Решение от 27 сентября 2023 г. по делу № А63-3609/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А63-3609/2023
г. Ставрополь
27 сентября 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 20 сентября 2023 года.

Решение изготовлено в полном объеме 27 сентября 2023 года.

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Костюкова Д.Ю., при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании объединенные в одно производство заявления общества с ограниченной ответственностью «ГеоНиС-АКВА» г. Пятигорск, ОГРН <***>, к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Ставропольскому краю г. Пятигорск, ОГРН <***>, об оспаривании решений налогового органа,

при участии в судебном заседании представителей: заявителя – ФИО2 по доверенности от 02.03.2023; заинтересованного лица – ФИО3 по доверенности от 24.04.2023,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ГеоНиС-АКВА» (далее - общество, заявитель, налогоплательщик, ООО «ГеоНиС-АКВА») обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлениями к инспекции Федеральной налоговой службы по г. Пятигорску Ставропольского края (далее - заинтересованное лицо, инспекция, налоговый орган) о признании недействительными решений о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 06.10.2022 № 2184, от 06.10.2022 № 2255 и от 11.11.2022 № 2654.

Определениями от 14.03.2023, от 10.03.2023 и от 13.03.2023 заявления общества приняты к производству с присвоением номеров дел А63-3608/2023, А63-3609/2023 и А63-3610/2023 соответственно.

Определением суда от 18.05.2023 заявления объединены в одно производство в связи с тем, что дела однородны, взаимосвязаны, основаны на одних и тех же доказательствах, в них участвуют одни и те же лица. Объединенному делу присвоен номер № А63-3609/2023.

Определением суда от 18.05.2023 в порядке ст. 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произведена замена наименования заинтересованного лица на Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 15 по Ставропольскому краю в связи с реорганизацией.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал требования с учетом доводов, изложенных в заявлениях, указал, что налоговым органом в нарушение положений Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекс) необоснованно отказано в праве на применение налоговых вычетов по счету-фактуре от 29.09.2021 № 5 от контрагента ООО «Нано Групп», поскольку недвижимое имущество (скважина) приобретено для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения по НДС; право собственности на недвижимое имущество зарегистрировано в ЕГРН; недвижимое имущество принято к учету на основании соответствующих первичных документов; наличие надлежаще оформленного счета-фактуры; основной целью совершения сделки не является неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; обязательство по сделке исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком. Налоговым органом не доказана совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию, при вменении нарушений по п. 1 ст. 54.1 НК РФ. Заявителем также указано на допущенные налоговым органом в ходе проверки существенные нарушения рассмотрения материалов проверки, заключающиеся в непредставлении проверяемому лицу документов, положенных в основание вынесенных актов налоговых проверок и решений; в непредставлении ему возможности для ознакомлении с материалами налоговых проверок; а также в предопределенности результатов рассмотрения материалов налоговых проверок в связи с направлением в адрес налогоплательщика до рассмотрения налоговых проверок писем Межрайонной ИФНС России № 14 по Ставропольскому краю с сообщением о планируемых к вынесению решений о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Представитель заинтересованного лица в судебном заседании выразили несогласие с требованиями заявителя по основаниям, изложенным в отзывах на заявления, дополнениях к ним и в оспариваемых решениях, считает оспариваемые решения законными и обоснованными, поскольку проведенными налоговыми проверками установлены нарушения обществом налогового законодательства, повлекшие отказ в применении вычетов по НДС за 3, 4 кварталы 2021 года и 1 квартал 2022 года. По мнению налогового органа в ходе проверки установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что общество преднамеренно заключило сделку по приобретению скважины с ООО «Нано Групп» без экономически оправданной цели использования объектов для извлечения прибыли. Просил отказать в удовлетворении заявления общества в полном объеме. Также указал, что существенных нарушений процедуры рассмотрения материалов проверок не допущено.

Выслушав доводы представителей сторон, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в их совокупности, суд считает заявленные требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, налоговым органом проведены камеральные налоговые проверки представленных обществом налоговых деклараций по НДС за 3 квартал 2021 года, 4 квартал 2021 года и 1 квартал 2022 года, по итогам которых налоговым органом составлены акты налоговых проверок от 07.02.2022 № 321, от 08.04.2022 № 966 и от 05.08.2022 № 2303, которыми установлена неуплата НДС в размере 1 600 000 руб., 350 000 руб. и 216 666,67 руб. соответственно.

Общество, не согласившись с выводами, изложенными в актах проверок, в порядке п. 6 ст. 100 НК РФ направило в налоговый орган письменные возражения.

Рассмотрев акты проверок от 07.02.2022 № 321 и от 08.04.2022 № 966, возражения общества на них, инспекцией вынесены решения от 28.03.2022 № 11 и от 14.06.2022 № 19 о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля. В рамках рассмотрения акта проверки от 05.08.2022 № 2303 решение о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля не принималось.

По результатам проведения дополнительных мероприятий налогового контроля налоговым органом составлены дополнения от 24.05.2022 № 13 к акту проверки от 07.02.2022 № 321, и от 03.08.2022 № 21 к акту проверки от 08.04.2022 № 966, с выводами и предложениями аналогичными выводам и предложениям, приведенным им ранее в актах проверок от 07.02.2022 № 321 и от 08.04.2022 № 966.

Общество, не согласившись с выводами, изложенными в дополнениях к актам проверок, в порядке п. 6.2 ст. 101 НК РФ направило в налоговый орган письменные возражения.

По итогам рассмотрения материалов налоговых проверок, актов проверок от 07.02.2022 № 321, от 08.04.2022 № 966, дополнений к ним, возражений общества на акты проверок от 07.02.2022 № 321, от 08.04.2022 № 966, дополнений к ним, возражений общества на акт проверки от 05.08.2022 № 2303 налоговым органом вынесены решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 06.10.2022 № 2184, от 06.10.2022 № 2255 и от 11.11.2022 № 2654, которыми: начислен НДС в размере 1 600 000 руб., пени за неуплату НДС в размере 225 822,23 руб., общество привлечено к налоговой ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 80 000 руб. (снижен в 8 раз) (3 квартал 2021 года); начислен НДС в размере 350 000 руб., пени за неуплату НДС в размере 31 781,94 руб., общество привлечено к налоговой ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 17 500 руб. (снижен в 8 раз) (4 квартал 2021 года); начислен НДС в размере 216 667 руб., пени за неуплату НДС в размере 10 230 руб., общество привлечено к налоговой ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 10 830 руб. (снижен в 8 раз) (1 квартал 2022 года).

Поданные обществом в рамках п. 6 ст. 100 письменные возражения на акты налоговых проверок от 07.02.2022 № 321, от 08.04.2022 № 966 и от 05.08.2022 № 23, а также поданные в рамках п. 6.2 ст. 101 НК РФ письменные возражения на дополнения от 24.05.2022 № 13 к акту проверки от 07.02.2022 № 321, и от 03.08.2022 № 21 к акту проверки от 08.04.2022 № 966, оставлены налоговым органом без удовлетворения.

Оспариваемыми решениями обществу отказано в праве на применение налоговых вычетов по НДС в общем размере 2 166 667 руб. по счету-фактуре от 29.09.2021 № 5 по операции приобретения у ООО «Нано Групп» недвижимого имущества (скважина).

Не согласившись с решениями, заявитель в порядке ст. ст. 137, 138, 139.1 НК РФ обратился с апелляционными жалобами в вышестоящий налоговый орган.

По результатам рассмотрения апелляционных жалоб Управлением Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю вынесены решения от 16.01.2023 № 08-19/000722@, от 16.01.2023 № 08-19/000721@ и от 17.02.2023 № 08-19/0003680@, которыми апелляционные жалобы налогоплательщика оставлены без удовлетворения.

Полагая, что оспариваемые решения инспекции являются незаконными и необоснованными, заявитель обратился в арбитражный суд с настоящими заявлениями.

Удовлетворяя требования заявителя, суд исходит из следующего.

Исходя из положений ч.1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица праве обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решения и действия (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии со ст. 146 НК РФ объекты налогообложения по НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории РФ. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные указанной статьей налоговые вычеты.

