Решение от 1 декабря 2021 г. по делу № А56-29284/2021



Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-29284/2021
01 декабря 2021 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 29 ноября 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 01 декабря 2021 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Евдошенко А.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Травиной И.А.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: :АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ЦЕНТРАЛЬНОЕ КОНСТРУКТОРСКОЕ БЮРО МОРСКОЙ ТЕХНИКИ "РУБИН" (адрес: Россия 191119, г САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, г САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, ул МАРАТА 90, ОГРН: 1089848051116)

ответчик: :АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "КОНЦЕРН "ГРАНИТ-ЭЛЕКТРОН" (адрес: Россия 191014, г САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, г САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, ул ГОСПИТАЛЬНАЯ 3, ОГРН: 5067847016782)

о взыскании 26 483 365 руб. 08 коп.

при участии

от истца: представитель Строганов Р.А. (доверенность)

от ответчика: представители Малагина Д.Д., Романова И.Н. (доверенность)

установил:

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ЦЕНТРАЛЬНОЕ КОНСТРУКТОРСКОЕ БЮРО МОРСКОЙ ТЕХНИКИ "РУБИН" (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с иском к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "КОНЦЕРН "ГРАНИТ-ЭЛЕКТРОН" (далее – ответчик) о взыскании 26 483 365 руб. 08 коп. неустойки за нарушение сроков выполнения работ по этапу 2.2.67Б СЧ ОКР по договору №1352-116/94/441-94 от 13.07.1994, начисленной на основании пункта 31 договора в редакции протокола разногласий к дополнительному соглашению №28 к договору за период с 01.07.2018 по 17.03.2021.

Ответчик по существу спора возражал по мотивам, изложенным в отзыве.

В судебном заседании 29.11.2021 истец поддержал заявленные требования, представил возражения на отзыв.

Ответчик заявил о применении статьи 333 ГК РФ.

С учетом совокупности установленных по делу обстоятельств и исследованных доказательств применительно к предмету настоящего спора, суд полагает возможным рассмотреть дело в настоящем судебном заседании по имеющимся материалам дела.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав и оценив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Между ответчиком и истцом заключен договор № 1352-116/94/441-94 от 13.07.1994 (далее договор), по условиям которого ответчик обязался выполнить и сдать истцу составную часть опытно-конструкторской работы шифр «Свиязь» (далее СЧ ОКР).

Согласно пункту 1 договора полный объем работы и отдельные ее этапы указаны в прилагаемой к договору ведомости исполнения.

В соответствии с ведомостью исполнения к договору (в редакции дополнительного соглашения № 46) срок выполнения работ по этапу 2.2.67Б СЧ ОКР определен как 30.06.2018.

В указанный срок работы исполнителем не были выполнены, что явилось основанием для начисления заказчиком неустойки за нарушение договора по ставке 0,1 % от цены данных работ за каждый день просрочки в соответствии с пунктом 31 договора (в редакции согласованного сторонами протокола разногласий и переписки к дополнительному соглашению № 28).

В связи с тем, что ответчик оставил претензию истца исх.№ ЮС/8 от 31.01.2019 об уплате неустойки без удовлетворения, заказчик обратился в суд с вышеуказанным иском.

Как следует из материалов дела, в соответствии с действующей ведомостью исполнения к договору в состав работ по спорному этапу входят следующие работы:

1. Проведение предварительных испытаний 2И40,

2. Разработка РКД опытного образца изделия 2А04.0,

3. Работы в рамках темы «Симбиоз-БВС» в соответствии с решением № 1500/2-2015,

4. Восполнение стендового комплекта 2А04.3С на ЭКБ, которая будет использоваться для серийного изготовления 2А04.

Срок выполнения всех указанных работ истек 30.06.2018.

Стороны признают и не оспаривают, что восполнение стендового комплекта 2А04.3С на ЭКБ, которая будет использоваться для серийного изготовления 2А04, выполнено исполнителем в 2016 году, а предварительные испытания 2И40 выполнены с просрочкой в декабре 2018 года (акт № 67/1124-18 от 26.12.2018). Остальные работы из состава этапа: разработка РКД опытного образца изделия 2А04.0 и работы в рамках темы «Симбиоз-БВС» в соответствии с решением № 1500/2-2015 – не выполнены.

Ответчик ссылается на отсутствие его вины в нарушении сроков выполнения работ, так как состав работ был изменен по инициативе истца после окончания срока их выполнения посредством оформления совместного решения № 2И40.01ТР-2018.

Данный довод не соответствует обстоятельствам дела, поскольку проект решения № 2И40.01ТР-2018 поступил истцу от ответчика после истечения срока выполнения этапа 2.2.67Б. Данный факт подтверждается тем, что решение согласовано ответчиком 15.06.2018, а истцом – 02.07.2018. Следовательно, инициатором изменения состава данных работ за сроком выполнения выступил исполнитель, доказательств иного в материалы дела не предоставлено.

