Постановление от 11 февраля 2018 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8523/17

Екатеринбург

12 февраля 2018 г.

Дело № А60-57850/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2018 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Новиковой О.Н., Артемьевой Н.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Бешенова Алексея Владимировича на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 13.08.2017 по делу № А60-57850/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2017 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени

и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняла участие представитель ФИО1 ФИО2 (доверенность от 13.06.2017).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.03.2017

в отношении общества с ограниченной ответственностью «РКС-Трейд»

(далее - общество «РКС-Трейд», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ»

от 11.03.2017 № 41.

ФИО1 обратился 10.04.2017 в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о включении его требования в размере 6 463 099 руб. 72 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.08.2017 (судья Койнова Н.В.) в удовлетворении требований ФИО1 отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 31.10.2017 (судьи Мармазова С.И., Ниголова Т.С., Плахова Т.Ю.) определение суда первой инстанции от 13.08.2017 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить и принять по делу новый судебный акт, которым признать требования ФИО1 в заявленном размере обоснованными и включить их в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Как указывает заявитель, определением суда первой инстанции от 21.10.2017 требование иного участника общества «РКС-Трейд» ФИО4 признано судом обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника,

в то время как требование ФИО1 оставлено без удовлетворения.

Заявитель, полагая необоснованным выводы судов о том, что заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность, ссылаясь на положения ст. 2, п. 2 ст. 4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), ст. 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», п. 2 ст. 1, п. 1 ст. 8, 307, 309, 807, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечает, что в данном случае требование кредитора основано на договорах займа, заключенных между ним и должником, регулирующихся главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем не носят корпоративный характер, а вышеуказанный вывод судов не основан на материалах дела. Заявитель подчеркивает, что сам по себе факт того, что займодавцем выступает участник должника, является недостаточным для вывода об отсутствии заемных отношений и направленности на реализацию внутрикорпоративных отношений.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника ФИО3 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения,

в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В силу ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального

и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений

ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела, между ФИО1 (займодавец)

и должником (заемщик) заключены договоры займа от 20.09.2004 № 2,

от 01.03.2005 № 3, от 05.10.2009 № 4, от 02.11.2009 № 5, от 08.12.2009 № 6,

от 29.12.2009 № 7, от 11.02.2010 № 8, от 16.03.2010 № 9, от 13.09.2010 № 10,

от 13.07.2011 № 10/1, от 16.08.2012 № 11, от 09.09.2012 № 12, от 23.09.2013

№ 13, от 04.08.2015 № 14, от 30.09.2015 № 15, от 07.10.2015 № 16, от 26.10.2015 № 17, от 28.10.2015 № 17/1, от 12.11.2015 № 18, от 28.12.2015 № 19,

от 03.02.2016 № 20, от 25.03.2016 № 21, согласно которым займодавец передает заемщику в собственность денежные средства в размере, указанном

в договорах, а заемщик обязуется возвратить полученную сумму в сроки

и в порядке, указанном в договорах.

Общий остаток задолженности по расчету ФИО1 составил

19 717 300 руб., однако впоследствии уточнен до 6 463 099 руб. 72 коп., составляющих задолженность должника по следующим договорам займа:

от 12.11.2015 № 18 на сумму 500 000 руб., от 28.12.2015 № 19 на сумму

1 000 000 руб., от 03.02.2016 № 20 на сумму 3 000 000 руб., от 25.03.2016 № 21 на сумму 2 300 000 руб.

Согласно разделу 2 указанных договоров займы выданы бессрочно,

без начисления процентов.

В подтверждение предоставления должнику займа кредитором представлена карточка счета должника за период с 01.01.2004 по 31.12.2016, приходные кассовые ордера и квитанции, в том числе: по договору займа

от 12.11.2015 № 18 - приходный кассовый ордер от 13.11.2015 № 6, квитанция от 13.11.2015 № 26090; по договору займа от 28.12.2015 № 19 - приходный кассовый ордер от 28.12.2015 № 7, квитанция от 28.12.2015 № 30239;

по договору займа от 03.02.2016 № 20 - приходный кассовый ордер

от 03.02.2016 № 1, квитанция от 03.02.2016 № 1644; по договору займа

от 25.03.2016 № 21 - приходный кассовый ордер от 25.03.2016 № 2, квитанция от 25.03.2016 № 5394.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.03.2017

в отношении должника введена процедура наблюдения, в связи с чем, ссылаясь на неисполнение должником обязательств по возврату заёмных денежных средств, ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о включении вышеуказанной задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении требований ФИО1, суды исходили из следующего.

Установление размера требований кредиторов в процедуре наблюдения осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 71 Закона о банкротстве.

В п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дело банкротстве» разъяснено, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В силу п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации

по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей

того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли

и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются

(в том числе по причине того, что их возникновение и существование

было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления объективно влияет

на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота). Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя

из требований добросовестности, разумности и справедливости

(п. 2 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных

на договорах займа требований участников следует исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2)).

Разрешая настоящий обособленный спор, суды установили,

что требования ФИО1 основаны на неисполнении должником обязательств по вышеприведенным договорам займа.

Проанализировав обстоятельства предоставления должнику спорных займов применительно к вышеуказанной правовой позиции, приняв во внимание, что ФИО1 являлся учредителем и директором должника, спорные договоры как от имени займодавца, так и от имени заемщика подписаны ФИО1, учитывая льготные условия предоставления займов (бессрочность и безвозмездность), предоставление займов на значительные суммы без обеспечения (при отсутствии у заемщика значимых активов), что для аналогичных обязательств в условиях обычного гражданского оборота нехарактерно, последовательное предоставление займов при невозвращении в полном объеме ранее выданных сумм и непринятие ФИО1 до возбуждения дела о банкротстве общества «РКС-Трейд» мер к истребованию задолженности; проанализировав представленные в дело данные о движении денежных средств должника (источники и объемы поступления и расходования); исходя из того, что ФИО1 разумные экономические мотивы совершения такого рода сделок не раскрыты (согласно пояснений представителя ФИО1 займы предоставлялись должнику для целей его хозяйственной деятельности, то есть фактически пополнение оборотных денежных средств организации-должника), суды с учетом всей совокупности указанных обстоятельств пришли к заключению о том, что спорное требование вытекает из факта участия ФИО1 в деятельности должника, вследствие чего не усмотрели оснований для включения спорной задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований ФИО1, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств

и недоказанности материалами дела гражданско-правовой природы спорных заёмных обязательств, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих, об ином (ст. 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного довод заявителя о совершении спорных договоров займа в условиях обычного гражданско-правового оборота отклоняется судом округа как несоответствующий установленным судами обстоятельствам дела

и не опровергающий вышеуказанных выводов судов.

Ссылка заявителя жалобы на то, что требования иного участника должника - ФИО4 признано судом обоснованным и включено

в реестр требований кредиторов должника, судом округа отклоняется, поскольку в основу требований ФИО4 положена задолженность

по договору поручения, уступленная ему в соответствующей части обществом

с ограниченной ответственностью «Бизнес Крафт Девелопмент»,

то есть обязательства, из которых проистекают требования ФИО4 и ФИО1 к должнику, имеют различную правовую природу.

Суд кассационной инстанции полагает, что обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения настоящего спора, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии

с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных

на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется

(ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального и (или) процессуального права, которые могли бы повлечь изменение или отмену судебных актов в соответствии

со ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции от 13.08.2017 и постановление суда апелляционной инстанции от 31.10.2017 отмене

не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 13.08.2017

по делу № А60-57850/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2017 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном

ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.В. Шершон

Судьи О.Н. Новикова

Н.А. Артемьева