Пунктом 2 ст. 171 НК РФ установлено, что вычетам подлежат суммы налога на добавленную стоимость, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Кодекса, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога на добавленную стоимость при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога на добавленную стоимость, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных п.п. 3, 6-8 ст. 171 НК РФ.

Вычетам подлежат, если иное не установлено ст. 172 НК РФ, только суммы налога на добавленную стоимость, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные им при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных данной статьей, и при наличии соответствующих первичных документов.

На основании п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав.

Согласно п. 1 ст. 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ.

В п. 2 ст. 169 НК РФ установлено, что счета-фактуры являются основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету при выполнении требований, установленных п.п. 5, 5.1 и 6 данной статьи.

Таким образом, налог на добавленную стоимость по приобретенным товарам (работам, услугам), имущественным правам может быть предъявлен к вычету при выполнении следующих условий: приобретенные товары (работы, услуги), имущественные права предназначены для осуществления операций, облагаемых налогом на добавленную стоимость (п. 2 ст. 171 НК РФ); товары (работы, услуги), имущественные права приняты к учету (п. 1 ст. 172 НК РФ); наличие надлежащим образом оформленного счета-фактуры (п. 1 ст. 172 НК РФ).

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в п. 1 Постановления Пленума от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) указывает, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно положениям п. 4 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

К обстоятельствам, свидетельствующим о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, исходя из положений п. 5 Постановления № 53, относятся, в том числе, установление невозможности реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В п. 10 Постановления № 53 указано, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Согласно правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 13.12.2005 № 9841/05, при решении вопроса о применении налоговых вычетов учитываются результаты встречных проверок, достоверности, комплектности и непротиворечивости представленных документов, проверки предприятий - поставщиков с целью установления факта выполнения безусловной обязанности поставщиков уплатить налог на добавленную стоимость в бюджет в денежной форме. Заключаемые налогоплательщиком сделки в сфере гражданского оборота не должны носить фиктивный характер, у них должна быть конкретная разумная хозяйственная цель.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике – покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

На основании правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 25.07.2001 №138-О, в силу п. 7 ст. 3 НК РФ в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщика, обязанность доказывания недобросовестности налогоплательщика в порядке, установленном НК РФ, возлагается на налоговые органы.

Судом установлено, что ООО «ГеоНиС-АКВА» зарегистрировано 25.10.2004. Основной вид деятельности, заявленный в ЕГРЮЛ – 71.12.3 «Работы геолого-разведочные, геофизические и геохимические в области изучения недр и воспроизводства минерально-сырьевой базы». Дополнительные виды деятельности – 08.9 «Добыча полезных ископаемых, не включенных в другие группировки», 09.10.9 «Предоставление прочих услуг в области добычи нефти и природного газа», 42.21 «Строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения», 43.13 «Разведочное бурение» и др.

Общество имеет лицензию СТВ № 01147МЭ (срок действия с 25.07.2013 по 25.07.2033) на разведку и добычу подземных минеральных вод для промышленного розлива на Южно-Калаборском месторождении, с. Калаборка, Предгорный район, Ставропольский край.

Общество в проверяемом периоде применяло общую систему налогообложения, учет доходов и расходов велся методом начисления, общество являлось плательщиком налога на добычу полезных ископаемых, что подтверждается положениями об учетной политике общества за 2021, 2022 года, декларациями по налогу на добычу полезных ископаемых за 2021, 2022 года, представленные в материалы дела.

29 сентября 2021 года между обществом (покупатель) и ООО «Нано Групп» (продавец) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, согласно которому продавец передает в собственность покупателя недвижимое имущество: сооружение-скважина, объект нежилого назначения, глубина 114,9 м., инв. № 70:250:002:190048430, Лит. I, кадастровый номер 71:23:040305:2895, расположенный по адресу: <...>; а так же земельный участок, назначение: земли населенных пунктов – для строительства предприятия по добыче и розливу питьевой воды, площадью 18 000,03 кв.м, кадастровый номер: 71:23:040305:362, местоположение находится примерно в 180 м. по направлению на юг от ориентира жилой дом, расположенного за пределами участка, по адресу <...>. Стоимость недвижимого имущества составила 14 500 000 руб.: сооружение-скважина – 13 000 000 руб., земельный участок – 1 500 000 руб.

Протоколом общего собрания участников общества от 21.09.2021 № 1 зафиксировано согласие участников общества на приобретении указанного выше недвижимого имущества.

Сооружение-скважина и земельный участок, приобретенные обществом у ООО «Нано Групп», переданы обществу путем подписания соответствующих передаточных документов, отражено в учете на счете 08.

Переход права собственности на спорное недвижимое имущество зарегистрирован в Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии, что налоговым органом не оспаривается.

ООО «Нано Групп» по сделке реализации сооружения-скважина в адрес общества выставлен счет-фактура от 29.09.2021 № 5 на сумму 13 000 000 руб., в том числе НДС – 2 166 666,67 руб., который зарегистрирован обществом в книге покупок. Указанный счет-фактура соответствуют ст. 169 НК РФ и содержит в себе все необходимые сведения.

Общая сумма НДС по счету-фактуре от 29.09.2021 № 5 в размере 2 166 666,67 руб. заявлена обществом в 3-х налоговых периодах: в 3 квартале 2021 года – 1 600 000 руб., в 4 квартале 2021 года – 350 000 руб. и в 1 квартале 2022 года – 216 666,67 руб.

Общество частично оплатило ООО «Нано Групп» стоимость приобретенного недвижимого имущества в размере 3 400 000 руб. платежными поручениями от 14.06.2022 № 116 (400 000 руб.) и от 14.10.2022 № 203 (3 000 000 руб.).

Налоговый орган, возражая против удовлетворения требований заявителя, указывает, что заявленная стоимость земельного участка, приобретенного обществом у ООО «Нано Групп» (1 500 000 руб.), в 4 раза меньше стоимости этого же участка, ранее приобретенного ООО «Нано Групп» у ООО «ТД Очаково КМВ» (5 500 000 руб.). В свою очередь, заявленная стоимость сооружения-скважина, приобретенного обществом у ООО «Нано Групп» (13 000 000 руб.), в 9 раз больше стоимости этого же сооружения-скважина, ранее приобретенного ООО «Нано Групп» у ООО «ТД Очаково КМВ» (1 492 300 руб.). Данное обстоятельство, по мнению налогового органа, свидетельствует о цели налогоплательщика уменьшить начисленный НДС на сумму «входного» НДС по приобретенным объектам недвижимости.

Вместе с этим, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что отличие примененной налогоплательщиком цены от уровня цен, обычно применяемых по идентичным (однородным) товарам, работам или услугам другими участниками гражданского оборота, не может служить самостоятельным основанием для вывода о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, возникновении у него недоимки, определяемой исходя из выявленной ценовой разницы (пункт 3 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 НК РФ, утвержденного Президиумом ВС РФ 16.02.2017; определение ВС РФ от 29.03.2018 № 303- КГ17-19327 по делу № А04-9989/2016).

Таким образом, выводы инспекции о многократном отклонении цены реализации недвижимого имущества в пользу общества не могут быть самостоятельным основанием для вывода о получении обществом необоснованной налоговой выгоды.

Суд также учитывает, что налоговым органом в ходе налоговых проверок экспертиза цен на спорное недвижимое имущество на соответствие рыночным ценам, в том числе на момент его приобретения ООО «Нано Групп» у ООО «ТД Очаково КМВ» и на момент его приобретения обществом у ООО «Нано Групп», не проводилась.

Стоимость сооружения-скважина, подлежащего налогообложению, указана в счете-фактуре строго в соответствии со стоимостью, определенной сторонами в договоре купли-продажи. В бухгалтерском учете общества сооружение-скважина и земельный участок отражены также в соответствии со стоимостью в договоре и счете-фактуре (сооружение-скважина), что не оспаривается налоговым органом.

Обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности. В полномочия же налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменение им доходов исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического эффекта с меньшими затратами, на что неоднократно указывал Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ (постановления от 26.02.2008 № 11542/07, от 18.03.2008 № 14616/07, от 28.10.2010 № 8867/10).

