Решение от 29 августа 2019 г. по делу № А50-16672/2019

Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А50-16672/2019
29 августа 2019 г.
г. Пермь


Резолютивная часть решения оглашена 22 августа 2019 г.

Решение в полном объеме изготовлено 29 августа 2019 г.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Пономарева Г.Л., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Охранное агентство «Альфа» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к муниципальному бюджетному учреждению «Ананьинский информационно-досуговый центр» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третье лицо: администрация Ананьинского сельского поселения (ОГРН <***>, ИНН <***>

о признании контракта недействительным, применении последствий недействительности сделки,

при участии:

от истца: ФИО2, доверенность от 08.04.2019, паспорт;

от ответчика: ФИО3, директор, паспорт;

от третьего лица: ФИО4, глава, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Охранное агентство «Альфа» (далее – общество) обратилась в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к муниципальному бюджетному учреждению «Ананьинский информационно-досуговый центр» (далее – учреждение, ответчик) о признании недействительным контракта от 01.01.2018 № 77-17-ТО на техническое обслуживание пожарной сигнализации в здании, расположенном по адресу: <...>, применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 05.06.2019 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлечена администрация Ананьинского сельского поселения (далее – администрация, третье лицо).

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования, пояснил, что пожарную сигнализацию в здании администрации не обслуживал.

Представитель ответчика с требованиями не согласен по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Указывает на то, что истец принял на техническое обслуживание два пульта пожарной сигнализации всего здания по акту, стоимость выполненных работ полностью оплачена, доводы общества необоснованы.

Представитель третьего лица поддержал доводы ответчика по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск.

В судебном заседании объявлялся перерыв. После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда при прежней явке.

Представитель истца заявил ходатайство о вызове работников истца в качестве свидетелей.

Судом ходатайство рассмотрено на основании статьи 56 АПК РФ, в его удовлетворении отказано.

Администрацией заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела копий документов: дефектной ведомости от 25.08.2018, акта осмотра состояния технических средств систем пожарной сигнализации от 25.07.2018, контракта от 25.09.2018 № 35/МО18, счета на оплату от 25.09.2018 № 2291, счета-фактуры от 25.09.2018 № 2278, акта первичного обследования от 27.08.2018.

Ходатайство рассмотрено судом в порядке статьи 159 АПК РФ и удовлетворено.

Заслушав представителей сторон, исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с соблюдением положений статьи 71 АПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, с соблюдением требований Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупах товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) между обществом (исполнитель) и учреждением (заказчик) заключен контракт от 01.01.2018 № 77-17-ТО на техническое обслуживание пожарной сигнализации в здании учреждения, расположенном по адресу: <...>.

Согласно пункту 1.2 контракта техническое обслуживание проводится с целью поддержания работоспособного состояния в процессе эксплуатации, путем периодического проведения работ по профилактике, контролю технического состояния и устранения характерных неисправностей, определенных эксплуатационной документацией и типовыми технологическими процессами технического обслуживания с периодичностью выполнения – 1 раз в квартал.

Контракт действует по 31.12.2018 (пункт 6.1 контракта).

Стоимость работ за техническое обслуживание пожарной сигнализации составляет 1500 руб. за один квартал.

Как указывает истец, в здании располагается учреждение (первый этаж) и администрация (второй этаж), с отдельными входами в здание и пожарными сигнализациями с отдельными пультами. При заключении контракта исполнитель принял на себя обязательство на техническое обслуживание именно пожарной сигнализации учреждения. Вместе с тем истец не был уведомлен о том, что здание по адресу: <...>, передано администрацией ответчику по договору от 16.12.2015 № 10 в оперативное управление. Зная о наличии данных обстоятельств, общество не заключило бы сделку. Таким образом, ответчик ввел истца в заблуждение относительно предмета сделки, намеренно умолчав об обстоятельствах, о которых должен был сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота, в связи с чем просит признать контракт недействительным на основании пункта 1, подпункта 2 пункта 2 статьи 178, пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в том числе таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (подпункт 2 пункта 2 статьи 178 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Пленум № 7), если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статья 178 или статья 179 ГК РФ) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьи 495, 732, 804, 944 ГК РФ.

По смыслу приведенных положений, а также нормы статьи 178 ГК РФ, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-либо обстоятельствах, относящихся к данной сделке.

Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность. При этом заблуждение должно быть таковым, что его не могло распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ).

