательства выполнения работ по реконструкции автомобильной дороги «станица Григорополисская – совхоз Темижбекский» (ПК 14+45 0-ПК17+450), находящейся в собственности Новоалександровского городского округа Ставропольского края.

11 июня 2020 года администрацией г. Невинномысска (заказчик) опубликовано извещение о проведении электронного аукциона № 0121300003220000070 «Обеспечение дорожной деятельности в рамках реализации национального проекта «Безопасные и качественные автомобильные дороги», для участия в данной закупке была подана единственная заявка общества, победителем признано общество, 03.07.2020 между заказчиком и обществом заключен муниципальный контракт № 53.

27 августа 2020 года опубликовано извещение о проведении электронного аукциона № 0121200004720001015 «Выполнение работ по ремонту участка автомобильной дороги общего пользования регионального или межмуниципального значения и сооружений на ней Новоалександровск – ФИО2 (в границах Ставропольского края), км 10+000 – км 21+800», по итогам конкурентной борьбы с пятью участниками (компания в данном аукционе участия не принимала) победителем признано общество. Снижение начальной цены составило 15, 50%. По итогам аукциона заключен государственный контракт от 02.10.2020 № МДХ/20/рд-14.

16 октября 2020 года общество и компания заключили договор субподряда

№ МДХ/20/рд-14/1, согласно которому компания в качестве субподрядчика принимает на себя обязательства выполнения работ по ремонту участка автомобильной дороги общего пользования регионального или межмуниципального значения и сооружений на ней Новоалександровск – ФИО2 (в границах Ставропольского края), км 10+000 – км 16+000. 26 ноября 2020 года к договору субподряда от 16.10.2020 № МДХ/20/рд-14/1

заключено дополнительное соглашение № 1, согласно которому цена договора увеличена до 59 379 345 рублей 18 копеек (больше половины объема работ передано ООО «СМДС ПМК»).

На основании указанных обстоятельств, а также распечатки телефонных переговоров директора компании ФИО3 и заместителя генерального директора общества ФИО4, их переговоров с иными лицами, управление пришло к выводу о том, что имели место контакты между потенциальными участниками закупок, а именно разделение муниципальных контрактов между собой; общество и компания достигли и реализовали между собой соглашение об отказе от конкуренции при проведении электронных аукционов № 0121300003220000070 и № 0121200004720000746, направленное на заключение контрактов с минимальным снижением начальной цены. По результатам проверки управление приняло решение о наличии в действиях общества и компании нарушения пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, выразившегося в заключении и реализации антиконкурентного сговора при участии в закупочных процедурах.

Не согласившись с решением управления, общество и компания обратились в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным, а при новом рассмотрении общество заявило о признании незаконным и отмене постановления управления о привлечении общества к административной ответственности по части 2 статьи 14.32 Кодекса.

При новом рассмотрении дела, суд первой инстанции, удовлетворив заявленные требования общества, исходил из того, что управление при вынесении решения руководствовалось материалами уголовного дела, которые являлись предметом проверки следственными органами, и не подтверждают наличие сговора между заявителями; приведенные управлением факты ни каждый в отдельности, ни в их совокупности не подтверждают в достаточной степени то обстоятельство, что в данном случае достигнутый обществом и компанией результат торгов соответствовал интересам каждого участника аукциона в виде заключения государственных контрактов на наиболее выгодных для себя условиях, явился следствием согласованных действий общества с заказчиком и иными участниками, а поведение заявителей на торгах не обусловлено наличием объективных причин. Установив отсутствие в действиях общества и компании антиконкурентного соглашения и, соответственно, объективной стороны вмененного управлением соглашения, суд первой инстанции пришел выводу об отсутствии в действиях общества состава административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 2 статьи 14.32 Кодекса.

Повторно рассмотрев дело в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции установил фактические обстоятельства по делу, исследовал и оценил представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и, руководствуясь статьями 11, 45.1, пунктом 1 части 1 статьи 49 Закона № 135-ФЗ, Кодексом, пунктом 22 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.06.2023 № А45-28299/2020, разъяснением Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 14 постановления от 31.10.1995 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Запрет на ограничивающие конкуренцию соглашения хозяйствующих субъектом установлен в статье 11 Закона № 135-ФЗ.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» (далее также – постановление № 2), с учетом положений пункта 18 статьи 4 Закона № 135-ФЗ соглашением хозяйствующих субъектов могут быть признаны любые договоренности между ними в отношении поведения на рынке, в том числе как оформленные письменно (например, договоры, решения объединений хозяйствующих субъектов, протоколы) так и не получившие письменного оформления, но нашедшие отражение в определенном поведении. Факт наличия соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок.