Таким образом, налоговый орган лишен оснований оценивать обоснованность заключения обществом договора именно по таким условиям, по которым сторонами достигнуто соглашение, в том числе по цене, так как это не входит в его компетенцию.

С учетом позиции Конституционного Суда РФ, изложенного в Определении от 04.06.2007 № 320-О-П, Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, необходимо учитывать, что термин «экономическая целесообразность» является оценочной категорией, а это означает, что при возникновении сомнений в оправданности произведенных расходов, налоговый орган, в силу ст. ст. 65 и 200 АПК РФ, должен доказать отрицательные последствия данных, по мнению налогового органа, экономически не оправданных затрат для финансово-экономической деятельности общества, что им сделано не было.

При этом, общество пояснило, что, изучив стоимость выполненных работ на бурение такой же альтернативной скважины, стоимость составление проектной и другой разрешительной документации для проведения буровых работ, стоимость проведения самих буровых работ, стоимость работ по проведению геологического изучения участка недр с последующим утверждением запасов, пришло к выводу, что выгоднее приобрести скважину с земельным участком на данном месторождении, что дает преобладающее право для дальнейшего получения лицензии на недропользование. При этом, указанная цена на земельный участок сложилась, в том числе, в связи с тем, что на земельном участке уже находится имущество (скважина с кадастровым номером 71:23:040305:2895), что составляет неотъемлемый комплекс для последующей добычи воды. Для дальнейшего совместного пользования комплексом разделить по разным собственникам кадастровые объекты не представляется экономически целесообразным и фактически возможным. Спорный земельный участок необходим лишь для размещения технологического оборудования, надкоптажного помещения и создания зоны строгой санитарной охраны месторождения. Сам по себе данный земельный участок коммерческого интереса не представляет, так как будучи отведенным под зону строгой санитарной охраны, земельный участок больше ни в каких иных целях использоваться не может. Кроме того стоимость участка также было связано с его захламлением и, соответственно, предстоящими в будущем значительными затратами по приведению его в надлежащий вид для создания зоны строгой санитарной охраны. Прибыль данного коммерческого проекта будет приносить не земельный участок, а скважина при добыче из нее полезных ископаемых. Также, на повышение стоимости скважины повлияло резкое повышение цен на буровые работы и стоимость материалов и для обсадки и оборудования скважины.

Каких-либо возражений на указанные выше пояснения общества налоговый орган не представил.

Судом приняты во внимание изложенные в протоколе допроса от 21.04.2022 свидетельские показания Генерального директора ООО «ГеоНиС-АКВА» ФИО4, который пояснил, что от руководителя ООО «Нано Групп» ФИО5 поступило коммерческое предложение о приобретении обществом спорного недвижимого имущества. При встрече в офисе ООО «ГеоНиС-АКВА» ФИО5 представил документацию на приобретаемые объекты. Генеральный директором общества ФИО4 и заместителем генерального директора по гидрогеологии ФИО6 был произведен анализ рынка и анализ предложений по продаже имущества в Тульской области. Также, мониторинг рынка по анализу цены на скважину проводился по всей России. Была проведена оценка затратной части на бурение новой скважины, после чего принято решение о целесообразности приобретения уже пробуренной скважины по спорному адресу у ООО «Нано Групп». Для оценки имущества и определения их стоимости привлекался заместитель генерального директора общества ФИО6, который обладает специальными познаниями в этой области. За соответствующими консультациями обращались так же и к сторонним специалистам, в том числе в телефонном режиме и при личных встречах. После получения от ФИО5 коммерческого предложения, и проведения анализа рынка соответствующих скважин в Тульской области, на общем собрании учредителей единогласно было принято решение по добыче, розливу и реализации в будущем воды в Тульской области. Общество приобрело скважину и земельный участок у ООО «Нано Групп» для дальнейшего коммерческого развития и получения прибыли от реализации бутилированной воды. Обществом от ООО «Нано Групп» после подписания договора купли-продажи недвижимого имущества от 29.09.2021 были получены технические документы, паспорта и др. документы на скважину и земельный участок.

Судом установлено, что налогоплательщиком в адрес налогового органа представлена проектно-сметная документация в 5-ти томах «Завода по производству и розливу питьевой воды в п. Иванькова Тульской области», подготовленной ОАО «ГИПРОПИЩЕПРОМ 2» по заказу предыдущего собственника спорного недвижимого имущества ЗАО МПБК «Очаково», а именно: предпроектная документация, пояснительная записка, основные чертежи; Том 1, расчетно-пояснительные записки, исходно-разрешительная документация; Том 2, основные чертежи; Том 3, управление производством, предприятием и организация условий и охраны труда рабочих и служащих; Том 4, охрана окружающей среды; Том 5, энергетическая эффективность.

Также, заявителем в адрес налогового органа представлены иные документы, а именно: кадастровый паспорт скважины с. Иваньково от 28.12.2009; кадастровый паспорт земельного участка с. Иваньково от 23.06.2010; выписка из ЕГРН скважина с. Иваньково от 10.10.2013; распоряжение о назначении государственной комиссии по выбору земельного участка под строительство от 29.09.2005;акт выбора земельного участка под строительство от 06.10.2005; согласованная схема размещения земельного участка под строительство; постановление о согласовании места размещения предприятия от 02.11.2005; постановление об утверждении границ земельного участка от 26.04.2006; землеустроительное дело № 2920 от 26.04.2006; договор купли-продажи скважины Очаково ТД Очаково от 09.11.2012; свидетельство о гос. регистрации скважины ТД Очаково от 04.12.2012; постановление о предоставлении в собственность земельного участка от 21.05.2014; договор купли-продажи земельного участка между Администрацией МО Ясногорского района и ООО «ТД Очаково КМВ» от 30.05.2014; свидетельство о государственной регистрации земельного участка ООО «ТД Очаково КМВ» от 16.06.2014; разрешение на строительство водозаборных сооружений от 17.09.2009; разрешение на ввод в эксплуатацию скважины от 15.12.2009; экспертное заключение по проектной документации на строительство объекта.

Оригиналы указанных выше документов были переданы обществу продавцом – ООО «Нано Групп» после подписания договора купли-продажи недвижимого имущества от 29.09.2021 по реестру от 29.09.2021, как новому собственнику сооружения-скважины.

Данные обстоятельства свидетельствуют о намерении общества в дальнейшем получать прибыль от использования спорного недвижимого имущества в предпринимательских целях.

Судом не принимается довод налогового органа о формальности сделки между обществом и ООО «Нано Групп» в связи с отсутствием у общества бизнес-плана по использованию в предпринимательской деятельности спорного недвижимого имущества, поскольку отсутствие у налогоплательщика бизнес-плана не является основанием для отказа в применении вычетов по НДС; наличие данного документа не предусмотрено НК РФ.

При этом, заявитель пояснил, что экономическую целесообразность приобретения спорного сооружения-скважина определяет, в том числе, и факт приобретения обществом за 14 500 000 руб. земельного участка и готовой, пробуренной скважины вкупе с наличием готового проекта завода, то есть без дополнительных расходов на разработку геологического месторождения подземных вод Алексино-тарусского водоносного комплекса, расходов на бурение скважины, расходов на изготовление проекта завода и др. сопутствующих расходов. По мнению общества, данная сделка с ООО «Нано Групп» экономически целесообразна и выгодна.

Налоговый орган, в свою очередь, каких-либо возражений на указанные выше пояснения общества не представил.

Специалист в области бурения скважин, его стоимости, разведки, составления проектов заводов, его стоимости и др. налоговым органом в ходе налоговых проверок не привлекался.

Налоговый орган указывает, что у общества отсутствует соответствующая лицензия на право розлива минеральной воды на спорном сооружении-скважина в Тульской области, что также, по мнению налогового органа, свидетельствует о формальности сделки между обществом и ООО «Нано Групп».

Между тем, заявитель пояснил, что общество в настоящий момент не является пользователем недр в Тульской области, а является владельцем имущества. Получение соответствующей лицензии несет с собой ряд обязательных работ и дополнительные финансовые затраты, которые в настоящий момент организация нести не может. После получения лицензии и, соответственно, после приобретения статуса «пользователя недр», обществом будут проведены все необходимые мероприятия, такие как: программа производственного контроля за хозяйственной деятельностью, влияющей на качество подземных вод; лабораторный контроль качества воды; санитарно-эпидемиологическая экспертиза; заключение на соответствие скважины санитарным правилам и прочие работы.

