Постановление от 6 июня 2023 г. по делу № А75-14563/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А75-14563/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2023 года.


Постановление изготовлено в полном объёме 06 июня 2023 года.



Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоФИО4 а Н.Б.,

судейФИО5 а В.А.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение от 30.11.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Сурова А.В.) и постановление от 20.03.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Дубок О.В., Котляров Н.Е., Сафронова М.М.) по делу № А75-14563/2021 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>), принятые по рассмотрению отчёта финансового управляющего ФИО3, вопроса о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Суд установил:

ФИО2 (далее также – должник) обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Решением от 01.03.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца, финансовым управляющим утверждён ФИО3 (далее - финансовый управляющий).

Определением от 30.11.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, оставленным без изменения постановлением от 20.03.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда, завершена процедура реализации имущества должника, к ФИО2 не применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, предусмотренные абзацем четвёртым пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»(далее - Закон о банкротстве).

Не согласившись с принятыми определением и постановлением судов,ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и в части неприменения правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению заявителя кассационной жалобы, вывод судов в обжалуемой частине соответствует фактическим обстоятельствам, свидетельствующим об отсутствиисо стороны должника признаков противоправного поведения, направленногона умышленное уклонение от возврата долгов и введения в заблуждение кредитных организаций.

По утверждению кассатора, указание им в заявках на получение кредитных средств целевого характера расходования - на потребительские нужды, в то время, как денежные средства потрачены на инвестиционную деятельность, никак не повлияло на принятие банками положительного решения.

К тому же, по мнению кассатора, именно на кредитных организациях лежала обязанность осуществить проверку потенциального заёмщика, оценить свои рискии, при необходимости, банки могли отказать ему в выдаче кредита без объяснения причин.

Также податель жалобы приводит довод о том, что до подачи в суд заявленияо собственном банкротстве он исполнял принятые на себя обязательства перед кредиторами, что характеризует его как добросовестного участника правоотношений.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Согласно пункту 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчёта о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

В настоящем деле судами установлено, что в ходе осуществления в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим проведены мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве.

Из представленного финансовым управляющим отчёта усматривается, что должник состоит в браке. Имеет одного несовершеннолетнего ребёнка.

ФИО2 трудоустроен в филиале публичного акционерного общества«ОГК-2», Сургутская ГРЭС-1.

С 01.07.2022 ушёл в отпуск по уходу за ребёнком.

В реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включены требования в размере 7 286 886,04 руб., в том числе: акционерного общества «Альфа-Банк» (далее – Альфа-Банк), акционерного общества «Газпромбанк» (далее – Газпромбанк), Банка ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – ВТБ), Федеральной налоговой службы.

Требование Газпромбанка в общем размере 4 665 899,17 руб. основано на кредитных договорах от 03.04.2019 № 19/12725, от 20.04.2021 № 08577-ПБ/21.

Требование Альфа-Банка в размере 1 982 749,22 руб. основано на соглашениио кредитовании на получение кредита от 22.04.2021 № F0PIB520S21042109072.

Требование ВТБ в размере 408 999,46 руб. основано на кредитном договореот 28.11.2018 № 633/0002-0442807.

Доход ФИО2 за время процедуры реализации имущества гражданина состоял из заработной платы и составил 452 117,24 руб.

Включённые в реестр требования кредиторов в процедуре реализации имущества гражданина удовлетворены на сумму 214 982,63 руб., что равняется 2,5 % от общего размера задолженности.

За должником не числится имущества, зарегистрированного на его имя.

Супруга должника владеет нежилым помещением, расположенным по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...> ГК Строитель, Блок № 13, а также жилым помещением, расположенным по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>.

Данное имущество не включено финансовым управляющим в конкурсную массу,так как приобретено супругой должника до брака.

От конкурсных кредиторов поступили заявления о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, мотивированные недобросовестным поведением должника.

Суд первой инстанции, рассмотрев отчёт финансового управляющего, пришёлк выводу о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Отказывая в применении правил об освобождении ФИО2 от исполнения обязательств, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные по делу доказательства, руководствуясь положениями Закона о банкротстве с учётом разъяснений, содержащихся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», исходилииз недобросовестного поведения должника, выразившегося в принятии на себя неисполнимых обязательств, в условиях предоставления в банки заведомо недостоверных сведений об уровне дохода, целях получения кредитных денежных средств, направленных вопреки назначению на приобретение высокорискованных активов.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов исходяиз следующего.

В соответствии с абзацем четвёртым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при их возникновении или исполнении он действовал незаконно. Раскрывая далее в этом абзаце виды незаконного поведения, законодатель приводит исключительно случаи, относящиесяк совершению должником умышленных действий, являющихся в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора (мошенничество, уклонение от погашения долга, предоставление заведомо ложных сведенийпри получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2017 № 304-ЭС16-14541, суд вправе указатьна неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств в ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника. Этим достигается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства и необходимостью защиты прав кредиторов.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытомудля сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшемуим активное содействие в проверке его имущественной состоятельностии соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Разрешение вопроса о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобождён от исполнения обязательств, во многом зависитот добросовестности должника.

В рассматриваемом случае заслуживают внимания обстоятельства того, что должник при заполнении заявок на кредиты, поданные в Газпромбанк и Альфа-Банк, в качестве целевого расходования заёмных денежных средств указал потребительские нужды, которые выдаются гражданам преимущественно для покупки товаров первой необходимости, получения значимых для жизни услуг.

Вместе с тем из письменных пояснений должника следует, что потребностьв заёмных средствах обусловлена его участием в процессе «зарабатывания денег через инвестиционную платформу DNB», в которую он по настоянию контактных лиц в апреле 2021 года на регулярной основе осуществлял вложения, чтобы выйти на «более крупный рынок».