Наличие соглашения может быть установлено исходя из того, что несколько хозяйствующих субъектов намеренно следовали общему плану поведения (преследовали

единую противоправную цель), позволяющему извлечь выгоду из недопущения (ограничения, устранения) конкуренции на товарном рынке.

Под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке (пункт 7 статьи 4

Закона № 135-ФЗ).

При возникновении спора о наличии соглашения, запрещенного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ, судам следует давать оценку совокупности доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между действиями участников торгов и повышением, снижением или поддержанием цен на торгах.

Факт наличия антиконкурентного соглашения может быть доказан, в том числе с использованием в совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов (пункт 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной форме, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016). При этом само по себе ограничение конкуренции в случае наступления либо возможности наступления негативных последствий предполагается и не требует доказывания.

Достаточность доказательств в каждом конкретном случае должна определяться индивидуально на основе оценки всей совокупности факторов.

Для квалификации действий хозяйствующих субъектов как противоправных применительно к пункту 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции необходимо установление антимонопольным органом таких фактов, как намеренное поведение каждого хозяйствующего субъекта определенным образом для достижения заранее оговоренной участниками торгов (аукционов) цели, причинно-следственная связь между действиями участников аукциона и поддержания цены на торгах, соответствие результата действий интересам каждого хозяйствующего субъекта и, одновременно, их заведомая осведомленность о будущих действиях друг друга, а также взаимная обусловленность действий участников аукциона при отсутствии внешних обстоятельств, спровоцировавших синхронное поведение участников рынка. Соглашение в устной или письменной форме предполагает наличие договоренности между участниками рынка, которая может переходить в конкретные согласованные действия.

Таким образом, квалифицирующее значение для доказывания вмененного антимонопольным органом нарушения антимонопольного законодательства имеет

совершение хозяйствующими субъектами отвечающих интересам каждого и заранее известных каждому противоправных согласованных действий на одном товарном рынке относительно синхронно и единообразно при отсутствии к тому объективных причин. Доказывание наличия фактической реализации антиконкурентного соглашения между хозяйствующими субъектами осуществляется на основании анализа их поведения в рамках предпринимательской деятельности, с учетом принципов разумности и обоснованности.

В соответствии с положениями части 1 статьи 45.1 Закона о защите конкуренции под доказательствами по делу о нарушении антимонопольного законодательства понимаются сведения о фактах, которые получены в установленном этим законом порядке и на основании которых комиссия антимонопольного органа устанавливает наличие либо отсутствие нарушения антимонопольного законодательства, обоснованность доводов лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для полного и всестороннего рассмотрения дела.

При возникновении спора о наличии соглашения, запрещенного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, следует давать оценку совокупности доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между действиями участников торгов и повышением, снижением или поддержанием цен на торгах. В том числе необходимо принимать во внимание имеются ли в поведении нескольких участников торгов признаки осуществления единой стратегии; способно ли применение этой стратегии повлечь извлечение выгоды из картеля его участниками.

Соглашение в устной или письменной форме предполагает наличие договоренности между участниками рынка, которая может переходить в конкретные оговоренные действия.

Факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности, фактического поведения хозяйствующих субъектов (пункт 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016).

Кроме того, для констатации антиконкурентного соглашения необходимо проанализировать ряд косвенных доказательств, сопоставив каждое из них с другими и не обременяя процесс доказывания обязательным поиском хотя бы одного прямого

доказательства. По итогам доказывания совокупность косвенных признаков соглашения и (или) согласованных действий (при отсутствии доказательств обратного) может сыграть решающую роль.