Налоговый орган, в свою очередь, каких-либо возражений на указанные выше пояснения общества не представил.

При этом, судом принято во внимание наличие у общества действующей лицензии СТВ № 01147МЭ (срок действия с 25.07.2013 по 25.07.2033) на разведку и добычу подземных минеральных вод для промышленного розлива на Южно-Калаборском месторождении, с. Калаборка, Предгорный район, Ставропольский край, что свидетельствует о фактическом осуществлении обществом деятельности по добыче подземных минеральных вод.

Налоговый орган, ссылаясь на акт обследования от 16.05.2022 № 36-13/270, указывает на непригодное состояние спорного сооружения-скважина.

Исследовав указанный акт обследования, суд установил, что в ходе осмотра земельного участка с кадастровым номером 71:23:040305:362 по адресу: <...> были обнаружены следы разрушенного и выгоревшего строения. В земле имеется отверстие, уходящее в глубь, обрамленное металлическими трубами.

Таким образом, вопреки мнению налогового органа, данное обстоятельство может подтверждать наличие спорной скважины.

Далее, из акта обследования следует, что «по всей видимости» по указанному адресу располагалась скважина с кадастровым номером 71:23:040305:2895. На момент проведения осмотра сооружение-скважина не функционирует (разрушена).

Между тем, специалист, обладающий познаниями в соответствующей области, который мог бы однозначно определить техническое состояние сооружения-скважины, налоговым органом привлечен не был. Осмотр осуществлен заместителем начальника отдела оперативного контроля № 2 УФНС России по Тульской области ФИО7 Сведений о наличии у него специальных познаний в соответствующей области акт обследования от 16.05.2022 № 36-13/270 не содержит.

При этом, налоговый орган не представил допустимых доказательств того, что указанное в акте обследовании от 16.05.2022 № 36-13/270 «отверстие, уходящее в глубь, обрамленное металлическими трубами» не может являться сооружением-скважина.

Таким образом, вывод налогового органа о разрушенном состоянии сооружения-скважина основан на предположениях и не подтвержден допустимыми доказательствами.

При этом, суд принимает во внимание имеющиеся в материалах дела заключение от 17.10.2022 по спорной Скважине с кадастровым № 71:23:040305:2895 аттестованного эксперта Минстроя РФ по направлению деятельности 1.2 инженерно-геологические изыскания (№ МС-Э-37-1-9144 в реестре лиц, аттестованных на право подготовки заключений экспертизы проектной документации и (или) экспертизы результатов инженерных изысканий, действующий до 06.07.2024; горный инженер гидрогеолог по специальности «Поиск и разведка подземных вод и инженерно-геологические изыскания», диплом БВС 0430767 от 08.06.2000), – ФИО6 от 17.10.2022, согласно которому скважина – горная выработка, круглого сечения с диаметром во много раз меньше длинны, образуемая в массиве горных пород путем бурения и крепления без доступа в нее человека, с заранее заданным положением в пространстве. Начало скважины называется устьем, дно – забоем, боковая поверхность – стенкой. Расстояние от устья до забоя по оси ствола определяет длину скважины, а по проекции оси на вертикаль – ее глубину. В рассматриваемом случае глубина скважины составляет 114,9 м., устье скважины расположено на уровне поверхности земли, а отсутствие или присутствие устьевого оборудования и надкаптажного сооружения не могут влиять на идентификацию скважины. Технические параметры скважины определяются конструкцией ее подземной части от устья до забоя. Конструкция устьевого оборудования, флянцы, задвижки, а так же их параметры регламентируются в Проекте на эксплуатацию месторождения (Технологической схеме), разработка и утверждение которого осуществляется только после получения лицензии на право пользовании недрами. Скважина была сооружена для обеспечения транспортировки из водоносного горизонта на поверхность земли пресных подземных вод при помощи водоподъемного оборудования (насоса). В ходе комплексных опытно-фильтрационных работ проведенных на данной скважине с кадастровым номером 71:2З:040З05:2895 в 2010 году были утверждены эксплуатационные запасы по категории «В» на срок 25 лет в количестве 200 м3/сут., добываемых из Алексинско-тарусского горизонта Ивановского участка (протокол ТКЗ Центрнедра от 06.07.2010 №68). В настоящий момент для возобновления добычи из скважины необходимо получение лицензии на право пользования недрами, после чего необходимо разработать, утвердить и согласовать в установленном порядке Проект эксплуатации, в соответствии с которым, ствол скважины будет промыт, установлено водоподъемное оборудование, на устье будет смонтирован оголовок скважины в построенном надкаптажном сооружении. Таким образом, техническое состояние скважины с кадастровым номером 71:23:040305:2895 пригодно для осуществления добычи из Алексинско-тарусского горизонта. Возобновление добычи возможно после получения лицензии на право пользования недрами Иваньковского участка пресных подземных вод.

Также, суд принимает во внимание имеющееся в материалах дела заключение от 20.10.2022 по спорной Скважине с кадастровым № 71:23:040305:2895 горного инженера по специальности «Поиски и разведка подземных вод и инженерно-геологические изыскания» (диплом ВСА 0446183 от 22.06.2006, стаж работы по специальности с 2004 года) ФИО8, согласно которому сооружение, с кадастровым номером 71:23:040305:2895, расположенное по адресу: <...>, является вертикальной водозаборной скважиной, глубиной 114,9 м. Устье скважины на уровне земли представлено оголовком, водоподъемное оборудование и надкаптажное сооружение отсутствует. В пределах участка произведен подсчет запасов подземных вод. На 25-летний срок утверждены эксплуатационные запасы пресных подземных вод алексинско-тарусского горизонта Ивановского участка при принудительном способе водоотбора в количестве 200 м 3 /сутки по категории В (Протокол ТКЗ Центрнедра № 68 от 06.07.2010). С учетом изложенного, рассматриваемая скважина обладает признаками капитальности, является самостоятельным объектом недвижимости. Добыча подземных вод может быть возобновлена после получения в установленном порядке лицензии на право пользования недрами для добычи пресных подземных вод. Конструкция устьевой обвязки, выбор водоподъемного оборудования и контрольно-измерительных приборов определяется проектом разработки (технологической схемой).

Таким образом, вывод о надлежащем техническом состоянии скважины с кадастровым номером 71:23:040305:2895 для осуществления добычи воды из Алексинско-тарусского горизонта, подтвердили специалисты, обладающие соответствующими познаниями в области поиска и разведки подземных вод и инженерно-геологических изысканий.

То обстоятельство, что ФИО6 являлся работником общества, при отсутствии допустимых доказательств налогового органа о факте разрушения спорного сооружения-скважина, не свидетельствует о недостоверности его заключения, которое не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы, и которое оценивается судом в совокупности с иными доказательствами по делу.

Не может быть принят довод налогового органа о том, что обществом не представлялись налоговые декларации по земельному налогу в части спорного земельного участка, находящегося в Тульской области, поскольку Федеральным законом от 15.04.2019 № 63-ФЗ обязанность по представлению налоговых деклараций по земельному налогу в налоговые органы за налоговый период 2020 года и последующие налоговые периоды отменена.

Заявитель, в свою очередь, в материалы дела представил справки-расчеты земельного налога и платежные поручения за 2022-2023 года, подтверждающие уплату земельного налога, рассчитанного исходя из кадастровой стоимости земельных участков, в том числе по спорному земельному участку, находящемуся на территории в Тульской области. При этом, в графе «Получатель» в платежных поручениях указано: «УФК по Тульской области (УФНС России по Тульской области)».

Также, налоговый орган ссылается на отсутствие фактов представления обществом налоговых деклараций по налогу на имущество организаций, а также уплаты обществом налога на имущество организаций по спорному объекту недвижимости – сооружение-скважина, расположенному в Тульской области.

Указанный довод не может быть принят, поскольку указанный объект недвижимости отражен обществом на счете 08 «Вложение во внеоборотные активы» в связи с тем, что в спорный период он не отвечал всем признакам основных средств и не доведен до состояния, пригодного для использования. В свою очередь, по общему правилу налогом на имущество облагается недвижимость, которая учтена на балансе как основное средство (п. 1 ст. 374 НК РФ).

