Решение от 29 февраля 2024 г. по делу № А33-14060/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


29 февраля 2024 года


Дело № А33-14060/2023

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 14.02.2024.

В полном объёме решение изготовлено 29.02.2024.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Степаненко И.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску

акционерного общества «Красавиапорт» (ИНН <***>, ОГРН <***>, п. Емельяново Красноярского края)

к акционерному обществу «Ютэйр-Вертолётные услуги» (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Нефтеюганск Ханты-Мансийского автономного округа - ЮГРА)

о взыскании убытков по договору аэропортового и наземного обслуживания,

при участии в судебном заседании:

от истца (фактически в зале судебного заседания): ФИО1, представителя по доверенности от 27.12.2023 № КА-23-Д118,

от ответчика (дистанционно, с использованием средств веб-конференции при проведении онлайн-заседания): ФИО2, представителя по доверенности от 01.01.2024 № ДВУ-86/24,

при составлении протокола, ведении аудиозаписи и видеозаписи судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО3,



установил:

акционерное общество «Красавиапорт» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к акционерному обществу «Ютэйр-Вертолётные услуги» (далее – ответчик) о взыскании убытков в размере 81 696 руб. по договору на аэропортовое и наземное обслуживание от 19.03.2014 №014/2014/14АО.

Определением от 22.05.2023 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощённого производства.

Определением от 16.07.2023 осуществлён переход к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Определением от 10.01.2024 судебное разбирательство по делу отложено на 14.02.2024 в 15 час. 00 мин.

В судебном заседании участвуют представители обеих сторон (в том числе представитель ответчика – дистанционно, с использованием средств веб-конференции при проведении онлайн-заседания).

Ко дню судебного заседания во исполнение определения суда об истребовании доказательств в материалы дела поступили пояснения Министерства тарифной политики Красноярского края от 01.02.2024.

Как от истца, так и от ответчика, по системе электронной подачи документов «Мой Арбитр» поступили дополнительные пояснения от 09.02.2024 и от 13.02.2024, соответственно.

В соответствии со статьёй 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные документы приобщены к материалам дела.

Представитель истца поддержала исковые требования в полном объёме, дала пояснения согласно заявленным требованиям и представленным доказательствам.

Представитель ответчика против удовлетворения исковых требований возражал.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Сторонами заключен договор на аэропортовое и наземное обслуживание вертолётов от 19.03.2014 № 014/2014/18/14АО, по условиям которого аэропорт, на условиях 100 % предоплаты обеспечивает аэропортовое и наземное обслуживание воздушных судом заказчика в аэропортах «Черемшанка», «Игарка», на посадочных площадках «Боучаны», «Енисейск», «Ванавара», «Байкит», «Тура-Горный», «Тура-МВЛ», «Хатанга» в соответствии с нормативными документами, принятыми в гражданской авиации Российской Федерации и технологией обслуживания воздушных судов, пассажиров и грузов, а заказчик обязуется оплатить оказанные аэропортом услуги на условиях договора.

Согласно пунктам 2.1.9, 2.1.7 договора заказчик (ответчик) обязался, в том числе, оплачивать услуги аэропорта в сроки, установленные договором; в рамках исполнения договора Акт формы «С» за обслуживание воздушного судна в аэропортах подписывает представитель заказчика с предоставлением аэропорту подлинной доверенности, либо член экипажа воздушного судна, выполняющего данный рейс, действующий без доверенности. В случае несогласия с услугами, указанными в актах формы «С» или иных первичных документах, подтверждающих факт оказания услуг, представитель заказчика подписывает акт с изложением конкретных замечаний, в противном случае акт считает принятым без замечаний. В случае возникновения обоснованных претензий заказчика к акту формы «С» аэропорт корректирует сумму оплаты и направляет в адрес заказчика исправленные счёт-фактуру и акт об оказании услуг. Акт формы «С» является подтверждением оказанных услуг.

В пункте 2.2.3 договора также отражено, что аэропорт обязан оформлять акты формы «С», которые со стороны заказчика должны быть подписаны представителем с предоставлением подлинной доверенности, либо членом экипажа, выполняющего данный рейс.

В соответствии с пунктами 3.1-3.3 договора стоимость оказанных аэропортом услуг оплачивается заказчиком по действующим на момент оказания услуг тарифам и ценам, установленным в утверждённом порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации об аэронавигационных, аэропортовых сборах и тарифах за наземное обслуживание воздушных судов, а стоимость дополнительных услуг – согласно действующему на момент оказания услуг прейскуранту цен аэропорта. Заказчик не менее, чем за 24 часа до момента выполнения рейса осуществляет предварительную 100 % оплату услуг аэропорта за аэропортовое и наземное обслуживание воздушного судна, в том числе временную стоянку воздушного судна. Окончательный расчёт за фактический объём предоставленных аэропортом заказчику услуг по аэропортовому и наземному обслуживанию воздушных судов, производится заказчиком не позднее 10 дня после окончания отчётной даты.

В силу пункта 3.5 акт об оказании услуг заказчик обязан рассмотреть и подписать в течение 5 дней с момента получения и вернуть один экземпляр аэропорту либо направить мотивированный отказ с приложением документов, подтверждающих правомочность отказа, в противном случае акт считается принятым в полном объёме. Наличие разногласий по спорным вопросам не даёт право заказчику уклоняться от оплаты в части признанных сумм.

При причинении материального ущерба одной из сторон, виновная сторона обязана возместить другой стороне причинённый материальный ущерб в полном размере, в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации (пункт 4.3 договора).

В пунктах 7.5, 7.6 договора указано, что полномочным представителем заказчика в рамках исполнения договора является член экипажа воздушного судна, выполняющего любой рейс заказчика, действующий без доверенности. Если от имени заказчика выступает представитель по доверенности, то в случае непредставления заказчиком аэропорту подлинной доверенности на такого представителя, заказчик впоследстии не вправе ссылаться на то, что акт формы «С» и/или иные документы, подписанные от имени заказчика таким представителем в рамках договора, подписаны неуполномоченным лицом.

