Решение от 15 декабря 2023 г. по делу № А40-204148/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-204148/2023-83-1156
15 декабря 2023 г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 14 декабря 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 15 декабря 2023 г.

Арбитражный суд в составе председательствующего судьи Сорокина В.П. (шифр судьи 83-1156), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Елпаевой Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску АО "ЦКТ "МАЙ" (ИНН 5250018306) к Банк России (ИНН 7702235133) о взыскании денежных средств по договору № 59/11-20 от 16.11.2020 в размере 40 146 427,02 руб.,

по иску Банка России (ИНН <***>) к АО "ЦКТ "МАЙ" (ИНН <***>) о признании недействительным одностороннего отказа АО "ЦКТ "МАЙ" от Договора от 16.11.2020 № 59/11-20, выраженного в уведомлении от 21.11.2022 № 942, обязании АО "ЦКТ "МАЙ" исполнить обязательства по 2 этапу Договора от 16.11.2020 № 59/11-20 и передать результат работ по Акту приема - передачи выполненных работ ( оказанных услуг) по 2 этапу в двенадцатимесячный срок с даты вступления решения суда в законную силу.

при участии:

от истца – ФИО2 на основании доверенности № 2/23 от 09.01.2023, ФИО3 на основании доверенности № 40/23 от 02.10.2023,

от ответчика – ФИО4 на основании доверенности от 05.10.2023, ФИО5 на основании доверенности № ДВР23-014/59 от 11.04.2023, ФИО6 на основании доверенности № ДВР21-011/322 от 08.06.2021,

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен о взыскании неосновательного обогащения в размере 39 564 877 руб. 51 коп., процентов по статье 395 ГК РФ в размере 581 549 руб. 51 коп., с последующим начислением по дату фактического исполнения обязательства по возврату неосновательного обогащения.

К совместному рассмотрению, в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) определением от 10.11.2023 принят встречный иск ответчика о признании недействительным одностороннего отказа истца от договора № 59/11-20 от 16.11.2020, выраженного в уведомлении исх. № 942 от 21.11.2022, обязании исполнить обязательства по этапу № 2 договора и передать результат работ по акту приема - передачи выполненных работ (оказанных услуг) по этапу № 2 в двенадцатимесячный срок с даты вступления решения суда в законную силу.

Исследовав материалы дела и выслушав объяснения принявших участие в судебном заседании представителей истца и ответчика, суд констатирует, что аргументы сторон, приведены в обобщенном изложении соответствующей позиции, и при формулировании своих выводов в отношении соответствующих вопросов суд принял во внимание всю совокупность имеющихся в деле материалов и доказательств. При этом наличие ссылок на отдельные документы не означает, что иные документы и материалы не рассматривались судом при принятии настоящего решения.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64 (часть 1), 65 и 168 АПК РФ).

В соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При рассмотрении дела судом установлено, что 16.11.2020 между истцом (подрядчиком) и ответчиком (заказчиком) был заключен договор № 59/11-20, в редакции дополнительных соглашений № 1 от 18.02.2021, № 2 от 03.12.2021 и № 3 от 18.10.2022, на выполнение работ по созданию системы гарантированного энергоснабжения на объекте Банка России (модернизация существующей сети электроснабжения), ценой 66 059 069 руб. 50 коп. (пункт 2.1, календарный план работ и протокол соглашения о договорной цене – приложения № 1 и № 2 соответственно, в редакции приложений к дополнительному соглашению № 3).

К отношениям сторон по договору подлежат применению правила главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в том числе правила параграфа 3 названной главы ("Строительный подряд").

В соответствии с положениями статей 307, 702, 708, 711, 720, 740, 746 и 753 ГК РФ определено обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой, согласно статье 328 ГК РФ.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статьи 309, 310 ГК РФ).

Пунктом 1.1 договора определено, что работы выполняются в два этапа, этапы № 1 и № 2.

Суд констатирует что между сторонами отсутствуют разногласия по этапу № 1, работы выполнены подрядчиком и результат передан заказчику по акту № 1064 от 15.12.2021 о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг), оплата произведена на основании счета № 1016 от 15.12.2021, согласно платежному поручению № 122959 от 23.12.2021.