Кроме того, как следует из текста пункта 1 рассматриваемого решения, вместо предварительных испытаний КИА состав работ изменялся на проведение 1-ого и 2-ого этапов данных испытаний, из чего следует, что объем работ сокращался. Таким образом, подобное изменение состава работ не только не препятствовало, но, напротив, должно было способствовать их скорейшему завершению.

Также необоснованна ссылка ответчика на длительное согласование дополнительного соглашения № 47 к Договору, отражающего вышеуказанное изменение работ. Само дополнительное соглашение направлено исполнителем заказчику через 3 месяца после подписания вышеуказанного решения при письме исх.№ ПДО/165ДСП от 25.09.2018. При этом отсутствие заключенного дополнительного соглашения не препятствовало ответчику направить в адрес Истца уведомление о готовности работ по этапу 2.2.67Б к сдаче исх.№ Ф-3740/к от 25.09.2018.

В приемке работ по спорному этапу заказчик отказал в соответствии с заключением от 09.10.2018, так как работы по этапу 2.2.67Б не были выполнены в полном объеме. В отношении работ по проведению 1-ого и 2-ого этапов предварительных испытаний в заключении указано, что испытания проведены, однако их результаты не оформлены ответчиком.

Между тем в пункте 3 решения № 2И40.01ТР-2018 от 02.07.2018 стороны согласовали, что данные работы закрываются актом предварительных испытаний (1 и 2 этапов).

Указанный акт был передан исполнителем заказчику в декабре 2018 года и подписан сторонами 26.12.2018.

Таким образом, предварительные испытания 2И40, а значит и работы по этапу 2.2.67Б не были завершены ответчиком в установленный срок (30.06.2018) по обстоятельствам, зависящим от него.

Кроме того, исполнитель не отрицает, что до настоящего времени им не завершена разработка части РКД опытного образца изделия 2А04.0, а именно, технических условий и руководства по эксплуатации.

Вместе с тем, как указывает сам ответчик в отзыве на иск, данные документы неоднократно исправлялись им по замечаниями истца и в очередной раз были представлены на согласование последнему в феврале 2021, то есть спустя 2 года и 8 месяцев после истечения срока выполнения работ по этапу 2.2.67Б (30.06.2018).

При этом впервые технические условия направлены исполнителем заказчику в декабре 2018 года при письме исх.№ С/58 от 12.12.2018, а руководство по эксплуатации – в апреле 2020 года при письме исх.№ 163с от 15.04.2020, то есть за сроками выполнения работ. Ответчик в отзыве подтверждает данные обстоятельства.

Также проект решения № 1500/2-2015, касающийся изменения требований к работам по теме «Симбиоз-БВС», был впервые направлен ответчиком в адрес истца при письме исх.№ Ф-3656/К от 18.09.2018, то есть через 2,5 месяца после истечения срока выполнения работ по этапу 2.2.67Б СЧ ОКР (30.06.2018).

В последующем, как следует из переписки сторон, на протяжении нескольких лет исполнитель устранял замечания заказчика к указанному решению, а также к дополнению № 1 к техническому заданию на работу по теме «Симбиоз-БВС», которое разрабатывает ответчик в соответствии с данным решением.

Таким образом, объем работ по теме «Симбиоз-БВС» не был определен сторонами по вине исполнителя, а именно, в связи с поздним предоставлением им заказчику решения № 1500/2-2015, а также длительным устранением замечаний к дополнению № 1 к техническому заданию по теме «Симбиоз-БВС».

Отношения сторон договора регулируются нормами главы 38 ГК РФ о договорах на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 773 ГК РФ исполнитель в договорах на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ обязан незамедлительно информировать заказчика об обнаруженной невозможности получить ожидаемые результаты или о нецелесообразности продолжения работы.

В материалы дела не предоставлены доказательства наличия обстоятельств, свидетельствующих о невозможности исполнения договора, а также своевременного выполнения ответчиком обязанности по уведомлению заказчика о невозможности получить ожидаемые результаты или о нецелесообразности продолжения работы.

В силу пункта 1 статьи 777 ГК РФ исполнитель несет ответственность перед заказчиком за нарушение договоров на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ, если не докажет, что такое нарушение произошло не по вине исполнителя. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Достоверных доказательств отсутствия своей вины в нарушении срока выполнения спорных работ ответчик не представил. Следовательно, требования истца обоснованы по праву и соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При этом суд признает необоснованными ссылки ответчика на то, что установленный постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 428 и продленный постановлением Правительства Российской Федерации от 01.10.2020 № 1587 период моратория на возбуждение дел о банкротстве подлежит исключению из периода начисления неустойки за нарушение срока выполнения работ по этапу 2.2.67Б.

Данный довод ответчика противоречит нормам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами (далее для целей настоящей статьи - мораторий), на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные в том числе абзацем десятым пункта 1 статьи 63 названного Федерального закона.