Истцом в материалы дела представлены акты о разливе нефтепродуктов (последний акт – о разливе авиаГСМ):

- о том, что 02.08.2022 около 12 час. 10 мин., во время заправки авиационным топливом ТС-1 воздушного судна МИ-8 № 22215, находящегося на стоянке 11, произошёл нештатный розлив нефтепродуктов. Причиной розлива ТС-1 является неисправность крышки топливного бака воздушного судна Ми-8 № 22215. Техническому составу АО «ЮТэйр» рекомендовано провести внеплановую проверку крышек топливных баков воздушного судна Ми-8 № 22215. Акт содержит подписи представителей аэропорта, а также Шнайдера А,А.;

- о том, что 10.08.2022 около 09 час. 00 мин., во время заправки авиационным топливом ТС-1 воздушного судна Ми-26 № 062293, находящегося на стоянке № 12 произошёл нештатный розлив нефтепродуктов. Причиной розлива ТС-1 является неисправность топливозаправочного штуцера воздушного судна. Техническому составу АО «ЮТэйр» рекомендовано провести внеплановую проверку топливозаправочного штуцера воздушного судна. Акт подписан исключительно сотрудниками аэропорта;

- о том, что 13.12.2022 в 16 час. 03 мин., при заправке на стоянке № 3 ВС № 22484 авиакомпании ЮТЭЙР-Вертолётные услуги, бортмеханик не произвёл надлежащий осмотр топливных баков (крышки баков), после заправки основных топливных баков авиаГСМ. При заправке дополнительных топливных баков произошла утечка из под крышки основного топливного бака авиаГСМ, на площади 12 м?. Для устранения загрязнений на месте стоянки была задействована спецтехника аэропорта. Акт содержит подписи представителей аэропорта, а также Шнайдера А,А.

Составлены и подписаны акты формы «С»:

- от 02.08.2022 № 00004545 (в отношении воздушного судна Ми-8 АМТ борт 22215, дата и время посадки 02.08.2022 в 07:01, дата и время вылета 02.08.2022 в 06:35), в котором отражено, что всего, с учётом НДС, оказаны услуги на сумму 101 553,22 руб., в том числе уборка последствий разлива авиаГСМ свыше 10 м? стоимостью 27 025,00 руб. уборка последствий разлива авиаГСМ до 10 м? стоимостью 14 030 руб. (при этом по графе «всего» указанная стоимость отражена как «0.00»), а также осуществлено представление пожарного автомобиля стоимостью 5 131,90 руб.;

- от 10.08.2022 № 00004789 (в отношении воздушного судна Ми-26 борт 06293, дата и время посадки 10.08.2022 в 15:17, дата и время вылета 10.08.2022 в 08:31), в котором отражено, что всего, с учётом НДС, оказаны услуги на сумму 274 731,57 руб., в том числе уборка последствий разлива авиаГСМ до 10 м? стоимостью 14 030 руб.;

- от 13.12.2022 № 00007870 (в отношении воздушного судна Ми-8 АМТ борт 22484 время вылета 13.12.2022 в 10:35), в котором отражено, что всего, с учётом НДС, оказаны услуги на сумму 86 637 руб., в том числе уборка последствий разлива авиаГСМ свыше 10 м? стоимостью 27 025,00 руб.

Все акты подписаны со стороны заказчика командиром авиагруппы ФИО4

В ходе судебного разбирательства ответчиком в материалы дела представлены кадровые документы, из которых следует, что ФИО4 действительно является сотрудником ответчика и трудоустроен в должности командира воздушного судна, однако в отношении спорных перелётов членом экипажа указанное лицо не являлось (являлись иные лица, в подтверждение чего представлены заявки и задания на полёт, а также иные документы). Представлены также утверждённые ответчиком должностные инструкции командира воздушного судна.

Выставлены соответствующие счета-фактуры, включающие, в том числе, уборку последствий разлива авиаГСМ и других жидкостей.

Стоимость работ по уборке последствий разлива авиаГСМ определена истцом на основании прейскурантов сборов и тарифов в аэропорту Игарка, которые были введены в действие с 04.08.2022 и с 08.12.2022 (при этом в ходе судебного разбирательства истцом представлены прейскуранты и иных организаций, оказывающих аэропортовые услуги, - аэропорт «Рощино» (Тюмень), аэропорт «Емельяново» (Красноярск), аэропорт «Толмачёво» (Новосибирск), которые также содержат тариф на уборку последствий разлива ГСМ, при этом истец указывает, что их тариф ниже).

В представленном в материалы дела письме о разливе топлива от 18.01.2023 № 671П-114/23, направленном ответчиком истцу, указано, что ответчик подтверждает, что разлив топлива служил последствием неисправности материальной части вертолётов (воздушные суда были введены в строй инженерно-техническим составом авиакомпании). Вместе с тем, расходы, связанные с устранением разлива ГСМ, включаются в основу сбора за взлёт-посадку.

Со стороны ответчика истцу поступили акты разногласий от 21.09.2022 № 0000000223-01 (к акту выполненных работ от 10.08.2022 № 3351 (счёт фактура от 10.08.2022) и от 25.01.2023 № 0000000005-01 (к акту выполненных работ от 20.12.2022 № 5614), в соответствии с которым ответчик не признаёт и отказывает оплачивать дополнительные аэрпортовые услуги по уборке последствий разлива топлива в суммах 49 266 руб. (16 836 + 32 430) и 32 430 руб., соответственно. В качестве причины отказа от оплаты указано то обстоятельство, что на основании разъяснений Министерства транспорта Российской Федерации от 27.01.2021 № Д1/1596-ИС услуга по уборке последствий розлива топлива включается в стоимостную основу сбора взлёт-посадки.

В ходе судебного разбирательства ответчиком представлены доказательства направления разногласий в предусмотренный договором срок.

Указанное письмо представлено в материалы дела и в нём действительно, со ссылкой на пункт 3.1 приказа Минтранса России от 17.07.2012 № 241 указано, что расходы, связанные с очисткой аэродромных покрытий от загрязнений (удаление резиновых отложений, битумных и масляных пятен, ГСМ (розлив ГСМ) и др.), включатся в стоимостную основу за взлёт-посадку.

В свою очередь, в подтверждение того, что сбор за взлёт-посадку оплачен ответчиком истцу, со стороны ответчика были представлены платёжные поручения от 05.08.2022 № 87138, от 29.07.2022 № 86887, от 27.07.2022 № 86515, от 12.12.2022 № 97124, от 16.12.2022 № 97934, от 19.12.2022 № 98052.

В подтверждение обоснованности тарифов на уборку последствий разлива нефтепродуктов истцом представлены калькуляции:

? до 10 м?:

№ п/п

Статьи затрат

Сумма расходов, руб.

1
ФОТ работников

6 913,83

2
Страховые взносы

2 101,80

3
Амортизация машины

282,90

4
АвтоГСМ

1 959,38

5
Сорбент

0,81

6
Доставка работников

99,49

7
Материальные затраты

486,46

8
Накладные расходы

1 776,69


Всего

13 621,37


Рентабельность

408,63


Итого стоимость с рентабельностью и без НДС

14 030,00

? свыше 10 м?:

№ п/п

Статьи затрат

Сумма расходов, руб.

