Постановление от 1 октября 2024 г. по делу № А56-90190/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-90190/2023
02 октября 2024 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 02 октября 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Балакир М.В.

судей Нестерова С.А., Целищевой Н.Е.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1

при участии:

от истца (заявителя): не явился, извещен

от ответчика (должника): представитель ФИО2 по доверенности от 01.01.2024


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-22014/2024) (заявление) общества с ограниченной ответственностью "Альфамобиль"

на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.05.2024 по делу № А56-90190/2023 (судья Евдошенко А.П.), принятое

по иску (заявлению)

истцы: индивидуальный предпринимателя ФИО3, индивидуальный предпринимателя ФИО4

к обществу с ограниченной ответственностью «Альфамобиль»

о взыскании

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее -истец-1) и индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее - истец-2) обратились в арбитражный суд с исковым заявлением, уточным в порядке статьи 49 АПК РФ, к обществу с ограниченной ответственностью "Альфамобиль" (далее - ответчик) о взыскании 827 828,72 руб. неосновательного обогащения (по 413 914,36 руб. в пользу каждого из истцов), возникшего в связи с расторжением договора лизинга от 04.02.2021 №01531-ИРК-21-АМ-Л, с учетом уступки права требования на основании договора цессии от 03.08.2023 №Лесков-О/23, заключенного между ФИО3 (цедентом) и ФИО4 (цессионарием).

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.05.2024 с учетом определения об исправлении опечатки от 22.05.2024 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, ссылаясь на необоснованное снижение судом первой инстанции сумм пени и штрафов, а также необоснованное включение в расчет сальдо суммы НДС по реализации предмета лизинга.

В настоящее судебное заседание явился представитель ответчика, поддержал доводы апелляционной жалобы.

От ненаправивиших в судебное заседание своих представителей истцов в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между обществом с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (лизингодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (лизингополучатель) был заключен договор лизинга от 04.02.2021 №01531 -ИРК-21-АМ-Л, по условиям которого лизингодатель обязался приобрести у определенного лизингополучателем поставщика в собственность предмет лизинга, предоставить его лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, на срок и на условиях, указанных в договоре лизинга.

Приложение 3 к договору лизинга, в котором изложены Общие условия (далее -Общие условия), размещены на сайте лизингодателя: www.alfaleasing.ru. Подписывая договор лизинга, лизингополучатель подтверждает, что ознакомлен с Общими условиями и согласен с ними.

Во исполнение договора лизинга ответчик заключил договор поставки от 04.02.2021 №01531-ИРК-21-АМ-К на приобретение фронтального погрузчика Changlin, 956GT, заводской номер LCL955T0KL1001106, который в последующем был передан лизингополучателю по акту приема-передачи от 25.02.2021.

Претензий со стороны лизингополучателя относительно качества, комплектности, технического состояния предмета лизинга не поступало.

В соответствии с п. 6.1.6 Общих условий, за владение и пользование предметом лизинга в соответствии с договорами лизинга лизингополучатель обязуется уплачивать лизингодателю лизинговые платежи. Размеры лизинговых платежей определяются в Графике лизинговых платежей согласно Приложению № 2 к договору лизинга (в редакции Дополнительного соглашения). Аналогичное положение содержится в п. 6.1 Договора лизинга.

Согласно п.п. «в» п. 12.2 Общих условий лизингодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке полностью отказаться от исполнения договора лизинга и Общих условий и потребовать возмещения причиненных убытков, письменно уведомив об этом лизингополучателя, в случае, если просроченная задолженность лизингополучателя по полной уплате любого лизингового платежа, предусмотренного Общими условиями и договором лизинга, превышает 15 календарных дней, независимо от того, был такой лизинговый платеж уплачен позднее, или не был уплачен.

06.02.2023 договор лизинга был расторгнут на основании одностороннего отказа лизингодателя от договора, в связи с нарушением лизингополучателем срока оплаты лизинговых платежей.

Предмет лизинга был возвращен лизингодателю по акту изъятия от 23.02.2023.

