Постановление от 31 июля 2023 г. по делу № А40-36209/2021

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

31.07.2023

Дело № А40-36209/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 31 июля 2023 года


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Голобородько В.Я.

судей Коротковой Е.Н., Каменецкого Д.В.

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Центурион» : ФИО1 по дов. от 06.12.2022

ФИО2 лично, паспорт

От ФИО3: ФИО4 по дов. от 13.06.2023

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Центурион» ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы от 28.02.2023

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023

по заявлению ООО «ТСК «Моэнерго» о взыскании с ответчика ФИО6 в пользу должника убытков в размере 99 001 824 руб.,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Центурион»

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд города Москвы 20.02.2021 поступило заявление АО «Мосэнергосбыт» о признании ООО «ЦЕНТУРИОН» несостоятельным (банкротом); определением от 05.03.2021 принято заявление кредитора и возбуждено производство по делу № А40-36209/21-123-105Б.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2021 ООО «ЦЕНТУРИОН» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО7, ИНН <***>, члена Ассоциации МСО ПАУ.

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете "КоммерсантЪ" от 13.11.2021.

В Арбитражный суд города Москвы 19.04.2022 поступило заявление ООО "ТСК МОСЭНЕРГО" о взыскании убытков.

В Арбитражный суд города Москвы посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно- телекоммуникационной сети Интернет, 15.08.2022 поступило заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков ответчиков ФИО2, ФИО6, ФИО3?

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2022 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявление ООО "ТСК МОСЭНЕРГО" о взыскании убытков с ответчика - ФИО6 и заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с контролирующих должника лиц ответчики - ФИО2, ФИО6, ФИО3.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.02.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023, взыскано с ответчика ФИО6 в пользу должника ООО «ЦЕНТУРИОН» убытки в размере 99 001, 824 руб., в удовлетворении остальной части отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Центурион» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить в части отказа во взыскании в пользу ООО «Центурион» убытков с ФИО2 и ФИО3 и принять в указанной части новый судебный акт, которым взыскать в пользу ООО «Центурион» убытки с:

- с ФИО2, ФИО6 и ФИО3, солидарно, в размере 71 859 864 руб.;

- с ФИО6 и ФИО3, солидарно, в размере 27 141 960 руб.

Заявитель кассационной жалобы ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что, несмотря на прекращение ФИО2 своих полномочий в качестве руководителя должника, она не утратила доступ к расчетному счету общества, с которого были необоснованно расходованы денежные средства, что послужило основанием для обращения в суд с заявлением о взыскании убытков; конкурсным управляющим в материалы дела были представлены достаточные доказательства того, что бенефициарным владельцем ООО «Центурион» выступы ФИО3; суды не учли, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица, наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника, при этом, его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

До судебного заседания от ФИО3, ФИО2 поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Центурион» в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал; ФИО2 и представитель ФИО3 в отношении удовлетворения кассационной жалобы возражали.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судами, конкурсным управляющим при проведении мероприятий по поиску имущества должника было выявлено, что с расчетных счетов ООО «ЦЕНТУРИОН» в период с 10.10.2018 по 07.12.2018 были перечислены денежные средства в общем размере 62 780 984 руб., кроме того конкурсным управляющим были выявлено перечисления должником денежных средств на общую сумму 36 220 840 руб. в пользу организаций, осуществляющих оптовую торговлю транспортными средствами в период с 11.10.2018 по 28.11.2018.

По утверждению управляющего, должником было приобретено десять транспортных средств, однако данные транспортные средства на регистрационный учет за должником в подразделениях ГИБДД МВД России не ставились, конкурсному управляющему не передавались. Согласно сведениям с официального сайта ГИБДД МВД России в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (https://xn--90adear.xn-- p1ai/check/auto), транспортные средства непосредственно после приобретения были поставлены на регистрационный учет за физическими лицами, при этом согласно сведениям с официального сайта Российского Союза Автостраховщиков в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (https://dkbm-web.autoins.ru/dkbm- web-1.0/policyInfo.htm) договоры (полюса) ОСАГО оформлялись в г. Москве и Московской области, в Ростовской области, в Ставропольском крае, в Республике Татарстан, в Волгоградской и Воронежской областях. Денежные средства, полученные от физических лиц от реализации транспортных средств, на расчетные счета ООО «ЦЕНТУРИОН» не поступали.