1
ФОТ работников

11 321,53

2
Страховые взносы

3 441,75

3
Амортизация машины

698,79

4
АвтоГСМ

6 430,41

5
Сорбент

1,54

6
Доставка работников

163,60

7
Материальные затраты

487,92

8
Накладные расходы

3 422,32


Всего

26 237,86


Рентабельность

787,13


Итого стоимость с рентабельностью и без НДС

27 024,99

В подтверждение обоснованности указанной калькуляции и реального несения расходов для устранения последствий разлива ГСМ со стороны истца представлены акты на списание материалов, приказы о введении норм расхода топлива автотранспортными средствами, путевые листы и расчёты к путевым листам, расчётные ведомости зарплаты.

При этом, с учётом возражений ответчика, на вопрос суда представитель истца пояснила, что не может подтвердить, что выполнение работ, связанных с устранением последствий разлива ГСМ, каким-либо образом дополнительно оплачивалась работникам сверх сумм, которые они и так бы получили за трудодень.

Расчёт убытков, связанных с устранением розлива нефтепродуктов, произведён истцом следующим образом:

№ п/п

Акт о розливе

Акт формы «С»

Тариф по прейскуранту, руб., с НДС

Счёт-фактура

1.

от 05.08.2022

от 02.08.2022 № 00004545

32 430,00

от 10.08.2022 № 3351

2.

от 10.08.2022

от 10.08.2022 № 00004789

16 836,00

3.

от 13.12.2022

от 13.12.2022 № 00007870

32 430,00

от 20.12.2022 № 5614

Итого

81 696


Письмом от 08.02.2023 № Исх/КА-23-147 истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием компенсации убытков в сумме 81 696 руб., которая добровольно не исполнена, при этом в ходе судебного разбирательства ответчик заявлял возражения против удовлетворения иска.

Судом исследовался вопрос о том, действительно ли расходы, связанные с устранением последствий разлива ГСМ, включены в состав сбора за взлёт/посадку.

В ответе Министерства транспорта Российской Федерации от 21.11.2023 отражено, что сбор за взлёт-посадку устанавливается за обеспечение посадки и вылета воздушных судов на аэродроме и/или посадочной площадке и не включает в себя деятельность, связанную с устранением последствий разлива топлива. Вместе с тем, согласно подпункту «в» пункта 3 Федеральных авиационных правил, утверждённых приказом Минстранса России от 02.11.2022 № 441, оператор аэродрома должен выполнять деятельность по поддержанию лётного поля аэродрома в постоянной эксплуатационной готовности для взлёта, посадки, руления и стоянки воздушных судов. Поддержание надлежащего технического состояния мест стоянки воздушных судов, в том числе устранение последствий разлива топлива, возложено на оператора аэродрома (в подтверждение чего приводится ссылка на решение Арбитражного суда Тюменской области от 20.09.2017 по делу № А70-7215/2017). При рассмотрении постановленного вопроса, при этом, необходимо исходить из условий действующего договора на аэропортовое и наземное обслуживание, поскольку сложившиеся правоотношения сторон являются обязательствами по возмездному оказанию услуг и подлежат регулированию нормами подраздела 1 раздела III, главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации и условиями договора (в подтверждение чего приведена ссылка на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 по делу № А75-9903/2021). Поскольку аэропортовые сборы, тарифы и цены устанавливает Федеральная антимонопольная служба, Министерство транспорта Российской Федерации рекомендует обратиться именно в указанный орган.

В письме Федеральной антимонопольной службы от 28.12.2023 отражено, что АО «КрасАвиаПорт» на основании приказа ФАС России от 02.04.2019 № 402/19 включено в реестр субъектов естественных монополий на транспорте, раздел II «Услуги аэропортов», при этом данный хозяйствующий субъект не включен в утвержденный приказом ФАС России от 08.09.2017 № 1189/17 Перечень субъектов естественных монополий в сфере услуг в аэропортах, государственное регулирование которых осуществляется ФАС России. Позиция о том, включаются ли в сбор за взлёт-посадку расходы, связанные с устранением последствий разлива топлива (загрязнения места стоянок воздушного судна на аэродроме), обусловленных неисправностями крышки топливного бака и топливно-заправочного штуцера садившегося судна (вертолёта) заказчика, и правомерно ли требование о дополнительной компенсации соответствующих сумм (в качестве убытков) сверх уплаченного сбора за взлёт/посадку, может быть представлена Министерством тарифной политики Красноярского края, осуществляющим регулирование тарифов и сборов на услуги в аэропортах, оказываемые АО «КрасАвиаПорт».

В ответе Министерства тарифной политики Красноярского края от 01.02.2024 отражено, что расходы, связанные с устранением последствий разлива топлива (загрязнения места стоянки ВС на аэродроме), обусловленных неисправностями крышки бака и топливозаправочного штуцера садившегося судна (вертолёта) в сборе за взлёт-посадку воздушных судов органом регулирования не учитываются.