Налоговый орган указывает, что общество неправомерно отразило земельный участок и объект недвижимости – сооружение-скважина на счете 08 «Вложение во внеоборотные активы», поскольку регистрация права собственности на объекты по данным Росреестра произведена 14.04.2022, а расходы частично понесены после регистрации права собственности.

Данный довод не может быть признан обоснованным, поскольку положения НК РФ не связывают момент возникновения права на налоговый вычет с датой государственной регистрации перехода права собственности, они указывает лишь на принятие объекта на учет.

Как следует из материалов дела, спорное имущество получено обществом и принято на учет 29.09.2021, при этом не имеет правового значения, на каком счете бухгалтерского учета общество отразило это имущество.

Минфин России в письме от 25.11.2015 № 03-05-04-01/68419 указал, что принятие актива к бухгалтерскому учету в качестве основного средства не увязывается с государственной регистрацией. Аналогичная точка зрения высказана в письмах Минфина от 01.10.2015 № 03-05-05-01/56284, от 22.03.2011 № 07-02-10/20.

Кроме того, согласно определению Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.03.2009 № ВАС-1795/09, право на налоговый вычет сумм НДС, предъявленных поставщиком основных средств, налогоплательщик-покупатель имеет в полном объеме с момента принятия таких средств на учет. При этом законодатель не связывает такое право с постановкой таких средств на бухгалтерский учет по какому-то конкретному счету.

Не может быть принят во внимание довод налогового органа о том, что общество не имело права отражать на счете 08 «Вложения во внеоборотные активы» имущество по договору купли-продажи имущества от 29.09.2021, так как на указанную дату отсутствовали фактические расходы, связанные с приобретением указанного в договоре имущества.

Суд соглашается с позицией заявителя, согласно которой при приобретении сооружения-скважины и земельного участка общество понесло затраты, выраженные в сумме, подлежащей уплате продавцу в соответствии с договором. При этом, как указано в п. 3 Учетной политики общества на 2021 год организация ведет учет доходов и расходов методом начисления. В соответствии со ст. 272 НК РФ при применении метода начисления расходы организации признаются в том отчетном периоде, к которому фактически относятся, независимо от периода оплаты.

Налоговый орган ссылается на факт представления обществом в налоговый орган договора купли-продажи недвижимого имущества от 29.09.2021 в двух различных редакциях, противоречащих друг другу в части указания кадастрового номера сооружения-скважины (№ 71:23:040305:1594 и № 71:23:040305:2895). Данное обстоятельство, по мнению налогового органа, свидетельствует об искажении обществом сведений о фактах хозяйственной жизни.

Указанный довод не принимается судом по следующим основаниям.

При заключения спорного договора с ООО «Нано Групп» сведения о кадастровом номере скважины 71:23:040305:1594 были внесены на основании свидетельства о государственной регистрации права собственности ООО «Нано Групп» от 05.02.2016 в котором указано: Кадастровый (условный) номер: 71:23:040305:1594, Сооружение - скважина, назначение: объект нежилого назначения, глубина 114,9м., инв. № 70:250:002:190048430, лит. I, адрес (местонахождение) объекта; <...>.

При подаче спорного договора на регистрацию в Кадастровую палату выяснилось, что приобретаемая скважина глубиной 114,9 м, принадлежащая ООО «Нано Групп» на правах собственности, в Государственном реестре значится под кадастровым номером 71:23:040305:2895, а под кадастровым номером 71:23:040305:1594 значится нежилое здание в 1 этаж площадью 14,4 м2, наименование: скважина. Поскольку общество приобретало именно скважину, как объект, пробуренный с поверхности земли, а не здание, кадастровый номер в договоре был изменен с № 71:23:040305:1594 на № 71:23:040305:2895; после внесения актуального кадастрового номера, сторонами спорный договор подписан вновь и подан на государственную регистрацию. В подтверждение намерения приобрести именно скважину глубиной 114,9 м, а не «нежилое здание в 1 этаж площадью 14,4 м2», на требование налогового органа от 25.04.2022 № 2330 обществом был представлен Кадастровый паспорт скважины с. Иваньково от 28.12.2009.

При этом, налоговым органом не учтено, что согласно п. 1 ст. 164 ГК РФ в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.

Пунктом 3 ст. 433 ГК РФ предусмотрено, что договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Договор купли-продажи недвижимого имущества от 29.09.2021, ошибочно представленный обществом на требование налогового органа от 23.11.2021 № 6560 (в первоначальной редакции), не содержит в себе отметок Управления Росреестра по Ставропольскому краю о произведении государственной регистрации права, в связи с чем, сам факт его представления в адрес налогового органа не может быть принят во внимание, как договор не заключенный и не порождающий каких-либо правовых последствий.

Также, судом установлено, что в связи с выявленными противоречиями, общество обратилось в адрес Управления Росреестра по Тульской области с обращением от 17.07.2022 № 49, в котором просило дать пояснения: 1) когда и по каким причинам внесены изменения кадастрового номера 71:23:040305:1594 на 71:23:040305:2895 по Сооружению-скважина, глубина 114,9 кв. м, инвентарный номер:70:250:002:190048430, адрес (местоположение): <...>?; 2) принадлежит ли ООО «Нано Групп» (ИНН <***>) на правах собственности объект недвижимости с кадастровым номером 71:23:040305:1594?; 3) является ли объект недвижимости, зарегистрированный под кадастровым номером 71:23:040305:1594 зданием (помещением), находящимся на поверхности земли или сооружением (стволом скважины), находящимся под поверхностью земли?

Управление Росреестра по Тульской области письмом от 09.08.2022 № 02-07-10203ТТ/22@ сообщило, что согласно сведениям ЕГРН 06.07.2012 в кадастр недвижимости ЕГРН внесены сведения о здании площадью 14,4 кв. м. в рамках исполнения государственного контракта от 07.12.2011 № 165 Д «Обеспечение условий перехода к государственному кадастровому учету зданий, сооружений, помещений, объектов незавершенного строительства к 2013 году (III этап)» с присвоением кадастрового номера 71:23:040305:1594. Вместе с тем, в реестре прав ЕГРН содержались сведения о государственной регистрации прав на сооружение – скважину глубиной 114,9 м., которому ошибочно был присвоен кадастровый номер 71:23:040305:1594. 08.08.2016 в кадастр недвижимости ЕГРН внесены сведения о скважине глубиной 114,9 м., расположенной по адресу: <...>, на основании акта включения сведений о ранее учтенном объекте недвижимости с присвоением кадастрового номера 71:23:040305:2895. 11.08.2016 в реестре прав ЕГРН внесены изменения в части указания кадастрового номера скважины глубиной – 114,9 м. с «71:23:040305:1594» на «71:23:040305:2895». В настоящее время объект недвижимости с кадастровым номером 71:23:040305:1594 учтен в ЕГРН как здание, павильон для скважины, этажность – 1/0, материал стен – металлические. В сведениях ЕГРН 11.07.2012 исправлена техническая ошибка в части указания площади здания с «14,4 кв. м.» на «12,5 кв. м.» на основании данных о площади, содержащихся в инвентарном деле 70:250:002:190048430. В реестре прав ЕГРН отсутствуют сведения о государственной регистрации права собственности в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером 71:23:040305:1594».

Таким образом, довод налогового органа об искажении обществом сведений о фактах хозяйственной жизни путем представления обществом в налоговый орган договора купли-продажи недвижимого имущества от 29.09.2021 в двух различных редакциях, противоречащих друг другу в части указания кадастрового номера сооружения-скважины, опровергается письмом Росреестра по Тульской области от 09.08.2022 № 02-07-10203ТТ/22@ и фактическими обстоятельствами.

Суд критически относится к заключению от 12.07.2022 № 34 почерковедческой экспертизы, согласно которой подписи от имени руководителя ООО «Нано Групп» ФИО5, учиненные в договоре от 29.09.2021, счетах-фактурах от 29.09.2021 № 4, № 5, акте от 29.09.2021 № 2, выполнены не ФИО5, а иным лицом.