Между индивидуальным предпринимателем ФИО3 (цедент) и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (цессионарий) был заключен договор цессии от 03.08.2023 №Лесков-О/23, по условиям которого цедент передал цессионарию право требования 45% неосновательного обогащения, по спорному договору лизинга, и 45% процентов по статье 395 ГК РФ.

Истцы направили в адрес ответчика претензии от 04.08.2023 об уплате неосновательного обогащения в связи с расторжением договора выкупного лизинга в виде сальдо встречных требований.

Указанные претензии истцов были оставлены без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истцов в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд пришел к выводу о том, что решение не подлежит отмене ввиду следующего.

Согласно ст. 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

В силу ст. 625 ГК РФ к договорам лизинга применяются общие положения Кодекса об арендной плате.

В соответствии со ст. 614 ГК РФ и ст. 15 Закона о лизинге арендатор (лизингополучатель) обязан своевременно и в полном объеме вносить плату за предоставленное в пользование имущество.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление №17) расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 Гражданского кодекса РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Согласно ч. 4 ст. 17 Федерального закона № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» при прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга.

Пунктом 3.4 Постановления № 17 установлено, что размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. То есть, в соответствии с приведенными правилами, при расторжении договора выкупного лизинга авансовый платеж не возвращается лизингополучателю, а учитывается при расчете сальдо встречных обязательств как сумма, на которую уменьшается закупочная цена предмета лизинга, таким образом устанавливается размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю.

Истцы, ссылаясь на разъяснения Постановления № 17, произвели расчет сальдо взаимных обязательств сторон и, с учетом уточнения заявленных требований, полагают возникновение на стороне ответчика (лизингодателя) неосновательного обогащения в размере до 827 828,72 руб.

В свою очередь ответчик предоставил свой расчет сальдо взаимных обязательств сторон, исходя из которого сальдо в пользу ответчика составляет 2 213 150,87 руб.

Пункт 3.5 Постановления № 17 устанавливает два способа определения платы за финансирование:

1) по формуле, предложенной в постановлении Пленума ВАС РФ № 17;

2) иным способом, если такой следует из договора лизинга.

Способ определения платы за финансирование по формуле, предложенной в Постановлении № 17, нельзя применять для расчета, поскольку в договоре лизинга предусмотрен иной способ определения платы за финансирование. Формула из Постановления Пленума ВАС РФ применима только в том случае, когда плата за финансирование распределяется равномерно в течение всего использования договора лизинга. Вместе с тем во всех продуктах, связанных с инвестициями, плата за финансирование начисляется на остаток финансирования (т.е. дивергенцией). Таким образом, плата за финансирование в лизинге распределена неравномерно, а пропорционально остатку долга (т.е. начисляется на остаток финансирования ежемесячно), т.к. в основу лизинга заложен кредитный продукт.

ООО "Альфамобиль" в договоре лизинга использует систему неравномерного распределения платы за финансирование. Система неравномерного распределения платы за финансирование, которую использует ответчик, заключается в следующем. Ежемесячный лизинговый платеж состоит из двух частей: суммы возврата финансирования и суммы платы за финансирование. Плата за финансирование рассчитывается на основании процентной ставки, которая остается неизменной на протяжении всего исполнения договора лизинга. Плата за финансирование начисляется на остаток долга по возврату финансирования. Из-за того, что ежемесячный остаток долга по возврату финансирования уменьшается за счет лизинговых платежей, размер платы за финансирование в каждом лизинговом платеже также соразмерно уменьшается. Поскольку в начале исполнения договора лизинга сумма долга по возврату финансирования значительная, плата за финансирование составляет большую часть лизингового платежа, а сумма возврата финансирования - меньшую. По мере исполнения договора доля платы за финансирование в лизинговом платеже уменьшается, а доля возврата финансирования - увеличивается. К концу договора исполнения договора большую часть лизингового платежа составляет возврат финансирования, а плата за финансирование - меньшую. Данные обстоятельства отражены в Общих условиях и графике лизинговых платежей.