Сделка может быть признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения (статья 178 ГК РФ), если истцом будет доказано, что при заключении договора им была допущена техническая ошибка. В таком случае заблуждавшаяся сторона обязана возместить другой стороне причиненный ей реальный ущерб, если только не будет доказано, что другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 ГК РФ» (далее – Информационное письмо № 162).

В силу пункта 2 статьи 1, статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Из положений абзаца третьего пункта 1 статьи 2 ГК РФ следует, что лицо, являясь хозяйствующим субъектом и действуя в рамках предпринимательской деятельности, осуществляемой им на свой риск, должно проявлять достаточную осмотрительность в делах и разумность при заключении сделок.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04.06.2007 № 366-О-П со ссылкой на Постановление от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены на стадии заключения договора, при его исполнении на определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской деятельности.

В настоящем случае истец указывает, что заблуждался относительно предмета исполнения обязательства по контракту, полагая, что принял на себя обязательство по обслуживанию пожарной сигнализации учреждения, в то время как в здании находится и администрация.

Вместе с тем, исходя из предмета договора в обязательства истца, как исполнителя, входит осуществление технического обслуживания пожарной сигнализации здания учреждения, то есть договор содержит в себе элементы договора возмездного оказания услуг.

При этом в контракте ясно и недвусмысленно установлен объект, в котором осуществляется исполнение обязательства – здание учреждения.

То обстоятельство, что стороны не оговорили в контракте правовое основание нахождения имущества у заказчика (нахождение здания в оперативном управлении заказчика по договору от 16.12.2015 № 10), не создает неопределенности в волеизъявлении сторон относительно предмета сделки (статья 431 ГК РФ).

Кроме того, исполнитель должен был предусмотреть возможные риски и последствия из заключаемого договора и не лишен был возможности проявить требовавшуюся в таких обстоятельствах осмотрительность, обычную для деловой практики совершения подобных сделок. Вместе с тем, каких-либо возражений относительно условий сделки и ее исполнения материалы дела не содержат, следовательно, действия истца свидетельствует о его согласии с условиями договора.

Принятие обществом мер, направленных на восполнение недостающей информации относительно объема исполнения обязательства в здании, материалами дела не подтверждается. Также материалами дела не подтверждается, что учреждение имело намерение ввести контрагента в заблуждение и препятствовало исполнению им обязательств по договору.

Пожарная сигнализация, расположенная в здании, принята обществом на техническое обслуживание, что подтверждается актом приемки, актом обследования её технического состояния, актом осмотра технических средств (приложение № 1, 2 и 3 к контракту).

На основании выставленных счетов от 31.01.2018 № 243, от 30.06.2018 № 1918, от 30.09.2018 № 2903, от 30.11.2018 № 3932 ответчиком произведена оплата в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями от 30.07.2018 № 184, 185, от 02.10.2018 № 249, от 18.12.2018 № 383.

Доводы общества о нахождении в нем администрации и учреждения с индивидуальным доступом в здание и разным управлением сигнализации на 1 и 2 этаже не свидетельствуют об отсутствии обязанности по осуществлению технического обслуживания пожарной сигнализации во всем здании, находящегося в оперативном управлении учреждения, которое заключило контракт на техническое обслуживание пожарной сигнализации всего здания по адресу: <...>, в целом, а не отдельных его помещений.

Арбитражный суд отказывает в иске о признании сделки недействительной по статье 178 ГК РФ, если будет установлено, что при заключении сделки истец не заблуждался относительно обстоятельства, на которое он ссылается в обоснование своих исковых требований (пункт 4 Информационного письма № 162).

При изложенных обстоятельствах отсутствуют основания делать вывод, что общество заблуждалось относительно условий контракта, а, значит, отсутствуют основания для признания его недействительным.

Согласно пункту 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно пункту 1 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

При этом под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение.

При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Таким образом, для признания сделки совершенной под влиянием обмана необходимо установить факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Оснований полагать, что ответчик обманул истца при заключении контракта, намеренно умолчав об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота, не имеется.

Поскольку судом не установлено оснований для признания сделки недействительной, соответственно, не имеется оснований для применения последствий ее недействительности.

Таким образом, суд пришел к выводу об отказе в иске.

Расходы по оплате госпошлины относятся на истца на основании статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме).

Судья Г.Л. Пономарев