Согласно п. 3 ст. 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

ФНС России в письме от 23.03.2017 № ЕД-5-9/547@ указала, что установление по результатам налоговой проверки факта подписания документов от имени контрагентов лицами, отрицающими их подписание и наличие у них полномочий руководителя, путем проведения допросов и почерковедческих экспертиз не является безусловным и достаточным основанием для вывода о не проявлении налогоплательщиком должной осмотрительности и осторожности при заключении сделки со спорным контрагентом и не может рассматриваться как основание для признания налоговой выгоды необоснованной.

При этом, судом учтены пояснения Генерального директора ООО «Нано Групп» ФИО5, изложенные в письме от 22.06.2022 в адрес общества, согласно которым ФИО5 подтвердил факт подписания им договора купли-продажи недвижимого имущества от 29.09.2021, и, соответственно, принадлежность его руке учиненной им подписи в указанном договоре; он полностью подтвердил факт передачи обществу спорного недвижимого имущества.

Более того, как следует из Информационного письма ВАС РФ от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 ГК РФ», при разрешении споров, связанных с применением п. 2 ст. 183 ГК РФ, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке).

Учитывая изложенное, если предположить, что подписи в договоре от 29.09.2021, счет-фактурах от 29.09.2021 № 4, № 5, акте от 29.09.2021 № 2 выполнены не самим ФИО5, а другим лицом, то действия сторон, связанные с оприходованием, частичной оплатой, отражением участниками сделки хозяйственной операции в налоговой отчетности, подтверждение ФИО5 в письме от 22.06.2022 факта учинение им своей подписи, а также факт отсутствия претензий к обществу со стороны ООО «Нано Групп», в том числе и в части оформления перечисленных выше документов не уполномоченным лицом, свидетельствуют о последующем одобрении сторонами самих сделок.

Также, судом принят во внимание вероятностный вывод эксперта, а именно: подписи в копии договора от 29.09.2021, зарегистрированном в Управлении Росреестра по Ставропольскому краю от 08.04.2022, выполнены, вероятно, не ФИО5

Иных доказательств того, что подписи от имени руководителя ООО «Нано Групп» ФИО5, учиненные в договоре от 29.09.2021, счетах-фактурах от 29.09.2021 № 4, № 5, акте от 29.09.2021 № 2, выполнены не ФИО5, а иным лицом, налоговый орган в материалы дела не представил.

Налоговый орган указывает, что адрес регистрации ООО «ГеоНиС-АКВА»: <...>. Генеральный директор ФИО4. Учредители и участники: ФИО9 - 50% (5 000 руб.) с 13.10.2016; ФИО4 - 33% (3 300 руб.) с 16.04.2014; ФИО10 Сеит-Умарович - 17% (1 700 руб.) с 05.07.2019 года. Бывшие учредители: ФИО11 - 5 000 руб., с 03.04.2015; ФИО12 - 1 700 руб., 14.02.2008; ФИО13 - 3 300 рублей, 14.02.2008. Адрес регистрации ООО «Нано Групп»: <...>. Генеральный директор ФИО5. Учредитель: ФИО14 - 100%, 10 000 рублей. В соответствии с данными учетного и регистрационного дела ООО «ГеоНиС-АКВА», 08.06.2016 на общем собрании участников ФИО10 Р.С.У. и ФИО11 как участники общества рассматривали вопрос об изменении места нахождения организации «ГеоНиС-АКВА» на юридический адрес: <...>. Собственником данного помещения является дочь ФИО11 – ФИО15. Позднее, ФИО11 реализовал свою долю в уставном капитале «ГеоНиС-АКВА» ФИО9 (участник по настоящее время) – бывшая супруга ФИО11 В ходе проверки установлено, ФИО11 (бывший учредитель общества) является родным братом ФИО16, которая в свою очередь является матерью руководителя ООО «Нано Групп» ФИО5

По мнению налогового органа, данные обстоятельства могут свидетельствовать о взаимозависимости, подконтрольности и согласованности в действиях между ООО «ГеоНиС-АКВА» и ООО «Нано Групп».

Между тем, налоговый орган не установил конкретных обстоятельств возможности оказания влияния указанных выше физических лиц на условия сделки между ООО «Нано Групп» и обществом по купли-продажи спорного недвижимого имущества.

Налоговым органом не установлено, что приведенные им признаки взаимозависимости, подконтрольности и согласованности повлияли на саму согласованность действий между участниками спорной сделки с учетом времени ее осуществления, в связи с чем, приводимые налоговым органом признаки взаимозависимости, подконтрольности и согласованности не могут сами по себе являться основанием для негативных правовых последствий для налогоплательщика.

Сведения о том, что ООО «Нано Групп» не задекларировало результаты спорной операции в адрес общества в оспариваемых решениях отсутствуют.

Претензии к ООО «Нано Групп» к правильности исчисления НДС по спорной сделке с обществом, а также с ООО «ТД Очаково КМВ» у налогового органа отсутствуют.

То обстоятельство, что ООО «Нано Групп» и его контрагенты последующих звеньев применили так же и вычеты по НДС, не свидетельствует о недобросовестности ООО «Нано Групп» и его контрагентов, поскольку применение предусмотренных ст.ст. 171, 172, НК РФ вычетов, подтвержденных налоговой инспекцией в рамках налогового контроля, не может влечь отрицательных последствий для налогоплательщика. Налоговый орган не был лишен возможности, используя предоставленные им налоговым законодательством полномочия, предпринять меры по проведению проверочных мероприятий в отношении ООО «Нано Групп» и его контрагентов по взысканию с него недоимки по НДС в случае, если данными организациями не исполнена соответствующая налоговая обязанность. Между тем, налоговый орган не представил в материалы дела доказательств, подтверждающих неисполнение ООО «Нано Групп» и его контрагентами налоговой обязанности по уплате (неполной уплате) НДС.

Налоговый орган не представил в материалы дела доказательств проведения в отношении ООО «Нано Групп» и его контрагентов выездных налоговых проверок, которые бы выявили какие-либо нарушения налогового законодательства, связанные с договорными отношениями между ними.

Иные доводы налогового органа относительно обстоятельств, установленных в отношении контрагентов общества, подлежит отклонению с учетом не установления налоговым органом их взаимозависимости, аффилированности и согласованности действий. Заявитель не может нести ответственность за всю цепочку его контрагентов и контролировать их налоговые обязанности.

Также не принимается судом довод налогового органа о переводе бизнеса общества на ООО «Кавказская Здравница», как не подтвержденный документально и основанный на предположениях.

Каждый участник сделки осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно на свой риск и несет свою долю налогового бремени, в рассматриваемом случае налоговое бремя участниками сделки реализовано надлежащим образом и в полном объеме. Доказательств обратного суду не представлено.

Недопустимость отказа в применении налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость по мотиву нецелесообразности взаимоотношений хозяйствующих субъектов неоднократно отмечалась высшими судами при рассмотрении подобных споров: Постановления Президиума ВАС РФ от 28.10.2008 № 6272/08, от 06.04.2010 № 17036/09; Определения Верховного Суда РФ от 04.03.2015 № 302-КГ14-3432, от 23.01.2015 № 304-КГ14- 7218; от 15.06.2017 № 305-КГ16-19927.

Налоговый орган не учел, что гражданское законодательство рассматривает предпринимательскую деятельность как самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли (п. 1 ст. 2 ГК РФ), которая для коммерческих организаций является основной целью их деятельности.

Обоснованность действий общества должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской деятельности, а не с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата.

Это обусловлено тем, что НК РФ не содержит положений, позволяющих налоговому органу оценивать произведенные налогоплательщиками расходы с позиции их экономической целесообразности, рациональности и эффективности, поскольку субъекты предпринимательской деятельности обладают в сфере бизнеса самостоятельностью и широкой дискрецией (Определения Конституционного Суда РФ от 04.06.2007 №366-О-П, от 04.06.2007 №320-О-П).