Таким образом, формула для расчета платы за финансирование, предложенная Пленумом ВАС РФ, создана для принципиально иной системы начисления платы за финансирование, чем та, которую использует ООО "Альфамобиль".

Следовательно, формула из постановления Пленума ВАС РФ № 17 в данном случае не подлежит применению.

В соответствии с п. 3.5 Постановления № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Размер платы за предоставленное лизингополучателю финансирование установлен п. 12.9 Общих условий, в соответствии с которым плата за предоставленное финансирование по договору лизинга выражается в процентах годовых и начисляется на остаток непогашенного финансирования.

Размер платы за финансирование рассчитан ответчиком по формуле, приведенной в п. 12.9 Общих условий:

где:

R - Ставка платы за предоставленное финансирование в % годовых

Плата за финансирование i - размер погашения платы за финансирование, отраженный в графике лизинговых платежей по строке с порядковым номером i

Остаток непогашенного финансирования i - сумма основного долга по предоставленному финансированию, равная сумме предоставленного финансирования за вычетом суммы погашений предоставленного финансирования, осуществленных за прошедшие периоды.

Исходя из условий договора лизинга, ставка платы за финансирование составит 18,36% годовых.

В части расчета размеров платы за финансирование, размера финансирования, суммы оплаченных лизинговых платежей у сторон отсутствует спор.

Ответчик, ссылаясь на положения п. 12.9 Общих условий, при расчете сальдо встречных обязательств, исключил из расчета сумму НДС из стоимости реализации предмета лизинга.

В силу пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге в общую сумму платежей по договору лизинга за весь срок действия договора входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

Имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств (финансирования), а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Посредством внесения лизинговых платежей лизингополучатель осуществляет возврат предоставленного ему финансирования (возмещает закупочную цену предмета лизинга в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.) и вносит плату за пользование финансированием, определяемую как правило в процентах годовых на размер финансирования, либо расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга и размером финансирования (пункты 2, 3.4 - 3.5 постановления Пленума № 17).

Анализ вышеназванных положений Закона о лизинге и разъяснений Пленума позволяет прийти к выводу, что издержки лизингодателя, связанные с исполнением договора, не упомянутые в статье 28 Закона о лизинге, покрываются за счет вознаграждения лизингодателя (платы за финансирование), если иное не следует из условий договора, определяющих структуру лизинговых платежей.

В случае надлежащего исполнения договора лизинга лизинговая компания должна была уплатить налоги с выручки, полученной в виде лизинговых платежей, общий размер которых согласно пункту 1 статьи 28 Закона о лизинге покрывает как стоимость предмета лизинга, так и вознаграждение лизинговой компании, при этом подлежащие получению лизинговые платежи по мере их начисления согласно пункту 2 статьи 153 и пункту 1 статьи 167 Налогового кодекса облагались бы НДС у лизингодателя.

Таким образом, по общему правилу издержки лизингодателя, возникающие в связи с необходимостью уплаты налога при получении положительного финансового результата (прибыли) от исполнения договора лизинга, учитываются в финансовых параметрах договора лизинга при его заключении и не требуют дополнительной компенсации со стороны лизингополучателя в случае расторжения договора.

Изложенное согласуется с правовой позицией, выраженной в пункте 22 Обзора по спорам о лизинге и в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.02.2022 №305-ЭС21-20354.

Согласно п. 22 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), гражданское законодательство не исключает возможность признания убытками тех затрат кредитора, которые обусловлены исполнением публичных обязанностей, в том числе возникли вследствие налогообложения. Экономически обоснованной ко включению в расчет сальдо суммы налоговых издержек от реализации предмета лизинга, по смыслу п. 22 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), ст. 15 и 393 ГК РФ, следует признать разницу между суммой, которую лизингодатель должен был уплатить от финансового результата сделки лизинга (при ее надлежащем исполнении), и суммой налоговых издержек при реализации предмета лизинга. Этот же принцип относится к ситуации, когда лизингодатель, напротив, пытается исключить размер НДС из суммы реализации, уменьшая тем самым размер предоставления на стороне лизингополучателя. Правовые основания исключать из сальдо встречных предоставлений всю сумму НДС от реализации предмета лизинга - отсутствуют, поскольку нарушают принцип равенства сторон договора.