Таким образом, исходя из пунктов 1.1, в редакции условий договора, 2.1, в редакции пункта 1 дополнительного соглашения № 3 и приложений № 1 и № 2 к последнему, включая сводный расчет цены договора и сметы на проектные работы (приложения № 1 и № 1.1 к приложению № 2), сторонами согласовано выполнение работ по созданию системы гарантированного электроснабжения (СГЭ) на объекте Банка России по адресу: ул. Житная, д. 12 (модернизация существующей сети электроснабжения), ценой 66 059 069 руб. 50 коп., в сроки с 26.01.2022 по 22.12.2022.

Формой завершения работ по этапу № 2 являются: акт (формы № КС-2), справка (формы № КС-3), акт акта о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) по этапу № 2, а также документы, подтверждающие фактические транспортные расходы.

В соответствии с пунктом 3.12 договора, заказчиком подрядчику передано оборудование в монтаж, согласно перечню (приложение № 3), а именно дизель-генераторные установки (ДГУ) компании "Cummins" C825D5 в количестве 4 шт. и контейнеры в количестве 4 шт.

В то же время, до приемки оборудования в монтаж, подрядчик уведомил заказчика о необходимости проведения осмотра оборудования (исх. № 830 от 27.09.2021, исх. № 1050 от 21.12.2021, исх. № 21 от 18.01.2022 (пункт 2)), соответствующую проверку осуществить с привлечением ООО "Камминз" (официального представителя завода изготовителя генераторных установок в России и странах СНГ), определив предварительный перечень диагностических работ (уведомление исх. № 700 от 25.08.2021), включающий в себя: визуальную проверку всех узлов и соединений, ремней; гибких соединений, уплотнений и т.д.; считывание кодов неисправностей; демонтаж топливных форсунок, осмотр цилиндро-поршневой группы (ЦПГ) на предмет коррозии; демонтажа смотровых лючков на двигателе (имеющихся), для осмотра всех видимых механизмов на предмет коррозии; проверки технических жидкостей; проверки механизмов генератора; ознакомления с имеющейся технической документацией на ДГУ.

Альтернативным вариантом может быть предоставление подрядчику прав заказчика в части взаимоотношения с подрядными организациями при проведении работ технического характера на оборудовании заказчика (приложение № 3).

Исходя из писем заказчика исх. № 7-3-02/25 от 11.01.2022 и исх. № 7-3-02/57 от 13.01.2022, передача подрядчику оборудования в монтаж подлежала в срок до 13.01.2022, в то время как фактически состоялась 26.01.2022, исходя из даты подписания истцом акта № 9 от 20.01.2022.

В то же время, с учетом приведенных выше писем подрядчика, обстоятельство, упомянутое в уведомлении исх. № 1063 от 27.12.2021, о возможности проведения последним диагностических работ в период с 11.01.2022 по 15.01.2022 не может быть обстоятельством, повлиявшим на просрочку исполнения заказчиком обязательств по передаче оборудования, поскольку доказательств своевременного оказания содействия (абзац третий пункта 4.2, статья 718 ГК РФ) по согласованию и проведению осмотра ДГУ, не представлено.

Из уведомления исх. № 52 от 21.01.2022 следует, что 12.01.2022 ООО "Камминз", в связи с завалами снега, провело частичный осмотр и диагностику оборудования (абзац второй), установив нарушение проведения мероприятий по консервации оборудования для его длительного хранения.

Отчет ООО "Камсс-Сервис" о проведенной диагностике четырех ДГУ датированный 03.10.2022, однако в отсутствие в материалах дела доказательств проведения осмотра в иной период (даты), отличный от 12.01.2022, свидетельствует о недопустимости эксплуатации ДГУ без проведения ремонтно-восстановительных работ, поскольку есть большая вероятность серьёзных повреждений ДГУ, при невозможности выполнения ремонтных работ в ближайшее время произвести работы по консервации ДВС ДГУ согласно руководству по эксплуатации и техническому обслуживанию двигателей Камминз 4375782, А045Е665.