В силу абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Таким образом, в случае введения моратория на период его действия в отношении должников, на которых он распространяется, не начисляются финансовые санкции за ненадлежащее исполнение ими именно денежных обязательств.

В настоящем споре истцом предъявлено требование о взыскании с ответчика неустойки за ненадлежащее исполнение не денежного, а натурального обязательства, а именно, за нарушение сроков выполнения работ.

Следовательно, нормы права, на которые ссылается ответчик в обоснование рассматриваемого довода неприменимы в настоящем споре.

Кроме того, противоречит материалам дела утверждение ответчика о наличии в условиях договора ограничения неустойки не более чем пятью процентами от цены спорного этапа.

Изначально предусмотренные разделом VII договора условия об ответственности были пересмотрены сторонами в дополнительном соглашении № 28 к Договору.

Данное дополнительное соглашение подписано истцом с протоколом разногласий, согласно пункту 11 которого ответчику было предложено изменить раздел VII договора и изложить пункт 31 договора в редакции: «За нарушение Исполнителем срока выполнения СЧ ОКР (этапа СЧ ОКР), он уплачивает Заказчику неустойку в размере 0,1% договорной цены СЧ ОКР (этапа СЧ ОКР) за каждый день просрочки». В графе «Мнение Исполнителя» протокола разногласий ответчик предложил дополнить пункт 31 договора условием в редакции: «но не более 5% от цены этапа договора».

В письме исх.№ ППО-913 от 03.08.2011 истец отклонил предложение ответчика и настоял на предложенной истцом редакции пункта 31 договора (т.е. без ограничения размера неустойки).

В ответном письме исх.№ ПДО/2940 от 13.09.2011 исполнитель настаивал на своей редакции и введении данного ограничения.

Письмом исх.№ ППО-1718 от 21.11.2011 заказчик в очередной раз предложил исполнителю пункт 31 договора принять в редакции: «За нарушение Исполнителем срока выполнения СЧ ОКР (этапа СЧ ОКР), он уплачивает Заказчику неустойку в размере 0,1% договорной цены СЧ ОКР (этапа СЧ ОКР) за каждый день просрочки».

В письме исх.№ ПДО/1 от 10.01.2012 ответчик согласился с указанной редакцией заказчика без ограничения размера неустойки.

Следовательно, условиями договора не предусмотрено ограничение размера ответственности исполнителя.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 333 ГК РФ уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Как разъяснено в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума №7) , подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке.

В соответствии с пунктом 77 Постановления Пленума №7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 N 683-О-О указано, что пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет право суда уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

К выводу о наличии или отсутствии оснований для снижения суммы неустойки суд приходит в каждом конкретном случае при оценке имеющихся в деле доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании.

Предусмотренный пунктом 31 договора размер неустойки составляет 36 процентов годовых (0,1% за каждый день просрочки), в то время как в период нарушения срока исполнения данного обязательства самая высокая ставка банковского процента в спорный период составляла 7,75%, что более чем в 4,5 раза меньше применяемой договором ставки для начисления неустойки.

Как указал Верховный суд РФ несоразмерность неустойки и необоснованность выгоды кредитора могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (п.73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Требование о взыскании пени предъявлено истцом за нарушение срока выполнения этапа, отдельные виды работ по которому были выполнены ответчиком. При этом, ставка для начисления неустойки рассчитывается от стоимости всего этапа работ без разграничения стоимости подэтапов (видов) работ, некоторые из которых были выполнены ответчиком. Доказательств наступления для истца каких-либо неблагоприятных последствий в связи с нарушением обязательств, не представлено.

Таким образом, размер неустойки по договору применительно к фактическим обстоятельствам дела, существенно превышает учетную ставку банковского процента и не соизмерим размеру взыскиваемой неустойки с последствиями допущенного должником нарушения, в связи с чем, является чрезмерным.

На основании изложенного, учитывая конкретные обстоятельства рассматриваемого спора, заявление ответчика о снижении размера пени, компенсационное значение неустойки, суд в целях обеспечения баланса интересов сторон считает возможным реализовать свое право в соответствии со статьей 333 ГК РФ и уменьшить пени до суммы 13 241 682 руб. 50 коп., исходя из ставки 0,05%, признав несоразмерными заявленные пени последствиям нарушенного обязательства, с отнесением на ответчика расходов по государственной пошлине на основании статьи 110 АПК РФ.

Такой способ определения размера пени, подлежащих уменьшению до суммы, сопоставимой с размером ставки, уменьшенной в два раза до значения 0,05%, позволяет устранить явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с акционерного общества "Концерн "Гранит-Электрон" в пользу акционерного общества "Центральное конструкторское бюро морской техники "Рубин" 13 241 682 руб. 50 коп. неустойки, а также 155 417 руб. расходов по оплате государственной пошлины.


В остальной части в иске отказать.


Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.



Судья Евдошенко А.П.