Применение механизма определения сальдо встречных предоставлений по договору в отношении исключения НДС только из стоимости возвращенного предмета лизинга без учета всей совокупности общих денежных предоставлений в сделке в целом приводит к дисбалансу взаимных прав и обязанностей сторон.

При этом из договора не следует, что состав (структура) лизинговых платежей, включая плату за финансирование, не учитывает издержки лизингодателя, возникающие в связи с необходимостью уплаты налогов при получении положительного финансового результата (прибыли) от исполнения договора.

Как указано в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2014 № 33 «О некоторых вопросах, возникающих у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием налога на добавленную стоимость», сумма налога, предъявляемая покупателю при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав, должна быть учтена при определении окончательного размера указанной в договоре цены и выделена в расчетных и первичных учетных документах, счетах-фактурах отдельной строкой.

Предъявляемая к оплате сумма НДС является частью цены, подлежащей уплате одной стороной договора в пользу другой. Публично-правовые отношения по уплате НДС в бюджет складываются между налогоплательщиком, то есть лицом, реализующим товары (работы, услуги), и государством, а покупатель товаров (работ, услуг) в данных отношениях не участвует (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.09.2009 № 5451/09).

Следовательно, в рассматриваемом случае операции в рамках исполнения, завершения договора, определяющие условия налогообложения одной из сторон сделки и публично-правовые последствия для нее, не влекут за собой пересмотр общей цены договора в гражданско-правовом смысле.

Иными словами, установленную договором цену покупатель (заказчик, арендатор) обязан уплатить вне зависимости от того, как продавец (исполнитель, арендодатель) должен распорядиться полученными средствами, в том числе безотносительно того, какие именно налоговые платежи в бюджет продавец (исполнитель, арендодатель) должен произвести в соответствии с законодательством о налогах и сборах и в каком размере.

С учетом изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об обоснованности учета при расчете сальдо стоимости возвращенного предмета лизинга с учетом суммы НДС, который составит 3 751 000,00 руб.

В силу п. 3.2 Постановления №17 при расчете сальдо встречных обязательств также подлежат учету установленные договором санкции.

Согласно ст. 330 ГК РФ на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку).

В данном случае п. 7.1 договоров лизинга предусмотрено, что в случае просрочки оплаты лизинговых платежей, предусмотренных в графике лизинговых платежей, и иных платежей лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя неустойку в виде пени в размере 0,2% от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки.

Поскольку само по себе расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга не приводит к возврату финансирования, а допущенная лизингополучателем просрочка в уплате лизинговых платежей сохраняется, неустойка подлежит начислению сообразно плате за финансирование, то есть до даты реализации предмета лизинга.

В связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств по уплате лизинговых платежей начислена неустойка в размере 360 823,66 руб.

Расчет неустойки ответчика проверен судами первой и апелляционной инстанций и признан верным.

Таким образом, ответчиком обоснованно в расчет сальдо включена неустойка.

Согласно пункту 11.7. Общих условий, в случае нарушения лизингополучателем сроков регистрации предмета лизинга, предусмотренного пунктом 3.4.1 Общих условий, а также сроков передачи ключей и документов, предусмотренных пунктом 3.6 Общих условий, лизингодатель имеет право требовать от лизингополучателя штраф в размере 1 500,00 руб. за каждый день просрочки.

В силу пункта 3.6. Общих условий в случаях, предусмотренных пунктом 3.4.1 Общих условий, лизингополучатель обязуется в течение 5 рабочих дней с даты государственной регистрации предмета лизинга передать по акту приема-передачи лизингодателю: оригинал Паспорта Транспортного Средства (самоходной машины) с отметками регистрирующих органов о проведенной регистрации (п. 3.6.1); удостоверенную лизингополучателем копию Свидетельства регистрации транспортного средства (самоходной машины) (п. 3.6.2); удостоверенную Лизингополучателем копию полиса ОСАГО (п. 3.6.3).