Согласно уведомлению исх. № 375 от 26.10.2022, ООО "Камсс-Сервис" является официальным дилером дистрибьютора компании Cummins Inc. в Российской Федерации, обладающий полномочиями полного обслуживания и ремонта двигателей и ДГУ всего модельного ряда, в том числе, в части гарантийных обязательств, как минимум в период с 01.01.2022 по 31.12.2026.

Указанным уведомлением подрядчику сообщено о невозможности запуска ДГУ зав. №№ L16К127848, L16KI27849, L16K127132, L16K127132 с сохранением параметров работы оборудования в соответствии с технической документацией завода-изготовителя, их состояние не является исправным и пригодным к эксплуатации с установленными заводом-изготовителем техническими характеристиками. Состояние данных ДГУ вызвано несоблюдением инструкций но эксплуатации и хранению оборудования, выявленные дефекты не могут быть покрыты гарантийными обязательствами завода изготовителя в связи с нарушением правил хранения и эксплуатации оборудования.

О данных обстоятельствах подрядчик уведомил заказчика (исх. № 823 от 11.10.2022), указав на неиспользование оборудования в работе в период с 20.01.2022 по 27.09.2022, предложив составить акт о выявленных дефектах оборудования, предоставив исправное или выполнить ремонтно-восстановительные работы силами заказчика.

Уведомлением исх. № 885 от 02.11.2022 подрядчик, ссылаясь на упомянутые уведомления ООО "Камминз" исх. № 52 от 21.01.2022 и ООО "Камсс-Сервис" исх. № 375 от 26.10.2022, просил заказчика привести ДГУ в исправное состояние.

Данные обстоятельства свидетельствуют о невозможности выполнения подрядчиком работ.

В отсутствие ответа, подрядчик уведомлением исх. № 911 от 14.11.2022 ссылаясь условие абзаца шестого пункта 4.1 договора (незамедлительно уведомлять заказчика об обнаруженной невозможности получения ожидаемых результатов) и норму абзаца третьего пункта 1 статьи 716 ГК РФ сообщил заказчику о приостановлении выполнения работ, предложив подписать акты о выявленных дефектов (формы № ОС-16) и осуществить приемку ДГУ.

Заказчик уведомлением исх. № 16/6271 от 17.11.2022 в ответ на исх. № 885 от 02.11.2022, № 895 от 08.11.2022 и № 911 от 14.11.2022 ссылался на непредставление соответствующих замечаний на этапах участия в конкурсной процедуре и реализации актуализированной проектной документации при приемке оборудования в монтаж, признал ссылку на условие пункта 4.1 договора несостоятельной. Кроме того, при невыполнении работ, выводы, упомянутые в уведомлениях ООО "Камминз" исх. № 52 от 21.01.2022 и ООО "Камсс-Сервис" исх. № 375 от 26.10.2022 не могут в полной мере отражать выявленные дефекты.

Также заказчиком указано, что выполнение ремонтно-восстановительных работ не представляется возможным, поскольку выявленные дефекты не покрываются гарантией, следовательно, не подпадают под гарантийные обязательства ООО "Камсс-Сервис".

Дополнительно, заказчик просил приступить к работам по доставке и монтажу ДГУ в контейнеры, их наладке и испытанию, как то предусмотрено условиями договора.

Подрядчик, уведомлением исх. № 942 от 21.11.2022, в ответ на исх. № 16/6271 от 17.11.2022, ссылаясь на условие пункта 11.2 договора и положения статьи 717 ГК РФ, отказался от исполнения обязательств по договору, указав на то, что последний признается расторгнутым с 21.12.2022.

Уведомлением исх. № 7-3-02/4102 от 22.11.2022 заказчиком выявлены недостатки (замечания), поименованные в пунктах 1-3, о готовности частичного устранения которых (пункты 1 и 2) подрядчиком сообщено в исх. № 953 от 23.11.2022 (по результатам комиссионного осмотра результата работ), в отношении пункта 3 выражена готовность устранения недостатков в случае несоответствия сопротивления изоляции кабельных линий предусмотренным параметрам.

Заказчик в уведомлении исх. № 7-3-02/4190 от 28.11.2022 сообщил, что комиссионный осмотр выполненных работ состоится по результатам выполнения и предъявления подрядчиком всего комплекса работ по договору.