Таким образом, федеральный законодатель в рамках своей дискреции придает особое значение торгам как специфическому способу совершения сделки посредством проведения конкурса или аукциона, конститутивным элементом которого служит состязательность, конкурентная борьба, а целью торгов как юридической процедуры является выявление претендента на заключение договора, который способен предложить наиболее приемлемую – высокую или низкую – цену (при проведении аукциона) или лучшие условия договора (при проведении конкурса) и тем самым наиболее полно удовлетворить интересы как организатора и (или) заказчика торгов, так и победителя, а в некоторых случаях и третьих лиц.

Доказывание наличия и фактической реализации антиконкурентного соглашения между хозяйствующими субъектами осуществляется на основании всестороннего изучения и оценки всех обстоятельств дела, а также всей совокупности доказательств, в том числе переписки, результатов проверок, анализа поведения участников в рамках предпринимательской деятельности, с учетом принципов разумности и обоснованности.

Доказательствами по делу о нарушении антимонопольного законодательства могут служить и полученные в установленном законом порядке доказательства по уголовным делам, переданные в антимонопольный орган (с учетом положений статьи 161 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). При этом необходимо иметь в виду, что материалы (копии материалов) уголовных дел могут использоваться в качестве доказательств по делам о картелях вне зависимости от наличия или отсутствия приговора по уголовному делу, поскольку в рамках производства по антимонопольному делу устанавливается факт наличия или отсутствия нарушения антимонопольного законодательства, а не факт совершения преступления или виновность/невиновность лица в совершении преступления.

Оспариваемым решением управление вменило заявителям устное соглашение, наличие которого мотивировало доказательствами фактического поведения заявителей при участии в двух аукционах ( № 0121200004720000746, № 0121200004720001015), а именно: 1) наличием возможности у заявителей исполнить контракт по итогам каждого аукциона, в котором они принимали участие; 2) пассивными действиями заявителей при обоюдном участии в спорных аукционах при отказе от конкурентной борьбы и подаче только одного ценового предложения; 3) фактом наличия переговоров о поведении на торгах и последующем разделе товарного рынка между сотрудниками общества и

компании с телефонов, принадлежащих заявителям; 4) заключением договора субподряда между хозяйствующими субъектами.

Суд апелляционной инстанции установил, что в данном случае картельный сговор подтвержден материалами оперативно-розыскной деятельности, которые исследованы Комиссией антимонопольного органа и положены в основу принятого ею решения. Суд апелляционной инстанции указал, что имеющаяся аудиозапись телефонных переговоров, подтверждает наличие контактов между компанией – в лице ФИО3 и заместителем генерального директора общества (ФИО4), которые в период проведения закупочных процедур обсуждали вопросы проведения закупок, определяли шаги снижения цены, обменивались информацией об участниках закупки; заявители достигли и реализовали между собой соглашение об отказе от конкуренции друг с другом при проведении электронных аукционов № 0121300003220000070 и

№ 0121200004720000746, направленное на заключение муниципальных контрактов с минимальным снижением от начальной цены; в ходе проведенных аукционов интересы участников сговора удовлетворены, так как контракты заключены с минимальным снижением, что позволяет сделать вывод о антиконкурентном соглашении между данными хозяйствующими субъектами; конкурентные отношения, которые подразумевают ценовую состязательность и конкурентную борьбу между участниками указанных закупок, направленную на снижение цены контракта, заменены сознательным объединением действий до начала торгов, приведшие к заключению муниципальных контрактов с минимальным понижением цены; заявители, являясь конкурентами при проведении электронных аукционов № 0121300003220000070 и № 0121200004720000746, заранее согласовали своё поведение при проведении указанных аукционов, что в свою очередь позволило каждому из них выиграть «свой» аукцион с минимальным снижением начальной (максимальной) цены контракта до 0,5%.

Суд апелляционной инстанции установил, что переговоры между сотрудниками общества и компании велись по номерам телефонов, принадлежащих заявителям соответственно, при этом ни общество, ни компания не представили доказательства выбытия из их правообладания спорных телефонных номеров. Заявители использовали номера телефонов: <***> (ФИО4, заместитель генерального директора ООО «Блеск»; +76240-31-26 (ФИО3, директор ООО «СМДС ПМК»; +7962-999-76-70 (Гамлет (Мхоян Гамлет Жирикович, бенефициар дорожных компаний ООО «Блеск», ООО «Автобан», ПСК «Георгиевскдорстрой», ПК «Асфальт» и др.);+7918-759-22-09 – Люба (ФИО6, сотрудник закупочной службы ООО «Блеск»); +7961-457-90-00 – Саша (ФИО7

Жирайрович, финансовый директор ООО «Блеск»), согласно ответам ПАО «ВымпелКом» абонентский номер <***> принадлежит ООО «Блеск» (договор от 15/05/01

№ 144849222): абонентский номер <***> принадлежит ООО «СМДС ПМК» (договор от 02.02.2017 № 191771674); номера телефонов предназначены для использования сотрудниками ООО «Блеск» ((962)440-95-67) и ООО «СМДС ПМК»

(<***>). Документально данное обстоятельство общество и компания не опровергли.