Ссылаясь на нарушение лизингополучателем срока предоставления удостоверенной лизингополучателем копии свидетельства о регистрации транспортного средства, лизингодатель начислил штраф в размере 1 629 000,00 руб.

Согласно п. 4.1 договора лизинга страхователем предмета лизинга на его стоимость от рисков утраты (гибели) и повреждения является лизингодатель.

В целях обеспечения сохранности имущества в отношении предметов лизинга были заключены договоры (полисы) страхования.

В силу п. 4.2 договоров лизинга обязанность по оплате страховой премии лежит на лизингополучателе. Лизингополучатель обязан оплатить страховую премию за первый год страхования на основании полученного от лизингодателя счета, в любом случае до подписания акта приема-передачи предмета лизинга. В случае если договор страхования (полис) предусматривает периодичную оплату страховой премий, лизингополучатель обязан не позднее 10 рабочих дней до окончания срока страхования оплатить страховую премию на каждый последующий период в течение всего срока действия договора лизинга, а также оплатить стоимость обслуживания противоугонной системы, в случае, если ее наличие предусмотрено договором страхования, с обязательным предоставлением лизингодателю документов, подтверждающих оплату.

Между тем, лизингополучатель обязательство по уплате страховой премии не исполнил, в связи с чем лизингодатель понес затраты на страхование предмета лизинга в размере 70 876,12 руб., которые также включил в расчет сальдо.

В соответствии с ч. 2 ст. 13 Закона о лизинге лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.

В этом случае все расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе расходы на его демонтаж, транспортировку, ремонт, хранение и иные сопутствующие расходы несет лизингополучатель.

Ответчик также включил в расчет сальдо расходы на хранение погрузчика в размере 108 500,00 руб., расходы на оценку предмета лизинга в размере 10 000,00 руб., расходы на его транспортировку в размере 400 000,00 руб. и расходы на изготовление дубликатов ключей в размере 2 000,00 руб.

Кроме того, при расчете сальдо, ссылаясь на положения п. 11.13 Общих условий, ответчик начислил штраф в размере 555 819,18 руб. за уступку права требования по договору лизинга, который был уменьшен судом первой инстанции по ходатайству истца до 55 581,92 руб. и учтен в составе встречного предоставления на стороне лизингодателя.

Апелляционный суд полагает недействительным условие п. 11.13 Общих условий.

Использование в рамках настоящего спора условия договора, предусматривающего изначально включение штрафных санкций за передачу лизингополучателем права требования к лизингодателю третьим лицам при определении сальдо встречных предоставлений, позволило бы лизингодателю не только реализовать полностью свой имущественный интерес в заключении договора, но и получить то, что ему не причиталось бы при его надлежащем исполнении. Таким образом, уплата штрафа в размере уступленного права требования приводит к необоснованному увеличению дохода лизингодателя по Договорам лизинга, влечет ущемление интересов лизингополучателя и нарушает баланс интересов сторон, в том числе на реальное получение присужденного по решению суда, на основании которого и произведена уступка права требования. Предусмотренный статьей 386 Гражданского кодекса механизм защиты должника против требований нового кредитора не предусматривает уклонение от исполнения, присужденного по судебному акту путем встречного привлечения к гражданско-правовой ответственности первоначального кредитора за состоявшуюся без согласия должника по данному   судебному   акту   цессию.   Соответствующие   правовые   позиции   ранее неоднократно формулировались Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, в частности, в определениях от 10.10.2017 № 310- ЭС17-11054 по делу № А14-7663/2016, от 22.09.2022 № 306-ЭС21-14113 по делу № А65-15142/2020. Учитывая изложенное, возложение судом округа на ответчика ответственности за нарушение договорного запрета уступки, предусмотренного пунктом 11.13 Правил лизинга, основано на неправильном применении вышеприведенных норм гражданского законодательства, поскольку указанный пункт Правил лизинга не подлежал применению в настоящем споре вследствие уступки права требования исполнения судебного акта о взыскании денежных средств, а не требований лизингополучателя к лизингодателю, возникших из Договоров.