Также, в качестве возражений заказчиком указано на то, что об обстоятельствах непригодности оборудования подрядчику стало известно лишь в ноябре 2022 г., в то время как оборудование получено 26.01.2022, срок работ определен до 22.12.2022, в связи с чем предложено отозвать уведомление об отказе от выполнения работ, приостановив выполнение работ до устранения выявленных обстоятельств, препятствующих выполнению работ с возможностью продления их выполнения (исх. № 16-5-1/6804 от 09.12.2022), проведения экспертизы (исх. № 16-5-1/214 от 19.01.2023, с предоставлением проекта договора).

Вопросы, отраженные в протоколе № ПРГ-16-5-1/69 от 19.01.2023 по результатам проведения переговоров от 25.11.2022 (исх. № 16-5-1/1048 от 03.03.2023), сторонами не урегулированы.

Суд констатирует, что исходя из выводов представленного ответчиком заключения о техническом состоянии ДГУ, подготовленного ООО "Энерготех" на основании договора № ДГУ/Д от 17.07.2023, следует наличие дефектов (повреждений) ДГУ, исходя из указания пункте 4 (общие выводы по хранению) следует, что последние хранятся на открытой площадке с декабря 2016 г., что подразумевает обоснованность довода истца о формальном характере подписания акта № 9 от 20.01.2022 передачи оборудования в монтаж.

Поскольку в соответствии с разъяснениями, приведенными в абзацах шестом и седьмом пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", арбитражный суд не связан правовой квалификацией правоотношений, предложенной лицами, участвующими в деле, суд квалифицирует основное требование истца в качестве убытков.

Под убытками в силу статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При предъявлении требования о возмещении убытков, должно быть доказано одновременное наличие факта причинения убытков; наличие вины в причинении вреда; причинная связь между фактом, послужившим основанием для наступления ответственности, в виде возмещения вреда, и причиненными убытками; размер убытков.

Наличие подлежащих возмещению убытков должно быть доказано лицом, предъявляющим требования об их возмещении. Возмещению подлежат убытки, явившиеся непосредственным и неизбежным следствием нарушения должником обязательства или причинения вреда.

Применение гражданско-правовой ответственности лица в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных в законе (причинение убытков, виновные действия причинителя вреда, причинная связь между виновными действиями причинителя вреда и причиненными убытками). Удовлетворение исковых требований о возмещении убытков возможно лишь при доказанности совокупности всех указанных выше фактов.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ", истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств" (далее – Постановление № 7) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ). Согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Частью 1 статьи 9 АПК РФ определено, что судопроизводство в суде осуществляется на основе состязательности.

По смыслу положений статьи 9, частей 1, 2 статьи 65, статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд обеспечивает реализацию принципа состязательности сторон спора, оценивает доводы и возражения участвующих в деле лиц и доказательств, представленных ими в обоснование своих позиций.

Состязательность предполагает возложение бремени доказывания на сами стороны и снятие по общему правилу с арбитражного суда обязанности по сбору доказательств.

Гражданский (арбитражный) процесс, с учетом реализуемого принципа состязательности, выражаемого в том числе в виде соотношения процессуально-материальной убедительности позиций сторон, стремится установить субъективную истину, в отличие от уголовного процесса, где устанавливается объективная истина.

Таким образом, суд оценивает представленные сторонами доказательства, в подтверждение выдвигаемых ими правовых обоснований и с учетом изложенного разрешает спор применительно к тому, чье правовое и доказательственное обоснование было убедительнее, при отсутствии сговора сторон об утаивании какой-либо информации от суда (стандарт доказывания, именуемый "баланс вероятностей", "перевес доказательств" или "разумная степень достоверности").

Аналогичная правовая позиция, выражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-4004(2) от 27.12.2018 и № 305-ЭС16-18600(5-8) от 30.09.2019.

Суд констатирует, что при рассмотрении дела судом, ответчиком не представлены доказательства, надлежащим образом свидетельствующие о том, что отраженные и следующие из переписки сторон дефекты возникли по вине истца.