В отзыве на иск, а также многочисленных дополнительных пояснениях, ответчик указал, что расходы, связанные с очисткой аэродромных покрытий от загрязнений включаются в основу сбора за взлет-посадку; истец не доказал наличие совокупности фактов, необходимой для удовлетворения требования о взыскании убытков; вина ответчика в произошедшем разливе топлива истцом документально не подтверждена; истцом не обоснован расчет взыскиваемых с Ответчика убытков, не доказан размер причиненного ему ущерба; истцом не предоставлены доказательства объема загрязнения искусственного покрытия мест стоянок воздушных судов; истцом не предоставлены доказательства выполнения им работ, связанных с устранением последствий разлива топлива; истец не представил сведений ни о долях себестоимости и предпринимательской прибыли в цене, ни о существе данной услуги – составе и цене отдельных операций, составе и цене воды и пены, которые якобы использовались для устранения последствий разлива; самостоятельное устранение кредитором последствий нарушения должником своего обязательства не являет реализацией, а является внутрихозяйственной операцией кредитора, на такую операцию НДС не подлежит начислению; прейскурант цен и тарифов оказываемых истцом услуг не подлежит применению, т.к. не является расчетом реального ущерба; сведения о количестве и составе использованных реагентов (пены), трудовых ресурсов, месте летного поля, очистка которого производилась, отсутствуют, соответствующие доказательства Истцом не представлены; в представленных Истцом актах указано, что в связи с произошедшим, на место стоянки были незамедлительно вызваны сотрудники СПАСОП, которые локализовали место розлива обильным количеством воды и пены. При этом, необходимо учитывать, что СПАСОП (служба поискового и аварийно - спасательного обеспечения полетов) является структурным подразделением АО «КрасАвиаПорт»; истцом не представлены фотографии и иные доказательства, подтверждающие объем загрязнения. Представленные Истцом акты о розливе нефтепродуктов не содержат информации о площади загрязнений, о конкретном месте загрязнения. В связи с чем, указанная Истцом в иске площадь загрязнения документально не подтверждена; Истцом не представлены никакие доказательства того, что искусственное покрытие мест стоянок ВС не имело никаких следов загрязнения, а также что на указанной стоянке не находились иные воздушные суда. В материалы дела не предоставлено доказательств, подтверждающих устранение разливов ГСМ; расходы Истца на воду и пена, которые, как заявляет Истец, были использованы Истцом для устранения последствий загрязнения, ничем не подтверждены; отсутствует причинно-следственная связь между действиями Ответчика и выплатой Истцом этих сумм, так как они являются для последнего не ущербом, а условно-постоянными расходами; калькуляции, представленные истцом, не подтверждают фактическое несение Истцом расходов и не позволяют с соответствующей степенью достоверности определить размер убытков, при их наличии. Более того, данные документы составлены заинтересованной стороной; представленные калькуляции стоимости уборки последствий разлива нефтепродуктов включают в себя расходы, которые не могут быть отнесены к убыткам Истца, в том числе расходы на оплату ФОТ работников, страховые взносы, амортизацию машины, АвтоГСМ, материальные затраты, накладные расходы и рентабельность; Расходы на оплату заработной платы (ФОТ) являются не расходами на восстановление нарушенного права, а расходами, которые Истец должен понести в соответствии с требованиями трудового законодательства и видами своей деятельности, отраженной в выписке из ЕГРЮЛ, то есть обычными расходами, которые не могут расцениваться как вынужденные вследствие неправомерных действий Ответчика и являются для Истца не ущербом, а условно-постоянными расходами; обязанность по оплате страховых взносов установлена законодательством и не связана с восстановительными работами и понесенными затратами по устранению последствий разлива; акт о розливе нефтепродуктов от 05.08.2022 и акт о разливе авиаГСМ от 13.12.2022 подписаны ФИО5, при этом Ответчиком не выдавалась доверенность на имя ФИО5, позволяющая ему участвовать в составлении и подписании актов о разливе; полномочия на подписание представленных Истцом актов от 05.08.2022 и от 13.12.2022 от имени АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» у ФИО5 отсутствовали; Относительно наличия в акте от 13.12.2022 указания на площадь загрязнения в размере 12 м2 , Ответчик отмечает, что полномочия на подписание такого акта от имени АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» у ФИО5 отсутствовали; представленные Истцом акты о разливах авиаГСМ подлежат исключению из числа доказательств в связи с неполнотой содержащихся в них сведений, а также в связи с тем, что к участию в расследованиях по спорным фактам разлива авиаГСМ не были привлечены уполномоченные сотрудники Ответчика; письмо от 18.01.2023 не может являться относимым доказательством по настоящему спору; из заявленной Истцом суммы убытков в размере 81 696 руб. к реальным убыткам могут быть отнесены только расходы на сорбент в размере 4,69 руб., остальные затраты в размере 81 691,31 руб. (пункты 1, 2, 3, 4, 6, 7, 8, 9 калькуляции) включены в размер убытков неправомерно; истец ошибочно полагает, что представленные в материалы дела акты формы «С» являются подтверждением оказания услуг по уборке последствий разлива авиаГСМ. По тексту пояснений Истец указывает, что на условиях Договора №014/2014/18/14АО от 19.03.2014 (далее – Договор) в августе и декабре 2022 года Истец оказал Ответчику услуги по аэропортовому и наземному обслуживанию. В оказанные услуги Истцом включена услуга по уборке последствий разлива авиаГСМ на общую сумму 81 696 руб. При этом, Ответчик спорные услуги не заказывал и не принимал, что подтверждается актами разногласий № 0000000223-01 к акту выполненных работ № 3351 от 10 августа 2022г. (счет-фактура № 3351 от 10 августа 2022г.) и № 0000000005- 01 к акту выполненных работ № 5614 от 20 декабря 2022г. (счет-фактура № 5614 от 20 декабря 2022г.). Спорные услуги не несут для ответчика никакой ценности; Минтранс указывает, что в соответствии с ФАП №441 оператор аэродрома должен выполнять деятельность по поддержанию летного поля аэродрома в постоянной эксплуатационной готовности для взлета, посадки, руления и стоянки воздушных судов. В