Судом установлено, что должником были приобретены десять транспортных средств и реализованы разным физическим лицам, однако доказательств получения должником денежных средств за реализованные транспортные средства конкурсным управляющим не выявлено, кроме того, конкурсным управляющим не были выявлены договоры купли-продажи транспортных средств.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ основным видом экономической деятельности должника является управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (ОКВЭД 68.32).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ФИО2 являлась руководителем должника в период с 08.07.2015 по 24.09.2018; ФИО6 являлся руководителем с 25.09.2018 по дату открытия конкурсного производства; ФИО3 являлся участником должника в период с июня 2014 по май 2016 с 5% долей участия.

В этой связи, в условиях того, что перечисление денежных средств в расчетных счетов должника, приобретение транспортных средств и их последующая реализация были совершены в период исполнения полномочий единоличного исполнительного органа ответчиком ФИО6, в период перечисления денежных средств в расчетных счетов должника, приобретение транспортных средств и их последующая реализации у должника имелись просроченные денежные обязательства перед кредиторами на общую сумму 82 720 131, 56 руб., удовлетворяя заявление в части, суд пришел к выводу, что в период деятельности именно ответчика ФИО6, данным лицом причинены убытки должнику в заявленном размере.

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника.

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что требования о возмещении убытков, причиненных должнику его органами, предъявляются в деле о банкротстве должника.

Исходя из пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящих в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума № 62), требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно, а также нести ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 1 и 2 постановления Пленума № 62, в случае нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В силу статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом, в том числе путем возмещения убытков.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего:

- факт совершения ответчиком правонарушения;

- противоправность поведения причинителя вреда;

- наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда;

- размер убытков.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ заявитель должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с подпунктами 1 и 2 пункта 3 постановления Пленума № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный ликвидатор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица. Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией), они должны действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, поскольку несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

Также, как установлено пунктом 2, подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника), и пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, при этом арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Таким образом, основным признаком контролирующего должника лица, является наличие у такого лица фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Применительно к определению статуса контролирующего должника лица для взыскания с него убытков, причиненных совершением должником той или иной сделки, необходимо представить убедительные доказательства того, что именно это лицо давало должнику обязательное для исполнения указание о совершении этой конкретной сделки.

Имеющиеся в материалах дела доказательства, оцененные судом по правилам статей 64, 67, 68, 71 АПК РФ, в частности, подтверждающие осуществление процессуальных действий по обыску и выемки у ФИО2 в рамках уголовных дел, подтверждают, что в оцениваемый период ФИО2 с 24.09.2018 не являлась единоличным исполнительным органом должника, не имела возможности осуществлять контроль и совершать сделки, платежи от имени и за счёт должника, исключают довод заявителя апелляционной жалобы о наличии доступа к системам дистанционного банковского обслуживания для совершения операций по расчетным счетам должника (связанных лиц), материалами дела не подтверждается доказательства обстоятельств, свидетельствующих о владении (пользовании) ЭЦП, номерами телефонов ФИО2 в период совершения платежей (сделок).

Суды, отклоняя ссылки конкурсного управляющего должника на то, что именно ФИО3 осуществлял фактическое руководство должником и давал распоряжения по совершению сделок, применительно к обстоятельствам, подлежащих установлению, доказыванию в рамках настоящего обособленного спора, с учётом имеющихся доказательств и пояснений данного ответчика, оцененных судом по правилам статей 64, 67, 68, 71 АПК РФ, поскольку исходя из даты прекращения участия ООО «МЭК» в структуре должника, статуса, динамики расследования уголовных дел, принятых и реализованных в рамках данных дел в установленном порядке процессуальных решений и мер ограничений в отношении ФИО3, в частности, задержания, избрания и продления меры пресечения, отсутствия документального подтверждения нарушений данной меры, правомерного основания для вывода о наличии у ФИО3 необходимого наличия состава вменяемого правонарушения у суда первой инстанции не имелось.

Таким образом, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для взыскания убытков с ФИО3 и ФИО2

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы, подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 28.02.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 по делу № А40-36209/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья В.Я. Голобородько

Судьи: Е.Н. Короткова

Д.В. Каменецкий