В отношении заявленных истцом убытков.

Требование истца, по своему смыслу представляет собой компенсацию убытков, причиненных прекращением договора в виде стоимости фактически выполненных работ.

Как было упомянуто ранее, истец отказался от договора уведомлением исх. № 942 от 21.11.2022, ссылаясь на условие пункта 11.2 договора и положения статьи 717 ГК РФ.

По условиям пункта 11.2 договора, последний может быть расторгнут не ранее чем за месяц до предполагаемой даты, за исключением случая, предусмотренного пунктом 5.4 договора.

Пункт 5.4 договора предусматривает возможность отказа заказчика от договора, в случае нарушения подрядчиком сроков выполнения работ свыше 1 месяца, досрочно. Действие договора прекращается с даты получения данного уведомления.

В соответствии с пунктом 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При анализе условий договора судом усмотрено, что положениями последнего, возможность отказа подрядчика от договора при идентичных нарушениях условий последнего заказчиком, например, пунктов 4.2, 5.4, а также мер ответственности, согласно пунктов 5.5, 5.6, 5.8, 5.9, не являются зеркальными, аналогичным в отношении заказчика.

Таким образом, учитывая добросовестное поведение ответчика, выраженное в своевременном извещении истца о необходимости принятия мер по оказанию содействия, последующем приостановлении работ и отказа от исполнения договора, в отсутствие совершения заказчиком действий, подлежащих совершению исходя из условий абзаца третьего пункта 4.2 и нормы пункта 1 статьи 718 ГК РФ, в отсутствие представления доказательств невозможности такого содействия по независящим от ответчика причинам, в целях правовой определенности, следует признать отказ от договора состоявшимся, с даты получения соответствующего уведомления истца ответчиком.

Требование ответчика по встречному иску, о признании отказа истца от договора недействительным, обосновано несоразмерностью получением последним сведений о несоответствии ДГУ (11.10.2022 и 14.11.2022, исходя из дат уведомлений исх. № 823 и исх. № 911), в то время как срок выполнения работ определен до 22.12.2022.

Соответствующий довод ответчика признается судом неправомерным, поскольку спорные недостатки, упомянутые судом ранее, не являлись явными и стали известны истцу лишь из выводов ООО "Камсс-Сервис", отраженных в отчете о проведенной диагностике четырех ДГУ датированным 03.10.2022 и уведомлении исх. № 375 от 26.10.2022.

Данный вывод также усматривается из акта экспертного исследования № 23/08/23 от 23.08.2023, выполненного АНО "НИЛСЭ" на основании отчета ООО "Камсс-Сервис", установлено:

1. в условиях действия, зафиксированных в, факторов агрессивной среды чугунные гильзы ДВС ДГУ C825D5 № 1_16К127848 ДВС QSK23-G3, № 85002411, C825D5 № И6К127133 ДВС QSK23-G3 №85002399, C825D5 №1_16К127132 ДВС QSK23-G3 №85002406, C825D5 №L16К127849 ДВС QSK23-G3 №85002407 перейдут в технически неисправное состояние в течение 130,43 часа;

2. если ДВС ДГУ C825D5 № L16K127848 ДВС QSK23-G3. № 85002411 хранилась в описанных условиях с даты выпуска (28.09.2016), то ее переход в неисправное состояние произошел не позднее 03.10.2016;

3. если ДВС ДГУ C825D5 № L16K127849 ДВС QSK23-G3 № 85002407 хранилась в описанных условиях с даты выпуска (28.09.2016), то ее переход в неисправное состояние произошел не позднее 03.10.2016.

Выводы, следующие из представленных истцом отчета и акта экспертного исследования ответчиком не оспорены, что, исходя из положений части 2 статьи 9 и части 1 статьи 65 АПК РФ, позволяет суду констатировать наступление момента неисправности ДГУ в период до их передачи истцу, согласно акту приема-передачи, на который неоднократно ссылался ответчик.

Отказ от договора, с учетом срока приостановления выполнения работ и предоставления возможности ответчику оказать содействие по урегулированию выявленных препятствий, заявлен истцом в разумные сроки.