силу пункта 40 ФАП №441 оператор аэродрома должен организовать эксплуатацию и техническое обслуживание аэродрома и его оборудования, содержание в состоянии, соответствующем требованиям федеральных авиационных правил, утвержденных в соответствии со статьей 48 Воздушного кодекса Российской Федерации. С учетом изложенного, Минтранс приходит к выводу, что поддержание надлежащего технического состояния мест стоянки воздушных судов, в том числе устранение последствий разлива топлива возложено на оператора аэродрома; В соответствии с приказом №118-л/67.03 от 22.09.2017 ФИО4 был принят на работу в АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» в должности командира воздушного судна в Отдельную авиационную эскадрилью №7 (Красноярск) Летного директората. Приказом №148-л/67.03 от 17.08.2018 ФИО4 был переведен в 7 ЛО Ми-8 (Красноярск) Летный отряд №7 Летный директорат на должность командира воздушного судна. Права и должные обязанности ФИО4 установлены в должностной инструкции командира воздушного судна, которой не предусмотрено право либо обязанность данного работника подписывать какие-либо документы от имени АО «ЮТэйрВертолетные услуги». Также должностной инструкцией не предусмотрено полномочие командира воздушного судна выступать в качестве представителя Авиакомпании при составлении каких-либо актов. Ответчиком не выдавалась доверенность на имя ФИО4, позволяющая ему участвовать в составлении и подписании актов о разливе. Таким образом, полномочия на подписание представленных Истцом актов от 05.08.2022 и от 13.12.2022 от имени АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» у ФИО4 отсутствовали. Ответчик дополнительно отмечает, что в представленном Истцом акте от 10.08.2022 отсутствует, как подпись уполномоченного представителя Ответчика, так и подпись ФИО4; В полетах, выполненных 02.08.2022 (рейс УТ 9903), 10.08.2022 (рейс УТ 9153) и 13.12.2022 (рейс УТ 9924), ФИО4 не являлся членом экипажа. Так, в соответствии с заданием на полет №295977-22 (вылет 02.08.2022, рейс УТ 9903) экипаж состоял из следующих лиц: командир ВС – ФИО6, пилот – ФИО7, второй пилот – ФИО8, бортмеханик – ФИО9 В соответствии с заданием на полет №2967867-22 (вылет 10.08.2022, рейс УТ 9153) экипаж состоял из следующих лиц: командир ВС – ФИО10, второй пилот – ФИО11, бортинженер – ФИО12, штурман – ФИО13, бортоператор 1 – ФИО14, Бортоператор 2 – ФИО15 В соответствии с заданием на полет №310261-22 (вылет 13.12.2022, рейс УТ 9924) экипаж состоял из следующих лиц: командир ВС – ФИО16, пилот-инструктор – ФИО17, второй пилот – ФИО18, бортмеханик – ФИО19 Таким образом, документально подтверждено, что при выполнении спорных полетов ФИО4 не являлся членом экипажа; Поскольку ФИО4 не являлся членом экипажа спорных рейсов, его нельзя расценивать в качестве лица, чьи полномочия явствуют из обстановки. В материалах дела отсутствуют доказательства наличия у ФИО4 полномочий действовать от имени Ответчика, а равно, полномочия указанного лица в понимании пп. 2 п. 1 ст. 182 ГК РФ не явствуют из обстановки. Ответчиком не выдавалась доверенность на имя ФИО4, позволяющая ему участвовать в составлении и подписании актов о разливе; Ответчик отмечает, что доказательств несения реальных расходов по указанным Истцом убыткам в связи с устранением последствий разлива ГСМ, основанных на первичной документации, в материалы дела не представлено. Представленные истцом калькуляции не являются документами, которые могут подтверждать факт причинения (наличия) убытков, поскольку сами по себе позиции калькуляции не свидетельствуют об убытках истца и не подтверждены иными документами, свидетельствующими о реально произведенных истцом расходах. Документы, представленные истцом в обоснование расходов (калькуляции, акты на списание материалов, приказы о введении норм расхода топлива автотранспортными средствами, путевые листы и др.), являются внутренними документами Истца и носят односторонний характер. Вместе с тем, доказательств несения реальных расходов по указанным позициям в связи с устранением последствий разлива ГСМ, основанных на первичной документации, в материалы дела не представлено; В рассматриваемой ситуации представленные Истцом акты подписаны лицом действующим без какой-либо доверенности. В связи с чем, положения пункта 7.6 Договора не распространяются на ситуацию при которой акты формы «С» и акты о разливе ГСМ подписаны ФИО4 без доверенности Ответчика. Поскольку положения пункта 7.6 касаются ситуаций при которых от имени Заказчика выступает представитель по доверенности, например по копии доверенности; Представленные в материалы дела ответы Министерства транспорта Российской Федерации (далее – Минтранс) и Министерства тарифной политики Красноярского края подтверждают, что поддержание надлежащего технического состояния мест стоянки воздушных судов возложено на оператора аэродрома. В своем ответе Министерство тарифной политики Красноярского края указывает, что расходы, связанные с устранением последствий разлива топлива (загрязнения места стоянок ВС на аэродроме), обусловленных неисправностями крышки топливного бака и топливнозаправочного штуцера садившегося судна (вертолета), в сборе за взлет-посадку воздушных судов органом регулирования не учитывается. Таким образом, ответ органа регулирования касается конкретной исключительной ситуации (затраты) – «расходы, связанные с устранением последствий разлива топлива (загрязнения места стоянок ВС на аэродроме), обусловленных неисправностями крышки топливного бака и топливнозаправочного штуцера садившегося судна (вертолета)». Данные расходы в силу того, что они имеют свои индивидуальные признаки, не могли быть учтены органом регулирования при определении размера сбора за взлетпосадку воздушных судов. С учетом вышеизложенного, Ответчик считает ответ Министерства тарифной политики Красноярского края формальным. Ответ не содержит сведений о том, какие расходы и издержки были учтены органом регулирования при определении цены (сбора) за оказываемую АО «КрасАвиаПорт» услугу «Сбор за взлет-посадку». Услуга по обеспечению посадки и вылета ВС включает в себя предоставление ВПП, рулежных дорожек и перронов. Следовательно, поскольку Ответчик уплачивает Истцу сбор за взлет-посадку за каждое ВС, выполняющее взлет и посадку в аэропорту «Игарка», он тем самым оплачивает предоставление ВПП, рулежных дорожек и перронов в надлежащем состоянии.