Суд апелляционной инстанции указал, что согласно записям телефонных переговоров, абоненты не представлялись друг другу, как это происходит при деловом общении; переговоры имели место между знакомыми друг другу людьми, понимающими содержание и смысл переговоров в отношении действий и событий, участниками которых, как следует из совокупности обстоятельств, являлись ООО «Блеск» и

ООО «СМДС ПМК», что является косвенным доказательством и должно оцениваться в совокупности с иными доказательствами по делу (пункт 24 постановления № 2). Суд апелляционной инстанции указал, что доводы о ведении переговоров, по принадлежащим обществу и компании номерам телефонов «случайными лицами» не нашли своего подтверждения и опровергаются установленными по делу обстоятельствами.

Установив указанные обстоятельства, проанализировав распечатки телефонных переговоров, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что общество и компания достигли и реализовали между собой соглашение об отказе от конкуренции друг и другом при проведении электронных аукционов № 0121300003220000070 и № 0121200004720000746, направленное на заключение муниципальных контрактов с минимальным снижением от начальной цены; в ходе проведенных аукционов интересы участников сговора были удовлетворены, так как контракты заключены с минимальным снижением, что свидетельствует об антиконкурентном соглашении между данными хозяйствующими субъектами; конкурентные отношения, которые подразумевают ценовую состязательность и конкурентную борьбу между участниками указанных закупок, направленную на снижение цены контракта, заменены сознательным объединением действий до начала торгов, приведшие к заключению муниципальных контрактов с минимальным снижением цен, тогда как целью проведения аукционов на право заключения государственных и муниципальных контрактов на поставки товаров (работ, услуг) является экономия бюджетных средств; действия общества и компании, отказавшихся от соперничества, противоречат Федеральному закону от 05.04.2013 № 44 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Суд апелляционной инстанции указал, что представленные в материалы данного дела доказательства, в том числе в их совокупности, свидетельствуют о том, что

ООО «Блеск» и ООО «СМДС ПМК» отказывались от участия в конкурентной борьбе при участии в торгах имитируя конкурентные отношения между потенциальными поставщиками при участии в аукционах. Представленные в материалы дела доказательства в совокупности подтверждают, что реализация данного соглашения выразилась не только в обеспечении победы в торгах при минимальном снижении начальной максимальной цены, но и в фактическом разделе товарного рынка по составу продавцов. Заявителям вменялось не только заключение, но реализация соглашения, в связи с чем, выявленный картель является длящимся нарушением.

Суд апелляционной инстанции не принял вывод суда первой инстанции об отсутствии в действиях общества и компании нарушений антимонопольного законодательства, указав, что в нарушение пункта 24 постановления № 2, суд первой инстанции оценил представленные управлением доказательства каждое в отдельности, признав каждое из них не подтверждающим наличие картельного соглашения, не изучив доводы управления в совокупности с материалами уголовного дела

№ 12201070070440045; выводы суда первой инстанции не опровергают вывод управления, сделанный на основании совокупной оценки собранных по делу доказательств, свидетельствующих о том, что общество и компания отказывались от участия в конкурентной борьбе при участии в торгах, имитируя конкурентные отношения между потенциальными поставщиками при участии в названных торгах.