С учетом установленных при рассмотрении настоящего дела обстоятельств, несостоятельности доводов ответчика, при отсутствии иных мотивов, обосновывающих по мнению ответчика позицию в отношении заявленного истцом отказа от договора, суд приходит к выводу о правомерности первоначального и, следовательно, неправомерности встречного исков в данной части.

Исходя из положений статей 15, 393, 404, 450.1 (пункт 1), 453 (пункты 4) и 717 ГК РФ, а также разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в пункте 5 постановления Пленума от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", пункте 12 постановления Пленума от 23.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", принимая во внимание, что денежные средства, заявленные к взысканию с ответчика, независимо от их квалификации представляют собой неравноценное предоставление, выраженное в стоимости фактически выполненных на момент отказа от договора работ, требование истца подлежит удовлетворению судом.

Из положений статей 711, 720, 753 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" (далее – Информационное письмо № 51) следует, что обязанность заказчика по оплате работ наступает после сдачи ему результата работ, если иное не предусмотрено договором; надлежащим доказательством выполнения работ, их стоимости по договору подряда являются акты приемки выполненных работ.

Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляется актом, подписанным обеими сторонами (пункт 4 статьи 753 ГК РФ), при этом, согласно абзацу второму приведенной нормы, доказательством выполнения работ может быть и акт, подписанный одной стороной.

Акт, подписанный одной стороной, может быть оспорен заинтересованной стороной в суде.

Суд вправе признать односторонний акт недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Таким образом, исходя из буквального толкования положений статьи 753 ГК РФ, а также учитывая разъяснения, изложенные пункте 8 Информационного письма № 51, оформленный в одностороннем порядке акт является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору только при наличии доказательств сдачи последнего заказчику.

Ответчик, как следует из материалов дела и позиций, выраженных в отзыве на иск и озвученной представителями в судебных заседаниях, не оспаривал факт получения соответствующих доказательств, а именно актов (формы № КС-2) и справок (формы № КС-3), представленных в томе дела 2, л.д. 1-38, а также документации, свидетельствующей о несении соответствующих расходов, при взаимоотношении с иными подрядными организациями (т. 2, л.д. 39-74, т. 3, л.д. 1-85), наоборот, получение упомянутой первичной документации следует из уведомлений исх. № 16-5-1/2317 от 27.04.2023 (заказчиком указано на отсутствие потребительской ценности результата работ).

Исходя из разъяснений, приведенных в пунктах 8 и 14 Информационного письма № 51 и в соответствии с пунктом 6 статьи 753 ГК РФ заказчик вправе отказаться от приемки результата работ в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре строительного подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком.

При наличии иных недостатков (то есть недостатков, которые не исключают возможность использования результата работ для предусмотренной договором цели или являются устранимыми) заказчик вправе предъявить подрядчику требования, основанные на пункте 1 статьи 723 ГК РФ.

Нормой пункта 3 статьи 723 ГК РФ предусмотрена возможность освобождения заказчика от оплаты за выполненные работы ненадлежащего качества только в случае наличия существенных и неустранимых недостатков.

Из правовой позиции, содержащейся в пункте 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018, а также в определении Верховного Суда Российской Федерации № 303-ЭС17-4145 от 18.04.2017 по делу № А24-2406/2015, также следует, если результат выполненных подрядчиком работ находится у заказчика, у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ и их результат может им использоваться, нарушение подрядчиком установленного договором срока выполнения работ не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ.

Кроме того, согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 12888/11 от 27.03.2012 по делу № А56-30275/2010, сам факт наличия некоторых недостатков в выполненных работах не может являться безусловным основанием для отказа от подписания актов и оплаты работ.

С учетом изложенного оценка мотивированности отказа от подписания актов осуществляется с учетом приведенных выше требований, бремя доказывания наличия недостатков в результате выполненных подрядчиком работ возлагается на заказчика.

В то же время, в период рассмотрения дела судом, ответчик – заказчик, соответствующих надлежащих доказательств, свидетельствующих об обоснованности заявленного отказа от приемки результата работ истца – подрядчика не представил, единственный довод фактически сводится к отсутствии потребительской ценности результата встречного предоставления, в то же время соответствующие обстоятельства не раскрыты, что с установленных обстоятельств приводит суд к выводу о неправомерности позиции ответчика по спору.