Всего, со слов должника, им на указанную площадку перечислено порядка 90 800 долларов США, из которых только 310 000 руб. являлись его личными сбережениями.

Таким образом, заявленная должником цель получения кредитовна покрытие потребительских нужд не соответствовала действительности уже при обращении в кредитные учреждения.

Указанное свидетельствует о недобросовестном поведении должника, поскольку выдача кредитов на цели, которые реально преследовал должник, осуществляется банком, с иной степенью проверки заёмщика и на иных условиях.

К тому же при кредитовании участников финансового рынка применяются защитные механизмы, установленные регулятором, отличающиеся в зависимости от типа уровня риска, призванные контролировать достаточность собственных средств, ограничивающие бесконтрольные покупки и продажи активов со стороны инвестора.

Следовательно, банки, представляя кредиты под сделки, совершаемыес инвестиционной целью, стоимостью выше, чем собственный капитал инвестора, страхуют свои риски, вплоть до принудительного закрытия позиций.

В настоящем случае, если принять на веру письменную позицию должникао неудачном вложении денежных средств в некие активы, размещённые на платформе DNB, неизвестной широкому кругу лиц, в любом случае необходимо учитывать,что он лишил банки возможности полноценно оценить финансовые риски, получить информацию о текущем состоянии и стоимости инвестиционного портфеля, осуществлять контроль за его ликвидностью.

Очевидно, что за раскрытием реальных целей кредитования последовал бы отказ кредитного учреждения в выдаче на столь крупную сумму, либо банки предложили такие условия кредитования, которые обеспечивали бы возвратность на случай полнойили частичной утраты должником вложений, осуществлённых привлечёнными денежными средствами (залог, поручительство и т.д.).

Более того, к суждениям должника, изложенным в пояснениях, являющихся приложением к отчёту финансового управляющего, о том, что он стал жертвой мошенников, стоит относится критически, поскольку им не представлены детали транзакций, доказательства взаимоотношений с указанной платформой DNB: регистрация, открытие личного кабинета, договоры на обслуживание, поручения на перечисление денежных средств в иностранной валюте, выписки по счетам, переписка с сотрудниками.

К письменным пояснениям должника, отчёту финансового управляющегоне приложены документы, подтверждающего изложенные доводы; не представляется возможным проверить существо приобретённых активов, целесообразность их покупки, отследить их дальнейшую судьбу.

В свою очередь, Газпромбанк в ходатайстве о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, со ссылкой на документыоб операциях указал, что полученные должником денежные средства, конвертированныев доллары США, направлялись в зарегистрированный на территории Польши криптообменник BTCBIT на приобретение криптовалюты (биткоин).

При этом в документах получателем криптовалюты указан сам ФИО2(его контактные данные), а не некое третье лицо, например, платформа DNB.

Дальнейшее движение криптовалюты, цели, на которые она потрачена, способи место её хранения, должник не раскрыл; доводы, приведённые Газпромбанком,не опровергнуты.

Также необходимо учитывать, что должник с интервалом в два дня (20.04.2021, 22.04.2021) заключил кредитные договоры в разных банках (Газпромбанк, Альфа-Банк),не раскрыв перед вторым кредитным учреждением факт получения накануне кредитана сумму 4 100 138,89 руб.

Таким образом, суды верно исходили из того, что должник, подав заявкина получение кредитов и заключив в короткий промежуток времени несколько договоров, осознанно ввёл в заблуждение банки относительно уровня своей кредитоспособности, скрыл сведения об объёме обязательствах, предоставив недостоверные сведенияо финансовом состоянии, сделал невозможным проведение вторым банком полноценной оценки кредитных рисков, в том числе получить актуальную информациюв бюро кредитных историй.

В итоге размер совокупного ежемесячного платежа ФИО2 по кредитным обязательствам составил 233 517 руб., тогда как максимальный ежемесячный заработок не превышал 160 000 руб.

Свидетельств о том, что должник реализовывал некий бизнес-план, рассчитывална получение дополнительного дохода, имел намерение и способность добросовестно обслуживать свои заёмные обязательства с учётом необходимости обеспечения достойного уровня существования членов своей семьи (в том числе уплаты алиментов),не приведено.

В этой связи, поступки должника, трудоустроенного на высокооплачиваемую работу в крупную компанию, что характеризует его как гражданина со значительным трудовым опытом и социальным статусом, противоречат представленной суду иррациональной модели поведения, которой он объясняет расходование денежных средств, полученныхна возвратных и возмездных условиях.

Указанные обстоятельства в своей совокупности, при оценке которых необходимо учитывать также подготовку и подачу ФИО2 в арбитражный суд заявленияо собственном банкротстве в столь короткий промежуток времени (четыре месяца) после получения значительной части кредитов, свидетельствуют о том, что предложенное должником видение событий развивалось по иному сценарию, который им не раскрыт перед судом.

Подобное поведение должника, не только представившего заведомо ложные сведения при получении кредита, но и фактически скрывшего от кредиторов своё имущество, приобретённое на кредитные денежные средства (в частности, криптовалюту), не может быть признано добросовестным, неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

При таких обстоятельствах с учётом обозначенного правового регулирования, установленных в деле фактов, суды обоснованно не применили в отношенииФИО2 правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражают несогласие её заявителяс выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение положений законодательства о последствиях завершения процедуры реализации имущества гражданина и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствиис частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учётом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 30.11.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры и постановление от 20.03.2023 Восьмого арбитражного апелляционного судапо делу № А75-14563/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.



ПредседательствующийН.Б. ФИО4


СудьиВ.А. ФИО5


ФИО1