Действия налогоплательщика предполагаются экономически оправданными и законными, если иное не доказано налоговым органом. Предметом доказывания являются выявленные правонарушения - допущенные налогоплательщиком при определении размера налогового обязательства отклонения от правил, предписанных налоговым законодательством, в частности совершение операций, не обусловленных разумными экономическими причинами или целями делового характера, отражение в учете операций не в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

Вместе с тем, налоговым органом в ходе камеральной налоговой проверки не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что действия общества по приобретению недвижимого имущества у ООО «Нано Групп» не продиктованы конкретной деловой целью.

Судом установлено, что общество, руководствуясь положениями ст. ст. 169, 171-172 НК РФ, в подтверждение права на применение налоговых вычетов по НДС в рамках взаимоотношений с ООО «Нано Групп» представило в инспекцию надлежащим образом оформленный комплект документов, подтверждающий право на применение налоговых вычетов в размере 2 166 667 руб. (по счет-фактуре от 29.09.2021 № 5).

Представленные документы подтверждают реальность приобретения недвижимого имущества у ООО «Нано Групп» и принятие его на учет.

Налоговый орган в оспариваемом решении подтвердил, что счет-фактура от 29.09.2021 № 5 отражена налогоплательщиком и его контрагентом в книге покупок и книге продаж соответственно, налог с операции исчислен и уплачен в бюджет.

Согласно правовой позиции ВАС РФ, изложенной в п. 1 Постановления № 53, представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно положениям п. 4 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

К обстоятельствам, свидетельствующим о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, исходя из положений п. 5 Постановления № 53, относятся, в том числе, установление невозможности реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В п. 10 Постановления № 53 указано, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Согласно правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 13.12.2005 № 9841/05, при решении вопроса о применении налоговых вычетов учитываются результаты встречных проверок, достоверности, комплектности и непротиворечивости представленных документов, проверки предприятий - поставщиков с целью установления факта выполнения безусловной обязанности поставщиков уплатить налог на добавленную стоимость в бюджет в денежной форме. Заключаемые налогоплательщиком сделки в сфере гражданского оборота не должны носить фиктивный характер, у них должна быть конкретная разумная хозяйственная цель.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), имущественных прав, поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога на добавленную стоимость, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиком.

Данная правовая позиция изложена также в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 30.01.2007 № 10963/06, от 30.10.2007 № 8686/07, от 09.03.2011 № 14473/10.

На основании правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 25.07.2001 №138-О, в силу п. 7 ст. 3 НК РФ в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщика, обязанность доказывания недобросовестности налогоплательщика в порядке, установленном НК РФ, возлагается на налоговые органы.

Как установлено судом, налогоплательщиком в налоговый орган представлены надлежащим образом оформленные документы, предусмотренные законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды, что является основанием для ее получения, а именно для применения налоговых вычетов по НДС за 3, 4 кварталы 2021 года и 1 квартал 2022 года по взаимоотношениям с ООО «Нано Групп». Налогоплательщиком обязанность подтвердить правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией выполнена в полном объеме.

В свою очередь налоговым органом не доказана указанная выше совокупность обстоятельств, которая могла бы лишить добросовестного налогоплательщика права на применение налоговых вычетов по НДС.

Налоговый орган, отказывая обществу в применении налоговых вычетов по спорному недвижимому имуществу, указывает на нарушение налогоплательщиком п. 1 ст. 54.1 НК РФ, ст. ст. 171, 172 НК РФ.

Положения ст. 54.1 НК РФ направлены на противодействие налоговым злоупотреблениям и получению необоснованной налоговой выгоды за счет причинения ущерба бюджетам публично-правовых образований в результате неуплаты сумм обязательных платежей, которые должны были быть уплачены, если бы злоупотреблений не было.

Данные положения согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 29.09.2020 № 2311-О, в сравнении с регулированием, действовавшим до принятия ст. 54.1 НК РФ, направлены на конкретизацию механизма налогового контроля таким образом, чтобы поддерживался баланс частных и публичных интересов в процессе выявления незаконного уменьшения налогоплательщиком налоговой базы, и указывают на обстоятельства и условия, которые принимаются во внимание налоговым органом при квалификации действий налогоплательщика как незаконных.

Положения пунктов 1 и 2 статьи 54.1 НК РФ в их нормативном единстве с положением пп. 3 п. 2 ст. 45 НК РФ, предусматривающим право налоговых органов изменять юридическую квалификацию сделок, совершенных налогоплательщиком, его статус и характер деятельности, устанавливают ряд критериев оценки операций, отраженных налогоплательщиками в целях налогообложения:

а) реальность операции, то есть имела ли место операция в действительности и получено ли исполнение по сделке налогоплательщиком;

б) исполнение обязательства надлежащим лицом;

в) действительный экономический смысл хозяйственной операции, отсутствие искажения юридической квалификации операций, статуса и характера деятельности их сторон в целях налогообложения;

г) наличие иной основной цели совершения налогоплательщиком операции, чем уменьшение налоговой обязанности (деловая цель).

Искажение сведений об операциях может быть произведено путем отражения в учете фактов, не имевших место в действительности, а также путем ложного отражения отдельных показателей операций, ведущих к уменьшению налоговой обязанности, или, напротив, посредством сокрытия (не отражения) фактов и (или) занижения показателей операций, в силу которых налоговая обязанность возникает, увеличивается или наступает ранее.

Применение указанных критериев означает, в частности, что нереальная операция в целях налогообложения не учитывается, иные критерии в отношении нее не оцениваются и доказыванию не подлежат.

Между тем, налоговым органом указанные выше обстоятельства не доказаны.

Согласно Письму ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ «О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации», в актах и решениях по результатам налоговых проверок налоговые органы должны правильно квалифицировать выявленные в ходе проверки обстоятельства со ссылкой на конкретный пункт ст. 54.1 НК РФ.

При этом, налоговый орган, установив факт государственной регистрации договора купли-продажи недвижимого имущества от 29.09.2021, установив актом обследования от 16.05.2022 № 36-13/270 наличие в земле «отверстия, уходящего в глубь, обрамленное металлическими трубами», тем не менее, вменяет обществу нарушение п. 1 ст. 54.1 НК РФ, то есть отрицает сам факт совершения операции между обществом и ООО «Нано Групп», что опровергается материалами дела.

Об использовании формального документооборота в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) могут свидетельствовать факты обналичивания денежных средств проверяемым налогоплательщиком или взаимозависимым (подконтрольным) лицом, а также факты использования таких средств на нужды налогоплательщика, учредителей налогоплательщика, его должностных лиц, использование одних IP-адресов, обнаружение печатей и документации контрагента на территории (в помещении) проверяемого налогоплательщика и другие. В рамках исследования финансовых потоков налоговым органам необходимо учитывать, что перечисление денежных средств при осуществлении сделок с проблемным контрагентом, как правило, совершается в целях полного или частичного их возврата налогоплательщику, взаимозависимому (подконтрольному) лицу в наличной, безналичной форме, в виде ценных бумаг или натуральной форме.

Указанных выше обстоятельств в ходе камеральных налоговых проверок налоговым органом не установлено, суду не представлено.

При этом согласно п. 3 ст. 54.1 НК РФ наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не может рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. Налоговое законодательство исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики (ч. 7 ст. 3 НК РФ), в силу которой предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль организаций, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в представленных им документах, - достоверны.

Хозяйствующие субъекты самостоятельно, по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности. Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27.05.2003 № 9-П указал на недопустимость установления ответственности за такие действия налогоплательщика, которые, хотя и имеют своим следствием неуплату налога либо уменьшение его суммы, но заключаются в использовании предоставленных налогоплательщику законом прав, связанных с освобождением на законном основании от уплаты налога или с выбором наиболее выгодных для него форм предпринимательской деятельности и, соответственно, - оптимального вида платежа. Таким образом, в полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, при этом недопустимо доначисление налогов исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата.

В рассматриваемом случае налоговый орган излагает свое видение достижения экономического результата, ведения предпринимательской деятельности, тем самым выходя за рамки контроля только за соблюдением законодательства о налогах и сборах.

Кроме того, налоговым органом не учтено, что п. 3 ст. 54.1 НК РФ предусматривает несколько критериев, которые самостоятельно не могут служить основанием для предъявления налоговых претензий: подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом; нарушение контрагентом налогового законодательства; наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций).