Истец, в свою очередь, ссылался на следующее: устранение разлива авиатоплива не включено в состав услуг, включаемых в сбор за взлет-посадку, как не включено и в состав услуг по другим аэропортовым сборам (раздел III Приказа № 241); Федеральные авиационные правила «Требования к операторам аэродромов гражданской авиации. Форма и порядок выдачи документа, подтверждающего соответствие оператора аэродрома гражданской авиации требованиям федеральных авиационных правил. Порядок приостановления действия и аннулирования документа, подтверждающего соответствие оператора аэродрома гражданской авиации требованиям федеральных авиационных правил», утвержденные приказом Минтранса России от 02.11.2022 № 441, не содержат конкретный перечень работ, выполнение которых обеспечивает поддержание летного поля аэродрома в постоянной эксплуатационной готовности для взлета, посадки. руления и стоянки воздушных судов; Пунктом 2 постановления Правительства Российской Федерации от 17.10.2017 № 1258 «Об утверждении классификации работ по содержанию и ремонту аэродромов гражданской авиации, находящихся в федеральной собственности», установлен перечень работ по содержанию аэродрома, в который также работы по устранению последствий разлива ГСМ и спецжидкостей с летного поля не входят; поддержание аэродрома в постоянной эксплуатационной готовности (включая взлетно-посадочную полосу, рулежные дорожки, перрон), представляет собой комплекс мероприятий, носящих систематический, постоянный, стандартный характер, тогда как уборка мест разлива авиатоплива на аэродроме, в том числе на местах стоянок воздушных судов на аэродроме, является эпизодической, вынужденной мерой, с целью соблюдения, в том числе, противопожарных норм. Учитывая, что разлив авиатоплива на аэродроме - событие случайного, непредсказуемого характера, которые не должны допускаться в силу установленных противопожарных, санитарных норм, расходы по уборке последствий разлива авиатоплива не могут быть учтены и не учитываются в ставке сбора за взлет-посадку, а устанавливаются операторами аэропортов в виде отдельных тарифов в прейскурантах. Так, например, тариф за устранение разлива авиатоплива в аэропорту «Рощино» (г. Тюмень) составляет 16 158 руб. с НДС за 1 м2, в аэропорту «Емельяново» (г. Красноярск) - 6 072 руб. (летний период) и 5 940 руб. (зимний период) с НДС за 1м2, в аэропорту «Толмачево» (г. Новосибирск) - 3 643 руб. (летний период) и 884 руб. (зимний период) с НДС за 1м2 (копии прейскурантов с официальных сайтов указанных аэропортов прилагаются); в письме от 18.01.2023 ответчик признал, что разлив топлива служил последствием неисправности материальной части вертолетов; в актах от 05.08.2022, 10.08.2022, 13.12.2022 о разливах авиаГСМ прямо указаны причины разлива авиатоплива, а именно -неисправности в топливных баках вертолетов Ответчика. Указанные акты составлены с участием представителя Ответчика командира авиагруппы ФИО4 Замечаний или несогласий с причинами разлива авиатоплива представителем Ответчика сделано не было. В этой связи, доводы Ответчика о том, что отсутствует его вина и документально не подтверждено наличие технической неисправности воздушных судов, являются несостоятельными и опровергаются предоставленными в материалы дела вышеуказанными документами (письмом от 18.01.2023 № 67.1П-114/23, актами о разливах авиаГСМ от 05.08.2022, 10.08.2022, 13.12.2022). При таких обстоятельствах, Ответчик, как законный владелец воздушных судов, является ответственным за указанные разливы авиатоплива; работы по уборке последствий разлива авиаГСМ включены в акты оказанных услуг по форме «С» № 00004545 от 02.08.2022, № 00004789 от 10.08.2022, № 00007870 от 13.12.2022 (приложения 6 - 8 к исковому заявлению). В указанных актах отражены площадь загрязнений (до Юм2, свыше Юм2), точный размер площадей загрязнений не указывается, поскольку прейскурантом Истца утверждены тарифы за уборку последствий разлива авиаГСМ исходя из предела загрязнения - до Юм2, свыше Юм2, а не за единицу измерения м2. Указанные акты оказанных услуг по форме «С» подписаны со стороны Ответчика командиром авиагруппы ФИО4, который замечаний и возражений по площадям разлива авиаГСМ не предоставил. Доказательств того, что площадь разлива авиаГСМ была иной, Ответчик не преставил. В соответствии с пунктом 2.1.7. Договора акт формы «С» является подтверждением оказанных услуг; Вышеуказанные Акты о разливах авиаГСМ, а также письмо Ответчика от 18.01.2023 № 67.1 П-114/23 (приложение 5 к исковому заявлению), где Ответчик признал, что разлив топлива служил последствием неисправности материальной части вертолетов, подтверждают вину Ответчика и наличие причинно-следственной связи между действиями Ответчика и причиненным ущербом; в обоснование стоимости размера убытков, понесенных Истцом в результате вреда, причиненного действиями Ответчика, приведших в разливу авиаГСМ на стоянках воздушных судов в аэропорту «Игарка» прилагаем калькуляции стоимости уборки последствий разливов авиаГСМ; в соответствии с п. 2.1.7.Договора акт формы «С» в аэропортах подписывает представитель ответчика с предоставлением Истцу подлинной доверенности, либо член экипажа воздушного судна, действующий без доверенности; в случае несогласия с услугами, указанными в актах формы «С» или иных первичных документах, подтверждающих факт оказания услуг, представитель Ответчика подписывает акт с изложением конкретных замечаний, в противном случае акт считается принятым без замечаний; акт формы «С» является подтверждением оказанных услуг. Пунктом 7.6. Договора установлено, что если от имени Ответчика выступает представитель по доверенности, то в случае непредоставления Ответчиком Истцу подлинной доверенности на такого представителя, Ответчик не вправе ссылаться на то, что Акт формы «С» и/или иные документы, подписанные от имени Ответчика таким представителем в рамках Договора, подписаны неуполномоченным лицом; В доказательство фактического несения убытков Истцом представлены прейскуранты, калькуляции стоимости уборки последствий разлива нефтепродуктов до 10 м? и свыше 10 м?. В себестоимость работ по ликвидации последствий разливов авиа ГСМсогласно калькуляций включены затраты «ФОТ работников», «страховые взносы», «автоГСМ», «сорбент», «доставка работников», «материальные затраты», «накладные расходы». Калькуляция представляет собой результат калькулирования, т.е. расчетные процедуры по определению затрат организации. Затраты - выраженные в денежной форме расходы предприятий, предпринимателей, частных производителей на производство, обращение, сбыт продукции. Экономическое содержание понятия «затраты» аналогично «издержкам» (ФИО20 Современный экономический словарь. / Б.А. Райзберг, ФИО21, ФИО22. - 6-е изд., перераб. и доп. - Москва: ИНФРА-М,2011.). Согласно вышеуказанному экономическому словарю издержки калькуляционные представляют собой издержки, рассчитанные на основе калькуляций, смет, составленных исходя из реальных, нормативных, планируемых, прогнозируемых затрат в расчете на единицу производимой продукции, и связанные с функционированием предприятия. Также в соответствии с указанным экономическим словарем статьями калькуляции являются определенные виды затрат, входящие в себестоимость продукции. Учитывая изложенное а также то обстоятельство, что Истец осуществлял ликвидацию последствий разлива авиаГСМ, носящую исключительный и чрезвычайный характер, а не выполняли обычную деятельность по аэропортовому и наземному обслуживанию, включение Истцом стоимости заработной платы, страховых взносов, автоГСМ в состав заявленных убытков я вляется правомерным и подтверждается актами на списание материалов, приказами о введении норм расхода топлива автотранспортными средствами, путевыми листами, расчетами к путевым листам, расчетами заработной платы работников, расчетными ведомостями на оплату труда; Заказа выполнения работ по уборке последствий разлива авиаГСМ от Ответчика не требовалось, поскольку разлив авиаГСМ на территории аэродрома является нарушением требований п. 257 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 16.09.2020 № 1479, в соответствии с которыми при обнаружении повреждений тары (упаковки), рассыпанных или разлитых пожаровзрывоопасных и пожароопасных веществ и материалов следует немедленно удалить поврежденную тару (упаковку), очистить пол и убрать рассыпанные или разлитые вещества и материалы. В этой связи подача заявки на уборку последствий разлива авиаГСМ не предусматривается; Уборка мест разлива авиатоплива на аэродроме, в том числе на местах стоянок воздушных судов на аэродроме, является эпизодической, вынужденной мерой, с целью соблюдения, в том числе, противопожарных норм, и не входит в основную трудовую функцию работников Истца. Учитывая изложенное а также то обстоятельство, что Истец осуществлял ликвидацию последствий разлива авиаГСМ, носящую исключительный и чрезвычайный характер, а не выполняли обычную деятельность по аэропортовому и наземному обслуживанию, включение Истцом стоимости заработной платы, страховых взносов, амортизации машин, автоГСМ, материальных затрат, накладных расходов в состав заявленных убытков исходя из размера установленных в Прейскуранте тарифов является правомерным; стоимость работ по уборке последствий не может и не должна включаться в стоимостную сбора за взлет-посадку, а устанавливаются операторами аэропортов в виде отдельных тарифов в прейскурантах. Так, например, тариф за устранение разлива авиатоплива в аэропорту «Рощино» (г. Тюмень) составляет 16 158 руб. с НДС за 1 м2, в аэропорту «Емельянове» (г. Красноярск) - 6 072 руб. (летний период) и 5 940 руб. (зимний период) с НДС за 1м2, в аэропорту «Толмачево» (г. Новосибирск) - 3 643 руб. (летний период) и 884 руб. (зимний период) с НДС за 1м2 (копии прейскурантов с официальных сайтов указанных аэропортов - Приложения № 1-3 к возражениям на отзыв от 04.07.2023); Акт формы «С» или иной документ (например акт о разливе нефтепродуктов) имел право подписать представитель Ответчика по доверенности или член экипажа воздушного судна без доверенности. У Истца отсутствует информация о составах экипажей воздушных судов Ответчика. Подлинная доверенность на представителя Истцу Ответчиком не предоставлялась.На основании вышеизложенного, считаем что акты (формы «С», о разливе нефтепродуктов). представленные в материалы дела (приложения №№ 2,3,4,6,7,8, к иску), подписаны уполномоченным лицом со стороны Ответчика без каких-либо замечаний, являются надлежащим и достаточным доказательством, подтверждающим наличие разлива авиаГСМ по причине технических неисправностей с воздушными судами, выполнение работ по уборке последствий разлива авиаГСМ. При таких обстоятельствах, Ответчик как законный владелец воздушных судов, является лицом, ответственным за разливы авиаГСМ; Истец полагает, что из представленного ответа Минтранса РФ следует, что в сбор за взлет-посадку расходы, связанные с устранением последствий разлива топлива не включаются, и подлежат возмещению владельцем воздушного судна при наличии вины. Кроме того Истец считает, что письма Минтранса РФ, представленные в материалы дела, не являются нормативными актами и носят рекомендательный характер; Истец ознакомился с поступившими в материалы дела письменными пояснениями от 01.02.2024 исх. № 72/252 Министерства тарифной политики Красноярского края, которое указало: «расходы, связанные с устранением последствий разлива топлива (загрязнения места стоянок ВС на аэродроме), обусловленных неисправностями крышки топливного бака и топливозаправочного штуцера садившегося судна (вертолета), в сборе за взлет-посадку воздушных судов органом регулирования не учитываются. Представленный ответ Министерства тарифной политики Красноярского края подтверждает обоснованность позиции Истца, изложенный в исковом заявлении. Из указанного следует, что расходы, связанные с устранением последствий разлива авиаГСМ не включаются в сбор за взлет-посадку и подлежат возмещению владельцем воздушного судна.