Таким образом, штраф за уступку, начисленный согласно п. 11.13 подлежит исключение из расчета сальдо, что подтверждается позицией Верховного суда Российской Федерации по аналогичному вопросу в рамках определения № 307-ЭС23-27538 от 13.05.24г. по делу №А56-108687/2022, где суд указал на невозможность включения штрафных санкций за уступку прав требований.

 Помимо этого, ссылаясь на положения п. 11.3 Общих условий и наличие эксплуатационных повреждений предмета лизинга, ответчик включил в расчет сальдо штраф в размере 111 163,83 руб. за необеспечение сохранности имущества.

Исходя из условий п. 11.3 лизингодатель вправе начислить штраф за необеспечение сохранности имущества, при этом критерии такой сохранности указаны в п. 4.12 Общих правил лизинга, согласно которому лизингополучатель обязуется осуществлять сервисное и техническое обслуживание предмета лизинга и его ремонт в соответствии с правилами и инструкциями технической эксплуатации предмета лизинга на основании договора с поставщиком, производителем или организацией, имеющей соответствующие разрешения на осуществление вышеуказанных действий (далее -Сервисная организация). Лизингополучатель обязуется соблюсти все необходимые условия для сохранения гарантии производителя на предмет лизинга. Если по условиям гарантии производителя на предмет лизинга сервисное и техническое обслуживание предмета лизинга и его ремонт либо иные действия, связанные с предметом лизинга, должны быть осуществлены определенным лицом, либо лицом, соответствующим установленным требованиям, то лизингополучатель обязан обеспечить выполнение условий гарантии предмета лизинга.

Указанный пункт Общих условий не содержит в качестве основания для начисления штрафа наличие эксплуатационных повреждений и износа, указанный штраф может быть начислен только в случае отсутствия надлежащего сервисного обслуживания (ТО), при этом в материалы дела ответчиком не представлены документальные доказательства такого нарушения.

Начисляя указанный штраф, ответчик ссылался на факт наличия эксплуатационных повреждений и износа, что не соответствует положениям п. 11.3 и 4.12 Общих условий лизинга.

Ответчиком в нарушение положений ст. 65 АПК РФ не представлено доказательств необходимости проведения ремонта предмета лизинга, документально не подтвержден факт стоимости восстановительного ремонта, который соответствовал бы указанным ответчиком недостаткам.

В этой связи суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об исключении штрафа по п. 11.3 из расчета сальдо.

Истцом заявлено ходатайство о применении к размеру штрафов и неустойки положений ст. 333 ГК РФ.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом суд в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, определяет критерии такой несоразмерности.

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление N 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 71 Постановления N 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В абзаце втором пункта 71 Постановления N 7 разъяснено, что при взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Решение вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств, вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

В связи с этим применение пункта 1 статьи 333 ГК РФ является не правом, а обязанностью суда в целях установления баланса между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного размера ущерба (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О; от 14.10.2004 № 293-О).

Истец просил суд применить положения ст. 333 ГК РФ в отношении штрафов, начисленных ответчиком на основании п. 11.7, 11.13 Общих условий, неустойки по п. 7.1 Общих условий.

Учитывая, что непредставление документов, согласно п. 3.6 Общих условий не повлекло причинение ответчику каких-либо убытков, суд первой инстанции счел возможным уменьшить размер штрафа по п. 11.7 Общих условий до 5 000,00 руб.

Кроме того, суд первой инстанции счел необходимым уменьшить также неустойку, начисленную по п. 7.1 Общих условий до суммы 180 411,83 руб., исходя из расчета ставки 0,1%.