Применительно к норме пункта 2 статьи 453 ГК РФ устанавливающей, что при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, учитывая признание отказа истца от договора правомерным, встречное требование ответчика об обязании исполнить обязательства по этапу № 2 не подлежит удовлетворению.

Фактически, соответствующие требование ответчика по встречному иску представляет собой понуждение истца к последующему выполнению и осуществлению процедуры сдачи-приемки результата работ, в то же время, статьей 12 ГК РФ и другим действующим законодательством не предусмотрен такой способ защиты права, как понуждение к исполнению обязательства по принятию выполненной работы в натуре, последний противоречит гражданско-правовым способам защиты и не способен защитить оспариваемое или восстановить нарушенное право.

Поскольку требование истца о взыскании убытков признано судом обоснованным, при этом установлено неисполнение обязательств добровольного исполнения соответствующего требования ответчиком, исходя из условий абзаца третьего пункта 3.1, 3.13, 3.14 договора, в отсутствие мотивированного отказа от приемки результата работ, как то предусмотрено пунктом 3.15 договора, с составлением соответствующего акта, следовательно, истцом правомерно заявлено требование о взыскании процентов по статье 395 ГК РФ за период 03.07.2023 по 30.08.2023 в размере 581 549 руб. 51 коп., так и с последующим начислением по дату фактического исполнения обязательства по возврату денежных средств, с учетом разъяснений, приведенных в пункте 48 Постановления № 7.

Исходя из того обстоятельства, что убытки представляют собой долговое (денежное) обязательство, начисление процентов за пользование чужими денежными средствами как меры ответственности допустимо.

В отсутствие мотивированных возражений ответчика по данному требованию, при непредставлении контррасчета, суд усматривает возможным удовлетворить заявленное требование.

Из правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11 следует, что в случае представления заявителем достаточно серьезных первичных доказательств и приведения убедительных аргументов в обоснование заявленного требования, бремя доказывания условий для отказа в удовлетворении заявленных им требований переходит на его процессуальных оппонентов.

Выбор способов эффективной судебной защиты нарушенных прав лежит на лицах, участвующих в деле, и может быть обеспечен своевременной подачей соответствующих жалоб, ходатайств, объяснений, касающихся арбитражного процесса, совершением процессуальных действий, предписанных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2015 № 307-ЭС15-661, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 9604/12).

Ответчик, являясь участником арбитражного процесса и неся риск совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе по представлению доказательств в материалы дела, не опроверг применительно к требованиям статьи 65 АПК РФ позицию истца.

Аналогичная позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС17-6757 (2, 3) от 06.08.2018 по делу № А22-941/2006 и № 305-ЭС14-8858 от 08.05.2015 по делу № А40-161453/2012, постановлениях Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8127/13 от 15.10.2013 по делу № А46-12382/2012, № 12857/12 от 08.10.2013 по делу № А59-841/2009 и № 12505/11 от 06.03.2012 по делу № А56-1486/2010.

В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ, Банк России несет риск негативных процессуально-правовых последствий несовершения соответствующих действий.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, первоначальный иск подлежит удовлетворению в полном объеме, в то время как встречный иск оставлению без удовлетворения.

Судебные расходы по оплате госпошлины распределяются в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ, главы 25.3 НК РФ.

На основании статей 1, 8, 12, 15, 307, 308, 309, 310, 328, 393, 395, 404, 421, 432, 450.1, 453, 702, 711, 715, 715, 718, 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 9, 65, 70, 71, 110, 167, 170, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать по первоначальному иску с Банка России (ИНН <***>) в пользу АО "ЦКТ "МАЙ" (ИНН <***>) денежные средства в размере 39 564 877 руб. 51 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 581 549 руб. 51 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами согласно ст. 395 ГК РФ, начисляемые на денежные средства (39 564 877 руб. 51 коп.) с 31.08.2023 г. по дату фактической оплаты денежных средств, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 200 000 руб.

В удовлетворении встречного иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: В.П. Сорокин