Истец, при этом, ссылался на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 № 08АП-1655/2022 (по делу № А75-9903/2021), постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2019 № 07АП-3933/19).

Ответчик, в свою очередь, ссылается на постановление Арбитражного суда Уральского округа от 14.12.2016 по делу № А50-6293/2016, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 19.05.2017 по делу № А73-7827/2016, постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 11.08.2022 по делу № А10-2000/2020, решение Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2023 по делу № А40-211228/22, решение Арбитражного суда Свердловской области от 30.03.2022 по делу № А60-2072/2022.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Предмет спора определён истцом как взыскание убытков.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 названной статьи определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Элементами гражданско-правовой ответственности являются:

- противоправный характер поведения лица, причинившего убытки;

- наличие убытков и их размер;

- причинная связь между противоправным поведением правонарушителя и наступившими последствиями.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 указано, что бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учётом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Частями 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Арбитражный суд последовательно и неоднократно предписывал истцу представить в материалы дела первичные документы в обоснование каждой позиции представленной истцом калькуляции, а также площади загрязнения.

Кроме того суд также последовательно предлагал сторонам рассмотреть вопрос о возможности и целесообразности назначения судебной экспертизы для определения размера убытков. В случае вывода о целесообразности – представить предложения по формулировкам вопросов для эксперта, а также по кандидатуре экспертов/экспертных организаций. В случае вывода о нецелесообразности – соответствующие письменные пояснения.

В соответствии со статьёй 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 2, 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 отказ стороны от фактического участия в состязательном процессе, может влечь для стороны неблагоприятные последствия, например, в отнесении на лицо судебных расходов (часть 5 статьи 65 АПК РФ), в рассмотрении дела по имеющимся в деле доказательствам (часть 4 статьи 131 АПК РФ). В случае непредставления стороной доказательств, необходимых для правильного рассмотрения дела, в том числе если предложение об их представлении было указано в определении суда, арбитражный суд рассматривает дело по имеющимся в материалах дела доказательствам с учетом установленного частью 1 статьи 65 АПК РФ распределения бремени доказывания (часть 1 статьи 156 АПК РФ).

Не смотря на соответствующие указания суда, истцом не представлено достаточного массива допустимых и относимых доказательств, которые в своей совокупности позволяли бы сделать вывод об обоснованности исковых требований, как применительно к вопросу о подтверждённости элементов доказывания гражданско-правовой ответственности, так и применительно к рассмотрению требования в рамках возмездного оказания услуг.

Применительно к конкретным обстоятельствам рассматриваемого спора неподтверждённым является не только размер убытков (как факультативный элемент, устанавливаемый с разумной степенью достоверности), но и иные обязательные элементы доказывания в рамках спора о привлечении к гражданско-правовой ответственности.

Арбитражный суд соглашается с доводами ответчика, что приведённые калькуляции истца являются неподтверждёнными, что могло быть преодолено экспертным путём, но, не смотря на неоднократные указания суда, воли на заявление ходатайства о проведении судебной экспертизы стороны, в том числе и истец, не выразили (что относится к его собственным процессуальным рискам).

Истцом представлен определённый пакет первичных подтверждающих документов, однако из материалов дела не следует, что соответствующие затраты (которые в полной мере не соответствуют суммам, приведённым в калькуляции) понесены именно для целей устранения разлива ГСМ. При этом представитель истца пояснила, что представлены все документы, которыми располагает истец, возможности представления каких-либо дополнительных документов (не смотря на то, что суд предоставлял истцу достаточное время и неоднократно предписывал их представить) у истца не имеется.

В рассматриваемом случае арбитражный суд соглашается с доводами ответчика о том, что применительно к вопросу взыскания реального ущерба могли быть учтены расходы на сорбент, однако именно в указанной части истцом подтверждающие первичные документы не представлены.

В отношении остальных составляющих калькуляции тарифа истец не обосновал и не подтвердил, что указанные суммы обусловлены какими-либо расходами, понесёнными сверх обычной деятельности истца по аэропортовому обслуживанию, в частности – дополнительной оплаты труда работникам. Также не раскрыта информация о материальных и накладных расходов и не подтверждено их несение (именно в связи с устранением разлива ГСМ).

В отношении довода ответчика о том, что действия, связанные с устранением последствий разлива топлива, в ответе Министерства транспорта Российской Федерации от 21.11.2023 отражено, что сбор за взлёт-посадку устанавливается за обеспечение посадки и вылета воздушных судов на аэродроме и/или посадочной площадке и не включает в себя деятельность, связанную с устранением последствий разлива топлива; в ответе Министерства тарифной политики Красноярского края от 01.02.2024 отражено, что расходы, связанные с устранением последствий разлива топлива (загрязнения места стоянки ВС на аэродроме), обусловленных неисправностями крышки бака и топливозаправочного штуцера садившегося судна (вертолёта) в сборе за взлёт-посадку воздушных судов органом регулирования не учитываются.