При применении положений ст. 333 ГК РФ суд первой инстанции исходил из того, что взыскание штрафов и неустойки в заявленном ответчиком размере повлечет нарушение баланса интересов кредитора и должника. Лизингополучатель в случае признания правомерности размера неустойки (штрафа) оказывается в невыгодном положении, тогда как Лизингодатель сможет извлечь выгоду из своего недобросовестного поведения, что противоречит основам гражданского законодательства (пункт 4 статьи 1 ГК РФ, пункт 75 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Таким образом, заявленный ООО «Альфамобиль» размер штрафов и неустоек несоразмерен последствиям нарушения лизингополучателем его обязательства Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Истцами были приведены документальные доказательства о завышении суммы неустойки путем расчета процентной ставки, где сумма неустойки в размере 0,2% за каждый день просрочки обязательства что составляет 73% годовых, указанная процентная ставка соответствует четверному значению ставки рефинансирования ЦБ РФ, указанное значение (двойная учетная ставка ЦБ РФ) как правило используется для уменьшения штрафных неустоек в рамках ст. 333 ГК РФ, а так же размер неустойки соответствует п. 7.1. общих условий лизинга в части начисления неустойки за просрочку платежей.

Таким образом, судом первой инстанции из расчета сальдо ответчика исключен штраф по п. 11.3 Общих условий, штраф по п. 11.7 Общих условий снижен до 5 000 руб., неустойка по п. 7.1 снижена до 180 411 руб. 83 коп., НДС от стоимости реализованного имущества включен в расчет.

Также, вопреки выводам суда первой инстанции, принимая во внимание изложенную выше позицию Верховного суда Российской Федерации по аналогичному вопросу в рамках определения № 307-ЭС23-27538 от 13.05.24г. по делу №А56-108687/2022, подлежал исключению из расчета сальдо штраф по п. 11.13 Общих условий.

Следовательно, сумма встречного предоставления лизингополучателя составляет 6 428 000 руб. (2 677 000+3 751 000), а сумма встречного предоставления лизингодателя – 5 544 589,36 (3 558 191,80 + 1 209 609,61 + 70 876,12 + 180 411,83 + 108 500 +10 000 +402 000 + 5 000).

Однако, принимая во внимание, что апелляционная жалоба подана ответчиком, а в силу п. 23 "Обзор судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 2, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.10.2022, суд апелляционной инстанции не вправе выходить за пределы рассмотрения апелляционной жалобы, ухудшая положение лица по сравнению с тем, которого оно добилось в суде первой инстанции, апелляционный суд в данном случае не усматривает оснований для изменения в данной части оспариваемого решения суда первой инстанции.

С учетом изложенного, полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга больше суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования и убытков лизингодателя на 827 828,72 руб.

Поскольку объем уступленных лизингополучателем в пользу цессионария (истца-2) прав по договору цессии составляет 45% неосновательного обогащения, исковые требования подлежат удовлетворению в заявленном размере 827 828 руб. 72 коп., с распределением общей суммы сальдо в следующем порядке: 455 305 руб. 80 коп. в пользу истца-1 (55%) и 372 522 руб. в пользу истца-2 (45%), учитывая, что каждый из истцов действует в своем собственном интересе, то есть требования, основанные на неосновательном обогащении, носят самостоятельный характер.

При этом, уплаченная истцом-1 сумма госпошлины в размере 37 943 руб., учитывая сумму удовлетворенных требований (455 305 руб. 80 коп.), подлежит частичному возмещению за счет ответчика в размере 12 106 руб., оставшаяся сумма в размере 25 837 руб. подлежит возврату истцу-1 из федерального бюджета, а в части удовлетворенных требований в пользу истца-2 (372 522 руб.) с ответчика надлежит взыскать в доход федерального бюджета 10 450 руб. госпошлины.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания апелляционной жалобы обоснованной и ее удовлетворения.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, нормы материального и процессуального права не нарушены, в связи с чем, у апелляционного суда отсутствуют основания для отмены принятого по делу судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.05.2024 по делу № А56-90190/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


М.В. Балакир


Судьи


С.А. Нестеров


 Н.Е. Целищева