Данные критерии закреплены в ст. 54.1 НК РФ для того, чтобы исключить возможность предъявления налоговыми органами формальных претензий к налогоплательщикам.

В силу правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в постановлении от 20.06.2006 № 3946/06 доказывать недобросовестность налогоплательщика и представлять соответствующие доказательства должны налоговые органы.

Президиум ВАС РФ в постановлении от 01.11.2005 № 2521/05 отметил, что если договоры контрагентов первого звена реально исполнены, товары (работы, услуги) оприходованы, в налоговой и бухгалтерской отчетностях налоговые обязательствам по данным договорам отражены в полном объеме, в документах отсутствуют пороки, в том числе нарушения порядка составления счетов-фактур, согласно п. 2 ст. 169 НК РФ, то договор, реально исполненный сторонами, не является ни притворной, ни мнимой сделкой.

В случае недоказанности нереальности хозяйственных операций между обществом и его контрагентами, недостоверности сведений о приобретенных товарах, их объемах и цене, а также согласованности действий общества с его контрагентами, направленных на необоснованное возмещение из федерального бюджета сумм НДС, доводы налогового органа подлежат признанию необоснованными.

В рассматриваемом случае, инспекция не представила доказательств, опровергающих реальность хозяйственной операции общества с ООО «Нано Групп», а также невозможность ее совершения.

С учетом природы НДС как косвенного налога, предполагающей переложение бремени его уплаты с участвующих в товародвижении хозяйствующих субъектов на потребителей, в силу п.п. 1 и 2 ст. 171 НК РФ налогоплательщик при осуществлении облагаемых НДС операций имеет право уменьшить общую сумму исчисленного налога на установленные данной статьей налоговые вычеты - суммы налога, предъявленные ему при приобретении товаров (работ, услуг) и имущественных прав для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения.

Обусловленная природой НДС стадийность взимания данного налога означает, что использование права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным предъявлением налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного хозяйствующего субъекта к другому (п. 1 ст. 168 НК РФ) и принятием в связи с этим каждым из участников оборота обязанности по уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (п. 1 ст. 173 НК РФ).

Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной форме, на что обращено внимание в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.11.2004 № 324-О.

В то же время, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (Постановление от 19.12.2019 № 41-П, Определения от 16.10.2003 № 329-О, от 10.11.2016 № 2561-О, от 26.11.2018 № 3054 и др.).

Таким образом, отказ в праве на вычет «входящего» налога обуславливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий.

Дифференциация вызванных указанными нарушениями последствий для налогоплательщиков-покупателей с учетом того, знали и должны ли последние были знать о допущенных контрагентом и третьими лицами нарушениях при исполнении обязанности по уплате НДС, необходима, поскольку позволяет обеспечить нейтральность налогообложения по отношению ко всем плательщикам НДС, которые действовали осмотрительно в хозяйственном обороте, и имеет превентивный характер для обеспечения стабильности налоговой системы, стимулируя участников оборота к вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги.

Как указано в Постановлении № 53, в признании обоснованности получения налоговой выгоды может быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (пункт 9) или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом, в силу того, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц ведется преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей (пункт 10).

Принимая во внимание изложенное, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком-покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) НДС, также нашел отражение в п. 31 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2017), утвержденного Президиумом ВС РФ от 16.02.2017, постановлениях Президиума ВАС РФ от 25.02.2010 N 12670/09, от 30.06.2009 N 2635/09, от 12.02.2008 N 12210/07.

В рассматриваемом случае приведенные выше правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, положения законодательства и сложившаяся судебная практика их применения не учтены должным образом налоговым органом при отказе обществу в применении налоговых вычетов по НДС по спорному счету-фактуре.

Достоверность налоговой отчетности, представленной ООО «Нано Групп», налоговым органом не опровергается, выводы об отсутствии экономического источника для вычета (возмещения) НДС налоговым органом не заявлен, не установлены признаки вывода денежных средств поставщиком по фиктивным документам в пользу третьих лиц, в том числе признаки обналичивания, перевода денежных средств в низконалоговые иностранные юрисдикции и иные подобные обстоятельства, порочащие достоверность налоговой отчетности поставщика и полноту уплаты налога ООО «Нано Групп» в период реализации недвижимого имущества обществу.

Налоговым органом по всей цепочке поставщиков спорного недвижимого имущества не установлено так называемых «налоговых разрывов», не установлено обстоятельств неисполнения или ненадлежащего исполнения своих налоговых обязательств, не отражения указанными лицами спорных операций в своем бухгалтерском и налоговом учете, не установлено отнесение поставщиков к категории «технических компаний», не имеющих трудовых и производственных ресурсов и иных негативных моментов, характеризующих контрагентов, как недобросовестных поставщиков.

В постановлении ФАС СКО от 17.05.2013 по делу № А53-21347/2011 указано, что вывод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, бесспорно подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной хозяйственной цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

Из смысла положений, изложенных в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 № 138-О и от 15.02.2005 № 93-О, следует, что для подтверждения недобросовестности налогоплательщика налоговому органу необходимо представить, в том числе доказательства совершения сторонами по сделке умышленных совместных действий в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика, фиктивности хозяйственных операций, неосуществления налогоплательщиком уставной деятельности, для которой получалась продукция (ТМЦ), выполнялись работы, оказывались услуги.

В оспариваемых решениях налогового органа указанной совокупности доказательств не приводится.

Инспекцией не приведены обстоятельства, свидетельствующие о не отражении контрагентом общества в налоговой отчетности хозяйственной операции по взаимоотношениям с обществом, а также о неисполнении данным лицом обязанности по уплате налогов в бюджет за проверяемый период. Следовательно, отсутствуют доказательства, опровергающие факт продажи недвижимого имущества, исполнение контрагентом общества обязательств по Договору с налогоплательщиком (нереальности хозяйственных операций), а также наличия согласованных действий между обществом и ООО «Нано Групп», направленных на получение необоснованной налоговый выгоды. Налоговый орган не представил и не установил совокупность обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности общества по сделке со спорным контрагентом.

Учитывая изложенные обстоятельства, не опровергающие реальность спорной хозяйственной операции между обществом и ООО «Нано Групп», суд приходит к выводу о необоснованном отказе налоговым органом обществу в праве на применение налоговых вычетов по НДС по операции приобретения у ООО «Нано Групп» недвижимого имущества в общей сумме 2 166 667 руб. по счету-фактуре от 29.09.2021 № 5, а также о наличии условий, предусмотренных ст.ст. 198, 200 АПК РФ, для признания недействительными ненормативных актов налогового органа.

Оспариваемые решения налогового органа не соответствуют нормам налогового законодательства, выводы, изложенные в данных решениях, не соответствуют установленным в результате проведения налоговых проверок обстоятельствам, не подтверждаются доказательствами, полученными в ходе осуществления мероприятий налогового контроля, а также документами, полученными при рассмотрении дела по существу.

При этом, вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ общество не представило доказательств, свидетельствующих о нарушении налоговым органом существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговых проверок и материалов дополнительных мероприятий налогового контроля. В указанной части судом нарушений существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки согласно п.14 ст. 101 НК РФ не установлено.

Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд, установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, то принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

С учетом изложенного, заявление общества об оспаривании решений налогового органа является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

При обращении в суд с заявлениями обществом платежными поручениями от 01.03.2023 № 32, от 01.03.2023 № 33 и от 01.03.2023 № 34 уплачена государственная пошлина в общем размере 9 000 рублей.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 000 рублей, понесенные заявителем при подаче заявления, относятся на налоговый орган.

руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

Заявления общества с ограниченной ответственностью «ГеоНиС-АКВА» г. Пятигорск, ОГРН <***>, удовлетворить.

Признать несоответствующими Налоговому кодексу Российской Федерации и недействительными решения межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Ставропольскому краю о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 06.10.2022 № 2184, от 06.10.2022 № 2255 и от 11.11.2022 № 2654.

Взыскать с межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Ставропольскому краю г. Пятигорск, ОГРН <***>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «ГеоНиС-АКВА» г. Пятигорск, ОГРН <***>, 9 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо – Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления в законную силу при условии, что решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Д.Ю. Костюков