Позиция сторон по указанному вопросу является оппозиционной, не смотря на указанные ответы ответчик настаивает на изложенной им позиции, ссылаясь на иное письмо Министерства транспорта Российской Федерации, а также полагает, что ответ Министерства тарифной политики Красноярского края является казуистичным и применим к конкретной ситуации, не в полной мере соответствующей обстоятельствам спора.

В указанной части арбитражный суд учитывает, что представленные ответы не являются нормативными актами и носят рекомендательный характер (на что в своих пояснениях ссылался и истец), при этом ответы также содержат информацию и о том, что государством регулируются и услуги, связанные с обеспечением взлёта, посадки и стоянки воздушных судов, а поддержание надлежащего технического состояния мест стоянки воздушных судов, в том числе устранение последствий разлива топлива, возложено именно на оператора аэродрома.

Вне зависимости от разрешения указанного вопроса, наличие оснований для взыскания с ответчика убытков истцом не подтверждено.

Помимо вышеуказанной неподтверждённости приведённой калькуляции и факта несения дополнительных затрат, арбитражный суд соглашается с доводом ответчика о том, что истцом не подтверждена фактическая площадь загрязнения (а формулировка «до 10 м?» может включать совершенно незначительную площадь, устранение разлива на которой не соответствует заявленным суммам), а те документы, в которых она отражена, подписаны со стороны ответчика неуполномоченным лицом (о чём будет указано ниже). При этом акт о разливе нефтепродуктов (10.08.2022) подписан в одностороннем порядке и не содержит подписей какого-либо представителя ответчика.

В отношении площади загрязнения суд также предписывал истцу представить дополнительные доказательства, однако в материалы дела они не поступили.

В письме от 18.01.2023, на которое ссылается истец, ответчик подтверждает, что разлив топлива произошёл ввиду неисправностей материальной части вертолётов.

Однако из указанного письма следует, что ответчик подтверждает разлив топлива и указывает причину разлива ввиду неисправности оборудования ответчика, однако, в рассматриваемом случае, факт разлива не тождественен факту причинения убытков, поскольку со стороны истца не подтверждено, что он понёс реальный ущерб, о взыскании которого заявляет, то есть какие-либо дополнительные расходы, сверх тех расходов, которые несёт в качестве оператора аэродрома при осуществлении обычной деятельности (за услуги по оказанию которой получает плату).

Причинно-следственная связь между фактом разлива и возникновением убытков (то есть несением дополнительных расходов, связанных с указанным фактом) из материалов дела не усматривается, совокупностью представленных истцом доказательств наличие причинно-следственной связи не подтверждается.

С учётом изложенного, не имеется оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании убытков в виде реального ущерба.

Тем не менее, арбитражный суд не связан правовой квалификацией истца, и рассматриваемый спор можно рассматривать в качестве спора в рамках обязательств по возмездному оказанию услуг, регулируемых нормами подраздела 1 раздела III, главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (что отражено, в частности, в ответе Министерства транспорта Российской Федерации от 21.11.2023 со ссылкой на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 по делу № А75-9903/2021).

Но даже при указанной правовой квалификации, исходя из фактических обстоятельств спора и представленных в материалы дела доказательств, в их совокупности и взаимосвязи, не имеется оснований для удовлетворения иска.

Положениями договора предусмотрена обязанность по компенсации материального ущерба, но, как указано выше, наличие материального ущерба не подтверждено.

Работа по устранению последствий разлива ГСМ в качестве услуги, оказанной в рамках договора, ответчиком не принято, в соответствии с положениями договора надлежащим образом заявлены разногласия в соответствующей части.

Акты о разливе нефтепродуктов (02.08.2022) и о разливе авиаГСМ (13.12.2022) содержат подпись от лица командира авиагруппы ФИО4, им же подписаны акты по форме «С».

Вместе с тем, само по себе подписание актов, в рассматриваемой ситуации, согласие на приёмку услуг в полном объёме не подтверждает, поскольку в отношении актов заявлены разногласия, а ФИО4 не является надлежащим лицом, уполномоченным подписывать соответствующие акты, что следует из условий заключенного сторонами договора.

Из взаимосвязи положений пунктов 2.1.7, 7.5 и 7.6 договора, при системном толковании, следует, что акты должны быть подписаны членом экипажа воздушного судна (которые могут действовать без доверенности) либо представителем по доверенности. Действующий на основании доверенности представитель, при подписании актов, должен представить подлинную доверенность, а в случае непредставления подлинной доверенности заказчик не вправе ссылаться на то обстоятельство, что акты подписаны неуполномоченным лицом.

Таким образом право на подписание актов имеет либо член экипажа лётного судна (вне зависимости от представления доверенности, и её наличия либо отсутствия как такового), либо представить по доверенности, а возможность либо невозможность ссылки на то, что представитель является ненадлежащим, поставлено в зависимость исключительно в отношении вопроса представления либо непредставления подлинной доверенности.

Арбитражный суд приходит к выводу о том, что на момент подписания актов аэропорт должен проверять, выдана ли на представителя доверенность, которая может быть представлена в виде копии либо электронного образа, однако в рассматриваемом случае какая-либо доверенность на ФИО4 истцом не представлена, факт выдачи ему доверенности ответчик отрицает.

В свою очередь, из представленных ответчиком документов неопровержимо следует, что ФИО4 не являлся членом экипажа лётного судна (в отношении фигурирующих в актах рейсов), а его должностная инструкция, исходя из занимаемой должности, не предусматривает права на подписание соответствующих документов.

Применительно к рассматриваемой ситуации довод о том, что полномочия ФИО4 явствовали из обстановки, не подтверждает обоснованность требований истца, поскольку условиями договора прямо регламентирован порядок подписания актов и круг лиц, уполномоченных на их подписание.

Факт оплаты услуг (за исключением оспариваемой части) вышеуказанных доводов не опровергает, и, вопреки доводам истца, об обоснованности его требований не свидетельствует.

Не смотря на то, что указанный вопрос исследовался на протяжении нескольких судебных заседаний, доказательств, являющихся основанием для иных выводов, со стороны истца не представлено.

С учётом изложенного, исковые требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Статьёй 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально размеру удовлетворённых требований.

В соответствии со статьёй 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Размер госпошлины от цены иска 81 696 руб. составляет 3 268 руб.

При подаче искового заявления истцом уплачена госпошлина в указанном размере по платёжному поручению от 12.05.2023 № 1600.

Поскольку исковые требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат, расходы по уплате госпошлины относятся на истца и не подлежат распределению.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.


Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.


Судья

И.В. Степаненко