Суд апелляционной инстанции оценил представленные в материалы дела доказательства и доводы участвующих в деле лиц, в том числе, в их совокупности и, установив, что заявителями велись переговоры и были достигнуты скоординированные договоренности в интересах общества и компании для участиях в торгах; переговоры велись не посторонними лицами, а работниками ООО «Блеск» и

ООО «СМДС ПМК»; из характера и смысла отдельных фраз и в целом всех телефонных переговоров усматривается интерес заявителей и направленность переговоров на удовлетворение этого интереса; наличие взаимосвязи содержания переговоров с предшествующими и последующими событиями (обстоятельствами дела), имеющими отношение к интересам общества и компании на участие в торгах, и достижение обусловленного названными переговорами результата, пришел к выводу о том, что управлением представлены допустимые, достоверные доказательства, достаточные для признания участвующих в деле хозяйствующих субъектов, нарушившими пункт 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ; оспариваемое заявителями решение управления не

противоречит нормам действующего законодательства, права и законные интересы общества и компании указанным решением не нарушены, что является одним из двух обязательных условий при подаче заявлений в рамках главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из оспариваемого постановления от 06.06.2023 по делу об административном правонарушении № 026/04/14.32-921/2023 следует, что общество признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.32 Кодекса. Нарушение выразилось в заключении и реализации антиконкурентного соглашения при участии в аукционах в электронной форме № 0121300003220000070 и № 0121200004720000746, направленного на отказ от конкуренции по отношению друг с другом, с целью поддержания цен на торгах, обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 50 326 560 рублей.

Частью 2 статьи 14.32 Кодекса предусмотрена административная ответственность за заключение хозяйствующим субъектом недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения, если такое соглашение приводит или может привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах, либо заключение недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения между организаторами торгов и (или) заказчиками с участниками этих торгов, если такое соглашение имеет своей целью либо приводит или может привести к ограничению конкуренции и (или) созданию преимущественных условий для каких-либо участников, либо участие в них.

Нарушением пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции признаются действия участников конкретных закупочных процедур, выраженные в сознательном отказе от конкуренции друг с другом с целью заключения контракта с минимальным снижением одним из участников.

Сославшись на правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 05.02.2007 № 2-П, от 21.12.2011), Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (постановление от 20.112012

№ 2013/12), суд апелляционной инстанции указал, что при разрешении настоящего спора оспариваемым решением управления по данному делу подтвержден факт заключения ООО «Блеск» и ООО «СМДС ПМК» устного антиконкурентного соглашения, реализация которого привела к созданию преимущественных условий для ООО «Блеск, выразившихся в заключении муниципальных контрактов с минимальным понижением цены; их участие в электронных аукционах в качестве формальных конкурентов, намеренное поведение каждого общества на торгах с целью достижения определенной

цели (поддержания максимально высокой цены на торгах), их заведомая осведомленность о будущих действиях друг друга, свидетельствует о заключении и реализации между ними антиконкурентного соглашения, не подлежит повторному доказыванию.

Приняв во внимание, что ООО «Блеск» не представило доказательства, подтверждающие принятие им всех зависящих от него мер по соблюдению требований антимонопольного законодательства, а также невозможности их выполнения в силу чрезвычайных событий и обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии в действиях общества состава административного правонарушения, ответственность за совершение которого установлена частью 2 статьи 14.32 Кодекса. При этом суд апелляционной инстанции не установил оснований для применения статей 2.9, 4.1.1 Кодекса.

Суд апелляционной инстанции проверил расчет назначенного обществу размера штрафа и признал его правильным, установив, что административное наказание в виде назначенного обществу штрафа соответствует минимальному размеру наказания, предусмотренному санкцией части 2 статьи 14.32 Кодекса; штраф рассчитан в соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 3.5 Кодекса и не превышает одной двадцать пятой совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг), При этом суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для снижения штрафа, указав, что значительный размер штрафа за административное правонарушение по части 2 статьи 14.32 Кодекса сам по себе не является достаточным основанием для его снижения, при этом общество не представило доказательства, а суд не установил обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для признания назначенного штрафа несоразмерным характеру совершенного правонарушения. Доказательства обратного общество не представило.

Доводы кассационной жалобы выводы суда апелляционной инстанции не опровергают, по существу сводятся к несогласию ее подателя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и судебной оценкой доказательств. Переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в арбитражном суде кассационной инстанции».

Нормы материального права применены судом апелляционной инстанции правильно. Нарушения норм процессуального права, влекущие отмену (изменение) постановления апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2024 по делу № А63-22100/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Л.Н. Воловик Председательствующий Л.Н. Воловик

Судьи А.В. Гиданкина

Л.А. Черных